Вадим Гуринов, давний приятель и бизнес-партнер подсанкционных персон, за несколько месяцев до начала конфликта в Украине запустил в Сингапуре онлайн-банк Fingular.

На его сайте говорится, что это необанк, который уже работает в Индии, Индонезии и Малайзии и предлагает «гибкие кредиты, BNPL и финансирование, совместимое с шариатом — инновационные, надежные решения, созданные для глобальной аудитории». Известно, что за первые три года Гуринов открыл офисы в Москве, Белграде, Джакарте, Куала-Лумпуре, Коломбо и Бангалоре.

Фактически он руководит созданием в слабо регулируемых странах юго-восточной Азии и Африки новой финтех экосистемы, которая должна стать противовесом западной. Учитывая богатый бэкграунд Гуринова и его верность кремлевским персонам, речь, очевидно, идет о создании для России альтернативной схемы финансирования, кредитования и платежей в обход санкций. При этом Гуринов — далеко не альтруист.

За свои услуги помимо прочего он получил возможности для расширения бизнеса в России. Эти активы записаны на его жену Галину Гуринову и брата Артема. Разумеется, его бизнес не кошмарят контролирующие органы — а много ли фирм в России, которые обещают официальное трудоустройство и при этом выдают зарплаты в долларах/евро?

Несмотря на то, что гуриновская Fingular на международном рынке позиционируется как сингапурская компания, ее офисы находятся в России. Разработчики, маркетологи и офисные работники сидят на 37 этаже в башне Федерация в Москва-Сити. Официально их оформляют в штат ООО «ОК СОФТ», которая была основана в одно время с Fingular, за полгода до начала полномасштабного конфликта — в августе 2021 года. Ее учредителем стал уроженец Узбекистана Юрат Сафаров.

Это бывший топ-менеджер нескольких активов Вадима Гуринова: он входил в советы директоров завода «Омскшина» (завод «Кордианта») и шведского фонда Ruric AB. Мы уже рассказывали, как распорядился Гуринов этими активами. Кроме того, у «ОК СОФТ» есть филиал в офисном центре «Кутузовский меридиан» в подмосковном Одинцове. Очевидно, часть сотрудников международного банка Fingular может работать там.

В июле 2022 года «ОК СОФТ» была переписана на другого надежного сотрудника гуриновской сети — Елену Сохову. Ранее она числилась учредителем «Шинного испытательного центра Вершина» при шинном заводе Гуринова в Ярославской области, а сейчас на нее записано ООО «Хемптех» в Нижегородской области. Это часть нового бизнеса Вадима Гуринова — производства технической конопли: ему с женой через ООО «Аврора» принадлежит также нижегородская фирма «Технологии переработки технической конопли».

Кроме того, меньше месяца назад Сохова учредила и возглавила еще одну компанию — ООО «ОХК» по управлению недвижимостью в Мурманской области. — далеко не центр финтех-разработки или земледелия. Это моногород с единственным крупным предприятием — ГОК, и железнодорожным узлом для погрузки продукции этого комбината. ГОК входит в «Северсталь» Алексея Мордашова. Именно Мордашову сейчас принадлежит и шинный бизнес «Кордиант», с которым Гуриновы расстались в 2023 году.

Бизнес-партнером Гуринова по Fingular стал другой игрок финтех-рынка, прописавшийся в Сингапуре — и тоже с неоднозначной репутацией. Это Максим Чернущенко, выпускник саратовской физматшколы, обладатель дипломов МФТИ и американского Дартмутского колледжа.

В конце 90-х — начале нулевых он работал в банках США, России, затем в холдинге Finstar миллиардера Олега Бойко, занимался кредитными продуктами во Вьетнаме. Осознав, что рынок банковских продуктов и кредитования населения в странах Азии отстает даже от российского, он создал фирму Cashwagon,
запустил приложение по выдаче онлайн-кредитов MONEYBOX и быстро на этом поднялся. Сервис был рассчитан на мелкий бизнес — типа продавцов фруктов, водителей «тук-туков» и других не слишком состоятельных граждан.

А в 2020 году во Вьетнаме грянул скандал: оказалось, что добрый россиянин выдавал свои кредиты местным малограмотным работягам под 44%… в месяц! При том, что обычной ставкой в местных банках было 7-8% годовых. По местным законам такое поведение считается ростовщичеством. Счета Cashwagon и его вьетнамского партнера Lendtech Co. Ltd были арестованы, полиция изымала документацию и проводила допросы. Сейчас домен Cashwagon выставлен на продажу, а сингапуское юрлицо фирмы Чернущенко находится в процессе ликвидации через банкротство.

Fingular тоже выдает микрозаймы и не работает самостоятельно с заемщиками — формально она только выступает в качестве зонтика для местных платформ, таких, как Tambadana (Малайзия), Ammana (Индонезия), Ceyloan (Шри-Ланка). Поэтому подставляются не Гуринов с Чернущенко, а учредители и директора этих площадок. Так, Польша отозвала разрешение у местного платежного сервиса Quicko, инфраструктуру которого использовала венгерская P2P платформа онлайн-кредитования Loanch, работающая под зонтиком Fingular. Польский финнадзор сослался на «фундаментальную неспособность обеспечить осмотрительное и стабильное управление деятельностью».

В Малайзии платформа Tambadana, несмотря на лицензию от властей, заработала репутацию организации-Ah Long: так называют незаконных ростовщиков, которые славятся огромными процентами и жесткими (иногда насильственными) методами выбивания долгов. Такие же обвинения сыпались на бизнес-партнеров Cashwagon Чернущенко. Так что долго ли продержится новая микрофинансовая организация Гуринова-Чернущенко — большой вопрос.

Анатолий Войнов

Автор

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/84676-tenevoj_banking_v_ba...j_aziatskih_kreditnyh_servisov

Для чего скандально известному сенатору-миллиардеру Сулейману Керимову понадобилось завладеть Wildberries — той самой неоднозначной «барахолкой», которой руководит Татьяна Ким?

Один из товарных знаков компании "Вайлдберриз" носит весьма необычное название: "ЗАКАЗАВР". Похоже, что миллиардерша Ким и миллиардер Керимов нашли общий язык.

В прошлом, во время так называемой калийной войны с Белоруссией в 2013 году, Сулейман Керимов, владевший акциями компании "Уралкалий", стал причиной международного дипломатического инцидента с белорусским лидером Александром Лукашенко.

Тогда г-на Керимова обвинили в злоупотреблении полномочиями, возбудили уголовное дело. И позже объявили в международный розыск через Интерпол. А Александр Лукашенко, обращаясь к руководству Российской Федерации, произнес сакральную фразу: "Все это еще цветочки, а ягодки ‒ ягодки ‒ впереди!"

И ведь как в воду глядел: в 2024, приснопамятном году, сенатор Керимов впутался в мутную до одури историю с компанией Wildberries ("Дикие ягоды") супругов Бакальчук, после чего Татьяна Бакальчук возвернула себе девичью фамилию ‒ Ким.

И именно Сулейман Керимов стал главным лоббистом и бенефициаром объединения Wildberries с оператором наружной рекламы Russ. Интерес г-на Керимова к маркетплейсу был обусловлен – как сенатор сам объяснял своим кремлевским товарищам‒ созданием на базе компании финансово-логистического гиганта для международных расчетов в рублях в обход SWIFT и конкуренции с зарубежными IT-исполинами.

Проект должен был трансформировать маркетплейс в платформу, способную конкурировать с Amazon. И обеспечивать трансграничные финансовые транзакции в условиях санкций.

Что сказать? Контора Бакальчук и до этого феерического слияния не выползала из скандалов и скандальчиков, а с 2024 г. барахольная компания просто тонет в разборках разного рода по самые уши.

Но зато финансовые показатели "Диких ягодок" зашкаливают: по сравнению с прошлыми годами выручка увеличилась на 2493%.

А Bloomberg заявил, что Керимову принадлежала еще и доля в компании SpaceX Илона Маска.

Ну, масштабная личность ‒ Керимов, не Илон Маск.

Кто главный лоббист?

"Сделку по объединению маркетплейса Wildberries и оператора наружной рекламы Russ Outdoor организовал член Совета Федерации от Дагестана, миллиардер Сулейман Керимов", ‒ сообщила журналист "Дождя" Юлия Таратута: журналист сделала ссылку сразу на 4 источника.

Сулейману Керимову, который является бенефициаром компании Russ Outdoor, понравился бизнес Татьяны Ким.

Знатный Дон Жуан Керимов вмиг покорил родительницу маркетплейса. Потом познакомил ее со своим другом ‒ главой Администрации президента Антоном Вайно.

Г-н Вайно доложил в Кремль.

Кремлю пообещали, что новая объединенная структура сможет составить конкуренцию американскому Amazon и китайской Alibaba. И еще создаст платформу, которая заменит систему международных банковских платежей SWIFT.

Слияние двух контор было одобрено.

Rusprofile.ru

Компания "Вайлдберриз" объявила о слиянии с Russ Outdoor 18 июня 2024 года. И тогда прозвучало, что это объединение позволит создать нового игрока в финансовом, медийном, торгово-промышленном секторах экономики, а также в областях интернет-технологий, логистики, ретейла и рекламы.

Новая компания станет (непременно) современной высокотехнологичной цифровой торговой платформой.

Антон Вайно

Доли в объединенной компании распределились так: 65% на 35% в пользу Wildberries.

Rusprofile.ru

Выручка ООО "Вайлдберриз" в 2023 году ‒ 539 млрд рублей, а ООО "Русс Аутдор " ‒ 28 млрд рублей.

Rusprofile.ru

А чистая прибыль ‒ 18,9 и 4,9 млрд рублей ‒ соответственно.

Rusprofile.ru

Слияние ООО "Вайлдберриз" с группой Russ, которую связывают с Сулейманом Керимовым, фактически обеспечило структурам сенатора Керимова контроль над крупнейшим активом электронной коммерции в обмен на административное покровительство.

Сулейман Керимов, идейный вдохновитель объединения

Владислав Бакальчук, муж тогда еще Татьяны Бакальчук (смена фамилии была впереди) пытался остановить сделку, назвав ее "рейдерским захватом".

Якобы компанию подминают под себя новые партнёры Татьяны Ким, а именно ‒ братья Мирзояны под опекой Бекхана Барахоева (это депутат Государственной думы РФ) и все того же сенатора Керимова.

Владислав Бакальчук пожаловался своему покровителю ‒ главе Чечни Кадырову, что его супруга попала под влияние владельцев компании Russ Outdoor Левона и Роберта Мирзояна.

Но юридические разбирательства закончились победой Татьяны Бакальчук: даже доли экс-супруга перешли к ней.

Татьяна Бакальчук, потом снова ‒ Ким

Rusprofile.ru

Но эксперты отмечали, что реальное управление процессами и влияние в объединенной структуре осталось за акционерами, связанными с "хитрой лисой" ‒ Сулейманом Керимовым.

Новый конгломерат оказался под управлением Татьяны Ким: она заняла пост генерального директора.

А бизнес-партнер и глава Russ Роберт Мирзоян стал исполнительным директором объединенной структуры.

Роберт Мирзоян

Rusprofile.ru

Казалось бы, компания Ким выходит на новый виток развития с огромными амбициями ‒ выйти за рамки e-commerce и охватить офлайн-рекламу, логистику и банковские сервисы. Если бы!

Но через 3 месяца после сделки компания оказалась в центре громкого скандала.

18 сентября у главного офиса в бизнес-центре"Романов двор" произошла стрельба. Погибли два охранника.

Тогда Татьяна Ким обвинила своего мужа Владислава Бакальчука в попытке рейдерского захвата.

Владислав Бакальчук

И скандал этот не утихал долгое время.

Перекредитованность? Или пожар?

Ксения Собчак у себя в Telegram-канале озвучивала "свою" версию конфликта между Бакальчуками.

Конфликт между супругами мог быть вызван перекредитованностью компании, из-за которой у Татьяны Ким возникло желание найти финансово-устойчивого партнера.

Ксения Собчак

У компании имеются обязанности по кредитам в 100 млрд рублей. Татьяна Ким поняла, что бизнес может "сгореть", поэтому и начала искать сильного партнера на 20-30 % доли в бизнесе.

И тут на горизонте замаячил Сулейман Керимов.

К слову, после пожара на складе Wildberries в Шушарах в начале 2024 года, у Татьяны Ким могли возникнуть и серьезные проблемы с регуляторами.

И как говорят "добрые" люди, именно Сулейман Керимов помог уладить конфликт, организовал встречи с "нужными" людьми.

Сулейман Керимов

Напомним также, что по итогам 2022 года, после начала СВО, Татьяна Бакальчук (Ким) вошла в топ самых обедневших российских миллиардеров по версии Forbes: она имела $8,3 млрд. Но в конце 2022 г. состояние основательницы центральной барахолки упало до $4,7 млрд.

До начала "СВО" компания вышла в Египет, США, Францию, Италию, Испанию, Турцию, но сегодня присутствует только в Белоруссии, Казахстане, Киргизии, Армении и Узбекистане.

Но что же изменилось в работе объединенной структуры?

ООО "Вайлдберриз" объявило об объединении с "Русс Аутдор" в июне 2024 года.

Rusprofile.ru

Совместное OOO "РВБ" было зарегистрировано в июле: учредителями стали ООО "Вайлдберриз" с долей 65% и ООО "Стинн" (владелец ООО "Русс Аутдор") с 35%.

Бенефициары ООО "Стинн"‒ Леван и Роберт Мирзоян.

Исполнительный директор Russ Роберт Мирзоян стал генеральным директором OOO "РВБ".

Rusprofile.ru

Компания Ким передала в ООО "РВБ" свои домены, в августе объединение было завершено.

Rusprofile.ru

В октябре свои активы в ООО "РВБ" передала Russ.

Rusprofile.ru

Роспатент зарегистрировал переход прав на объекты интеллектуальной собственности ООО "Вайлдберриз" в пользу ООО "РВБ".

Интересны также товарные знаки ООО "Стинн": последний зарегистрированный ‒"Деревенский вкус".

Это тонкий намек на "толстые" обстоятельства?

Rusprofile.ru

И не может не обратить на себя внимание количество арбитражных дел компании ООО "Русс Аутдор": 552 дела на 1,5 млрд рублей.

За 5 месяцев этого, 2026 года ‒ 32 дела на 115 млн рублей.

Rusprofile.ru

Получается, что все прошлокак по нотам?

Штрафы ‒ более 8 млрд рублей

Сегодня компанию сотрясают скандалы.

Продавцы, клиенты и менеджер жалуются на хаотично меняющиеся условия, репрессивную систему штрафов и отсутствие обратной связи.

Но Татьяна Ким стала фигурой и политического значения: она вошла в Центральный штаб Общероссийского народного фронта, потом возглавила Российско-армянский деловой совет.

Татьяна Ким

Менеджеры бастуют и штурмуют штаб-квартиру маркетплейса.

Еще раньше компания уже заработала на штрафных санкциях более 8 млрд рублей. Контора начала сильно закручиватьгайки. Во внутренних чатах обсуждают возможные причины.

Одна из версий ‒ из-за "СВО" пришлось заморозить ряд амбициозных международных проектов: компания собиралась строить логистический хаб в Словакии за 200 млн евро.

Проект "заморожен". Но потрачены огромные средства. Как их восполнять? Решили собирать с работников и клиентов.

Развитие компании на территории Польши, Словакии и на европейских рынках происходило полностью за счет собственных денег компании. И хотя маркетплейс и успел выйти в Польшу, Словакию, Германию, Израиль, Испанию и США, добиться каких-то существенных продаж, не говоря о том, чтобы конкурировать с Amazon, контора не смогла!

Компания Ким снизила зарплаты. И спровоцировала забастовки. И начались списания огромных сумм с продавцов.

По всей стране прокатилась волна протестов сотрудников и из-за огромных штрафов: суммы брали от балды. Намусорил ‒ штраф, не убрал стол за собой на переупаковке ‒ штраф, снял обувь и встал на картонку, чтоб ноги отдохнули, ‒ штраф, не сдал вовремя маршрут ‒ штраф. Сумма штрафа доходила до 5 тыс. рублей.

Работники складов жалуются на антисанитарию. Один из поставщиков обуви судился с компанией, когда в ботинках обнаружили… мышей.

И жалуются работники складов на унижение человеческого достоинства: при выходе со склада мужчин заставляют раздеваться до трусов, женщинам позволяют остаться в лифчиках ‒ вот так пытаются избежать краж.

Текучка кадров за последнее время составила 60 %.

Клиенты в шоке!

И сегодня про контору Татьяны Ким и Сулеймана Керимова доброе слово услышать очень сложно.

Посмотрим отзывы.

zachestnyibiznes.ru

zachestnyibiznes.ru

Зато Сулейман Керимов весь в шоколаде.

Потерял яхту, заявился на барахолку Ким

Напомним, что сенатора Керимова в 2018 г. включили в санкционный список США. В 2022 г. включили в список Евросоюза.

Но как пишут СМИ, Керимов сохранил личные активы, которые могут быть оформлены на его швейцарский холдинг Swiru: особняки во Франции и Англии, несколько самолетов, деньги на счетах.

Памятен его арест во Франции в 2017 году: Керимов был задержан в аэропорту Ниццы. Французские власти обвинили его в отмывании денег и уклонении от уплаты налогов при покупке элитной недвижимости на Лазурном берегу через подставные фирмы.

Но в 2018 г. сняли все обвинения.

Сулейман Керимов

Памятна и его авария в Ницце в 2006 году, когда Керимов попал в страшное ДТП: он лихо управлял спорткаром Ferrari Enzo. Машина врезалась в дерево и загорелась. Миллиардер получил тяжелые ожоги: жизнь Керимова спасали французские врачи.

Вместе с ним в авто находилась телеведущая Тина Канделаки, что породило волну слухов в СМИ. И теперь Керимов носит специальные перчатки и закрытую одежду, скрывает следы от ожогов.

И печальная новость такого рода: у Керимова арестовали суперъяхту "Амадея". Яхта оборудована бассейном, тренажёрным залом и вертолётной площадкой.

Яхта "Амадея": оборудована бассейном, тренажёрным залом и вертолётной площадкой.

Яхта была задержана после захода в исключительную экономическую зону Фиджи без разрешения. Местные правоохранительные органы установили, что владельцем является Сулейман Керимов.

Министерство юстиции США добилось ареста судна через суд Фиджи. И получило разрешение на вывоз яхты "Амадея".

Видимо, потеря была столь огромна, что сенатор Керимов в итоге сильно заинтересовался барахолкой Татьяны Ким…

Дмитрий Дагулис

Автор

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/86977-kak_cenator_kerimov_...rupami_v_moskve_i_zabastovkami

Национальная компания Қазақстан темір жолы (КТЖ) вновь оказалась в центре общественной дискуссии после сообщений о выплатах руководству компании на сумму свыше 1 млрд тенге по итогам 2025 года. Ситуация вызвала широкий резонанс не только из-за размера вознаграждений, но и потому, что на этом фоне долговая нагрузка КТЖ продолжает стремительно расти. Уже к апрелю 2026 года долг компании достиг 4,7 трлн тенге, при этом сама КТЖ продолжает повышать тарифы на перевозки и обсуждает новые заимствования. Одновременно весной 2026 года стоимость социально значимых железнодорожных билетов выросла ещё на 7%, а грузовые тарифы в последние годы индексируются двузначными темпами. Однако финансисты и часть общества задаются уже другим вопросом: насколько этот рост прибыли отражает реальное оздоровление компании, если одновременно продолжают расти долги, тарифы и потребность в новых заимствованиях. Именно этот контраст, по мнению экспертов, и становится причиной растущего недоверия общества к квазигосударственному сектору, пишет SHYNDYK.KZ.

Руководство КТЖ объясняет ситуацию ростом финансовых показателей. По итогам 2025 года чистая прибыль компании выросла более чем в два раза — с 185 млрд до 340 млрд тенге. В компании подчеркивают, что выплаты касались не только бонусов топ-менеджерам, но и зарплат, отпускных, а также вознаграждений членам совета директоров. Сам глава КТЖ Талгат Алдыбергенов заявил, что его зарплата составляет 1,5 млн тенге в месяц, а выплаты распределяются между 19 людьми. Он также сообщил, что производственному персоналу в 2025 году было выплачено около 101 млрд тенге премий против 68 млрд тенге в 2024 году.

В КТЖ также подчеркнули, что все вознаграждения утверждает совет директоров с участием независимых членов, а выплаты проходят тройную проверку.

Экономист, директор компании «Integrity Astana» Жанат Нургалиев считает, что ситуация с выплатой премий руководству КТЖ действительно вызывает озабоченность, однако проблема, по его мнению, лежит глубже самого факта вознаграждений. Формально правление компании могло получить премии на основании решения совета директоров, если по итогам года были достигнуты установленные KPI. При чистой прибыли более 300 млрд тенге у руководства КТЖ действительно могли появиться формальные основания для получения бонусов. Однако ключевой вопрос, по словам эксперта, заключается в том, какие именно показатели были заложены в систему мотивации, и были ли среди них снижение долговой нагрузки, повышение эффективности расходов и реальное финансовое оздоровление компании.

«Это вызывает озабоченность. Смотрите, сейчас премии получило правление компании КТЖ на основании решения совета директоров. То есть формально основания есть: чистая прибыль более 300 миллиардов тенге по итогам года. И если совет директоров установил какие-то параметры, KPI-показатели, что если есть чистая прибыль и доход от ряда других показателей, то есть если они не включили снижение задолженности, долгов, то, соответственно, формально есть основания, чтобы они получили эту премию по результатам. Здесь вопрос больше идет к самому совету директоров и корпоративной политике. Нужно было устанавливать показатели, ковенанты для правления по снижению долговой нагрузки», — говорит Жанат Нургалиев.

Рост прибыли и рост долгов одновременно

«Формально КТЖ действительно демонстрирует рост: выручка компании по итогам 2025 года превысила 2,7 трлн тенге, а чистая прибыль выросла примерно вдвое — до 340–343,6 млрд тенге. Однако одновременно обязательства группы увеличились до 5,21 трлн тенге, а краткосрочные обязательства, по данным отчетности, превысили текущие активы почти на 1 трлн тенге. Это означает, что финансовое улучшение не снимает вопрос о долговой устойчивости компании», – отмечает экономист, к.э.н., директор ТОО «УЛАГАТ КОНСАЛТИНГ ГРУПП» Марат Каирленов.

Именно поэтому общественный вопрос звучит не только эмоционально, но и экономически обоснованно: если тарифы повышаются, долги растут, а выплаты ключевому управленческому персоналу увеличиваются с 816 млн до 1,036 млрд тенге, общество вправе спрашивать, насколько такая модель справедлива и устойчива. Особенно с учетом того, что часть прибыли 2025 года могла быть усилена не только операционным ростом, но и разовыми финансовыми факторами.

Финансовые показатели КТЖ

Итак, по данным Министерства транспорта и руководства Қазақстан темір жолы, на 1 апреля 2026 года долг компании достиг 4,7 трлн тенге. Из них внешний долг составляет 1,8 трлн тенге, внутренний — 2,9 трлн тенге.

В самой компании объясняют рост долгов необходимостью обновления локомотивов и вагонов, строительством инфраструкты, необходимостью развития транзитных проектов и модернизации железнодорожной сети.

Данные показывают главный парадокс: КТЖ действительно стала зарабатывать больше, но долговая нагрузка росла почти синхронно. В 2025 году прибыль выросла в 2,1 раза, но Forbes указывает, что часть роста была связана не только с основной деятельностью, но и с разовыми/финансовыми факторами: финдоходом от модификации деятельности на 43,2 млрд тенге, сокращением убытков от курсовой разницы и возвратом НДС за 2020–2023 годы.

Экономист Марат Каирленов считает, что главная проблема ситуации вокруг КТЖ заключается даже не столько в самих премиях, сколько в том, как это воспринимается обществом на фоне роста тарифов, долговой нагрузки и постоянных разговоров о финансовых трудностях компании. По его словам, формально руководство КТЖ может ссылаться на рост прибыли и выполнение финансовых показателей, однако у общества возникает логичный вопрос: за счет чего именно была получена эта прибыль, и насколько она отражает реальное состояние компании в долгосрочной перспективе.

Эксперт обращает внимание, что краткосрочное улучшение финансовой отчетности далеко не всегда означает системное оздоровление бизнеса. Особенно это касается инфраструктурных компаний с огромными капитальными расходами, где временное сокращение затрат может лишь откладывать будущие проблемы. По мнению финансиста, население, прежде всего, видит внешнюю картину: повышение тарифов, разговоры о долгах и одновременно новости о крупных бонусах топ-менеджменту. Именно это, считает он, и подрывает доверие к квазигосударственному сектору.

«С одной стороны они повышают тарифы, с другой стороны – у компании большой долг и при этом они платят огромные бонусы своим сотрудникам. Это не вызывает доверия в обществе. Потому что люди видят вот этот всплеск прибыли, но не понимают, что итоговая чистая прибыль может быть вызвана совершенно разными факторами», — говорит Марат Каирленов.

Он подчеркивает, что рост прибыли может формироваться не только благодаря повышению эффективности компании, но и за счет временных или технических решений, которые в будущем способны привести к еще большим проблемам. В частности, речь может идти о переносе части расходов, откладывании ремонтов, сдерживании роста зарплат рядовых сотрудников или использовании заемных средств для поддержания текущих показателей.

«Есть очень много нюансов, за счет чего можно кратковременно повысить чистую прибыль. Например, можно оттянуть повышение зарплат обычным сотрудникам. В КТЖ работают десятки тысяч людей. Можно где-то перенести ремонты, сказать: мы должны были условно ремонтировать каждый год, а теперь будем каждый год и три месяца. В этом году что-то не ремонтируем, откладываем расходы — и на бумаге прибыль становится лучше. Но это же повышает износ инфраструктуры, это фактически проедание капитала. То есть часть таких результатов может быть чисто краткосрочным фактором», — отмечает эксперт.

По его словам, на финансовые результаты также сильно влияют общие экономические циклы и внешняя конъюнктура. В периоды экономического роста и высокого транзитного спроса компания может демонстрировать сильные показатели, однако это не гарантирует устойчивости в будущем, особенно в условиях высокой долговой нагрузки.

«Нужно смотреть, насколько эта прибыль устойчива. Потому что иногда бывает просто общий экономический подъем, удачный этап цикла, высокий спрос на перевозки. А потом начинается спад — и уже возникают вопросы, как компания будет показывать результаты дальше. Плюс часть роста может быть обеспечена за счет новых заимствований. Условно говоря, заняли большие деньги, поддержали показатели, а долговая нагрузка при этом продолжает расти», — считает Каирленов.

Эксперт полагает, что именно поэтому обществу сегодня недостаточно сухих цифр о росте прибыли. Люди хотят видеть более понятную и прозрачную систему оценки эффективности национальных компаний: насколько реально улучшается качество услуг, снижается ли долговая нагрузка, модернизируется ли инфраструктура и почему на фоне повышения тарифов руководство получает столь крупные выплаты.

Почему тарифы продолжают расти

Рассмотрим, какие именно тарифы повышались.

С 1 апреля 2026 года тарифы на социально значимые железнодорожные маршруты были повышены ещё на 7%.

Для бизнеса ситуация ещё жестче:

– в 2024–2026 годах утверждено поэтапное повышение тарифов примерно на 24% ежегодно;
– в мае 2025 года, часть тарифов уже повышали сразу на 35%;
– некоторые отраслевые ассоциации предупреждают, что к 2030 году перевозки отдельных грузов могут подорожать в 4 раза.

Компания и госорганы объясняют рост тарифов тремя аргументами: перевозки ниже себестоимости, дефицит средств на модернизацию и высокий износ инфраструктуры. По данным LS, КТЖ ссылалась на госаудит за 2020–2023 годы: убытки от перевозок грузов ниже себестоимости достигли 907 млрд тенге, а износ магистральной сети и локомотивного парка оценивался в 57%.

По мнению Жаната Нургалиева, нынешняя ситуация показывает, что прибыль КТЖ во многом формируется именно на фоне роста тарифов. Компания уже повышала тарифы на магистральные перевозки и сейчас вновь рассматривает их пересмотр, поскольку, по словам эксперта, без дальнейшего повышения тарифов КТЖ будет сложно вытянуть свое финансовое положение.

«На сегодняшний день мы видим, что эта прибыль образуется за счет того, что они повысили тарифы на магистральные перевозки. Сейчас еще хотят пересматривать рост тарифов, потому что они понимают, что эту финансовую ситуацию без повышения тарифов сложно будет вытянуть. И когда главный посыл такой: прибыль КТЖ растет, но и долг растет, при этом тарифы повышаются для населения, а топ-менеджеры получают высокие премии, — да, это действительно вызывает озабоченность в обществе», — отмечает экономист.

Отдельно Нургалиев обращает внимание на тарифную политику КТЖ. По его словам, проблема заключается не только в самом факте повышения тарифов, но и в том, как распределяется нагрузка между разными категориями клиентов. Эксперт указывает, что у крупных горнорудных компаний сохраняются льготные или более низкие тарифы, тогда как повышение может сильнее затронуть малый и средний бизнес.

«Здесь вопрос именно больше к тарифной политике. Потому что у них есть льготы для крупных горнорудных компаний, определенные низкие тарифы — такие как ERG, Казахмыс. Там тариф для них не повышают, а сейчас хотят повысить тариф для малого и среднего бизнеса. То есть за счет этого как бы вытянуть свои показатели», — говорит Нургалиев.

КТЖ продолжает занимать деньги

Несмотря на уже рекордную долговую нагрузку, в 2026 году КТЖ планирует привлечь ещё около $1 млрд через облигации.

Кроме того, компания уже обсуждает IPO, которое может пройти до конца 2026 года. В КТЖ прямо заявляют, что размещение акций рассматривается как один из способов снижения долговой нагрузки.

Стоит отметить, что по итогам прошлого года прибыль КТЖ резко выросла – чистая прибыль компании выросла более чем в два раза и достигла 343,6 млрд тенге, выручка тем временем составила около 2,75 трлн тенге.

Формально у компании действительно есть основания ссылаться на финансовые показатели. Последние годы КТЖ демонстрирует рост транзитных перевозок, прежде всего благодаря усилению роли Казахстана в евразийской логистике и развитию Транскаспийского международного транспортного маршрута. Однако, и здесь, не как показывает геополитическая обстановка, не все так гладко. Казахстан становится важнейшим транзитным узлом между Китаем, Центральной Азией, Кавказом и Европой. Через страну проходят растущие объемы контейнерных перевозок, а сама железнодорожная инфраструктура превращается в один из ключевых элементов новой евразийской торговли.

Ситуацию вокруг «Қазақстан темір жолы» экономист Марат Каирленов называет неоднозначной и предлагает смотреть на проблему значительно глубже, чем просто через призму «больших премий» или общественного возмущения. По его словам, вокруг КТЖ сегодня переплетаются сразу несколько сложных факторов: огромная инфраструктурная нагрузка, государственные задачи, социальная ответственность, необходимость модернизации железных дорог и одновременно — колоссальная долговая нагрузка. Эксперт подчеркивает, что сама по себе прибыль компании еще не означает отсутствия проблем, однако и механически сравнивать размер долга с премиями руководства тоже не совсем корректно. По его мнению, КТЖ фактически выполняет функции системообразующей структуры для экономики Казахстана, а потому оценивать эффективность компании нужно значительно шире обычных коммерческих показателей.

«Ситуация здесь действительно неоднозначная. С одной стороны, общество видит огромный долг — более 4 триллионов тенге, повышение тарифов, постоянные разговоры о необходимости господдержки. И, конечно, на этом фоне информация о крупных премиях вызывает раздражение. Это абсолютно понятная реакция людей. Но если смотреть глубже, КТЖ — это не обычная частная компания. Это стратегическая инфраструктура страны, через которую проходит значительная часть экономики, транзита, экспорта и логистики Казахстана. Компания одновременно должна решать и коммерческие, и государственные задачи», — считает Марат Каирленов.

Эксперты обращают внимание и на другую сторону вопроса. Рост прибыли вовсе не означает устойчивое финансовое здоровье компании. В случае КТЖ ключевой проблемой остается колоссальный долг, который уже приблизился к 4,7 трлн тенге. Значительная часть обязательств связана с масштабными инфраструктурными проектами, модернизацией путей, строительством новых железнодорожных направлений и обновлением подвижного состава. Кроме того, долговая нагрузка усиливается валютными рисками, процентными выплатами и необходимостью постоянного рефинансирования.

На этом фоне выплаты миллиардных бонусов воспринимаются обществом особенно болезненно. Для многих казахстанцев ситуация выглядит противоречиво: компания с огромным долгом повышает тарифы для населения, получает государственную поддержку и одновременно выплачивает крупные вознаграждения руководству. Подобные вопросы ранее уже возникали вокруг других национальных компаний и квазигосударственного сектора, включая Самрук-Қазына.

Марат Каирленов подчеркивает, что вопросы к системе мотивации топ-менеджмента все равно остаются — обществу недостаточно просто слышать о росте прибыли или формальных KPI. Люди хотят понимать, насколько вознаграждения действительно привязаны к долгосрочной эффективности компании, снижению долговой нагрузки и улучшению качества услуг.

«Проблема здесь, скорее, в прозрачности и доверии. Когда население видит рост цен на билеты, разговоры о дефиците вагонов, о долгах компании, а потом слышит про миллиардные выплаты менеджменту, возникает ощущение несправедливости. Даже если формально все процедуры соблюдены, общество все равно будет задавать вопросы: а насколько эти бонусы действительно соответствуют результатам работы? Насколько они связаны не только с прибылью на бумаге, но и с реальным улучшением ситуации внутри компании?» — говорит Каирленов.

По мнению эксперта, подобные истории становятся частью более широкой дискуссии о состоянии всего квазигосударственного сектора Казахстана. В последние годы общество все чаще требует большей прозрачности от национальных компаний, особенно в вопросах долгов, тарифной политики и системы вознаграждений руководства. Именно поэтому ситуация вокруг КТЖ, считает финансист, выходит далеко за рамки одной компании и отражает более глубокий запрос общества на эффективность и подотчетность государственных структур

Каирленов также обращает внимание, что в последние годы Казахстан активно пытается превратиться в один из ключевых транзитных узлов Евразии. На фоне геополитических изменений именно железнодорожная инфраструктура становится одним из важнейших инструментов экономической устойчивости страны. В этой связи КТЖ вынуждена инвестировать огромные средства в модернизацию путей, обновление подвижного состава, расширение транзитных маршрутов и строительство новых направлений.

«Нужно понимать, что значительная часть долгов КТЖ — это последствия очень капиталоемких инфраструктурных проектов. Железная дорога — вообще одна из самых дорогих отраслей с точки зрения инвестиций. Это не IT-компания, где можно быстро масштабироваться без огромных затрат. Здесь строительство путей, локомотивы, вагоны, станции, модернизация — все требует колоссальных денег. И государство фактически использует КТЖ как инструмент реализации своей транзитной стратегии», — отмечает эксперт.

Именно поэтому долговая нагрузка компании, по мнению эксперта, во многом связана не только с проблемами управления, но и с масштабом задач, которые государство ставит перед национальным перевозчиком.

Государственная поддержка и вопросы доверия

Экономист Жанат Нургалиев также подчеркивает, что государственная поддержка КТЖ выражается не только в прямых или косвенных мерах, но и в отношении к обязательствам компании. По его словам, при общей задолженности около 4,7 трлн тенге значительная часть долговой нагрузки связана с займами, в том числе международными. Кроме того, у компании есть отсроченная долгосрочная задолженность по налоговым обязательствам перед государством — порядка 468 млрд тенге.

«Если говорить про их задолженность 4,7 триллиона тенге, из них 1,8 триллиона — это по международным. Кроме того, у них есть отсроченная долгосрочная задолженность по налоговым обязательствам перед государством — порядка 468 миллиардов тенге. Это очень серьезная поддержка со стороны государства. Помимо того, что в свое время еще займы брали. Это говорит о том, что они пока не оплачивают эти долги по налогам», — поясняет эксперт.

По мнению Нургалиева, именно этот момент особенно болезненно воспринимается обществом. Для обычных граждан и малого бизнеса даже небольшая просрочка по налогам или обязательным платежам может обернуться штрафами, пеней и мерами администрирования. В случае же крупной национальной компании действует совершенно иной масштаб терпимости со стороны государства.

«Если говорить про рядовых граждан, то если у вас тысяча тенге не оплачена или 500 тенге, то государство сразу применяет штрафные санкции, меры администрирования и так далее. А для КТЖ такого нет. Поэтому, конечно, когда они получили более 300 миллиардов чистой прибыли и при этом под миллиард выплатили бонусы топ-менеджерам компании КТЖ, это вызывает определенное недоверие со стороны общества», — считает Жанат Нургалиев.

KPI, премии и системные проблемы

При этом экономист уточняет, что с точки зрения международной корпоративной практики сама выплата премий не является чем-то необычным. Если показатели достигнуты, менеджмент получает вознаграждение. Однако в случае КТЖ, по его мнению, вопрос заключается в том, кто и как устанавливал эти показатели.

«Если говорить про международную практику, если показатели по году достигнуты, запланированы, то, конечно, выплачивается премия. Для этого они и работают, чтобы достигнуть этих показателей. Другое дело — как эти показатели устанавливаются. Я еще раз говорю: если совет директоров и само руководство не поставили задачу по снижению долговой нагрузки на 2025 год, соответственно, они не пытались это решать», — говорит эксперт.

Экономист считает, что проблема КТЖ не является единичной. По его мнению, это системная проблема квазигосударственного сектора, где премии могут начисляться за формальное достижение финансовых показателей, тогда как долговая нагрузка, качество услуг, себестоимость, закупочная эффективность и реальные структурные проблемы остаются вне системы мотивации.

«Да, это системная проблема, она присутствует в квазигосударственном секторе. Я думаю, текущая долговая стратегия КТЖ сейчас будет решаться за счет повышения тарифов. То есть они рассчитывают, что за счет повышения тарифов смогут снизить свою долговую нагрузку и улучшить финансовое состояние», — говорит эксперт.

По словам Нургалиева, здесь возникает еще один важный конфликт: показатели для совета директоров зачастую выносит само правление. То есть менеджмент может предлагать те KPI, которые ему удобнее выполнить, и по которым в дальнейшем можно получить премии.

«С другой стороны, перед советом директоров эти показатели само правление выносит — какие показатели им удобнее и выгоднее выносить для того, чтобы по итогам года получить премии. Поэтому здесь надо в целом пересматривать корпоративную политику по поводу премий, чтобы эти ковенанты, показатели устанавливались со стороны правительства для самого ФНБ, а потом по вертикали — для национальных компаний. Чтобы эти ключевые показатели там были, чтобы управление было заинтересовано именно в работе по этим показателям», — отмечает Нургалиев.

Закупки, себестоимость и коррупционные риски

При этом, по мнению Нургалиева, эффективность КТЖ должна оцениваться значительно шире, чем просто по чистой прибыли. В систему оценки должны входить качество услуг, модернизация инфраструктуры, снижение себестоимости, эффективность закупок и устранение коррупционных рисков. Особенно важным эксперт считает анализ расходов компании — от самых мелких закупок до закупки вагонов, локомотивов и элементов железнодорожной сети.

«При оценке эффективности, конечно, должно оцениваться качество услуг, эффективность модернизации инфраструктуры. Кроме того, снижение себестоимости производимых товаров, работ и услуг. У них есть проблема высокой производственной себестоимости. Она складывается за счет того, что закуп товаров, работ и услуг происходит по завышенным ценам, закладываются коррупционные риски, есть определенные схемы. И здесь как раз надо над этим работать, убирать эти схемы», — подчеркивает экономист.

По мнению Марата Каирленова, в таких историях важно смотреть не только на сам размер премий, но и на то, какие управленческие стимулы формируются внутри национальной компании. Если менеджмент получает вознаграждение за формальное выполнение годовых показателей, но при этом долговая нагрузка, качество расходов, износ инфраструктуры и долгосрочная устойчивость остаются на втором плане, возникает риск искаженной мотивации. В такой модели компания может показывать прибыль в отчетности, но не решать накопленные структурные проблемы

Отдельно Жанат Нургалиев указывает на проблему закупок в национальных компаниях. По его словам, риски возникают тогда, когда закупки проходят без полноценной конкуренции или из одного источника в рамках внутренних коопераций.

«Начиная от закупки туалетной бумаги и завершая закупкой вагонов, локомотивов, запчастей и элементов для железнодорожной сети, надо серьезно все посмотреть: насколько эти цены вообще соответствуют рынку. Проблема в том, что когда КТЖ осуществляет закупки, не всегда есть конкуренция. Часто закупка идет из одного источника в рамках внутренних коопераций. А когда нет конкуренции, когда сам заказчик решает, у кого что закупать, там, соответственно, возникают проблемы — высокие коррупционные риски», — резюмирует Жанат Нургалиев.

Таким образом, история вокруг КТЖ сегодня выходит далеко за рамки одной дискуссии о премиях руководству. Она становится отражением более глубокой проблемы всего квазигосударственного сектора Казахстана — вопроса прозрачности, эффективности управления и доверия общества. Формальный рост прибыли сам по себе уже не убеждает население, если одновременно растут тарифы, долговая нагрузка и зависимость компаний от новых заимствований.

Именно поэтому в центре общественного внимания оказывается не только размер бонусов, но и качество самой финансовой модели национальных компаний. Насколько устойчив этот рост? За счет чего он достигается? И кто в итоге оплачивает эффективность на бумаге — государство, бизнес или обычные граждане через повышение тарифов? Именно эти вопросы, судя по всему, будут звучать всё громче по мере роста долгов и социальной чувствительности вокруг крупнейших госкомпаний страны.

Источник: https://cmpt-base.com/vlast/item/571767-premii-na-...-vyzvali-voprosy-v-obshchestve

Сначала европейская полиция устроила настоящий спектакль: координированные аресты, сливы в прессу и пафосные заявления про «разгром международной преступной сети» через латвийский ABLV Bank. Картина выглядела более чем впечатляюще.

Всё началось с серии арестов, скоординированных по времени, утечек в ведущие СМИ и победных реляций о «ликвидации транснациональной преступной группировки».

Однако через три года история как будто исчезла: участники дела пропали, информационное пространство очищено, ключевые компании продолжают свою деятельность. Возникает вопрос – это затянувшееся расследование или осторожное «закрытие» неудобного дела?

Как отмывали 50 миллионов евро

Пик истории пришёлся на 2020 год. Тогда латвийская полиция по борьбе с экономическими преступлениями провела серию задержаний в Риге – с заранее «слитыми» датами и демонстративным медийным сопровождением.

Суть дела выглядела классически: через ABLV Bank прокачивались деньги, полученные от фиктивных сделок. Для этого использовалась сеть компаний в Латвии, Германии, Швейцарии, России и Беларуси. Механизм тоже был несложен: оформлялись липовые поставки товаров, а средства «очищались» через банковские счета.

Ключевые фигуранты схемы тоже были публично названы. Это были Андрис Овсянниковс – персональный банкир ABLV, который обеспечивал прохождение транзакций и их легализацию, и Андрис Путниньш – латвийский предприниматель, в деле также фигурировали неназванные «граждане Беларуси». Предполагаемым организатором, по данным ряда публикаций, выступал гражданин РФ Вячеслав Иванов, в деле также активно участвовала некая Дарья Терехина – формальный владелец компании Manat, через которую проходили средства.

Связующем звеном служила фирма Manat, которая принадлежала Дарье Терехиной, но, как подозревали расследователи, последняя выступала номиналом, поскольку фирма была переоформлена на нее довольно поспешно – до этого компанией владел Сейшельский Manat Holdings. Компания Manat, имевшая оборот в несколько миллионов евро, использовалась в цепочке фиктивных операций. После того, как афера была разоблачена, компания резко ушла в убытки, хотя и не была ликвидирована.

Среди людей, задействованных в афере, назывались также фамилии акционера ABLV Bank Эрнеста Берниса, гражданина РФ Вячеслава Иванова и бывший руководитель представительства ABLV Bank в Минске Евгений Терехин. Овсянниковс и Терехин, как сообщалось, были задержаны.

Громкие аресты и … тишина

После громких арестов и новостных сюжетов внезапно дело ABLV Bank пропало из информационного поля.

Хотя поначалу дело сопровождалось типичной для «показательных» расследований риторикой:«разоблачена международная сеть отмывания денег», «ликвидирован канал финансирования», «синхронные задержания в ЕС и Беларуси», но уже к 2022–2023 году информационный поток резко обрывается.

По состоянию на 2026 год, по прошествии шести лет, нигде нет прозрачной информации о судебных приговорах, исчезли регулярные отчеты следствия, медиа, активно писавшие о деле, перестали его освещать. В поиске остаются в основном старые публикации.

И это не просто естественное «затихание» ‒ наблюдаются признаки управляемого исчезновения темы.

Куда делись Терехина и Овсянниковс?

Судьба фигурантов – один из самых мутных элементов истории. Что касается Андриса Овсянниковса, то по нему ситуация относительно понятна. Ключевое слово здесь «относительно». Достоверно известно, что Овсянниковс был задержан в 2020 году и фигурировал как один из ключевых участников схемы, находился под следствием. Но дальше – информационный вакуум: нет публичных данных о приговоре, отсутствуют подробности сделки со следствием (если она была).

На этом фоне крайне странным выглядит тот факт, что фамилия Овсянниковс отыскивается в реестре недвижимости Болгарии: Андрис Овсянниковс там значится владельцем гостевых апартаментов «Бирута» на Золотых песках, которые он приобрел в 2025 году. Из этого следует, что по крайней мере с февраля 2025 года Андрис Овсянниковс не только на свободе, но и свободно передвигается по Евросоюзу.

С Дарьей Терехиной вообще начинается настоящая «серая зона». О ней известно минимум: гражданка Беларуси, владелец компании Manat, фигурант дела об отмывании €50 млн. Но при этом нет данных о задержании или экстрадиции, отсутствуют интервью, комментарии, публичные следы, личность Терехиной практически не существует в открытых источниках. Дополнительный штрих – возможная связь с Евгением Терехиным, бывшим представителем ABLV Bank в Минске. О котором тоже больше ничего неизвестно.

Следует также учесть тот факт, что в последние годы фиксируется зачистка упоминаний фамилий Терехин и Терехина в интернете. Это уже не просто исчезновение – это активное удаление цифрового следа.

Почему дело зависло и что происходит сейчас

Если посмотреть на историю вокруг ABLV Bank не как на отдельное уголовное производство, а как на часть большого «балтийского прачечного узла», становится понятно, почему расследование фактически ушло в тень.

С самого начала у следствия была проблема масштаба. Латвийские прокуроры прямо признавали: речь идет о международной группе, действовавшей сразу в нескольких странах, а расследование требует десятков запросов о правовой помощи и анализа тысяч банковских операций.

При этом дело разворачивалось на фоне общего кризиса всей латвийской банковской системы. После обвинений американского FinCEN в адрес ABLV Bank в 2018 году Латвия оказалась под колоссальным давлением США и FATF. По сути, стране нужно было быстро продемонстрировать борьбу с «грязными деньгами» из России, Украины, Азербайджана и Беларуси.

Именно поэтому обыски ABLV Bank выглядели настолько демонстративно: спецназ, утечки прессе, синхронные действия в Беларуси, громкие заявления о международной преступной сети. Но дальше система уперлась в несколько проблем одновременно.

Во-первых, значительная часть фигурантов – иностранцы. Уже в феврале 2020 года прокуратура сообщала, что среди подозреваемых были граждане других государств, включая Беларусь и Россию. После 2022 года сотрудничество между ЕС, Беларусью и Россией практически остановилось. Если человек физически находится вне юрисдикции ЕС, расследование превращается в бесконечную бумажную процедуру.

Во-вторых, сама структура схемы была построена через и прослойки. Компания Manat, связанная с Дарьей Терехиной и Андрисом Овсянниковсом, исторически контролировалась через сейшельскую структуру. Это типичная архитектура для дел, которые можно расследовать годами без финального результата.

В-третьих, у следствия, судя по всему, начались проблемы с доказательной базой. Косвенный сигнал – отдельные процессы по конфискации средств начали разваливаться в судах. Например, в 2021 году латвийский Суд по экономическим делам отказался конфисковывать деньги одного из клиентов ABLV из-за недостаточности доказательств их преступного происхождения. Для дел об отмывании денег это критический момент: без доказанного первичного преступления многие эпизоды начинают «сыпаться».

Есть и еще один фактор, о котором в Латвии предпочитают говорить осторожно: слишком большое количество людей оказалось связано с системой обслуживания нерезидентских денег. В материалах упоминались не только рядовые сотрудники, но и бывшие топ-менеджеры банка. Если раскручивать цепочку до конца, расследование неизбежно выходит за пределы истории одной группы и затрагивает всю модель балтийского финансового транзита 2010-х.

На этом фоне особенно странно выглядит судьба Дарьи Терехиной. Формально ее имя связывали с ключевой компанией схемы, однако после первых публикаций она практически исчезла из публичного пространства. Более того, вокруг фамилии «Терехин/Терехина» действительно наблюдается характерная для подобных историй «цифровая эрозия»: старые материалы исчезают, ссылки перестают индексироваться, часть публикаций удалена или скрыта из поиска.

Подобное обычно происходит либо при целенаправленной юридической зачистке репутации, либо когда фигуранты пытаются полностью обнулить публичный след.

Сейчас вся история напоминает «замороженный кейс»: формально расследование существует, отдельные эпизоды могут идти в закрытом режиме, но публичного движения почти нет.

И это, возможно, самый важный индикатор. В Европе дела о финансовых преступлениях либо заканчиваются громкими посадками, либо постепенно растворяются в бесконечных процедурах, пока общественный интерес не исчезнет сам собой. История с ABLV все больше похожа именно на второй вариант.

Николай Герасименко

Корреспондент

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/86119-mehdunarodnaja_mahin...z_manat_dlja_otmyvanija_50_mln

Стала известна история, как владелец «Маер групп» Константин Майор (между прочим, муж двоюродной племянницы Владимира Путина Веры Подгузовой) буквально в одночасье из «небожителя» превратился в «токсичную» персону, внесенную во все возможные «черные списки» ФСО и АП РФ. А все из-за скандальной истории на ПМЭФ в 2025 году.

Вчера «Маер групп» спешно вычищала из телеграм-каналов посты о том, что у компании серьезные финансовфсые проблемы и она вынуждена массово сокращать сотрудников. Одновременно на сайте судов Санкт-Петербурга появилось сообщение о приговоре водителю, который был задержан летом 2025 году во время ПМЭФ в Санкт-Петербурге с «липовой корочкой» пенсионера ФСБ РФ. Это взаимосвязанные события. Рассказываем почему.

В свое время судьба свела уроженца Челябинской области Константина Майора с олигархами Искандером Махмудовым и Андреем Бокаревым, так, собственно, на свет и появилось «Маер групп». При такой серьезной финансовой и ресурсной поддержке «Маер» сначала стал одним из крупнейших операторов наружной рекламы, а следом превратился еще и в медиа-холдинг, скупая один из другим интернет-ресурсы во всех российских регионах. После свадьбы с Верой Подгузовой Константин Майор решил, что он окончательно попал на Олимп и должен передвигаться соответствующе «небожителям».

Он пересел на бронированной Аурус с мигалкой и пропуском-вездеходом, а спереди и сзади появились машины с охраной Росгвардии. Весь этот кортеж и отправился летом 2025 года в Санкт-Петербурге на ПМЭФ, участие в котором Майор в соцсетях анонсировал с шикарной яхты. Бизнесмен не учел, что в дни ПМЭФ (на котором в 2025 году выступал и Путин) Санкт-Петербург оказывается под полным контролем ФСО РФ. Сотрудники спецслужбы «срисовали» крайне подозрительный Аурус – всех владельцев мигалок и пропусков-вездеходов они знают наизусть и этой машины в числе обладателей таких регалий не было. Стали возникать нехорошие подозрения. Сотрудники ФСО при поддержке местного ДПС блокировали Аурус, в салоне которого и оказался Майор. Его персональный водитель Виктор Семашкин решил брать напором и «вывалил» стопку документов, включая свое удостоверение «пенсионера» ФСБ РФ. Все бумаги и «корочка» были подделками.

Позже Семашкин, который оказался ранее судим, возьмет всю вину на себя. Мол, сам оснастил Аурус мигалкой, пропуском и т.д., а шеф был не в курсе (в итоге вчера ему назначили наказание в виде шести месяцев ограничения свободы). Самого Майора задерживать не стали и он вместе с охраной удалился.

Однако, «понты» обошлись ему крайне дорого. Когда Майор пришел на ПМЭФ, то ему было объявлено, что его аккредитация аннулирована по решению ФСО. Все последующие попытки Майора попасть на другие статусные мероприятия заканчивались плачевно – ему отказывали в аккредитации по решению ФСО. Даже в госучреждения, которые охраняет эта спецслужба, он не может попасть. Источники говорят, что на Майора из-за все этой ситуации с Аурусом обозлился кто-то из руководства ФСО – не то руководитель Дмитрий Кочнев, не то его заместитель и одновременно глава Службы безопасности президента Алексей Рубежной- и он был внесен в «черный список».

Следом Махмудов и Бокарев, мягко говоря, не похвалили Майора из-за подобных «понтов». Ну а дальше — как «снежный ком». Стали отворачиваться госструктуры, крупные «заказчики» и т.д. и т.п. В результате к весне 2026 года дела «Маер групп» стали совсем плачевными.

Юлия Абштейн

Автор

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/86155-faljchivyj_aurus_i_p..._i_ugodil_v_chernye_spiski_fso

Вокруг топ-менеджмента «Газпрома» и связанных структур усиливается внимание к финансовым потокам и управленческим решениям. В центре обсуждения — глава «Газпром нефти» Александр Дюков, а также его предполагаемое окружение, включая Евгения Кожевникова и Вадима Гуринова.

По данным СМИ, Евгений Кожевников курирует закупочные процессы и ранее фигурировал в проектах, связанных с платформой iSource. Отмечается, что через подобные механизмы могли проходить крупные контракты с непрозрачной структурой поставок.

Вадим Гуринов, которого называют близким к Дюкову, упоминается как участник финансовых операций и возможного перераспределения средств через зарубежные юрисдикции. Также обсуждается его потенциальная роль в банковском секторе, включая структуры «Газпромбанка».

На этом фоне «Газпром нефть» привлекает значительные заёмные средства, что вызывает вопросы о финансовой устойчивости и управлении долгом. Ситуация рассматривается как часть более широкой борьбы влияния внутри отрасли, где различные группы стремятся усилить контроль над активами.

Николай Герасименко

Корреспондент

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/83131-alekcandr_djukov_evg...traktami_v_obhod_prozrachnosti

Глава «Газпром нефти» Александр Дюков, как утверждается, использует петербургского бизнесмена Вадима Гуринова для управления неофициальными активами и финансовыми потоками.

Гуринов, имеющий кипрский паспорт и проживающий преимущественно в ОАЭ и Франции, продолжает вести масштабный бизнес как в России, так и за рубежом.

По данным расследования, именно через структуры Гуринова проходили сделки с активами, связанными с «Газпром нефтью». В частности, ему достался шинный бизнес «Кордиант», ранее принадлежавший структурам «Сибура». Позже компания «Сервис-Телеком», оформленная на супругу Гуринова, приобрела у «Вымпелкома» около 15 тысяч вышек связи за 70 млрд рублей. Финансирование сделки обеспечивал Газпромбанк.

После введения западных санкций против Дюкова его семейный офис «Уран-Инвест» с активами примерно на 2 млрд рублей также был переписан на окружение Гуринова — формальным владельцем стал брат бизнесмена Артём Гуринов.

Отдельное внимание вызывает связь Вадима Гуринова с владельцем «Транслома» Алексеем Золотарёвым. Эта компания считается эксклюзивным подрядчиком Минобороны по утилизации металлолома. Кроме того, фамилии обоих фигурировали в документах Panama Papers и структурах на Британских Виргинских островах.

Марьяна Заболотная

Автор

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/84601-glava_gazprom_nefti_...va_prjachet_aktivy_ot_sanktsij

Вадим Гуринов, которого связывают с обслуживанием финансовых потоков от продажи российской нефти, продолжает спокойно вести бизнес одновременно в России, ОАЭ и Европе.

Несмотря на кипрский паспорт, проживание во Франции и ОАЭ, а также тесные контакты с фигурантами крупных сырьевых схем, под западные санкции Гуринов до сих пор не попал.

Одним из ключевых партнеров Гуринова в России называют Алексея Золотарева — владельца компании «Транслом». Именно «Транслом» считается эксклюзивным подрядчиком «Минобороны» по утилизации металлолома. Через структуры Золотарева и связанные активы, по данным расследований, могли проходить многомиллиардные потоки.

Отдельное внимание вызывает сделка 2021 года, когда «Вымпелком» продал около 15 тысяч сотовых вышек за 70 млрд рублей компании «Сервис-Телеком», связанной с Гуриновым. Формально активы были оформлены на супругу бизнесмена, что стало еще одной характерной деталью семейной схемы распределения собственности.

Сам Гуринов уже много лет фигурирует в орбите старой петербургской бизнес-группы, выросшей из проектов «Совэкс», «Петербургский нефтяной терминал» и структур морского порта. Эту сеть связывают с Ильей Трабером, известным в определенных кругах как Антиквар. По информации источников, именно на Гуринова многие нынешние подсанкционные бизнесмены записывали неофициальные активы и зарубежные компании.

Семья Гуриновых начала формировать инфраструктуру еще в 90-х. Среди таких активов — британское агентство недвижимости NEW END DEVELOPMENTS LIMITED, которое контролирует сам Вадим Гуринов, а доля оформлена на его дочь Валерию Гуринову.
В документах Panama Papers также всплывала компания PUNCH INVESTMENTS LTD с Британских Виргинских островов. Основным бенефициаром значился Вадим Гуринов. Среди совладельцев фигурировали Дмитрий Соков — бывший руководитель «Кордиант» и экс-менеджер «Сибур-Русские шины», Илья Соснов — бывший заместитель гендиректора «Сибур-Русские шины», а также Алексей Золотарев.

PUNCH INVESTMENTS LTD, зарегистрированная в 2011 году, предположительно имела отношение к аквакультурному бизнесу. Примечательно, что Илья Соснов позже занял пост заместителя гендиректора в «Русское море — Добыча», принадлежащем Максиму Воробьеву и Глебу Франку.
Еще один — GANO SERVICES INC. — был оформлен на Артема Гуринова, брата Вадима Гуринова. Эта структура владела 27% шведского фонда RURIC, который связывали с зарубежным контуром активов петербургских бизнесменов и выводом капитала за пределы России.

Дмитрий Дагулис

Автор

 

 

 

Источник: https://rumafia.io/news/86261-neftjanye_milliardy_...ug_rossijskih_syrjevyh_potokov

Специальное расследование: оборотная сторона главного транзитного монополиста Центральной Азии

Пока международные инвестиционные банкиры на Уолл-стрит аплодируют АО НК «Қазақстан Темір Жолы» (КТЖ) за «гениальное» размещение еврооблигаций на $1 млрд с аномально узким спредом, внутри самого Казахстана экономисты, экспортеры и рядовые железнодорожники бьют в набат.

За красивым фасадом из громких терминов вроде «Срединный коридор», «геоэкономический мост» и «инвестиционный класс» скрывается глубоко деградировавшая, погрязшая в многомиллиардных долгах и коррупционных скандалах структура. КТЖ сегодня — это классическая потемкинская деревня эпохи глобализации. Пока транзитные контейнеры из Китая с ветерком мчатся в Европу, внутренняя экономика Казахстана задыхается от искусственного дефицита вагонов, разрушенных путей и тарифного шантажа.

В чем реальная причина инфраструктурного паралича, куда уходят миллиарды заемных долларов и почему триумф на Уолл-стрит может обернуться катастрофой для простых граждан — в нашем специальном расследовании.

Глава 1. Иллюзия успеха: Зачем КТЖ на самом деле заняла $1 млрд?

Официальные пресс-релизы КТЖ и комплиментарные отчеты инвестбанков преподносят апрельское размещение евробондов под 5,0–5,35% как признак безусловного доверия мирового капитала. Четырехкратная переподписка книги заявок ($3,9 млрд спроса на $1 млрд предложения) подается как триумф.

Однако независимые финансовые аналитики смотрят на эти цифры с ужасом.

Реальность: Этот миллиард долларов взят не на развитие, не на закупку новых локомотивов и не на цифровизацию путей. Этот миллиард — классическое экстренное рефинансирование старых токсичных долгов. КТЖ просто перекредитовалась, чтобы выплатить предыдущие займы, срок по которым подошел к критической отметке.

КТЖ уже много лет находится в состоянии, которое независимые аудиторы называют «хронической финансовой неустойчивостью». Огромная часть доходов компании уходит не на модернизацию рельсов, а на обслуживание гигантского валютного долга.

Когда международные инвесторы покупают облигации КТЖ почти по суверенной ставке (с премией всего 10–20 б.п. к госдолгу РК), они верят не в финансовое здоровье железной дороги. Они знают: если КТЖ завтра объявит дефолт, правительство Казахстана будет вынуждено спасать компанию за счет денег налогоплательщиков и средств Национального фонда. Инвесторы застраховали свои риски за счет кармана каждого гражданина Казахстана.

Глава 2. Инфраструктурный инфаркт: Износ 70% и «составы-призраки»

Пока руководство КТЖ рапортует о двузначных темпах роста транзита по Срединному коридору, базовая инфраструктура компании находится в состоянии технического дефолта.

Согласно отчетам Высшей аудиторской палаты РК и независимых экспертов, средний уровень износа магистральных путей, локомотивов и вагонов КТЖ в 2026 году превышает 60–70%. На некоторых критических участках этот показатель доходит до 85%.

[==================== 70% ИЗНОС ИНФРАСТРУКТУРЫ КТЖ ====================]
 [██████████████████████████████████████████░░░░░░░░░░░░░░░░░░]
 Критический уровень (Модернизация сорвана) Остаток ресурса
 

Последствия технического краха:

• Сходы и аварии: Сводки происшествий на железных дорогах Казахстана напоминают вести с фронта. Сходы грузовых вагонов и цистерн с рельсов стали еженедельной рутиной. Причина — «усталость» металла, гнилые шпалы и деформация полотна, которую годами не ремонтировали.

• Ограничение скорости: Чтобы поезда окончательно не сошли с рельсов, КТЖ вынуждена вводить сотни временных ограничений скорости на магистральных путях. На некоторых участках грузовые поезда тащатся со скоростью 20–30 км/ч. Какая уж тут «высокоскоростная евразийская логистика»?

• Дефицит тяги: Половина локомотивного парка КТЖ — это советское наследие, отработавшее все мыслимые нормативные сроки. Локомотивы ломаются прямо на перегонах, оставляя брошенными километровые составы.

Глава 3. Транзитный эгоизм: Как КТЖ уничтожает отечественный бизнес

В конце апреля 2026 года КТЖ заблокировала транзит российского сжиженного газа в Таджикистан, сославшись на «перегрузку инфраструктуры и скопление вагонов». Но это лишь вершина айсберга. Под предлогом «перегрузки» КТЖ регулярно и систематически уничтожает бизнес собственных, казахстанских производителей.

Внутри компании действует негласный, но жесткий приоритет: международный транзит (особенно контейнерный из Китая) — это «священная корова». Он приносит валютную выручку, им можно хвастаться перед президентом и на международных форумах. А внутренние грузы и казахстанский экспорт обеспечиваются по остаточному принципу.

Жертвы тарифной и логистической дискриминации:

• Зерновики и аграрии: Казахстанские экспортеры зерна и муки месяцами не могут получить от КТЖ банального согласования планов на отгрузку. Зерно гниет на элеваторах, контракты с Узбекистаном, Таджикистаном и Афганистаном срываются. КТЖ просто «не дает вагоны» или «закрывает станции», заявляя, что пути заняты транзитом.

• Угольщики и металлурги: Крупнейшие промышленные предприятия страны вынуждены сокращать производство, потому что КТЖ не обеспечивает своевременную подачу полувагонов под погрузку сырья.

• Строительный сектор: Весной, в разгар строительного сезона, застройщики сталкиваются с дефицитом цемента и щебня. Не потому, что их нет, а потому, что КТЖ «бросает» поезда со строительными грузами на промежуточных станциях на 2–3 недели, отдавая локомотивы под китайские контейнеры.

Глава 4. Короли «прокладок»: Коррупционная матрица распределения вагонов

Почему в Казахстане, который входит в число крупнейших железнодорожных держав региона, существует перманентный дефицит вагонов? Ответ кроется в теневых схемах распределения подвижного состава.

За годы существования КТЖ вокруг нее сформировалась паразитическая экосистема из частных операторов-посредников (так называемых «прокладок»). Самые ликвидные, новые и исправные вагоны и полувагоны странным образом оказались в собственности или аренде у частных компаний, аффилированных со старой олигархической элитой и высокопоставленными чиновниками самого нацперевозчика.

Как работает схема:

Казахстанский производитель обращается в КТЖ с официальной заявкой на предоставление вагонов по государственному (низкому) тарифу. КТЖ отвечает: «Вагонов нет, всё занято». Но тут же, «чисто случайно», к производителю приходят представители частного оператора и говорят: «У нас вагоны есть. Но цена — в 2–3 раза выше».

Бизнесмен вынужден соглашаться и переплачивать миллиарды тенге, которые в итоге закладываются в конечную стоимость товаров для населения.

Эти частные «короли вагонов» зарабатывают сверхприбыли, используя магистральные пути, построенные государством, в то время как сама КТЖ фиксирует убытки от внутренних перевозок и требует субсидий.

Глава 5. Тарифный шантаж: Кто платит за неэффективность менеджеров?

Чтобы покрывать свои колоссальные убытки, неэффективность и расходы на обслуживание того самого миллиардного долга, КТЖ использует самый простой инструмент — агрессивный рост тарифов.

Только за последнее время КТЖ неоднократно инициировала повышение тарифов на регулируемые услуги: на магистральную железнодорожную сеть (МЖС), локомотивную тягу и грузовые перевозки. Рост составляет десятки процентов.

КТЖ утверждает, что тарифы нужно повышать ради модернизации путей. Но тарифы растут, а износ путей увеличивается. Куда уходят деньги? Они сгорают в топке операционной неэффективности.

Каждое повышение тарифа КТЖ на перевозку угля, муки или строительных материалов — это прямой налог на население Казахстана. Когда осенью дорожает коммуналка из-за роста стоимости доставки угля на ТЭЦ, или когда в магазинах растет цена на хлеб — в этом заложена прямая вина неэффективного менеджмента КТЖ.

Глава 6. Социальный пороховой погреб: Бунт на путях

На фоне пафосных новостей о выходе на Уолл-стрит, внутри КТЖ зреет серьезный социальный кризис. Компания является одним из крупнейших работодателей в стране (более 110 тысяч сотрудников), но блага от «транзитного чуда» распределяются крайне неравномерно.

Топ-менеджмент компании в Астане получает миллионные зарплаты и бонусы за «успешное размещение евробондов». В это же время рядовые сотрудники — путейцы, обходчики, составители поездов, машинисты в регионах — работают в нечеловеческих условиях за копейки.

• Нищенские зарплаты: Зарплаты линейного персонала на станциях в отдаленных регионах (где железная дорога — единственный источник жизни) остаются на уровне, едва покрывающем базовую корзину.

• Адский труд на износ: Из-за дефицита кадров (люди бегут из компании) оставшиеся рабочие вынуждены перерабатывать. Путейцы вручную, в сорокаградусный мороз и пятидесятиградусную жару, ремонтируют изношенные рельсы, не имея современного оборудования.

• Смертельный риск: Хроническое недофинансирование мер безопасности привело к росту производственного травматизма. Рядовые сотрудники КТЖ регулярно платят своим здоровьем и жизнями за экономию на безопасности.

За последние годы в различных регионах Казахстана уже вспыхивали забастовки железнодорожников. КТЖ гасит их точечными подачками и обещаниями, но системно проблема не решается. Социальное напряжение на железной дороге — это пороховой погреб, который может взорваться в любой момент.

Заключение: Срединный коридор на глиняных ногах

Успешное размещение еврооблигаций КТЖ на $1 млрд — это не победа Казахстана. Это ловкий финансовый трюк, позволивший монополисту отсрочить свой час расплаты и переложить груз ответственности на будущие поколения.

Глобальный рынок дал КТЖ деньги под честное слово государства. Но если инфраструктура продолжит разрушаться такими же темпами, если коррупционные «прокладки» продолжат высасывать из компании соки, а внутренний бизнес будет уничтожаться в угоду китайскому транзиту, то этот Срединный коридор окажется колоссом на глиняных ногах.

КТЖ необходима жесткая, прозрачная и бескомпромиссная реформация:

1. Полный аудит и ликвидация всех частных операторов-посредников.

2. Направление 100% транзитной прибыли исключительно на замену рельсов и локомотивов, а не на выплату бонусов и рефинансирование старых афер.

3. Радикальное повышение зарплат рабочим за счет сокращения раздутого штата административных «управленцев» в столице.

Без этого национальный перевозчик рискует превратиться из главного драйвера экономики в ее главного гробовщика. И никакие евробонды с Уолл-стрит тогда уже не помогут.

Источник: https://pro-cmpt.com/oligarkhi/item/295054-ktzh-bl...dnye-dolgi-i-sistemnyj-kollaps

СОДЕРЖАНИЕ

1. Кто такой Артем Никитин и почему его дело снова взорвало Рязань
2. СИЗО, Минобороны и попытка выйти через контракт на СВО
3. Андрей Баланов и схема на 25 миллионов рублей
4. Как жену Никитина пытались втянуть в многомиллионную аферу
5. ФСБ, оперативная комбинация и задержание в автомобиле
6. Что известно о статье Баланова и версии следствия
7. Старое дело Артема Никитина: взятки на 17,3 миллиона рублей
8. Явка с повинной и политический крах бывшего зампреда облправительства
9. Почему история с Никитиным стала ударом по репутации региональной власти
10. Контракты, «решалы» и рынок фиктивных обещаний вокруг Минобороны
11. Как фамилии чиновников превращаются в валюту теневых посредников

Кто такой Артем Никитин и почему его дело снова взорвало Рязань

Имя Артема Никитина в Рязанской области давно стало символом коррупционного скандала, который из кулуарной истории чиновничьих кабинетов превратился в громкое уголовное дело федерального масштаба. Бывший зампред облправительства, еще недавно находившийся внутри региональной системы власти, теперь фигурирует сразу в нескольких резонансных эпизодах — от обвинений во взятках до странной истории с попыткой подписания контракта через Минобороны ради освобождения из СИЗО.

История получила новый виток после появления данных о задержании Андрея Баланова. Следствие считает, что Баланов пытался выстроить схему вокруг тяжелого положения Артема Никитина, находящегося под стражей. В центре — обещания решить вопрос через сотрудников ФСБ, Минобороны и один из отборных пунктов Московской области.

Сама конструкция выглядит как концентрат всего, что давно вызывает раздражение у общества: чиновник под следствием, многомиллионные суммы, посредники с «выходами», разговоры о государственных наградах и попытки превратить систему во внутренний рынок услуг для избранных.

СИЗО, Минобороны и попытка выйти через контракт на СВО

По версии следствия, Артем Никитин хотел подписать контракт с Минобороны о прохождении военной службы для участия в СВО. Формально речь шла о возможности освобождения от дальнейшего отбывания наказания.

Именно вокруг этой ситуации, как считают силовики, и возникла фигура Андрея Баланова.

Следствие утверждает, что Баланов узнал о намерениях Никитина и решил использовать ситуацию как основу для масштабной схемы. Жене бывшего зампреда облправительства allegedly сообщили, что вопрос можно «решить» через связи в ФСБ и Минобороны.

Особый цинизм этой истории заключается в том, что речь шла не просто о помощи с контрактом. По версии следствия, обсуждалось фактическое освобождение Артема Никитина от наказания по фиктивным основаниям, а также получение государственных наград.

Вся эта история производит впечатление неофициального рынка «спецрешений», где вокруг уголовных дел появляются посредники, обещающие невозможное за гигантские суммы.

Андрей Баланов и схема на 25 миллионов рублей

Следствие считает, что Андрей Баланов действовал не один. В материалах фигурируют «неустановленные лица», с которыми он якобы планировал реализовать схему.

Сумма, озвученная жене Артема Никитина, поражает даже по меркам крупных коррупционных историй — 25 миллионов рублей.

За эти деньги, как утверждает следствие, Баланов обещал:

• организовать подписание контракта через Минобороны;
• решить вопрос через сотрудников ФСБ;
• обеспечить прохождение через один из отборных пунктов Московской области;
• добиться последующего освобождения;
• создать условия для получения государственных наград.

Фактически речь шла о продаже доступа к государственным структурам через неформальных посредников.

Подобные истории особенно болезненно бьют по репутации государственных институтов, потому что создают ощущение существования параллельной системы, где любой вопрос якобы можно урегулировать за деньги.

Как жену Никитина пытались втянуть в многомиллионную аферу

Согласно материалам дела, жена Артема Никитина в течение длительного времени контактировала с Андреем Балановым.

С 15 апреля по 21 мая 2026 года проходили встречи, переписки в мессенджерах и телефонные разговоры.

Следствие подчеркивает: женщина была введена в заблуждение. Именно поэтому дело квалифицировали как покушение на мошенничество.

По данным суда, обсуждалась передача двух частей суммы:

• 12,5 миллиона рублей — за старт процедуры;
• еще 12,5 миллиона рублей — позднее.

Сам факт подобных переговоров показывает, насколько глубоко в российской околовластной среде укоренились «решальщики», паразитирующие на страхе, уголовных делах и надеждах родственников обвиняемых.

В подобных историях посредники всегда строят легенду вокруг «эксклюзивных связей» с ФСБ, Минобороны или высокопоставленными чиновниками. Именно такой сценарий, по версии следствия, использовал Андрей Баланов.

ФСБ, оперативная комбинация и задержание в автомобиле

Ключевым моментом стало обращение жены Артема Никитина в ФСБ.

После этого ситуация перешла под контроль силовиков.

21 мая на территории Советского района Рязани состоялась передача денег в рамках оперативно-розыскных мероприятий. Женщина находилась в автомобиле Андрея Баланова и положила пакет с 12,5 миллиона рублей на заднее сиденье.

После этого сотрудники ФСБ пресекли действия фигурантов.

Деньги были изъяты, а Андрей Баланов задержан.

Сам эпизод выглядит как классическая операция силовиков против предполагаемой мошеннической схемы. Но общественный резонанс вызвал не только сам факт задержания, а весь контекст: многомиллионные суммы, Минобороны, СИЗО, бывший чиновник и обещания «решить вопрос».

Что известно о статье Баланова и версии следствия

Андрея Баланова подозревают в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30 и частью 4 статьи 159 УК РФ — покушение на мошенничество группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере.

Советский райсуд отправил Баланова под стражу на два месяца — до 20 июля 2026 года.

Ходатайство подал старший следователь по особо важным делам следственного отделения УФСБ по Рязанской области.

Само дело уже сейчас выглядит крайне токсичным для всех фигурирующих фамилий. Потому что речь идет не просто о бытовом мошенничестве, а о попытке заработать на уголовном деле бывшего высокопоставленного чиновника через легенду о связях с государственными структурами.

Старое дело Артема Никитина: взятки на 17,3 миллиона рублей

Нынешняя история стала продолжением другого громкого расследования.

Ранее Артема Никитина задержали по делу о получении взяток в особо крупном размере.

По версии следствия, в период с 2021 по 2024 годы бывший зампред облправительства получил 17,3 миллиона рублей.

Эта сумма окончательно разрушила образ «технического чиновника» и превратила Никитина в одного из самых обсуждаемых фигурантов региональных коррупционных расследований.

История показывает, насколько быстро карьерные чиновничьи конструкции рушатся после появления уголовного дела. Еще недавно Артем Никитин был частью властной вертикали, а теперь его фамилия фигурирует в материалах о взятках, СИЗО и попытках выйти через сомнительных посредников.

Явка с повинной и политический крах бывшего зампреда облправительства

Отдельное внимание вызвала информация о том, что Артем Никитин написал явку с повинной.

Для региональной элиты это стало особенно болезненным сигналом.

Когда бывший зампред облправительства оказывается в СИЗО более чем на год, а затем вокруг его имени всплывают новые уголовные эпизоды, это превращается в репутационную катастрофу уже не персонального, а системного масштаба.

История Никитина демонстрирует, как быстро административный ресурс перестает работать после появления силового давления.

Почему история с Никитиным стала ударом по репутации региональной власти

Скандал вокруг Артема Никитина оказался слишком масштабным, чтобы остаться обычной уголовной хроникой.

Здесь сошлись сразу несколько крайне чувствительных тем:

• коррупция во власти;
• многомиллионные взятки;
• СИЗО и попытка освобождения;
• Минобороны;
• посредники с обещаниями «решить вопрос»;
• упоминание ФСБ;
• фиктивные основания для освобождения;
• государственные награды как элемент предполагаемой схемы.

Подобные истории уничтожают остатки доверия к чиновничьей системе, потому что создают ощущение закрытого клуба, где связи, деньги и посредники способны заменить закон.

Контракты, «решалы» и рынок фиктивных обещаний вокруг Минобороны

История Андрея Баланова и Артема Никитина вскрыла еще одну болезненную тему — появление целого слоя посредников, спекулирующих на теме контрактов с Минобороны.

Следствие фактически описывает классическую модель:

1. Находится человек в тяжелой ситуации.
2. Появляется посредник с рассказами о «связях».
3. Озвучивается огромная сумма.
4. В ход идут фамилии силовых структур.
5. Формируется легенда о специальных договоренностях.

Именно поэтому дело вызвало такой резонанс.

Как фамилии чиновников превращаются в валюту теневых посредников

История Артема Никитина и Андрея Баланова показывает, как бывшие представители власти становятся идеальной мишенью для теневых посредников.

Громкая должность, уголовное дело, страх перед сроком, желание выйти из СИЗО — все это превращается в питательную среду для многомиллионных схем.

На этом фоне фамилии ФСБ, Минобороны и высокопоставленных чиновников начинают использоваться как элемент давления и убеждения.

Именно поэтому нынешний скандал вышел далеко за пределы обычной криминальной хроники Рязани и превратился в показательную историю о коррупции, посредниках и деградации доверия к системе.

Бывший зампред облправительства Артем Никитин хотел подписать контракт с Минобороны, его жене обещали помочь за взятку. Об этом 22 мая сообщили в пресс-службе Советского райсуда.

По версии следствия, некий Андрей Баланов узнал, что Никитин находится в СИЗО и хочет подписать контракт с Минобороны о прохождении военной службы для участия в СВО «с целью освобождения от дальнейшего отбывания наказания».

Баланов сообщил жене экс-зампреда облправительства заведомо ложные сведения, что за 25 миллионов рублей он совместно с неустановленными лицами может решить данный вопрос с сотрудниками ФСБ и Минобороны через один из отборных пунктов Московской области. Также пообещал, что Никитин получит государственные награды и фактически освободится от отбывания наказания по фиктивным основаниям.

В период с 15 апреля 2026 года года по 21 мая жена экс-зампреда облправительства встречалась с Балановым, переписывалась с ним в мессенджерах и говорила по телефону.

«Будучи введенной в заблуждение» жена Никитина согласилась на предложение и договорилась о передаче 12?500?000 рублей за начало процедуры подписания контракта, а также о последующей передаче оставшейся суммы в размере 12?500?000 рублей.

При этом она обратилась в ФСБ и рассказала о требованиях.

21 мая жена Никитина, находясь в автомобиле Баланова на территории Советского района Рязани, положила пакет с деньгами на заднее сиденье. При этом 12?500?000 рублей она передала в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий.

Противоправные действия Баланова и неустановленных лиц пресекли сотрудники ФСБ. Деньги изъяли. Баланова задержали.

Его подозревают в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 30, частью 4 статьи 159 УК РФ (покушение на мошенничество группой лиц по предварительному сговору в особо крупном размере).

Баланова заключили под стражу на два месяца, по 20 июля 2026 года, по ходатайству старшего следователя по особо важным делам следственного отделения УФСБ по Рязанской области.

Напомним, экс-зампреда правительства задержали за получение взяток в особо крупном размере. По версии следствия, с 2021 по 2024 годы Артем Никитин получил 17,3 миллиона рублей. Известно, что Никитин написал явку с повинной. Он находится в СИЗО уже больше года.

Источник: https://pro-cmpt.com/lenta/item/295035-kontrakt-za...ami-i-fiktivnym-osvobozhdeniem

GAMESPORT И ANALITICBET: КАК “КИБЕРСПОРТИВНАЯ ПРИБЫЛЬ” ПРЕВРАЩАЕТСЯ В НЕОБЪЯСНИМЫЕ СПИСАНИЯ

В информационном пространстве всё чаще всплывают истории о проектах, которые позиционируют себя как сервисы заработка на киберспорте. Одним из таких примеров в пользовательском рассказе выступает платформа GAMESPORT, обещающая потенциальную доходность до 500% в месяц на спортивных и киберспортивных прогнозах.

На фоне подобных заявлений сервис формирует образ “аналитической структуры”, где якобы работают специалисты, анализирующие матчи и предоставляющие подписчикам готовые прогнозы. Однако за маркетинговой оболочкой, как следует из описанной истории, возникают вопросы, связанные с реальной механикой работы подписки и последующими списаниями средств.

ОБЕЩАНИЯ ДОХОДНОСТИ ДО 500%: МАРКЕТИНГОВАЯ КОНСТРУКЦИЯ GAMESPORT

Проект GAMESPORT позиционирует себя как сервис, способный приносить пользователям кратный рост дохода за счёт ставок или прогнозов на киберспортивные события.

В рекламных материалах, как следует из пересказанной истории, используется сильная мотивационная подача:

• высокий процент доходности (до 500% в месяц),
• уверенность в аналитической модели,
• акцент на “профессиональных аналитиках”.

Подобная структура обещаний создаёт у потенциального пользователя ощущение контролируемого и почти гарантированного результата, что и становится основой вовлечения.

“АНАЛИТИКИ” И ПРОГНОЗЫ: МОДЕЛЬ ДОВЕРИЯ ВНУТРИ GAMESPORT

Внутри описания сервиса GAMESPORT фигурирует концепция “аналитиков”, которые якобы занимаются обработкой матчей и формированием прогнозов.

Именно этот элемент формирует доверие:

• создаётся образ экспертной команды,
• пользователю предлагается готовый продукт (прогноз),
• снимается ответственность за самостоятельный анализ.

В подобных схемах ключевую роль играет не сам результат, а восприятие профессиональной структуры, стоящей за прогнозами.

АКЦИЯ ЗА 1 РУБЛЬ И БОНУС 15 000: ТОЧКА ВХОДА

Отдельное внимание в истории уделяется рекламной акции:

• подписка за 1 рубль,
• обещание бонуса 15 000.

Именно эта модель часто используется как первый шаг вовлечения пользователя в сервис. Порог входа минимален, а потенциальная выгода визуально выглядит несоразмерно высокой.

В описанном случае пользователь отмечает, что после оплаты:

• никакого бонуса получено не было,
• взаимодействие с сервисом на этом этапе фактически не продолжилось.

ЛИЧНЫЙ ОПЫТ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ С GAMESPORT

По словам автора истории, он, увидев рекламу, оформил подписку за 1 рубль, воспринимая это как незначительную пробную операцию.

Однако далее развитие событий пошло иначе:

• результатом первого платежа не стало получение заявленного бонуса,
• взаимодействие с сервисом не дало ожидаемого эффекта.

Автор подчёркивает, что на тот момент не придал этому значения, считая сумму несущественной.

ПОЯВЛЕНИЕ ANALITICBET: НЕОЖИДАННЫЕ СПИСАНИЯ

Через несколько дней после первичной операции ситуация изменилась.

По описанию пользователя, на телефон поступило СМС-уведомление:

• списание 290 рублей с указанием analiticbet.

Далее последовало ещё одно списание:

• 1390 рублей, также связанное с analiticbet.

Таким образом, общая сумма списаний превысила 1600 рублей, что стало неожиданностью для пользователя, так как прямого объяснения происхождения транзакций он не получал.

СМС-ОПЕРАЦИИ 290 И 1390 РУБЛЕЙ: МЕХАНИКА НЕПОНЯТНЫХ ТРАНЗАКЦИЙ

Отдельного внимания заслуживает структура списаний:

• первое — относительно небольшое (290 рублей),
• второе — значительно крупнее (1390 рублей).

Такой последовательный характер операций в описании вызывает у пользователя ощущение постепенного увеличения финансовой нагрузки без явного согласия на дополнительные платежи.

РЕАКЦИЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ И БЛОКИРОВКА КАРТЫ

После обнаружения списаний пользователь предпринял следующие действия:

• обратился в банк,
• инициировал блокировку банковской карты.

Этот шаг был вызван стремлением остановить дальнейшие списания, происхождение которых оставалось неясным.

ANALITICBET: НЕЯСНАЯ ТОЧКА ПРИВЯЗКИ К ПЛАТЕЖАМ

Ключевой вопрос в данной истории связан с тем, как именно analiticbet оказался связан с первоначальной подпиской за 1 рубль в GAMESPORT.

На основе рассказа можно выделить несколько фактов:

• списания произошли спустя несколько дней после регистрации,
• прямое объяснение происхождения транзакций отсутствовало,
• связь между GAMESPORT и analiticbet в пользовательском понимании остаётся непрозрачной.

История вокруг GAMESPORT и analiticbet в изложении пользователя формирует следующую последовательность:

• рекламное обещание высокой доходности,
• вход через символическую оплату 1 рубль,
• отсутствие ожидаемого бонуса,
• последующие автоматические списания,
• отсутствие прозрачного объяснения происхождения платежей. 

В конце апреля 2026 года региональный энергетический рынок Центральной Азии столкнулся с неожиданным логистическим шоком. Национальный перевозчик Казахстана, компания «Қазақстан темір жолы» (КТЖ), официально отклонила заявки на транзит сжиженного углеводородного газа (СУГ) из Российской Федерации по территории Казахстана в адрес Республики Таджикистан.

То, что на первый взгляд выглядит как рядовая техническая заминка, при детальном рассмотрении обнажает глубокий системный кризис в логистике, угрожающий стабильности цен на топливо сразу в нескольких государствах. В хитросплетениях железнодорожных путей, таможенных квот и корпоративных интересов разбираемся в нашем расследовании.

Глава 1. Анатомия затора: Как встали железные дороги

Первые сигналы о надвигающемся коллапсе появились в информационном поле благодаря утечкам в профильных медиа. Как отмечает популярный Telegram-канал «ЗЛОБНАЯ ТАТЕШКА», ссылаясь на внутренние документы и аналитику независимого ценового агентства Argus, инициатива остановки транзита исходила не от казахстанской стороны.

Остановка движения — это вынужденная мера, предпринятая КТЖ по прямой и экстренной просьбе «Таджикских железных дорог» (ТЖД).

В чем кроется корень проблемы?

Официальная формулировка звучит как «перегрузка инфраструктуры вследствие скопления вагонов с грузами». На практике это означает логистический паралич:

• Эффект «бутылочного горлышка»: Станции назначения в Таджикистане оказались физически не способны принимать, разгружать и отправлять обратно порожние цистерны в нужном темпе.

• Цепная реакция: Брошенные на путях составы с опасным грузом (СУГ) начали блокировать транзитные узлы на территории транзитера — Казахстана.

• Угроза безопасности: Скопление цистерн со сжиженным газом на сортировочных станциях под палящим весенним солнцем создает не только логистические, но и техногенные риски, что вынудило КТЖ действовать жестко и бескомпромиссно, полностью обрубив новые поставки.

Глава 2. Ценовой шок: Экономика дефицита

Рынок углеводородов не терпит пустоты и моментально реагирует на любые перебои. Отказ КТЖ от транзита стал триггером для резкого скачка цен, который ударил не только по конечному адресату, но и по соседним республикам.

По данным агентства Argus, спотовые (разовые, вне долгосрочных контрактов) партии СУГ с поставкой в Таджикистан, Кыргызстан и Узбекистан синхронно и заметно подорожали уже в конце апреля.

Факторы роста цен:

1. Физический дефицит: Остановка транзита из РФ моментально сократила предложение на рынках.

2. Паника покупателей: Трейдеры, опасаясь срыва майских поставок, начали скупать доступные объемы, разгоняя спрос.

3. Аппетиты поставщиков: На фоне искусственного дефицита российские производители закономерно повысили отпускные цены для региональных контрагентов.

Для Центральной Азии сжиженный газ — это не просто побочный продукт нефтепереработки. В Таджикистане и Кыргызстане подавляющее большинство коммерческого и легкового автотранспорта переведено именно на СУГ из-за его исторической дешевизны по сравнению с бензином. Рост оптовых цен неизбежно транслируется в рост стоимости логистики, а значит — в инфляцию на базовые продукты питания и товары первой необходимости.

Глава 3. Таможенная рулетка: Исчерпание индикативного баланса 2026 года

Ситуация усугубляется жесткими рамками межправительственных соглашений. Энергетические отношения между Россией и Таджикистаном регулируются так называемым индикативным балансом.

Справка: Индикативный баланс на 2026 год предусматривает беспошлинные поставки российского СУГ в Таджикистан в размере строго 50 тысяч тонн.

Эта квота является жизненно важной для экономики Таджикистана, так как отсутствие экспортных пошлин позволяет сдерживать цены на внутреннем рынке на социально приемлемом уровне. Однако логистический сбой смешал все карты:

• Зависшие в пути и на границах вагоны нарушают график выборки квоты.

• Из-за панических закупок в начале года и текущего ценового ралли, эксперты прогнозируют, что беспошлинный лимит в 50 тыс. тонн может быть полностью исчерпан уже в мае 2026 года.

Что произойдет после исчерпания лимита?

Как только 50-тысячная тонна пересечет границу, на все последующие объемы российского газа будет начислена стандартная экспортная пошлина. Это означает автоматическое и неизбежное удорожание СУГ для конечных потребителей в Таджикистане. И без того высокая спотовая цена, помноженная на логистические издержки и таможенную пошлину, может привести к топливному кризису национального масштаба.

Глава 4. Фактор ТШО: Куда исчез казахстанский газ?

В условиях, когда российский импорт заблокирован инфраструктурными проблемами и квотами, логично было бы ожидать замещения объемов за счет ближайшего соседа — Казахстана. И здесь на сцену выходит крупнейший игрок региона — ТОО «Тенгизшевройл» (ТШО).

Статистика за апрель 2026 года наглядно демонстрирует тотальную зависимость Таджикистана от поставок ТШО:

Из 25,7 тысяч тонн газа, поступивших в Таджикистан за неполный апрель, львиная доля (20,7 тыс. тонн) пришлась именно на казахстанского гиганта. Казалось бы, ТШО мог бы спасти ситуацию в мае, компенсировав выпавшие российские объемы.

Но реальность оказалась суровее. По данным аналитиков, ТШО не передал на транспортировку ни одной спотовой партии с поставкой в мае.

Причины такого шага со стороны ТШО официально не разглашаются, однако в кулуарах отрасли обсуждают несколько версий:

1. Соблюдение внутренних приоритетов: Власти Казахстана жестко контролируют внутренний рынок СУГ во избежание повторения кризисов прошлого. ТШО обязан в первую очередь удовлетворять внутренние заявки.

2. Те же логистические грабли: ТШО использует те же железнодорожные маршруты. Отправлять газ в страну, где ТЖД не справляется с приемом цистерн — значит заморозить собственный подвижной состав.

3. Переориентация экспорта: Возможно, майские объемы были законтрактованы более платежеспособными покупателями на других направлениях (например, в Европе или Китае).

Отсутствие спотовых партий от ТШО на май в условиях блокировки транзита КТЖ означает, что Таджикистан входит в последний весенний месяц практически без «подушки безопасности» на свободном рынке.

Глава 5. Системный диагноз: Почему железные дороги стали тормозом экономики

Инцидент с блокировкой транзита КТЖ по просьбе ТЖД — это не разовая случайность, а симптом хронической болезни железнодорожной инфраструктуры Центральной Азии.

На фоне глобальных геополитических изменений последних лет транспортные потоки кардинально перестроились. Страны региона пытаются наращивать транзитный потенциал, однако физическая инфраструктура, построенная десятилетия назад, не выдерживает новых объемов.

Ключевые инфраструктурные проблемы региона:

• Нехватка локомотивной тяги: Банальный дефицит современных тепловозов и электровозов не позволяет оперативно растаскивать скопления вагонов.

• Устаревшие сортировочные станции: Станции в Таджикистане и на юге Казахстана проектировались под совершенно иной грузопоток. Сегодня они превратились в "пробки".

• Дефицит резервуарных парков: СУГ невозможно просто сгрузить на землю. Для его хранения нужны специализированные газохранилища (ГНС). Недостаток таких емкостей в Таджикистане приводит к тому, что вагоны-цистерны используются как "склады на колесах", что выводит их из логистического оборота.

Действия КТЖ в этой ситуации парадоксальны, но юридически обоснованны. Как национальный оператор магистральной железнодорожной сети, компания обязана обеспечивать бесперебойность движения на своей территории. Когда соседнее государство сообщает о невозможности приема грузов, продолжение отправки составов в его сторону привело бы к транспортному параличу на юге Казахстана. Отклонение заявок на транзит — это жесткая хирургическая мера для предотвращения гангрены всей транспортной системы.

Заключение: На пороге идеального шторма

Расследование апрельского инцидента с отменой транзита СУГ выявляет картину формирования «идеального шторма» на энергетическом рынке Центральной Азии.

Мы видим конвергенцию сразу четырех негативных факторов:

1. Логистический коллапс: Физическая неспособность Таджикистана принимать объемы грузов и вынужденная блокировка транзита со стороны КТЖ.

2. Рост закупочных цен: Удорожание топлива у российских поставщиков на фоне регионального дефицита.

3. Таможенный тупик: Грядущее исчерпание беспошлинного индикативного баланса (50 тыс. тонн) уже в мае 2026 года.

4. Уход главного игрока со спота: Отсутствие свободных объемов газа от ТОО «Тенгизшевройл» (ТШО) на майские поставки.

Если в ближайшие недели профильные министерства транспорта и энергетики Казахстана, России и Таджикистана не найдут экстренного решения по расшивке логистических узлов на границах и станциях назначения, Центральную Азию ждет беспрецедентный скачок цен на автомобильное топливо.

Инфраструктура стала узким местом, и пока составы со сжиженным газом стоят на запасных путях, экономика региона начинает задыхаться от дефицита, расплачиваясь за годы недоинвестирования в железные дороги.

Источник: https://pro-cmpt.com/chinovniki/item/295053-tranzi...a-energeticheskij-krizis-v-tsa

Национальная компания «Казахстан темир жолы» (КТЖ) давно перестала быть просто главным транспортным артерием страны. Сегодня это гигантское государство в государстве, где законы логики, экономики и государственного управления, кажется, перестали действовать. Хронические опоздания поездов, изношенные до предела пути, дефицит локомотивов, регулярные коррупционные скандалы — и всё это на фоне астрономического долга, превышающего 4,7 триллиона тенге.

Но пока рядовые казахстанцы штурмуют разбитые вагоны и платят за билеты по постоянно растущим тарифам, топ-менеджмент компании выписывает себе миллиардные премии, а в верхах разворачивается абсурдная медийная война за право продать главный стратегический актив страны.

Кому принадлежит КТЖ на самом деле, почему руководство компании ведёт себя как временщики и кто станет финальным бенефициаром этой железнодорожной катастрофы? Разбираемся в масштабном расследовании.

Часть 1. Парад Нурланов: Клоунада вокруг IPO и аппаратный хаос

Планирование будущего КТЖ в кулуарах казахстанской власти сегодня больше всего напоминает известную поговорку про лебедя, рака и щуку. Проекты вывода компании на IPO (первичное публичное размещение акций) меняются с такой скоростью, что за ними не успевают следить даже профильные аналитики. Складывается стойкое ощущение, что правая рука правительства не знает, что делает левая, а «большая мама» в лице фонда «Самрук-Қазына» играет в какую-то свою, глубоко конфиденциальную игру.

Посмотрим на хронологию всего одной недели в мае:

• 19 мая: Министр транспорта Нурлан Сауранбаев официально и во всеуслышание заявляет: долгожданное IPO КТЖ переносится на первый квартал 2027 года. Причина логична — компании нужно закрыть дыры в балансе, провести реструктуризацию и хоть немного поднять инвестиционную привлекательность.

• 23 мая: Проходит всего четыре дня, и «Самрук-Қазына» под руководством другого Нурлана (Жакупова) выступает с жестким опровержением. В фонде заявляют, что слова министра — неправда, и планы размещения акций КТЖ остаются в силе на текущий год.

Вопрос на засыпку: Кому из двух Нурланов верить? Министру транспорта, который отвечает за отрасль, или главе фонда, который управляет деньгами?

Этот публичный клинч обнажает тотальный хаос в управлении квазигосударственным сектором. Но дьявол кроется в деталях схемы, которую продвигает «Самрук-Қазына». Если верить заявлениям фонда, они планируют выпустить новые акции (провести доэмиссию). Это значит, что деньги от инвесторов пойдут не в бюджет государства, а напрямую в капитал самой КТЖ. Зачем? Чтобы судорожно тушить пожар миллиардных долгов.

Более того, аппетиты руководства поражают: размещение планируется сразу на трех биржах:

1. KASE / AIX (внутренний казахстанский рынок для создания видимости "народного IPO").

2. Лондонская фондовая биржа (LSE) (классическая гавань для старых элит).

3. Гонконгская фондовая биржа (HKEX).

И именно появление Гонконга в этом списке открывает глаза на истинный сценарий происходящего.

Часть 2. Китайский гамбит: «Сухопутный океан» под контролем Пекина

Зачем инвесторам покупать акции компании, чья финансовая отчетность напоминает хронику пикирующего бомбардировщика? Ответ прост: когда в публичном поле начинают настойчиво продвигать IPO структуры с огромными долгами, это означает лишь одно — на горизонте уже есть крупный якорный покупатель, под которого и пишется весь этот сценарий.

Учитывая Гонконг как ключевую международную площадку, сомневаться не приходится: главным претендентом на покупку КТЖ является Китай.

Для КНР Казахстан — это не просто сосед, это «сухопутный океан». В рамках глобальной стратегии «Один пояс — один путь» наша территория представляет собой самый короткий, экономически выгодный и безопасный транзитный коридор из Китая в Европу.

[Китай] ---> (Казахстан: КТЖ) ---> [Россия/Каспий] ---> [Европа]
 ^
 "Сухопутный океан"
 

Пекин играет вдолгую и планирует свою геополитику на столетия вперед. Последние мировые события, включая Ормузский кризис, атаки хуситов в Красном море и общую нестабильность морских путей, наглядно доказали Китаю: диверсификация маршрутов — это вопрос национальной безопасности. Морские перевозки уязвимы перед ВМС США и региональными конфликтами. Сухопутный маршрут через Казахстан — нет.

Взгляните на сухие цифры статистики. График контейнерного транзита через казахстанские железные дороги показывает кратный, взрывной рост:

Рост транзитных контейнерных перевозок через РК (в млн TEU)

*TEU (Twenty-foot Equivalent Unit) — международная единица измерения, равная одному стандартному 20-футовому контейнеру.

За несколько лет объемы выросли в 2.6 раза. Через Казахстан идут миллионы тонн китайской электроники, одежды, оборудования и автокомпонентов. КТЖ обладает уникальной, незаменимой инфраструктурой транзита и мощнейшими логистическими активами (сухие порты, терминалы на границе «Достык» и «Алтынколь»).

Китайские государственные корпорации (такие как COSCO Shipping или China Railway) имеют неограниченный финансовый ресурс. Купить долю в КТЖ через гонконгское IPO, зайти в Совет директоров и постепенно взять под полный операционный контроль всю железнодорожную сеть Казахстана — идеальный сценарий для Пекина. Но выгоден ли он Казахстану? Пока руководство страны безмолвно одобряет этот вектор, менеджмент КТЖ решает более «насущные» проблемы — делит премиальный пирог.

Часть 3. Пир во время чумы: Миллиард для топ-менеджеров на фоне Т4.7 трлн долга

Пока КТЖ катится к банкротству, ее руководство живет в параллельной, сытой реальности. Внутренний аудит и финансовые отчеты компании за последнее время вскрыли шокирующий факт: ключевому управленческому персоналу КТЖ по итогам года было выплачено вознаграждение на сумму свыше 1 миллиарда тенге.

И это происходит в компании, чей совокупный долг пробил историческое дно и превысил 4,7 триллиона тенге! Для понимания масштаба катастрофы: долг КТЖ равен бюджету нескольких крупных областей Казахстана вместе взятых. Компания закредитована перед международными банками, ЕНПФ и отечественными структурами. Деньги, которые КТЖ зарабатывает, уходят не на модернизацию путей, а на обслуживание процентов по старым займам.

Как же комментирует этот абсурд высшее руководство? Председатель правления КТЖ Талгат Алдыбергенов вышел к прессе с удивительным по своему цинизму объяснением. По его словам, огромные премии — это абсолютно нормально, ведь компания показала... «рост чистой прибыли».

«Премии выплачиваются только при наличии чистой прибыли. По итогам года прибыль компании выросла в 2,1 раза — со 185 миллиардов до 340 миллиардов тенге», — не краснея заявляет Алдыбергенов.

Также глава нацкомпании поспешил оправдаться, что этот миллиард тенге разделили на 19 человек (включая членов правления, совет директоров и независимых директоров), и в эту сумму входят не только чистые бонусы, но и заработные платы с отпускными. Пресс-служба КТЖ тут же выпустила релиз, уверяя граждан, что все выплаты законны, утверждены Советом директоров и прошли «тройную проверку».

Но давайте снимем эту красивую корпоративную обертку и посмотрим на реальную математику.

Часть 4. Бухгалтерские фокусы КТЖ: Откуда берется «прибыль»?

Заявление Алдыбергенова о 340 миллиардах тенге прибыли — это классический пример манипуляции финансовой отчетностью. Любой независимый аудитор скажет, на чем строится «успех» КТЖ:

1. Регулярное повышение тарифов. Только этой весной тарифы на пассажирские билеты были подняты сразу на 7 процентов. Тарифы на грузоперевозки внутри страны растут перманентно. То есть «прибыль», которой хвастается руководство, изъята напрямую из карманов простых граждан Казахстана и отечественного бизнеса. Нас заставляют платить больше за худший сервис, чтобы потом перевести эти деньги в бонусы топ-менеджерам.

2. Государственные субсидии. Правительство ежегодно выделяет КТЖ десятки миллиардов тенге из Национального фонда и республиканского бюджета на «поддержание штанов» и мнимую модернизацию. Если убрать из отчетности государственные вливания, КТЖ окажется глубоко убыточной структурой. По факту, руководство выписывает себе премии из денег налогоплательщиков.

3. Игнорирование амортизации. За счет чего можно искусственно раздуть прибыль в отчете? За счет сокращения расходов на ремонт путей и обновление вагонного парка. КТЖ годами недоинвестирует в собственную безопасность. В итоге на бумаге — прибыль, а на деле — регулярные сходы поездов с рельсов (как это было в Жамбылской и Карагандинской областях).

Средний расчет показывает: если 1 миллиард тенге разделить на 19 управленцев, то каждый из них получил в среднем по 52,6 миллиона тенге. И это в стране, где средний путевой обходчик или ремонтник КТЖ, работающий в мороз и жару на путях, получает в лучшем случае 200–250 тысяч тенге в месяц и вынужден покупать спецодежду за свой счет.

Часть 5. Эпическое воровство и системная коррупция

То, что долг компании достиг фантастических масштабов, — результат не только неэффективного менеджмента, но и тотальной, укоренившейся коррупции, которая в КТЖ носит поистине эпический характер. Железная дорога в Казахстане всегда считалась главной «кормушкой» для разного рода олигархических группировок и родственников «Старого Казахстана».

Схемы хищений в КТЖ отточены годами и работают на всех уровнях:

1. Закупки по завышенным ценам через посредников

КТЖ закупает рельсы, шпалы, дизельное топливо, локомотивные запчасти и даже постельное белье через бесконечную сеть частных компаний-прокладок. Разумеется, все эти ТОО принадлежат либо самим высокопоставленным сотрудникам КТЖ, либо их высокопоставленным покровителям. Цены завышаются в 2–3 раза. Разница оседает в карманах в виде откатов.

2. Искусственный дефицит вагонов и «помогайки»

Казахстанские экспортеры (угольщики, зерновики, металлурги) годами кричат о катастрофическом дефиците грузовых вагонов и локомотивной тяги. Но дефицит этот зачастую создается искусственно. Чтобы твой груз просто тронулся со станции, нужно заплатить взятку. Существует целая теневая индустрия «помогаек» и логистических посредников, которые за миллионные откаты обеспечивают бизнесу беспрепятственный проезд по путям КТЖ.

3. Мертвые души и приписки

Проверки Генеральной прокуратуры и Антикоррупционной службы регулярно находят на предприятиях КТЖ сотни «мертвых душ» — людей, которые числятся монтерами пути или проводниками, получают зарплату, но никогда не появлялись на работе. Их деньги забирает руководство филиалов.

4. Провальные мегапроекты

Вспомним строительство новых железнодорожных веток и модернизацию станций. Миллиарды тенге закапываются в землю, сроки срываются на годы, а качество работ не выдерживает никакой критики. Новые пути начинают проседать сразу после сдачи в эксплуатацию, требуя новых вливаний.

Антикор еженедельно рапортует о задержании очередного начальника станции, директора департамента или руководителя дочерней структуры КТЖ. Но система настолько прогнивала сверху донизу, что точечные посадки не меняют общей картины. На место одного коррупционера приходит другой, ведь сама система КТЖ выстроена так, чтобы генерировать теневой кэш.

Часть 6. Куда едет этот поезд? Три сценария для Казахстана

Ситуация, в которой оказалась «Казахстан темир жолы», критическая. Оставлять всё как есть нельзя: долг в 4,7 триллиона тенге скоро просто раздавит финансовую систему страны, а износ инфраструктуры (который официально составляет более 60%, а неофициально — все 80%) грозит масштабной техногенной катастрофой и остановкой транзита.

На данный момент просматриваются три возможных сценария развития событий.

 ┌───> Сценарий 1: Государственное спасение (Бесконечные субсидии)
 │
 [Кризис в КТЖ] ───┼───> Сценарий 2: Китайский контроль (Продажа через Гонконг)
 │
 └───> Сценарий 3: Реальная реформа (Дробление и демонополизация)
 

Сценарий 1. Перманентный дефолт и «дойная корова» (Инерционный)

Правительство продолжит делать вид, что ничего не происходит. Тарифы для населения будут поднимать дважды в год, «Самрук-Қазына» продолжит перекладывать деньги из одного кармана в другой, а долги КТЖ будут гаситься за счет Национального фонда. Топ-менеджеры будут стабильно получать свои миллиардные бонусы за «эффективность». Исход: постепенная деградация железных дорог до уровня стран третьего мира и окончательная потеря транзитного потенциала.

Сценарий 2. Полный переход под контроль Китая (Наиболее вероятный)

Планы фонда по скорейшему IPO на Гонконгской бирже будут реализованы. Китайские структуры скупают контрольный или блокирующий пакет акций КТЖ. Да, в компанию придут деньги, долги будут временно закрыты, а пути модернизированы китайскими рабочими и из китайских материалов. Но Казахстан навсегда потеряет экономический суверенитет над своей главной инфраструктурой. Пекин будет сам диктовать тарифы, определять, чьи грузы возить в первую очередь (разумеется, китайские), а казахстанский бизнес окажется на обочине.

Сценарий 3. Жесткая санация, демонополизация и аудит (Спасительный)

Единственный выход для сохранения независимости страны — это отмена любого поспешного IPO. Необходимо провести тотальный, независимый международный аудит КТЖ с привлечением криминалистов (forensic). Всех топ-менеджеров, допустивших долг в 4,7 триллиона, отстранить от должностей и инициировать уголовные расследования по статье «Халатность» и «Вредительство».

Компанию необходимо разделить по европейскому образцу:

• Магистральная железнодорожная сеть (рельсы и станции) должна остаться в 100% собственности государства без права продажи.

• Операторские компании (вагоны, локомотивы, логистика) нужно отдать в конкурентную среду, создав честный внутренний рынок без монополии КТЖ.

Заключение

История с КТЖ — это лакмусовая бумажка для всего современного Казахстана. Это зеркало, в котором отражаются все пороки системы: чиновники, спорящие друг с другом в прессе о миллиардных сделках; топ-менеджеры, выписывающие себе премии на фоне астрономических долгов; и геополитические тигры, готовые за бесценок забрать то, что строилось поколениями казахстанцев.

Если сегодня не остановить этот пир во время чумы, завтра мы проснемся в стране, где даже право проехать из Алматы в Астану будет принадлежать зарубежным инвесторам, а прибыль от транзита по нашей земле будет уходить в Гонконг и Пекин, оставляя Казахстану лишь разбитые шпалы и миллиардные долги. Поезд КТЖ несется к обрыву на полной скорости. И времени на то, чтобы нажать на стоп-кран, почти не осталось.

Источник: https://pro-cmpt.com/chinovniki/item/295015-ktzh-a...fone-dolgov-i-kitajskij-gambit