Международный промышленный банк: крыша для мошенников

Банальный детектив с чеченским следом

Иван Гущин

«Золотым веком» банковских мошенничеств было начало девяностых прошлого века. Тогда в ходу было все: и фальшивые гарантии, и махинации с ценными бумагами, и раздутые до непомерных величин путем прогона «воздуха» по кругу банковские балансы. Естественный отбор впоследствии вытеснил занимавшихся такими проделками махинаторов из финансового оборота. Понятие «банкир» наконец-то стало потихоньку приближаться к синониму респектабельности.

 

И вдруг…

 

Нет, «вдруг» это было для клиентов одного очень уважаемого, находящегося в первой рейтинговой десятке, российских банков. Международного промышленного банка. Сотрудники и прочие тёмные банковские воротилы которого продемонстрировали клиентам банка чуть не весь набор финансового бандитизма – от отказа отвечать по своим обязательствам до банальной кражи денег с клиентского счета. Одним из результатов «работы» банковских финансовых схем стало задержание в середине прошлой недели полковника ГУБЭП МВД РФ Юрия Антохина, якобы получившего взятку за «работу» с авалированными банком векселями.

 

Итак, история глазами участников.

 

В середине декабря 2002 г. в один из московских банков (в дальнейшем для простоты будем называть его просто Московский банк) пришел один из клиентов банка – Турпал Али Сайдалиевич Элиханов, выходец из очень хорошо известного в определенных кругах якутского города Нерюнгри. Клиент длительное время обслуживался в этом банке, и хотя национальность клиента (чеченец), и его биография (наличие судимости) всегда вызывала повышенное внимание со стороны службы безопасности Московского банка, претензий к нему не было. Он привёл в банк некоего г-на Александра Васильевича Никитина, с которым он, якобы, имел длительные деловые отношения и охарактеризовал его как «человека слова», имеющего очень хорошие связи, работающего в тесном контакте с сотрудниками ФСБ. Более того, по словам Элиханова, действующие сотрудники ФСБ обеспечивают его организации экономическую и прочую безопасность.

 

Представив Александра Никитина как председателя Совета директоров ЗАО «НАФТЭК», Турпал Элиханов сообщил, что у того есть очень интересное предложение. Никитин, в свою очередь, рассказал о том, что один из его близких друзей – Сергей Игоревич Мирошников работает на фирме, также являющейся клиентом этого Московского банка. Никитиным был поднят вопрос о выдаче кредита ЗАО «НАФТЭК» в объёме 30 (тридцать) миллионов рублей на срок до конца 2003 года для покупки векселей, авалированных Международным Промышленным Банком (МПБ). Данная сумма необходима для оплаты услуг МПБ за авалирование векселей.

 

Для справки: вексельный аваль – форма поручительства по нему, и авалист несет такую же солидарную ответственность по нему, как и эмитент векселей.

 

Полученные векселя впоследствии должны быть заложены в КБ «Менатеп СПб» (филиал в г.Белгороде, где «прописана» «НАФТЭК»), который готов предоставить под них ЗАО «НАФТЭК» оборотные средства для выполнения инвестиционных программ.

 

При этом, фирма, сотрудником которой является Сергей Мирошников, также не против поучаствовать в вышеуказанной сделке.

 

Руководство этой фирмы подтвердило свою готовность не только участвовать в сделке, но и вложить в покупку аваля МПБ собственные средства.

 

В Московском банке было решено выдать кредит ЗАО «НАФТЭК». Целевое кредитование предусматривало, разумеется, полный контроль со стороны Московского банка за переводами, назначением и возвратом денежных средств. Кроме того, было обусловлено, что получение, проверка и передача векселей, авалированных Межпромбанком будет осуществляться специалистами Московского банка.

 

18.12.2002 г. 30 000 000 (тридцать миллионов) рублей были переведены на счёт ЗАО «НАФТЭК», который был, по требованию Межпромбанка, открыт у них.

 

27.12.2002 г. Никитин, в нарушение всех договоренностей, появился в Московском банке в сопровождении некоего Александра Владимировича Антипова (для справки: паспорт серии XVIII — ИК № 665552, выданный Одинцовским 1-м отделом милиции 09 октября 1990 года). Представив последнего как генерального директора 000 «Консар», (векселя которого авалированные Межпромбанком, и собирался приобрести «НАФТЭК»), Никитин объявил о том, что векселя и все сопроводительные документы находятся у него, и предложил Московскому банку их проверить.

 

Так, ими были предоставлены документы, свидетельствующие о том, что 18.12.2002 года в Межпромбанк на расчетный счёт ЗАО «НАФТЕК» были получены 30 000 000 (тридцать миллионов) рублей. В тот же день эта сумма была перечислена со счета ЗАО «НАФТЭК» на расчетный счёт 000 «КОНСАР» в том же отделении Межпромбанка и 000 «КОНСАР» выписал векселя в количестве 30 штук по 5 миллионов рублей каждый, на общую сумму 150 миллионов рублей. 24.12.2002 года векселя были авалированы Межпромбанком.

 

Кроме того, Никитин и Антипов утверждали, что все операции сопровождались оформлением полного комплекта документов по каждой операции (договоры, акты приема-передачи, выписки с расчетных счетов, счетов «ДЕПО», доверенности на право подписи документов и т. д.). Подготовка документов, их подписание и передача происходила в помещениях центрального офиса Межпромбанка на Большой Дмитровке непосредственно в их присутствии.

 

Правда, по мнению руководства Московского банка, Никитин совершил ошибку в работе МПБ, так как не имел права отходить от схемы получения и проверки векселей. Поэтому необходимо установить подлинность представленных документов. «Все документы подлинные» — заявил Никитин. – «Все действия по оформлению и подписанию их происходили непосредственно при моем участии». Что ж, оснований не верить ему не было. Однако, для руководства Московского (равно, наверное, как любого другого) банка, устные заверения доказательствами не являлись, и не могли быть подтверждением подлинности векселей и всей сделки в целом. Поэтому что? — Правильно, Московский банк отказался принять векселя и предложил ЗАО «НАФТЭК» самим продолжить работу с векселями. Было обусловлено также, что Никитин гарантирует проведение верификации векселей, авалированных Межпромбанком, после чего Московский банк готов будет принять участие в работе с векселями. А копии всех документов были оставлены в банке для анализа.

 

И, как выяснилось, не зря. После анализа полученных документов, сотрудники банка отметили некоторые нестыковки в датах и оформлении бумаг. Например, договор авалирования векселей между 000 «Консар» и ЗАО «Межпромбанк» подписан 19 декабря 2002 года. На авале стоит дата 24 декабря 2002 года, а договор купли-продажи этого векселя ЗАО «НАФТЭК» у 000 «Консар» подписан от 16 декабря 2002 года . То есть получается, что векселя были куплены ещё не авалированными. Кроме того, в различных реестрах фигурируют одни и те же векселя с разными датами выпуска. Есть и другие, не менее интересные, несостыковки.

 

С января по март 2003 года Московский банк неоднократно предлагал Никитину провести верификацию векселей и ответить на вопросы по документам. Никитин утверждал, что вопросами верификации он занимается, и в подтверждение своих слов передавал копии различных документов. Например, копию выписки по счету ДЕПО (счета, на которых в банковском балансе отражается движение ценных бумаг) Межпромбанка с отметкой о том, что векселя находятся в ЗАО «Межпромбанк».

 

На утверждение руководства Московского банка, что это выглядит несколько странным, Никитин возразил, что существует договоренность между ним, ЗАО «Межпромбанк» и руководством Белгородского отделения банка «Менатеп СПб» о приобретении этих векселей, а также, что он активно прорабатывает вопрос о продаже этих векселей другим банкам, подбирая наиболее выгодный вариант. Однако, для финансистов слова, как известно, не являются достаточным доказательством. Руководство Московского банка потребовало, чтобы была подтверждена подлинность аваля векселей со стороны ЗАО «Межпромбанк» (то есть произведена верификация) или ЗАО «НАФТЭК» взял на себя обязательство по срокам возврата кредита и процентов по нему.

 

И тут-то выяснилось, что завершению сделки мешают некая госпожа Ирина Щеголева, а также ….служба безопасности Межпромбанка в лице Петра Попова.

 

В изложении самого Никитина, его взаимоотношения с МПБ развивались следующим образом. В конце января 2003 года при его очередной встрече в офисе банка, на которой предполагалось оговорить сроки и процедуру верификации векселей, представитель службы безопасности Межпромбанка Пётр Петрович Попов (его телефон 926-49-38) задал вопрос: «А что я лично буду иметь с этой сделки?». Получив ответ, что согласно договору все деньги переведены, и больше ЗАО «НАФТЕК» никому не должен, г-н Попов заявил, что тогда сделка не состоится совсем.

 

Вот такая вот безопасность в третьем, как декларирует его руководство, по величине, российском банке.

 

Потом началось нечто, с точки зрения нормального банкира, запредельное. Та самая Щеголева, принимавшая непосредственное участие во всех переговорах и подготовке документов со стороны Межпромбанка (в штатном расписании которого она, кстати, не значилась), снимает со счета ЗАО «НАФТЭК» пять миллионов рублей. Сама. Наличными. Не имея не только что права подписи или доверенности и печати, но даже и чековой книжки, выписанной на ЗАО «НАФТЭК». А что? Трудно ли, работая при финансах, и имея доступ к современной копировальной и прочей технике, подделать платежку с подписью и печатью?

 

Узнав о столь беспардонном грабеже, руководство и служба безопасности «НАФТЭКа» кидается искать операционистку, исполнившую эту проводку. И тут, разумеется, выясняется, что именно эта Вера Васильевна Антонова (телефоны 926-44-46, 926-22-91) скоропостижно отправлена в бессрочный отпуск. А замещающий её сотрудник, не вникая в суть вопросов, отправляет за комментариями к тому же самому Попову. При этом наотрез отказываясь выдавать выписки по счету ЗАО «НАФТЭК». Представляете? Ваш кошелек категорически отказывается сообщить, сколько вы в него положили денег. Да, а выписки по счету ЗАО «НАФТЭК» не получены до настоящего времени. И это был не единственный сюрприз, преподнесенный «продвинутым» коммерческим банком своему клиенту. После непонятно как улетучившихся пяти миллионов (из тридцати), руководство фирмы случайно узнает о том, что на счёте в МПБ средств …вообще нет. …..!!!!!! «Ну что вы, что вы!» — кидается утешать бизнесменов какая-то руководительница над операционистками. И после её недолгого шурования в компьютере какие-то деньги на счету «НАФТЭКа» все же появляются. Ну не банк, а какая-то виртуальная реальность!

 

Но вопрос о верификации (подтверждении) векселей все же не был снят с повестки дня. Тем более, что в предварительной переписке (см. приложенные документы) руководитель Межпромбанка Сергей Веремеенко эти векселя все же признавал. Интересно, что заставило его же, или сотрудников службы безопасности банка, или ещё каких клерков, заявлять потом в ответ на запрос «НАФТЭКа», что все документы поддельные?

 

Да, с таким ответом путь у руководителей «НАФТЭКа» был только один – в правоохранительные органы. Куда и было подано заявление о возбуждении уголовного дела по факту хищения средств с расчетного счета г-жой Щеголевой (не упоминая, правда, при этом, что и безналичные операции по перечислению средств с расчетного счета/сч. проводились по несуществующим платежным поручениям). По этому факту следователь Главного следственного управления ГУВД г. Москвы возбуждает уголовное дело по ст. 160 УК РФ (присвоение и растрата).

 

Руководство Московского банка, наверное, прослезилось, услышав эту леденящую душу историю. Но всё-таки сочло её недостаточным обеспечением по займу. Поэтому у «НАФТЭКа» потребовали безусловного погашения задолженности.

 

На сегодняшний день фирма Никитина по своим задолженностям так и не рассчиталась.

 

Немного теории. Согласно закона «О банках и банковской деятельности» (ст. 26), гражданского кодекса РФ (ст. 857, 858), банк гарантирует тайну банковского счета, операций по счету и сведений о клиенте. Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям.

 

Все эти положения были в Межпромбанке не просто нарушены – просто проигнорированы, как несуществующие. Как?

 

Ну, например, в нарушение законодательных актов г-жа Щеголева, не являясь сотрудником банка, имела доступ к базе данных, в которой хранилась информация о клиентах. Она же, не являясь сотрудником ЗАО «НАФТЭК» и не имея доверенности на право работы со счетом вышеуказанной фирмы, получает со счета фирмы пять миллионов рублей наличными в кассе банка. На момент получения наличных денег у ЗАО «НАФТЭК», отсутствовала чековая книжка, дающая клиенту право снятия наличности с расчетного счета.

 

Кроме того, предъявляемый к оплате денежный чек должен быть подписан первыми лицами ЗАО «Нафтэк», образцы подписей которых находятся в банке для сверки и на чеке должна стоять печать ЗАО.

 

Затем в банке с того же расчетного счета ЗАО «Нафтэк» списывается сумма в размере 10 000 000 руб. (десять миллионов) рублей без предоставления платежного документа на списание со счета.

 

Также, в нарушение законодательных актов, лицам, заявленным в карточке образцов подписей не выдаются выписки по счету и они не допускаются к специалисту, ведущему счёт ЗАО «Нафтэк».

 

И в дополнение к этому милому набору правонарушений, банк не собирается оплачивать собственноручно авалированные векселя. Хотя, по мнению специалистов, выпуск и оформление векселей соответствует банковской процедуре и действующему законодательству.

 

При этом, генеральный директор ООО «Консар» Антипов, чьи векселя авалировал Межпромбанк, утверждает, что ООО «Консар» векселя не выпускало, а поэтому они им не подписывались. Наверное, следующим его шагом будет заявка на невменяемость, в состоянии которой он выпускал эти векселя.

 

Интересно, каким образом банк высокого уровня авалирует векселя, не проверив законность выпуска этих векселей?

 

Специалисты утверждают, что, в связи с возрастающей ролью банковской системы в России, описанные факты противоречат не только законодательным нормам, но и заставляют клиентов банка сомневаться в компетентности специалистов, безопасности своих денежных средств, юридической обоснованности проводимых операций, и просто в отсутствии этических норм у специалистов и руководителей банка.

 

Ну а при таком рейтинге Межпромбанка, речь здесь может идти уже о серьёзном подрыве с таким трудом заработанного авторитета всей банковской системы. Что ж – назад к «накопительным» чулкам и кубышкам?

Из горькой практики. Воспоминания другого «потерпевшего»

(стилистику рассказчика оставляем без изменений, некоторые детали по договоренности опускаем)

 

«1. Об обстоятельствах покупки векселя

 

Вексель купили 05 апреля 2002 года, фактически договорились о покупке этого векселя с «Финансовой компанией». При совершении сделки данной компанией было выдвинуто условие, что с их стороны сделка будет осуществляться от имени подконтрольной им компании ООО «…». Сделка проводилась в обычном порядке: деньги за вексель перечислялись после проведения проверки векселя в банке (далее по тексту Банк). Проверка проводилась в Центральном Московском отделении Банка (расположено …., почтовый адрес может быть другой).

 

Кто от нашей компании ездил на проверку – в настоящее время вспомнить никто не может. Соответственно, не известно имела ли процедура проверки данного векселя какие-то отличия от стандартной проверки. Скорее всего, нет – и проверка проводилась стандартным образом. А именно: в банке представились вексель и письмо от покупателя с просьбой осуществить проверку. Вексель передавался сотруднику Банка для исследования. Она в присутствии участников сделки исследовала бланк визуально с использованием технических средств. Затем по телефону связывалась эмитентом и проверяла факт выпуска векселя с такими реквизитами. (Копия указанного письма с отметкой Банка передавалась).

 

После проверки вексель был передан нашему сотруднику, а он по телефону подтвердил компании необходимость платить за вексель и обменялся с контрагентами документами по сделке.

 

(Позже при изъятии векселя, сотрудники Банка упомянули, что за день до этой проверки, ООО «…» также проверяло этот вексель в аналогичном порядке).

 

С 05 апреля 2002 г. вексель находился в нашей компании.

 

В апреле-мае 2002 г. среди участников вексельного рынка стала передаваться информация о том, что на рынке появились фальшивые векселя Банка и что Банк при проверке их изымает. О своём интересе в покупке заявлял Владимирский филиал Банка. (Тот самый филиал, который выпустил вексель). По утверждению наших сотрудников они даже получили от нас копию этого векселя. Но потом они не подтвердили интерес (якобы не сошлись по цене или другим условиям).

 

Поскольку информации о фальшивых векселях становилось все больше, было принято решение проверить этот вексель снова 30 мая 2002 г. На проверку поехала наш сотрудник Х.

 

2. Об обстоятельствах изъятия векселя

 

При проверке 30 мая 2002 г. сотрудники Банка приняли у Х. вексель на проверку и попросили подождать. Через некоторое время ей сообщили, что Банк предполагает, что представленные вексель фальшивый. Х. попросили остаться в Банке и связаться по телефону с нашей компанией. После того как в компании узнали о сложившейся ситуации, юрист компании Y. созвонился со службой безопасности Банка. Его информировали, что, по мнению Банка, вексель фальшивый, и что они вызвали милицию. Совместно с милицией они собираются провести исследование векселя, для чего они должны принять на проверку (заключить с компанией договор о проверке и произвести проверку по акту приёма передачи), для этого кто-то должен к ним подъехать для заключения договора. В Банк приехал Y. Когда в течении часа приехал в Банк, там уже был сотрудник милиции – оперативник из ОБЭПа. Кроме него с сотрудниками компании общались сотрудник службы безопасности Банка.

 

Они сообщили, что внешний вид, расположение и содержание надписей, подписей и печатей на векселе отличаются от аналогичных реквизитов векселя выписанного во Владимире. В подтверждение передали факсовую копию полученную из Владимира. (Копия передавалась). По видимому, за время прошедшее с первой проверки, Банк изменил её процедуру и стал запрашивать от филиалов по факсу копию векселя (с теми же реквизитами) в том виде, каким он выпускался.

 

Оперативник сказал, что вексель он изымает и оставляет в Банке для детального исследования. Банк вексель исследует, и если все подозрения подтвердятся, то тогда Банк передаст вексель в милицию, для осуществления этой схемы был составлен договор и акт приёма передачи. Документы по доверенности подписал Y. Затем Х. и Y. были доставлены в ОБЭП на ул. Люсиновскую. Там они дали письменные объяснения.

 

На следующий день 31 мая 2002 г. от имени компании в Банк передали письмо, что компания договор о проверке расторгает и просит вернуть вексель. Через неделю 06.06.2002 г. компания получила от Банка письмо, акт расхождений, и протокол изъятия векселей милицией. (Копии передавались)».

 

Не правда ли, что-то до боли знакомая схема?

 

Против лома нет приёма?…

 

А оборот векселей ООО «КОНСАР», авалированных ЗАО «Межпромбанк» продолжался…

 

Так 18 декабря 2002 года ЗАО «НАФТЭК» продает многострадальные векселя ООО «Комбинированное строительство» за 123 500 000 (сто двадцать три миллиона пятьсот тысяч) рублей.

 

Участники всех этих операций до конца 2003 года регулярно дают свои объяснения следователю Андрееву, но векселя из оборота не изымаются.

 

14 января 2004 года финансовый директор ООО «Комбинированное строительство» Мирошников С.И. и полковник МВД РФ Антохин Ю.И. были задержаны сотрудниками ГУ МВД РФ по ЦФО при попытке сбыть эти векселя ООО «Летмик».

 

Нашему корреспонденту удалось встретиться со многими непосредственными участниками этого детектива. Мы прелагаем читателю выбрать из представленных версий наиболее правдоподобную. И поскольку некоторые участники нашей истории больше, похоже, привыкли отвечать на вопросы следователя, чем журналиста, а также писать рапорты, объяснения и докладные записки, стиль завизированных ими интервью оставляем без изменений.

Мирошников Сергей Игоревич

Мирошников Сергей Игоревич

Специальность – физик, призвание – педагог. В бизнес пришел с должности директора школы. Подозревается в совершении мошеннических действий при продаже векселей «Консар», авалированных Международным промышленным банком ООО «Летмик». С очень своеобразной и богатой потрясениями судьбой.

 

«Действующие лица и исполнители:

 

1. Московский банк – Председатель правления Банка

 

2. Отдел экономической безопасности московского банка – Белов Игорь Михайлович;

 

3. ООО «Комбинированное строительство» — уполномоченная фирма московского банка с номинальным директором Герасимовой Т.В., а с 11.11.2002 года назначен финансовым директором Мирошников С.И.

 

4. ЗАО «Нафтэк» (г. Белгород) – Генеральный директор Масленников В.В., Председатель Совета директоров – Никитин Александр Васильевич;

 

5. ООО «Консар» компания с р/сч в ЗАО «Международный промышленный банк» (далее МПБ), Генеральный директор – Антипов Александр;

 

6. Щеголева Ирина – посредник от МПБ (ООО «Консар» и ЗАО «Нафтэк»;

 

7. Турпал, Руслан (чеченцы) – посредники между Московским банком и ЗАО «Нафтэк»;

 

8. Антохин Юрий Иванович – полковник МВД;

 

9. ООО «Летмик» — финансовый директор Токарева О.Ю.

 

10. Андреев Николай Михайлович – следователь ГСУ ГУВД г. Москвы.

 

Летом 2002 года я встретился с Никитиным А.В. в его офисе на Сретенке. У меня было к нему интересное предложение по привлечению инвестиций в проект, которым я занимался в то время, а он в свою очередь поделился со мной также интересным проектом в г. Белгороде, связанным со строительством газопровода на территории Белгородской области, познакомил меня с Генеральным директором ЗАО «Нафтэк» Масленниковым Валерой. Проблема у нас была одна и та же – найти серьёзное обеспечение возвратности инвестиций (кредитных средств) под эти проекты. Мы периодически встречались, созванивались, проводили переговоры, строили планы.

 

В конце ноября 2002 года к Никитину А.В. поступило предложение использовать в качестве обеспечения возвратности кредита простые векселя ООО «Консар» авалированные ЗАО «Международный промышленный банк», третьим банком России по рейтингу после Сбербанка и Внешторгбанка.

 

Была объявлена и цена решения данного вопроса – 20% от стоимости годовых векселей. Кредиторы были согласны, в случае предоставления и проверки всех документов от МПБ выделить средства в размере 4 000 000 долларов США. Все переговоры с ООО «Консар» (Щеголевой, Антиповым) Никитин и Масленников проводили без меня, но я знал, что механизм запущен, все складывается правильно, проблема только за оплатой 20%, т.е. 30 000 000 рублей. Некто чечены – ингуши Турпал, Руслан и т.д. познакомили Никитина А.В. с Председателем правления Московского банка.

 

Они обсудили эту тему, договорились и 18 декабря 2002 года через ООО «Комбинированное строительство» на ЗАО «Нафтэк» (р/сч был уже открыт в МПБ) перевели необходимые 30 миллионов рублей, по договору купли-продажи векселей № 06-12/02 от 18.12.2002 г. Всю сделку планировалось закончить до Нового года. Как она протекала и какие результаты получились я узнал уже в январе 2003 года, т.к. у меня родилась в декабре дочка и у меня были семейные проблемы.

 

Из разговора с Никитиным А.В. я узнал, что МПБ и ООО «Консар» во главе с Щеголевой Ириной не смогли предоставить кредитному банку и ЗАО «Нафтэк» верификационное письмо об авалировании векселей, и что 10 миллионов рублей перед Новым годом вернулись на ООО «Комбинированное строительство», а 20 миллионов рублей бесследно пропали в МПБ, причём 5 миллионов рублей были сняты с р/сч ЗАО «Нафтэк» по фиктивному платежному поручению. Сама Щеголева перестала встречаться с Никитиным и Масленниковым, разговоры велись только по телефону, причём Щеголева угрожала Никитину разборками и со стороны силовых структур и со стороны бандитов.

 

С другой стороны на Никитина давили чеченцы, которые отвечали за денежные средства поступившие из московского банка и имели интерес получить свои, видимо, комиссионные. Вся эта непонятная возня продолжалась ещё до начала марта 2003 года и Никитин с Масленниковым приняли решение обратиться в УБЭП ГУВД г. Москвы, написали заявление на возбуждение уголовного дела по факту мошенничества и хищения денежных средств в МПБ и ООО «Консар». Этот шаг он согласовал с московским банком, но возникала небольшая проблема – кто будет представлять банковскую фирму ООО «Комбинированное строительство» и выступать от её имени перед следственными органами.

 

Никитин обратился за помощью ко мне, зная меня как человека порядочного и грамотного в области банковской и финансовой деятельности. Я предложил встретиться с управляющим московского банка, получить всю необходимую информацию, договориться об оплате моей работы и т.д.

 

В начале марта у нас эта встреча состоялась непосредственно в кабинете с Председателем правления банка и он меня убедил, что со стороны банка и ООО «Комбинированное строительство» никаких нарушений нет, чистота денег и сделки подтверждается всеми документами. Я дал своё согласие и меня назначили финансовым директором ООО «Комбинированное строительство».

 

Уголовное дело было возбуждено и передано в следственное управление ГУВД г. Москвы старшему лейтенанту юстиции Андрееву Н.М.. Я несколько раз приезжал к нему, допрашивался в качестве свидетеля, предоставил оригинал договора и акт приема-передачи векселей между ООО «Комбинированное строительство» и ЗАО «Нафтэк».

 

Одним из основных требований следователя было передать ему для проведения экспертизы 28 простых векселей с авалем МПБ, т.к. один остался в руках Щеголевой (т.е. ООО «Консар»). Но так как данные векселя у меня фактически отсутствовали, я объяснил ему, что этот вопрос он должен решить с Председателем правления московского банка или отделом его экономической безопасности, которых следователь также вызывал для допроса к себе в кабинет.

 

Позиция сотрудников московского банка была понятна: если деньги пропали, то хоть что-то останется на руках и где гарантия, что переданные на экспертизу векселя не исчезнут из уголовного дела, как это часто происходит в нашей жизни.

 

Со слов Никитина я знал, что на допросы Щеголева не является, посылая адвоката. Антипов по адресу не живёт и где-то скрывается. МПБ требуемые документы отказывается следователю передавать, допрашивать Веремеенко и сотрудников банка следователю приходилось ездить на Б. Дмитровку в головной офис МПБ.

 

Но, как я понял в дальнейшем, следствие перешло в вяло текущий процесс и никаких движений не происходило. Я позвонил в середине декабря этого года следователю Андрееву с целью узнать в какой стадии находится уголовное дело, но он в это время был в недельной командировке и выяснить мне ничего не удалось.

 

И вдруг 30 декабря мне позвонил Председатель правления московского банка и попросил встретиться с Беловым И.М.. Созвонившись с Беловым, я договорился приехать к нему в офис на М. Каретный переулок в районе обеда. При встрече он рассказал мне, что какая-то компания готова приобрести эти 28 векселей и мне как финансовому директору ООО «Комбинированное строительство» необходимо переговорить по этому вопросу. Через 10 минут он познакомил меня с Токаревой Оксаной Юрьевной и Юрием Ивановичем. Первым делом я спросил у них о дальнейшем применении этих векселей, на что получил достаточно аргументированный ответ о погашении этими векселями своей кредиторской задолженности перед МПБ. Ещё раз переспросил о том, показывали ли они копии векселей в самом банке и какова была реакция (ответ) на это? «Да, все мы договорились, нас обнадежили, все гладко, назовите свою цену.» Я предложил цену 25% от номинала. Покупателей цена очень устроила, и мы договорились, что встретимся и обсудим все 5 января 2004 года. Весь разговор прошел быстро, за 5 минут, ч пообещал, что подготовлю все имеющиеся у меня документы по этим векселям.

 

После этого снова переговорил с Беловым И.М. и попросил его к 5 января предоставить все копии документов, т.к. у меня уже ничего на руках не было и все находится в московском банке.

 

На следующий день, 31 декабря, я позвонил на сотовый Председателю правлению Московского банка, поздравил его с Новым годом и рассказал вкратце о своей встрече в ООО «Летмик». Председатель правления Московского банка сказал, чтобы я все дела имел с Беловым И.М., а он вернется в Москву только 12 января. 5 января мы не встретились с Оксаной Юрьевной, т.к. она попросила перенести встречу на 8 января. Мы встретились в 18. 00 опять на М. Каретном втроем. Я привез на себя приказ от ООО «Комбинированное строительство», выписку со счета, платежки о переводе 18.12.2002 г. 30 мил. рублей, ещё какие-то договора.

 

Оксана Юрьевна дала мне подготовленный договор мены векселей между ООО «Комбинированное строительство» и ООО «Летмик». Затем Оксана Юрьевна вышла и мы остались вдвоем с Юрием Ивановичем. С глазу на глаз он мне сказал, что является полковником МВД, предъявил своё удостоверение и обеспечивает по просьбе отца Оксаны безопасность этой сделки. Я дал ему понять в разговоре, что сам переживаю за чистоту сделки, т.к. векселя проблемные и проходят по уголовному делу и ещё раз спросил у него по поводу договоренности с МПБ об их принятии к погашению. «Сергей Игоревич, не волнуйтесь, вы ни чем не подставитесь, все будет нормально, будем и в дальнейшем сотрудничать» — сказал мне Юрий Иванович. Договорились встретится 12 января 2004 года.

 

Я позвонил Никитину А.В. и поставил его в курс происходящих событий. Поехал с ним на следующее утро к его «куратору», попросил проверить кто такой Антохин Юрий Иванович, работает ли он в МВД и т.д.

 

12 января я встретился с руководством Московского банка и заключил договор хранения банковской ячейки наших векселей, ещё раз все обсудил в присутствии его сотрудников экономической безопасности технические и бумажные вопросы по этой сделке.

 

Вечером встретился на Ленинском проспекте снова с Юрием Ивановичем и Оксаной Юрьевной, также при этом разговоре присутствовал эксперт финансист. Я привез ещё копии договоров к этим векселям. Юрий Иванович дал нам почитать акт «Мосэкспертизы», где подтверждался оригинал печати МПБ на наших векселях и это было ещё одним важным аргументом для дельнейшего предъявления их в МПБ.

 

Короче, все складывалось хорошо и у меня отпали сомнения в том, что что-то может не получиться. Напрасно… Договорились, что сделку проведем в 12 часов 14 января. Для этого я приеду на Ленинский проспект в офис Оксаны, подпишем договор мены и акт, а затем поедем в Московский банк, откроем (она свою, а я свою) ячейки и поменяемся векселями.

 

Приехав в назначенное время, позвонил, меня спустился вниз и встретил Юрий Иванович, в лифте и по коридору когда шли спокойно беседовали, зашли в офис, я со всеми поздоровался, сели подписывать бумаги и тут я увидел, что Оксана Юрьевна открыла большой конверт, достала из него и пересчитала 28 штук векселей с авалем МПБ, а в обмен дала мне 3 векселя по 15 миллионов рублей «Росагротех.

 

О том, что она передаст их мне я знал, но у меня сразу возникло подозрение, почему векселя не в ячейке банковской, а уже у неё? Опять же доверившись отношениям действующих и бывших сотрудников силовых ведомств, подумал, что они сами обо всём договорились, моё дело только подписать договор и акт приема-передачи.

 

Пожали руки, договорились, что я подъеду ещё к ним после 15 часов поговорить по другим делам, но, спустившись на лифте вниз, был задержан на выходе из здания сотрудниками ОРБ.

 

Где-то час они меня держали то в машине, то на лестничной клетке 8 и 9 этажа, потом завели в офис где у нас проходила сделка и при понятых, сняли на видеокамеру, изъяли у меня портфель со всеми документами, печать, гражданский паспорт.

 

Увидел потом в коридоре бледную Оксану Юрьевну, спросил где Юрий Иванович, она сказала, что он задержан. Потом нас привезли с ней на джипе сотрудники ОРБ на Наметкина в прокуратуру Юго-Западного округа, там я увидел Юрия Ивановича, вид у него был также перепуганный.

 

Около 18.00 часов привезли Никитина А.В. (вытащили из квартиры), Антипова А. (я его впервые увидел в лицо).

 

До двух ночи нас продержали в прокуратуре, отпустили всех, а меня на 9.30 вызвали на Шабаловку д.6, где ещё 4 часа опрашивали, снимали объяснения. Там же я увидел Никитина и Масленникова, потом Никитин мне позвонил и сказал, что Масленников написал новое заявление по факту вновь открывшихся обстоятельств.

 

До сих пор забрать свои документы на Шабаловке я не могу.

 

Достаточно имея информации и на своей шкуре испытав все, что касается этих векселей, могу убедительно заявить, что сотрудники Международного промышленного банка, используя коммерческие фирмы, в частности ООО «Консар», в сговоре с Щеголевой и иже с ней, занимались продажей «кидняковых» ценных бумаг, за которые банк (очень солидный!) не нес никаких обязательств и мы были не одни, с кем поступили таким образом».

 

Белов Игорь Михайлович

Белов Игорь Михайлович

54 года, полковник КГБ СССР в запасе, награжден четырьмя боевыми орденами и несколькими медалями. В 1994 году выступил инициатором разработки концепции экономической безопасности бизнеса. В 2002 году объединил своих коллег под эгидой Центра экономической безопасности бизнеса и возглавил его. Вступил в кровавое противостояние с «героями» операции «оборотни в погонах» и способствовал победе в этой войне. Кровавое в буквальном смысле этого слова – был застрелен один из его товарищей. «Оборотни», угрожавшие ему и его коллегам прозвали его «Быком».

 

«Я боевой офицер и сентиментальностью не отличаюсь. Для меня чёрное это чёрное, белое — белое. Бандит только бандит и другом или партнёром не может быть ни при каких обстоятельствах, а человек в погонах, помогающий бандитам и мошенникам, мой враг. Я всегда прямо высказываю своё мнение и называю вещи своими именами.

 

Когда «оборотни из МУРа» попытались отнять у клиента нашего Центра экономической безопасности, принадлежащее ему здание, я и мои коллеги сделали все для того, чтобы их криминальная деятельность была пресечена. Надеюсь, ГУСБ МВД РФ не в чем нас упрекнуть, в чем могли мы им помогали. Никогда не смогу простить себе, что не смог уберечь нашего клиента от пули.

 

О векселях ООО «Консар», авалированных Международным промышленным банком мне стало известно после того как в наш Центр обратился один из московских банков с просьбой помочь одному из клиентов банка – ООО «Комбинированное строительство».

 

Анализ представленных нашим специалистам документов и проведенное собственное расследование подтвердили первоначальные подозрения о совершенном наглом и циничном мошенничестве.

 

Нами было установлено, что клиент банка чеченец Турпал Элиханов привёл в банк друзей своего земляка, которые, воспользовавшись его рекомендацией под сделку, оформленную сомнительными документами получили в банке кредит на сумму 30 000 000 (тридцать миллионов) рублей без всякого обеспечения. Мы были искренне возмущены безосновательным доверием со стороны Председателя правления банка к раннее судимому чеченцу. Но господин банкир отнесся свысока и небрежно к нашим аргументам. Правда, по нашему настоятельному требованию совершившие (по нашему мнению) мошенничество директор ЗАО «Нафтэк» Масленников В.В. и Председатель совета директоров Никитин А.В. написали заявление вначале на имя заместителя министра МВД РФ Нургалиева, а затем в УБЭП ГУВД г. Москвы.

 

После проведенной Глотовым Г.Б. (6 отдел ОРЧ-1 УБЭП) проверки следователем ГСУ Андреевым Н.М. было возбуждено уголовное дело. По непонятной для нас причине до сих пор Андреев Н.М. так и не завершил дело. Я неоднократно встречался и с Андреевым и с Глотовым, с Мирошниковым, Никитиным, Элихановым и другими. У меня создалось впечатление, что все эти люди заинтересованы только в том, чтобы все забыли об этих векселях.

 

Тесная связь между этими людьми подтвердилась ещё одним событием. В ноябре 2003 года все тот же чеченец Элиханов знакомит нас со своим давним другом (они оба много лет жили в г. Нерюнгри) Антохиным Ю.И. – сотрудником МВД РФ. Элиханов гарантировал, что Антохин Ю.И. имеет очень высокопоставленных друзей и сумеет решить вопрос погашения Международным промышленным банком векселей.

 

Я предупредил Председателя правления банка, что дружба полковника МВД с судимым чеченцем, который уже и так втянул и банк и клиента банка в криминальную историю, не характеризует Антохина положительно. Председатель правления не согласился со мной, но предоставил мне и сотрудникам Центра право действовать в этом деле по нашему усмотрению.

 

Мы оказали содействие сотрудникам правоохранительных органов в документировании дальнейших действий всех участников операций с векселями.

 

Последние события подтвердили нашу правоту, так что и в дальнейшем мы будем оказывать любую возможную помощь сотрудникам правоохранительных органов. Но только тем, кто, как и я, не забывает, что мы, прежде всего, офицеры.

 

Да, согласитесь, интересные версии. Другие участники событий, например, полковник ГУБЭП Юрий Антохин согласились высказать свою точку зрения на произошедшее в самое ближайшее время. А вам не кажется, что все вышесказанное не может не вызывать дополнительных вопросов? Например, таких:

Полковник ГУБЭП Юрий Антохин

- Кем, в действительности, является госпожа Щеголева, если ей позволено вести приём своих подельников и клиентов (лохов) в офисе Международного промышленного банка и распоряжаться денежными средствами клиентов банка, не имея соответствующих полномочий от оных?

 

Кстати, немаловажное обстоятельство. Согласно заявления г-на Никитина, у него со счета банка сняты 5 000 000 (пять миллионов) рублей наличными. Но при этом законом строго регламентирована процедура и объём получаемых наличных средств. Это прежде всего заработная плата, командировочные расходы, хозяйственные нужды. Кроме того, существует ещё один способ, который используется весьма часто в так называемых «подставных» фирмах – закупка сельхозпродукции. При этом Центральный банк России рекомендует обращать внимание на такого рода фирмы и, по крайней мере, запрашивать соответствующие договора.

 

И ещё. Сумма наличных денег свыше 600 000 рублей подлежит дополнительному контролю со стороны банка по рекомендациям Комитета по финансовому мониторингу. В нашем же случае без проверки, без чековой книжки, без оснований персона, не являющаяся сотрудником банка, получает в кассе одного из крупнейших российских банков 5 000 000 рублей. Такое впечатление, беру из собственного кармана и сколько посчитаю нужным, а ЦБ, КФМ и клиентские проблемы мне не указ.

 

— Кто имеет доступ к печати МПБ, если ею заверены подпись на индоссаменте сомнительного господина Смирнова, доверенность от МПБ на его же имя и прочие документы по описанной сделке? Или в каком состоянии находилось лицо, проставляющее оттиски печати банка на вышеуказанных документов (под воздействием гипноза, угроз ….)?

 

— Почему Международный промышленный банк авалировал векселя ООО «Консар» без надлежащей проверки?

 

— Почему никого из участников этих операций не смутило навязчивое присутствие ранее судимого чеченца и его земляков?

 

— Почему следователь Андреев со товарищи за год так и не изъял из криминального оборота эти векселя?

 

— Почему Международный промышленный банк на официальный запрос покупателя векселей ООО «Летмик» не ответил официальным сообщением о том, что векселя ООО «Консар» Международным промышленным банком не авалировались? Почему отзвонившийся сотрудник МПБ, представившийся как Вячеслав, заверил покупателя в готовности МПБ оплатить векселя и попросил со всеми вопросами обращаться к нему по телефону: 229-24-62?

 

Надеемся, что на все эти вопросы сумеют найти ответы сотрудники ГУ МВД РФ по Центральному федеральному округу, блестяще осуществившие операцию по пресечению дальнейшего криминального оборота этих векселей.

 

То, что руководители этих подразделений избежали победной шумихи в СМИ вызывает искреннее уважение и к и.о. начальника ГУ МВД РФ по ЦФО Кирушеву А.И., и к заместителю начальника ОРБ Осипову А.Б.. Их сотрудники профессионально делают свою работу.

 

Жаль, что и нам не удалось получить их интервью.

 

Редакция сайта благодарит начальника центра экономической безопасности Игоря Михайловича Белова за представленные материалы и организацию интервью с участниками событий.

Дополнительные материалы к статье :

Простой вексель

Для индоссамента

Дополнительное соглашение №1 к договору купли-продажи векселей N НК-01/02

Акт N 1 приёма-передачи к Договору купли-продажи векселей N НК-01/02

Письмо от Веремеенко генеральному директору ЗАО & quot;НАФТЭК& quot;

Акт приёма-передачи к Договору купли-продажи векселей N НК-01-02 от 16.12.02

 

Справка о хранении векселей

Договор купли-продажи векселей N НК-01/02

 

 

 

Договор купли-продажи векселей N 06-12/02

 

 

Из интервью Мирошникова

 

 

Автор: Иван Харитонов

Источник: https://sledstvie2.com/component/k2/item/41863