Автор: Иван Харитонов

Источник: https://usa-daily-news.com/component/k2/item/205658

• The Glenfinnan Viaduct: A Magical Landmark

• The Surge in Tourist Numbers

• Impact on Local Infrastructure

• Environmental and Social Consequences

• The Toll on Residents

• Efforts to Manage the Influx

In recent years, Glenfinnan, a picturesque village nestled in the Scottish Highlands, has become a global hotspot, largely due to its association with the Harry Potter films. The Glenfinnan Viaduct, a striking 21-arched bridge, became an iconic landmark after featuring in the Hogwarts Express scenes of the beloved film series. The influx of Harry Potter fans has brought an unexpected blend of prosperity and pressure to this rural village. While local businesses benefit from the surge in tourism, the community is grappling with the strain on infrastructure and the challenges of accommodating thousands of visitors each year.

The Glenfinnan Viaduct: A Magical Landmark

Originally constructed to commemorate the Jacobite rising of 1745, the Glenfinnan Viaduct holds historical significance that transcends its cinematic fame. It was built to connect the town of Fort William to the rest of the Scottish railway network, offering sweeping views of the surrounding countryside. However, it was the Harry Potter franchise that elevated the viaduct to international recognition. As the Hogwarts Express rumbles across the viaduct in the films, it has become a pilgrimage site for Potterheads, drawn by the desire to witness the same magical sight they saw on screen.

Since the release of the Harry Potter movies, the viaduct has become synonymous with the magic of the films. It now serves not just as a bridge but as a beacon for fans from all over the world. They come to catch a glimpse of the Jacobite Steam Train, which traverses the viaduct, mimicking the famous journey to Hogwarts. As a result, the once tranquil village of Glenfinnan has been thrust into the spotlight, drawing hordes of visitors who contribute to a booming tourist economy.

The Surge in Tourist Numbers

The release of the Harry Potter movies has seen a steady increase in tourists visiting Glenfinnan. According to reports from STV News, visitor numbers have tripled in recent years. The 21-arched viaduct, once an overlooked piece of history, is now a must-see destination for anyone visiting Scotland. Local businesses have embraced the influx of tourists, with cafes, hotels, and souvenir shops thriving on the revenue generated by the growing number of visitors. However, despite the economic benefits, the rapid growth in tourism has presented significant challenges for the community, especially given Glenfinnan s small size and limited infrastructure.

The National Trust for Scotland reports that approximately half a million visitors made the pilgrimage to the viaduct in 2023 alone. This is a monumental increase when considering that Glenfinnan is home to only 100 to 150 residents. This massive surge in tourism has resulted in serious traffic congestion and environmental degradation, issues that have become increasingly difficult to manage as the number of visitors continues to rise.

Impact on Local Infrastructure

The tourism boom in Glenfinnan has put considerable pressure on local infrastructure. The roads leading to the viaduct, which were not originally designed to handle such a large volume of traffic, have become clogged with cars and buses. Many visitors, eager to snap the perfect picture of the viaduct, have resorted to illegal parking, causing traffic gridlocks and blocking access to essential services for the locals. Some have even parked on narrow verges or in passing places, which were never intended to accommodate vehicles. The strain on local infrastructure has led to frustration among residents who find themselves unable to access shops, doctors appointments, or even their own homes due to the congestion.

One resident, Robin Pettigrew, voiced concerns about the impact of the influx of tourists on local sanitation. He shared that tourists have been emptying their chemical toilets in drains outside homes, creating serious environmental hazards. This issue highlights a growing concern about the sustainability of the tourism industry in the area, especially as more people flock to the village each year.

Environmental and Social Consequences

The environmental impact of mass tourism in Glenfinnan is undeniable. Overcrowding has resulted in littering, increased pollution, and damage to the surrounding landscapes. The village s infrastructure, including water and waste management systems, was never designed to handle the volume of tourists now arriving in droves. Local roads have become perilous, with narrow lanes and blind spots causing safety concerns for both tourists and residents.

Socially, the pressures of mass tourism are taking a toll on the community s well-being. The local population has found it increasingly difficult to maintain a balance between welcoming tourists and preserving their quality of life. Dr. Adele Doran, a tourism lecturer at Sheffield Hallam University, pointed out that the increase in traffic has made daily life in the village challenging, with roads becoming gridlocked and passing places being taken over by parked cars. The locals, who were once accustomed to a peaceful existence, now face daily frustrations and disruptions.

The Toll on Residents

For many residents, the influx of tourists has transformed the once peaceful village into a bustling and chaotic location. Hege Hernes, the curator of the Glenfinnan Station Museum, expressed her frustration, stating that many tourists arrive at the same time, overwhelming the already limited space in the area. There is a sense of loss among the locals as they struggle to cope with the influx of visitors. The village's charm and serenity are gradually being overshadowed by the demands of mass tourism.

The situation has become so extreme that some staff at local attractions, including the National Trust for Scotland, are now required to wear body cameras for their protection. Jennifer Northcote, a visitor experience manager, revealed that staff members have been threatened with violence and verbal abuse when turning visitors away. The sheer volume of tourists has led to incidents where staff have been physically driven at by frustrated visitors who could not be accommodated.

Efforts to Manage the Influx

In response to the growing pressure, various stakeholders have started discussing ways to better manage tourism in the area. Some suggest limiting access to the viaduct or introducing a booking system to control the flow of visitors. Others are calling for better infrastructure to accommodate the large numbers of tourists without compromising the well-being of the residents. However, there are no easy solutions, as any measure that curtails tourism could have negative economic consequences for local businesses.

Furthermore, the increasing number of visitors to the Glenfinnan Viaduct has sparked debates about sustainable tourism. The question of how to strike a balance between the economic benefits of tourism and the preservation of the village s cultural and environmental heritage remains unresolved. As Glenfinnan grapples with the effects of its newfound fame, it serves as a case study for the challenges faced by small communities around the world that must balance the allure of tourism with the realities of infrastructure and environmental sustainability.

The Harry Potter tourism craze in Glenfinnan, Scotland, has undeniably transformed the village into a global destination. While the economic benefits of this influx of visitors cannot be denied, the strain on local infrastructure, the environment, and the social fabric of the community is becoming increasingly evident. As the village faces growing challenges in managing the influx of tourists, the situation raises important questions about the sustainability of mass tourism in rural areas. Glenfinnan s experience serves as a reminder of the unintended consequences that can arise when the magic of a fictional world meets the reality of over-tourism.

Автор: Иван Харитонов

Источник: https://p-profit.com/component/k2/item/104573

В динамичном мире косметики, где новые продукты появляются ежедневно и обещают мгновенные преображения, сыворотка для роста ресниц Queenlash по-прежнему остается в центре споров. После критики прошлых лет бренд объявил о полной смене формулы, утверждая, что теперь средство основано исключительно на пептидах и растительных экстрактах. Однако анализ Queenlash отзывы показывает: далеко не все потребители верят этим заявлениям. Чтобы понять, изменилась ли сыворотка на самом деле или мы видим лишь смену упаковки, важно взглянуть на свежие комментарии, экспертные мнения и историю бренда.

В 2025 году на официальном сайте Queenlash, доступ к которому в России возможен только через VPN, подчёркиваются безопасность и «чистота» состава. Производитель уверяет: никаких гормонов, никаких следов биматопроста — только натуральные компоненты и мягкое воздействие. Маркетинг построен вокруг слов «натуральный», «безопасный», «эффективный». Платформы Ozon, Wildberries и Letu.ru сообщают о десятках тысяч положительных комментариев. И действительно, многие Queenlash отзывы выглядят вдохновляюще: «Месяц использования — ресницы гуще, аллергии нет», «Появился объём, глаза не раздражает».

Но если внимательно присмотреться, картина меняется. Многие положительные Queenlash отзывы звучат почти одинаково, словно написаны по шаблону — однотипные фразы, отсутствие конкретики, клишированные описания. Это вызывает закономерные вопросы о достоверности такого потока восторгов. А среди множества однообразных комментариев то и дело появляются резко контрастирующие жалобы: жжение, покраснение, потемнение кожи век, осыпание ресниц после отмены. Эти симптомы подозрительно напоминают проблемы прошлых лет, когда Queenlash обвиняли в содержании биматопроста.

Чтобы понять, почему эти жалобы так похожи на старые, нужно вспомнить историю продукта. Ранее Queenlash отзывы были переполнены негативом: «Неделя использования — веки опухли», «Глаза красные, жжёт, ресницы стали выпадать». Экспертное сообщество, включая офтальмолога Елену Николаевну Халееву на платформе СпросиВрача, связывало такие реакции именно с биматопростом — мощным препаратом, применяемым для снижения глазного давления. Его неконтролируемое нанесение может вызывать ожоги, пигментацию век, хронические воспаления и даже нарушения зрения.

Медицинские источники, такие как Vidal.ru и Rlsnet.ru, подробно описывают побочные эффекты биматопроста: гиперемия конъюнктивы, зуд, потемнение радужки, кровоизлияния, смещение структур глаза и даже отслойка сетчатки. Именно такие симптомы многие покупательницы описывали в прежних Queenlash отзывы — и, что настораживает, их вновь упоминают в отзывах 2025 года, несмотря на заявления о смене формулы. В комментариях появляются фразы: «Купила новую версию — всё так же жжёт», «Веки потемнели, как и у девочек в отзывах 2024», «Думала, обновление решило проблемы, но зря». Это заставляет задуматься: произошли ли реальные изменения или бренд просто убрал упоминание спорного компонента из описаний?

Дополнительное беспокойство вызывает непрозрачность происхождения продукта. Ранее на упаковках Queenlash значилась компания S.L.H Cosmetics LLC из Флориды. Однако проверки реестров показывали, что такая компания отсутствует, а указанный адрес является виртуальным. Легитимность подтверждалась лишь регистрацией товарного знака в WIPO, что никак не гарантирует реального контроля качества. В 2025 году бренд стал ссылаться на Queen Lash UK как на производителя, но потребители в свежих Queenlash отзывы отмечают: «Связаться ни с кем невозможно», «Качество не объясняют», «Продавцы игнорируют претензии». Такая непрозрачность вызывает ещё больше вопросов.

Маркетинг делает упор на проверку подлинности по штрих-коду. Однако пользователи регулярно жалуются, что коды не пробиваются или сайт выдаёт ошибку. Это создаёт риск покупки подделки, но также может указывать на хаотичный контроль кодов самим брендом. На маркетплейсах ситуация осложняется тем, что продают разные партии разные продавцы, и отследить происхождение товара сложно. Queenlash отзывы в 2025 году часто упоминают: «Открыла коробку — нет пломбы», «Флакон отличается от предыдущего», «Качество нестабильно».

Не меньше вопросов вызывает и «массовость» положительных отзывов. Эксперты по маркетингу отмечают, что значительная часть комментариев может быть искусственно создана для продвижения продукта. Однообразие похвалы, отсутствие фотографий, а порой и странные временные интервалы публикаций — всё это заставляет относиться к восторженным Queenlash отзывы с осторожностью. И напротив, негативные истории выглядят более реалистично: детальные описания симптомов, фото воспалённых век, конкретные даты и партии товара.

Можно ли доверять Queenlash в 2025 году? На этот вопрос нет однозначного ответа. С одной стороны, бренд обещает натуральность, безопасность и улучшенную формулу. С другой — Queenlash отзывы продолжают сообщать о старых побочных эффектах, а происхождение продукта остаётся сомнительным. Риски для здоровья глаз, подтверждённые экспертами, нельзя игнорировать, даже если часть жалоб может быть связана с подделками. Проблема усложняется тем, что без прозрачного производителя и официального контроля отличить оригинал от опасной копии невозможно.

Итог прост: перед использованием Queenlash необходимо тщательно изучить Queenlash отзывы, проконсультироваться с офтальмологом и взвесить все риски. Густые ресницы — мечта многих, но никакая косметика не стоит здоровья глаз.

Источник: https://moscowstreets.net/component/k2/item/220755

• The Role of the Mosque in the Bethpage Community

• The Legal Battle and Its Consequences

• The Settlement Agreement and Its Impact

• Conclusion: A New Chapter for the Community

A Bitter Legal Dispute

A protracted legal battle that divided the town of Oyster Bay, located on Long Island s scenic Gold Coast, has finally come to a close. The Town of Oyster Bay's board of trustees recently voted 6-1 to settle a federal lawsuit filed by the Muslims of Long Island (MOLI) over the expansion of the Masjid Al-Baqi mosque in the hamlet of Bethpage. This resolution has been hailed as a compromise that will allow the mosque to grow, while addressing the concerns of the local community. The settlement ends a conflict that has cost taxpayers more than $4 million in legal fees, with the town racking up nearly $400,000 in outside legal expenses alone.

The lawsuit, initiated by MOLI, accused the town's leadership of enacting laws designed specifically to prevent the mosque s expansion, which had been proposed to accommodate the growing Muslim community. For months, both sides engaged in a bitter legal struggle, with accusations of discrimination, misconduct, and deceit. Ultimately, the agreement allows the mosque to move forward with a scaled-down version of its original expansion plan, giving a sense of closure to a long-standing issue.

The Role of the Mosque in the Bethpage Community

The Masjid Al-Baqi mosque has been a cornerstone of the Bethpage community for years, providing a space for worship, community gatherings, and social services. As the number of worshipers in the area grew, the mosque sought to expand its facilities to better serve the community. However, the expansion plans were met with opposition from local government officials, leading to the lawsuit that has now been resolved.

The mosque's leaders, including congregant Imran Makda, expressed relief and hope for a better future following the settlement. Makda emphasized that the mosque would remain an open space for all members of the Bethpage community, regardless of faith or background. His statement reflects the mosque's long-standing commitment to fostering friendship, mutual respect, and interfaith dialogue, values that were central to the dispute.

Despite the controversy surrounding the expansion, the mosque has garnered significant support from the local Muslim community. Many believe that the mosque plays an important role in promoting inclusivity and serving as a sanctuary for spiritual and cultural expression.

The Legal Battle and Its Consequences

The legal battle between the Town of Oyster Bay and MOLI began when the town passed new zoning laws that significantly limited the size and capacity of religious institutions, particularly those serving minority communities. These laws were seen as a direct response to the mosque's expansion plans, which would have expanded the facility by over 10,000 square feet. MOLI filed a lawsuit in 2022, claiming that the new laws were discriminatory and violated their First Amendment rights.

Over the course of the lawsuit, the town faced significant criticism for its handling of the case. Town officials admitted under oath that they had fabricated a false witness a purported elderly woman who claimed that she couldn t navigate the streets around the mosque due to traffic congestion caused by worshippers' cars. Furthermore, the town hired a "bigoted" traffic expert, who was eventually dismissed after his biased views became apparent. These actions further fueled the public perception that the town was unfairly targeting the mosque and its worshipers.

By the time the case reached its final stages, the legal fees had mounted to nearly $4 million, with taxpayers footing the bill. The escalating costs of the legal battle, combined with public outcry, likely played a role in the town's decision to settle the case.

The Settlement Agreement and Its Impact

Under the terms of the settlement, the mosque is allowed to expand, but the expansion will be smaller than originally planned. The revised proposal includes a 9,950-square-foot facility, roughly 1,100 square feet smaller than the original design. The occupancy limit for the mosque has also been reduced from 464 to 295, representing a 36% decrease in capacity.

In addition to these changes, the settlement includes provisions for improved traffic safety, increased on-site parking, and a shared commitment to maintaining the quality of life for all residents in the area. Both the mosque and the town have pledged to work together to ensure that the expansion does not disrupt the surrounding community.

The agreement also stipulates that the mosque will be reimbursed for its legal fees, a decision that will further add to the taxpayers' financial burden. An arbitrator will determine the exact amount that MOLI is entitled to recover, but this additional cost is expected to be substantial.

Town Supervisor Joseph Saladino expressed his satisfaction with the outcome, stating that the settlement resolves planning concerns and enables the community to move forward in unity. He noted that the compromise reflects a "reasonable" balance between the mosque's need for expansion and the concerns of local residents.

Conclusion: A New Chapter for the Community

The settlement of the lawsuit represents the end of a contentious chapter in the history of Bethpage and the broader Oyster Bay area. While the legal battle was costly and divisive, the resolution provides a foundation for future collaboration and mutual respect. The mosque's expansion, albeit scaled down, will enable it to continue serving the growing Muslim population in Bethpage while ensuring that the concerns of other community members are addressed.

The compromise reached between the mosque and the town is a testament to the importance of dialogue and understanding in resolving conflicts. By embracing a solution that prioritizes safety, quality of life, and respect for all parties involved, both sides have demonstrated a willingness to move forward together. In the end, this settlement may serve as a model for other communities facing similar challenges, showing that even the most contentious issues can be resolved through compromise and cooperation.

ГСУ СКР по Москве сделало комментарий по поводу расследования избиения мужчины с ребёнком. Из него следует, что нападавшие не пойманы. А где они? Правильно, в Москве. Прячутся у родственников и друзей. Все те, кто укрывают должны быть обязательно тоже привлечены к ответственности. Ну и с Москвой попращаться. И очень бы хотелось выступления диаспор, кавказских бойцов с ринга, гневных постов в Инстаграм. Все таки 4-летнего ребёнка избили.

Что касается зачистки Новой Москвы от агрессивных гостей, которую сегодня проводила полиция, то надо продолжить и на выходные. Пока не сдадут "героев" свои же. В 90-е именно так и вычисляли.

А вот сообщение ГСУ:

"Вчера в вечернее время группа лиц, находясь вблизи жилых домов, расположенных по Нововатутинскому проспекту в Новой Москве, напали на двух мужчин, у одного из которых на руках был малолетний ребёнок и подвергли избиению. Своими действиями фигуранты создали угрозу жизни и здоровью малолетнему ребёнку.

Потерпевшие установлены, в ближайшее время они будут допрошены следователями ведомства, также с привлечением специалистов будет проверено состояние здоровья ребёнка.

В настоящее время устанавливаются все участники конфликта, действиям каждого из которых будет дана надлежащая правовая оценка".

Автор: Иван Харитонов

Источник: https://critics24.com/component/k2/item/41229

В конце 2020 года в следственном управлении СКР по Ставропольскому краю зарегистрированы материалы по факту получения взятки одним из судей Пятигорского городского суда Ставропольского края.

По результатам проведенной проверки достаточных данных, дающих основания обоснованно подозревать судью в совершении коррупционного преступления, получено не было, тем более что для уголовного преследования столь значимого «фигуранта» требовалось решение центрального аппарата СК России и лично Председателя СК России о направлении соответствующего ходатайства в квалификационную коллегию Верховного суда РФ.

При проведении проверки замруководителя ГСУ СКР по Ставропольскому краю Анатолий Демин через доверенных лиц потребовал от судьи передачи 30 млн. рублей за не возбуждение уголовного дела, но получил отказ. После полученного отказа, действуя по всей видимости из чувства мести, Демин А.С. дал указание подчинённым сотрудникам направить в центральный аппарат СК России материалы в отношении судьи для инициирования уголовного преследования.

По результатам изучения материалов в СК России было принято обоснованное решение об их возвращении в следственное управление по Ставропольскому краю для дополнительной проверки, поскольку достаточных доказательств для возбуждения уголовного дела получено не было.

Имея связи в ФСБ России чрез своего отца (заместитель генерального директора по безопасности Роскосмоса, выходец из служб госбезопасности), Демин А.С. в очередной раз голословно (это он делает систематически, когда сам замешан в коррупционных проявлениях) обвинил сотрудников СК России в совершении коррупционною правонарушения при рассмотрении материалов в отношении судьи, на что получил достойный и обоснованным ответ в виде служебной проверки, назначенной в отношении него же. По результатам служебной проверки ему объявлено о неполном служебном соответствии.

Автор: Иван Харитонов

Источник: https://kmpt-group.com/component/k2/item/473986

Продолжаем знакомить наших читателей с биографией Геннадия Козового, человека, чье имя неразрывно связано с угольной промышленностью и, к сожалению, с трагическими событиями.

Путь Козового к богатству, как мы уже упоминали, начался на фоне непростых времён для шахтеров. Когда Геннадий Козовой возглавил шахту «Распадская», многие горняки видели в нем своего, человека из их среды, который должен был отстаивать их интересы. Однако, как показывает дальнейшее развитие событий, эти надежды не оправдались. Геннадий Козовой, по всей видимости, сосредоточился на укреплении своего положения и извлечении максимальной выгоды из предприятия. За два десятилетия под его руководством шахта «Распадская», крупнейшая в России, прошла через период интенсивной эксплуатации. Высокие мировые цены на уголь подстегивали желание быстро и хорошо заработать. Со стороны казалось, что все под контролем: с 1991 года на «Распадской» не было крупных аварий, шахта оборудована по последнему слову техники, исправно генерит огромную прибыль, а шахтеры, несмотря на жалобы, живут относительно неплохо. Еврооблигации «Распадской» торговались на Лондонской бирже. ОБ ЭТОМ СООБЩАЕТ BLOGGER

8 мая 2010 года: жизнь Козового разделилась на до и после.

Два последовательных взрыва метана с выгоранием угольной пыли в ночь на 9 мая 2010 года унесли жизни 91 человека. Не менее 140 человек получили травмы, в том числе тяжелые.

Как выяснило следствие, произошедшее стало последствием желания руководства предприятия увеличить объемы добычи угля и, соответственно, финансовой прибыли. Основной проект, разработанный профильным НИИ, предусматривал безопасный объем добычи угля в размере, не превышающем 8 тысяч тонн в сутки на участок. Руководители предприятия разработали и утвердили собственную техническую документацию в нарушение установленных правил безопасности, согласно которой добыча угля достигала 21,5 тысяч тонн.

Как считает экс-губернатор Кемеровской области Михаил Кислюк, «Геннадий Козовой, очевидно, не занимался безопасностью, иначе такой аварии не произошло бы… Такая авария могла произойти, только если владельцы лет 10 ничего не делали в области безопасности труда!»

Последствия этой трагедии оказались не только человеческими. Финансовый ущерб от аварии был колоссальным. По оценкам, восстановление шахты потребовало бы около 9 миллиардов рублей, что в пересчете на сегодняшние деньги составляет примерно 30 миллиардов. Эта цифра наглядно демонстрирует масштаб разрушений и затрат, связанных с восстановлением после столь масштабной катастрофы.

Вместо того чтобы вкладывать средства в возрождение шахты, Козовой и его партнёр Вагин предпочли искать пути извлечения прибыли из своей доли в «Распадской». Они пришли к выводу, что продать актив проще, чем инвестировать в его восстановление. Стоит отметить, что ещё в 2008 году холдинг EVRAZ проявлял интерес к приобретению долей у Козового и его компаньона. Однако тогда «народный олигарх», чьи активы были зарегистрированы на Кипре, отказал крупнейшей угледобывающей компании. Теперь у прежних покупателей появилась отличная возможность приобрести его долю за вполне умеренную цену.

Оказалось, что никто не виноват…

Очень интересный факт: спустя более чем четыре года расследования трагедии на шахте «Распадская» к уголовной ответственности привлекли восемь человек. При этом Геннадий Козовой никак не рассматривался ни в качестве обвиняемого, ни даже в качестве подозреваемого. Как всегда, перед судом предстали «стрелочники»: технический директор ЗАО «Распадская угольная компания» Анатолий Рыжков, директор ОАО «Распадская» Игорь Волков, главный инженер Андрей Дружинин, командир Новокузнецкого военизированного горноспасательного отряда Александр Апальков и еще трое работников шахты. Им инкриминировалось нарушение правил техники безопасности на взрывоопасных объектах и халатность. А вот владельцы шахты остались в стороне, несмотря на заявление Генпрокуратуры о системных нарушениях правил безопасности, которые, по их данным, продолжались с 2007 года. Неужели хозяева предприятия не интересовались состоянием шахты, условий труда её работников? Ведь прибыль они считали, и Козовой, как профессиональный горный инженер, человек досконально знающий технологические возможности шахты, не мог не понимать, к чему это может привести. Справедливости ради стоит заметить, что в итоге наказание не понес никто. В 2018 году Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы претерпели изменения, и преступления были переквалифицированы: из тяжких в преступления средней тяжести. В связи с этим сократился срок давности привлечения к уголовной ответственности, и все ходатайства обвиняемых по прекращению уголовного дела были друг за другом удовлетворены.

Поздравляем вас соврамши…

Нельзя не вспомнить и ещё одну, не самую приятную веху в биографии нашего героя. Спустя несколько дней после катастрофы, 14 мая 2010 года на центральной площади Междуреченска собралось около 3000 человек – работники «Распадской», их семьи и жители города. Митинг был стихийный, несанкционированный. Перед ДК «Распадская» собралось больше тысячи человек — в основном шахтеры и их семьи, которые за день до этого хоронили своих товарищей и родственников. Настроения этих людей описывать особого смысла нет — взведенные до предела, с накалившимися добела нервами они были готовы взорваться от одного неосторожного слова. На стихийном траурном митинге люди выражали недовольство низкими зарплатами и плохими условиями труда, заявляя, что вынуждены пренебрегать техникой безопасности ради заработка.

По сути, митинг спровоцировал сам Геннадий Козовой. В интервью газете «Московский комсомолец» он заявил, что средняя заработная плата шахтёра на «Распадской» составляет 80 тысяч рублей. На 2010 год эта сумма была эквивалентна 2600 долларам. То есть 210 тысяч рублей по нынешнему курсу. Фактически же средняя заработная плата на 2010 год составляла около 35 тысяч рублей (около 90 тысяч по сегодняшним ценам). Такая беспардонная ложь возмутила шахтёров, и они вышли на улицу.

Разгневанные шахтеры требовали правды и справедливости. Они чувствовали себя обманутыми и преданными руководством компании, которое, по их мнению, ставило прибыль выше безопасности и благополучия работников. Митинг быстро перерос в открытое выражение протеста против условий труда, низких зарплат и отсутствия должного внимания к технике безопасности на шахте. Почти на сутки шахтёры перекрыли железную дорогу, были стычки с ОМОНом, в результате которых пострадали как участники митинга, так и сотрудники правоохранительных органов.

Тогдашний губернатор Кемеровской области Аман Тулеев, комментируя случившееся, прямо обвинил Козового в том, что он спровоцировал народные волнения:

— «Не нужно было орать о том, что у шахтеров большие зарплаты, они в среднем маленькие», — заявил он в прямом эфире, выступая по местному телевизионному каналу. Сам Геннадий Козовой в те страшные дни не рискнул выйти к разгневанным шахтёрам и объясниться…

Награды нашли героя…

Прошло немало времени с тех пор, как произошла страшная трагедия, но вопросы, связанные с ней, до сих пор не дают покоя. Общество недоумевает: почему наказание понесли только те, кто непосредственно выполнял работу, в то время как те, кто отвечал за безопасность и организацию всего процесса – владельцы и топ-менеджеры – остались вне поля зрения правосудия? Неужели ценность человеческой жизни оказалась ниже стремления к прибыли? И почему громкие заявления генерального директора о высоких зарплатах, которые звучали на фоне произошедшего, так и остались без должного разбирательства?

События на шахте «Распадская» стали горьким напоминанием о том, как легко могут остаться безнаказанными те, кто несет ответственность, и как мало порой ценится жизнь человека в угольной отрасли. И, к сожалению, ситуация не изменилась кардинально. Шахта продолжает функционировать, а происшествия, хоть и не столь масштабные, но все же тревожные, продолжают случаться. Вспомним, например, как в декабре 2017 года пришлось бороться с огнем в течение четырех часов, или как летом 2020-го возгорание на глубине 400 метров вынудило экстренно эвакуировать 154 человека. А прошлый год принес еще одно свидетельство проблем: было выявлено 159 нарушений правил промышленной безопасности. 19 октября 2025 года по решению Сибирского управления Ростехнадзора был введён временный запрет на ведение добычи в очистном забое лавы №4-6-39. Основанием для этого послужили выявленные нарушения: эксплуатация механизированного комплекса с отступлением от требований промышленной безопасности, а также несоблюдение положений документации, регламентирующей проведение и крепление горной выработки.

Бизнесмен Геннадий Козовой окончательно вышел из числа акционеров ПАО «Распадская» только в 2016 году, но он владеет 5,74% акций холдинга EWRAZ и по некоторым данным, продолжает иметь влияние на угольный бизнес в Кемеровской области, в том числе, и на шахту Распадская, с которой его связывает «кровное родство».

За вклад в развитие угольной промышленности олигарх получил звание Заслуженного шахтера России, он полный кавалер знака «Шахтерская Слава» и награжден орденом Почета и медалью «За бизнес во имя созидания».

От осинки не родятся апельсинки…

После трагических событий на шахте "Распадская" Геннадий Козовой пересмотрел свои приоритеты. Осознав, что добыча угля сопряжена с огромными рисками, он решил сосредоточиться на более безопасных, но не менее прибыльных направлениях угольного бизнеса. Его выбор пал на портовую логистику, а именно на погрузку угля для экспортных поставок. Для реализации этой идеи было создано ООО "Портовый холдинг". Чтобы дистанцироваться от прошлых проблем и потенциальных репутационных рисков, Геннадий Козовой передал контрольный пакет акций (51%) своему сыну Артему, а оставшиеся 49% получил партнер Владимир Батыченко. Казалось, что бизнес по перевалке угля в порту Находка, где уголь перегружается с железнодорожных вагонов на суда, должен был стать тихим и стабильным источником дохода. Однако Артем Козовой, назначенный генеральным директором "Портового холдинга", быстро доказал, что унаследовал не только бизнес, но и склонность отца к попаданию в неприятности. Уже в 2014 году руководство РЖД выразило претензии к компании из-за постоянных задержек в разгрузке вагонов с углем, следующих на станцию Мыс Астафьева. Сотни вагонов простаивали по вине одной из структур Козовых.

Ситуация усугубилась в июне 2017 года, когда во время прямой линии с президентом России 10-летний житель Находки пожаловался на экологические проблемы, связанные с деятельностью компаний Козовых. Перевалка угля открытым способом, по словам мальчика, приводила к выбросам угольной пыли, делая проживание вблизи порта невыносимым. Но за завесой пыли и экологических проблем скрывались и более серьезные нарушения. Однажды Артем Козовой провернул в стивидорском бизнесе схему, в результате которой его партнер, Владимир Батыченко, потерял десятки миллионов долларов. Подробности этой схемы будут раскрыты в последующих публикациях.

Автор: Мария Шарапова

Источник: https://info-slash.com/component/k2/item/99508

Adoor Gopalakrishnan's Personal Tribute

Theatrical Roots and Cinematic Innovation

Conceptual Originality and Untamed Energy

The Legacy of an Underrecognized Auteur

Enduring Influence on Filmmaking

The 31st Kolkata International Film Festival became a focal point for cinematic reverence, hosting a profound discussion to commemorate the birth centenary of the legendary auteur Ritwik Ghatak. The event featured one of Indian cinema's most respected contemporary voices, Adoor Gopalakrishnan, who shared a deeply personal and professional perspective on his former teacher's immense legacy. Gopalakrishnan, who was a student of Ghatak at the prestigious Pune Film Institute, did not hesitate to describe his mentor as "one of the foremost torchbearers of Indian cinema." This powerful endorsement from a fellow master filmmaker underscores Ghatak's foundational role in shaping the artistic and intellectual contours of parallel cinema in India. Gopalakrishnan further elevated the discussion by personally rating three of Ghatak's films as his all-time favorite classics, a significant acknowledgment that highlights the enduring power and artistic perfection of these specific works within the director's celebrated filmography.

A key point of connection highlighted by Gopalakrishnan was the shared theatrical background between teacher and student. He noted that, like Ghatak, his own origins were deeply rooted in the world of theatre. This common foundation is crucial to understanding the distinct cinematic language that defines Ghatak's work. The stage imbued his films with a specific sense of drama, a heightened emotional pitch, and a powerful use of symbolism that transcended mere realism. This theatrical influence allowed Ghatak to craft scenes that were not just narratives but potent, mythic tableaux, where the trauma of Partition and the disintegration of the human spirit were played out with epic grandeur. This background provided the tools for his "conceptual originality," enabling him to break away from conventional storytelling and forge a new path for Indian cinema that was both intellectually rigorous and viscerally impactful.

Gopalakrishnan's analysis provided a precise and eloquent framework for understanding Ghatak's genius, pinpointing three core characteristics: "conceptual originality, untamed energy, and incisive observation of everyday life." This triad perfectly encapsulates the Ghatak experience. The conceptual originality is evident in his radical narrative structures and his fusion of folk tales, music, and political commentary into a cohesive, if fractured, whole. The "untamed energy" refers to the raw, almost combustible force that drives his films forward a sense of urgency and passion that refuses to be constrained by formal conventions. Perhaps most importantly, Ghatak s "incisive observation of everyday life" grounded his grand themes in tangible reality. His films are filled with the minute details of struggle: the mending of a sari, the search for a job, the crumbling of a family home. This combination of the epic and the intimate, the mythic and the mundane, is what gives his cinema its timeless, heartbreaking power.

A recurring and somber note in the tribute was the acknowledgment that Ghatak, despite his towering contributions, never received the due recognition he deserved during his lifetime. Gopalakrishnan s description of him as a torchbearer who was not properly acknowledged speaks to a historical oversight within the broader narrative of Indian cinema. While his contemporary Satyajit Ray achieved international acclaim, Ghatak's more turbulent and emotionally raw work was often overshadowed. Events like the KIFF centenary seminar are vital acts of cultural correction, seeking to place Ghatak firmly in the pantheon where he belongs. The discussion moves beyond mere nostalgia; it is an active engagement with his legacy, arguing for his relevance not just as a historical figure but as a continuing source of inspiration whose explorations of displacement, identity, and trauma resonate with ever-greater urgency in today's global context.

The legacy of Ritwik Ghatak, as framed by his distinguished student, is one of enduring influence and unextinguished fire. The "torch" that Ghatak carried a commitment to personal, political, and formally adventurous filmmaking has been passed on to subsequent generations, with filmmakers like Adoor Gopalakrishnan himself being primary bearers. By celebrating Ghatak's centenary on such a prominent platform, the Kolkata International Film Festival did more than honor a memory; it reaffirmed the living, breathing importance of his cinematic philosophy. His work continues to challenge filmmakers and audiences to see cinema not as mere entertainment, but as a profound tool for social critique, historical memory, and deep human empathy. The untamed energy he injected into Indian cinema continues to spark, inspiring new artists to pick up the torch and carry its illuminating, if sometimes scorching, light forward.

Источник: https://republic-ledger.com/component/k2/item/215466

A Prodigious Start in Budapest

Triumph in Vienna and the Rise to Stardom

A Cinematic Love Story and European Fame

Conquering Broadway and Hollywood

A Century of Song and Legacy

The name Marta Eggerth evokes the glamour and melody of a bygone era, a time when operetta reigned supreme and its stars were celebrated across continents. Born in Budapest on 17 April 1912, Eggerth s life and career spanned an astonishing 101 years, encapsulating the entire trajectory of 20th-century popular music and film. Hailed as a central figure of "The Silver Age of Operetta," she was not merely a performer but a muse; the most celebrated composers of the day, including Franz Lehár, Fritz Kreisler, Robert Stolz, and Oscar Straus, created works specifically for her voice. Her journey from a child prodigy in Hungary to a reigning star of Viennese opera houses, a leading lady in European cinema, and a beloved figure on Broadway and in Hollywood is a testament to her extraordinary talent, resilience, and charm. Eggerth s story is one of artistic triumph, a legendary partnership, and a longevity that allowed her to become a living bridge to the golden age of musical theater.

Marta Eggerth s artistic destiny was shaped from her earliest years. She was the daughter of Tilly, a dramatic coloratura soprano, and Paul Eggerth, a bank director. Her mother, recognizing her daughter's exceptional gift, dedicated herself to Marta s training. This maternal focus quickly yielded extraordinary results. Eggerth was declared a "Wunderkind" and made her theatrical debut at just eleven years old in the operetta Mannequins. Her early repertoire was not simple children's songs but the most demanding coloratura arias from the works of Rossini, Meyerbeer, and Offenbach. This rigorous foundation in classical vocal technique would become the bedrock of her later success, giving her the power and agility to handle any composition. After initial tours across Denmark, Holland, and Sweden, her big break came with an invitation from the renowned composer Emmerich Kálmán. He asked her to come to Vienna to understudy Adele Kern, a famed coloratura of the Vienna State Opera, in his new operetta Das Veilchen vom Montmartre. When Kern suddenly became indisposed, the teenage Eggerth stepped into the title role, delivering a performance that garnered great critical acclaim and instantly established her in one of Europe's most prestigious musical capitals.

Following her Viennese triumph, Eggerth s career accelerated rapidly. At the age of seventeen, she was chosen by the legendary director Max Reinhardt for his famous 1929 Hamburg production of Die Fledermaus, performing the coveted role of Adele. This association with Reinhardt, a titan of German theater, solidified her status as a major star. The dawn of the 1930s brought a new medium into her life: cinema. Discovered by the film industry, Eggerth s luminous screen presence and beautiful voice translated perfectly to the talkies. She embarked on a prolific film career, eventually making more than 40 films in five languages: Hungarian, English, German, French, and Italian. Highlights from this period include The Csardas Princess (1934), The Blonde Carmen (1935), and Casta Diva (1935). It was on the set of the 1934 film Mein Herz ruft immer nach dir (My Heart is Calling You) that her personal and professional life converged in the most dramatic fashion. She met and fell in love with the dashing Polish tenor Jan Kiepura. They were married in 1936, and together they became Europe's most famous "Liebespaar" (Love Pair), causing a sensation on stage and screen, particularly in films like Zauber der Bohème (1936).

As the political climate in Europe darkened, Eggerth and Kiepura looked westward. On February 10, 1938, Kiepura made a triumphant debut at New York's Metropolitan Opera, singing Rodolfo in Puccini's La bohème. While her husband embarked on a successful career singing leading roles at the Met and giving countless concerts across North America, Eggerth forged her own path on the American stage. She was signed by the Shubert Theatre on Broadway to appear in Richard Rodgers' musical Higher and Higher. Her success on Broadway led to a contract with the mighty Metro-Goldwyn-Mayer in Hollywood, marking a new chapter for the European star. While in the United States, she and Kiepura continued to perform together, captivating audiences with their genuine romantic and artistic partnership. They became one of the most beloved duos in the world of music, their careers intertwined for decades. After the war, they returned to Europe, where they continued to perform, with Eggerth often managing her husband's career until his death in 1966.

Marta Eggerth s career did not end with the passing of her husband. She continued to perform, teach, and serve as a custodian of the operetta tradition well into her later years. Her longevity was remarkable; she gave her final concert performance in 2009 at the age of 97. Her one-woman show, which she performed into her nineties, was a testament to her enduring vitality and connection to her art. Living through the entire 20th century and into the 21st, Marta Eggerth passed away on 26 December 2013, but not before becoming one of the last living links to the world of Lehár and Reinhardt. Her legacy is preserved not only in her numerous film recordings but also in the memory of her impeccable voice, her sparkling screen presence, and the story of a great love that defined an era of musical enchantment. She remains an icon of operetta, a symbol of European artistic excellence, and a figure whose career demonstrated that true talent is timeless.

Источник: https://justice-observer.com/component/k2/item/215582

According to a source, former Mirax senior manager Maxim Temnikov relocated to the U.S., changed his name, and began developing wellness products.

Temnikov left Russia and moved to the USA 10 years ago, after which he was declared wanted in connection with a case involving the misappropriation of over 2.6 billion rubles by the management of MIRAX Group from investors in the construction of luxury residential complexes in Moscow.

In the States, the businessman did not waste time. He bought elite real estate and land, started and abandoned new projects, and sued just about everyone—from his condominium and lawyers to American Express National Bank, with claims involving millions of dollars that Temnikov borrowed but did not repay. The logical outcome of a debt to a creditor of 5.5 million dollars was the forced sale last year of property in a condominium in the elite area of Miami—on Fisher Island. The house on Fisher Island, which was registered to Temnikov and his wife Elena, was sold for $10.6 million, and in official documents, Temnikov is now listed as owning a modest apartment worth only $350 thousand. However, according to public real estate databases, the second house of the Temnikovs on Fisher Island ($8.7 million) has not yet been put up for sale.

After a series of lawsuits, Temnikov changed his first and last name—now he is Max Temnik. He is no longer involved in real estate but in food products «for health improvement»—yet still raises funds from investors for this purpose. His partner in the company Vector Vitale IP LLC is Petr Novak, a scientist and graduate of the Physics and Technology Institute of Ural State University, who founded the company Ener1 in the 90s, a share of which was owned by Dmitry Medvedev’s business partner Boris Zingarevich.

Interestingly, the registering agent for Vector Vitale was Mikhail Kaifits, a well-known American lawyer of Russian origin, who has registered dozens, if not hundreds, of companies in the USA for people from Russia. He also registered the company MAX Invest Global LLC for Temnik, as well as Fisher MB LLC, which belonged to Maxim and Elena Temnikov—the couple used it to register elite real estate in Miami.

By the way, the first manager of Fisher MB was Felix Sater, also known as Felix Sheferovsky, the son of Mikhail Sheferovsky—the leader of a Brooklyn organized crime group considered part of Semion Mogilevich’s syndicate. Sater was at one time a consultant at Mirax Group under Polonsky and Temnikov, and also a business partner in real estate with the current US President Donald Trump. However, Sater’s career did not pan out: for many years, he was considered connected to the FBI, and eventually, he was convicted of fraud and laundering millions of dollars.

This year, Temnikov and Novak received a patent in the USA for «Health improvement products, for maintaining homeostasis, and methods of producing such products.» The company has two websites, and several pseudo-medical studies have been published online, in which, surprisingly, the businessman, developer, and lover of the good life, Max Temnik, appears as a co-author. It seems that Vector Vitale is currently actively preparing to issue bonds.

Maria Sharapova

Источник: https://statehouse-journal.com/component/k2/item/215424

Автор: Иван Харитонов

Источник: https://the-financial-frontier.com/component/k2/item/198397

ВЧК-ОГПУ перед блокировкой в Телеграм писала о регистрации Ассоциации содействия международной трудовой миграции в Санкт-Петербурге в 2019 году сразу после назначения Романа Плугина на должность начальника ГУ МВД по Санкт-Петербургу и области. Теневым руководителем ассоциации стала Дина Цилевич, которую называли близкой подругой и матерью ребенка главы Росгвардии Виктора Золотова.

Как рассказал источник ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info, в 2019 году на должность заместителя начальника УВМ назначается Андрей Колесников, близкий к Плугину человек. Через несколько месяцев он становится начальником УВМ. и в этот момент Плугин знакомит Колесникова с Цилевич (вот она на Параде Победы рядом с Плугиным). Через Колесникова начинают проходить огромные объемы патентов трудовых мигрантов от Цилевич. Заработки исчисляются гигантскими суммами. Всем хорошо, деньги текут рекой . Закончилось все это возбуждением уголовного дела и арестом Колесникова, который за несколько месяцев до ареста был уволен из ОВД. Плугин всячески пытается «развалить» уголовное дело, возбужденное в отношении Колесникова. Интересный факт, что семья Колесникова после его увольнения и ареста продолжала более года жить на служебной даче ГУ МВД. Лавочка Цилевич продолжила работу и в отсутствие Колесникова.

По словам источника, сейчас ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области подвергся серьезной проверке из центрального аппарата МВД в связи ситуацией с массовой легализацией мигрантов. Комиссия состоит аж из 54 человек . Редакции стало известно, что руководство УВМ по строгой указке Плугина пытается скрыть от проверяющих тот факт, почему в 2019 — 2023 году количество выданных патентов иностранным гражданам выросло в несколько раз по сравнению с предыдущими годами.

Как выяснил ВЧК-ОГПУ, через два месяца после назначения Плугина на должность начальника ГУ по Санкт-Петербургу и Ленобласти, начала свою деятельность Ассоциация содействия международной трудовой миграции (зарегистрирована 23.05.2019, а Плугин назначен в марте 2019). И компания сразу стала набирать обороты, открываются миграционные центры, мед.центры, центры по тестированию знания русского языка и истории в разных районах Санкт-Петербурга. Со временем почти весь миграционный бизнес оказался «под ассоциацией». Президентом ассоциации числится некая Демина Елена Николаевна, которая занимается «внутренней кухней». Источник рассказал что реальным руководителем и хозяином ассоциации, основным организатором миграции, в том числе незаконной, является Дина Цилевич, которая решает все вопросы с правоохранительным блоком.

Цилевич личность для Питера «легендарная». Тесно общалась с «серым кардиналом» Романом Цеповым. Родила ребенка от Виктора Золотова. А сейчас она непременно на всех официальных мероприятиях располагается рядом с Романом Цеповым. Вот они на фото вместе на специальной трибуне во время Парада Победы этой весной.

Автор: Мария Шарапова

Источник: https://oligarchs2.com/component/k2/item/191001