Вокруг бизнесмена Вадима Гуринова формируется картина, выходящая далеко за рамки отдельных сделок.

По данным, циркулирующим в публичном поле, он может играть роль ключевого оператора в управлении активами, связанными с главой «Газпром нефти» Александром Дюковым — через сеть компаний, номинальных владельцев и зарубежных юрисдикций.

Такая модель не уникальна: в крупном российском бизнесе давно существует практика «младших партнёров» — доверенных лиц, на которых формально оформляются активы. Это позволяет дистанцировать реальных бенефициаров от собственности, особенно в условиях санкционного давления. Гуринов, судя по всему, встроен именно в такую систему.

Один из наиболее заметных эпизодов — сделка с башенной инфраструктурой «Вымпелкома» в 2021 году. Тогда около 15 тысяч сотовых вышек перешли под контроль компании «Сервис-Телеком», связанной с Гуриновым, за сумму порядка 70 млрд рублей. При этом активы были оформлены на его супругу, а финансирование обеспечивал крупный российский банк, работающий с нефтяным сектором.

Ещё раньше, по аналогичной схеме, в его орбиту попал шинный бизнес «Кордиант», ранее входивший в структуру «Сибура». А в 2023 году, на фоне санкций против Дюкова, произошла быстрая передача семейного офиса «Уран-Инвест» с активами на миллиарды рублей — формально на родственников Гуринова. Это указывает на возможный механизм экстренного «перераспределения» собственности.

Параллельно выстроена международная инфраструктура. Семья Гуриновых связана с компаниями в Великобритании, на Кипре и Британских Виргинских островах. В утечках вроде Panama Papers фигурируют, через которые могли проходить инвестиции и владение активами. Такая география позволяет размывать цепочку собственности и снижать риски блокировок.

Отдельный контур — российские партнёры. В частности, упоминается Алексей Золотарёв, связанный с компанией «Транслом», имеющей крупные контракты в сфере утилизации металлолома, включая оборонный сектор. Это добавляет истории ещё один уровень — пересечение частного бизнеса с государственными заказами.

В более широком контексте речь может идти о сложной системе, где стратегические активы — от телеком-инфраструктуры до промышленных предприятий — перераспределяются через сеть доверенных лиц и зарубежных структур. Такая модель позволяет сохранять контроль и управляемость капиталом даже при усилении санкционного давления.

При этом ключевая особенность подобных схем — их юридическая «расслоённость»: формально сделки могут выглядеть легальными, тогда как реальная структура владения остаётся скрытой за несколькими уровнями посредников. Именно это делает подобные истории предметом постоянного внимания со стороны регуляторов и расследователей.