Но выбрали, как по мне, самого фактурного

Тедди вышел почти сразу, не то что Канжи, Юкико и Чие)))
Не мог не повесить такой забавный артец)))

Это, конечно, не Данте из ДМК в Ноктюрне, но что-то есть, согласитесь (если сможете настроится на нужную волну).
Пирамида, описание, копье)))

Настроение сейчас - Боевое)

(63Б)

Ками Декстер приходит в себя всё на том же остове кровати. Потирает кулаками виски. Некоторое время разминает пальцы на руках.
По всей видимости, ей лучше после отравления угарным газом и она немного отдохнула от путешествия.
Она, слегка покачиваясь, собирается уйти, как вдруг замечает необычный цветок на столе. Она подходит к столу, рассматривает его, замечает, что написано в слое ржавой пыли, хмурится в недоумении. Затем поднимает горшочек и нюхает цветок. Аромат, кажется, завораживает девушку, и она уходит, захватив горшочек с собой.
* * *
Белое светлое помещение с уходящим высоко вверх потолком и каменными стенами, на стенах которых есть еле заметные узоры из мозаики светло-серых и светло-голубых тонов. В помещении свисает откуда-то сверху множество толстенных канатов. Здесь стоит «Человек-Колокол» в ослепительно белом плаще, застегнутом на несколько верхних пуговиц, хотя покрой тот же, что и в подземельях тюрьмы, из-под него виднеется какая-то темно серая одежда без пуговиц, заправленная в белые штаны. Штаны же украшает толстый ремень с серебристой пряжкой (на которой изображен то ли египетский иероглиф солнца, то ли схематическое изображение гонга). На руках такие же белоснежные перчатки, а на ногах высокие сапоги, наподобие рыбацких, – той же расцветки. Колпак-колокол немного светлее чем вариация из подземелья, но тоже не начищен до блеска и с многочисленными буграми и скалками. Это существо поднимает свою колокол-голову, вроде как глядя вверх, затем берёт самый массивный канат и начинает дёргать за него. Слышится оглушительный звон колокола, всё начинает дрожать. Существо продолжает довольно долго звонить.
* * *
Шарлин Рейн смотрит вверх, поморщившись немного. На её этаже звук не настолько невыносим. Сибилл у неё на руках начинает плакать. Гул от звонящего колокола нарастает и иногда прерывает плач ребёнка.
- Белл-Рингер? – произносит Чарли.
* * *
Камилла вышла в коридор, очень похожий на самый первый этаж (который, впрочем, она не видела, поскольку забралась в башню по лестнице) – место также производило впечатление отеля старой закалки и довольно приличного класса. Коридор освещался настенными лампами в красивых абажурах, что несколько удивило. Пахло стариной. Именно не затхлостью, а чем-то, живо напоминающим старые фильмы... Камилла, принюхалась, понимая, что это за запах. В воздухе витал приятный (хотя и на любителя) запах плёночных материалов. Журналистка прикинула, что неподалеку находится плохо герметизированный архив фото или киноплёнок.
Девушка открыла одну из соседних дверей. Там оказался опустевший склад, сиротливо стояли пустые стеллажи, покрытые слоем пыли. Наметанным журналистским взглядом Ками оглядела помещение, не заходя внутрь. Её внимание привлекли следы обуви на пыльном полу, ведущие от входной двери за один из стеллажей, а потом возвращающиеся назад к двери. Полная решимости, Декстер отбросила волосы с лица назад и зашла внутрь. Обойдя вышеупомянутый стеллаж, девушка нашла стоящий ребром увесистый пластмассовый футляр. На футляре был замок и Камилле пришлось «поколдовать» с кусочком проволоки, оказавшимся неподалеку здесь же.
* * *
Темное помещение по форме и размерам напоминающее место, где Белл-Рингер звонил в колокол, но с металлическими стенами и рыжеватой дымкой. Посреди комнаты большущая автоматическая лебедка с цепью вместо троса, верхняя часть которой уходит высоко вверх, судя по всему, сверху что-то подвешено.
Абсолютно такой же, как и в подземельях, Белл-Рингер – в застёгнутом на все пуговицы темно-сером плаще с грязными разводами и остальной одеждой, в которой Даррен видел его во время командования «пауками» в казематах тюрьмы – нажимает кнопку «ВНИЗ» на громоздком пульте управления лебедки. С невыносимым для уха скрипом медленно опускается что-то сверху.
* * *
Появившаяся из-за угла отельного коридора мумия шла, похлюпывая кровью в пакетиках на спине и утробно хрипя. До вышедшей из комнаты девушки в зелёной рубашке было ярдов 7. Она даже сначала не обратила внимания на мумию – всё её внимание было приковано к продолговатым предметам в руках. Мумия ускорилась и гневно крякнула, вырывая жертву из оков раздумий. Уставшее лицо человека с большими по-детски напуганными глазами мелькнуло в глазах нападавшего. Вдруг атмосфера взорвалась тяжелой вибрацией и невыносимым звуком. Девушка же отпрыгнула назад и суетливо произвела некие манипуляции со своими находками, перебирая их быстро в руках и складывая определенным образом, затем вскинула перед собой находку в вертикальном положении и последним, что увидел и услышал монстр, стала черная «свистящая точка».
* * *
Камилла закрыла уши, отовсюду доносился страшный колокольный звон, стены дрожали, с потолка сыпались мелкие частицы...
Так продолжалось минуты 4, не меньше!
Затем все-таки стихло.
- Ох! Что же это? – встряхнула головой журналистка, а затем направилась к поверженному чудовищу, чтобы извлечь одну из стрел для спортивного лука, найденного ею в футляре, и, предварительно вытерев, вернуть в колчан, где покоились ещё одиннадцать таких стрел.
Забросив колчан на спину, Ками одела на себя всё остальное, что нашлось на складе (напальчник, крагу, нагрудник, ремень для руки) и оказалась в полном облачении и с полным комплектом спортивного лучника.
Она пошла в направлении, откуда появился нежданный гость.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

(62Б)

- Зачем ты это делаешь?
- Умолкни! – нервно бросила Валери, приложив к виску кулак с ножом.
- Отдай мне девочку, идиотка!!! – вспылил было я, но быстро осёкся.
- Вот! Это твоё настоящее лицо. Даррен-Даррен! А ведь я тебя любила... А ты ничем не лучше оказался, чем вся та шваль, которую я встречала всю свою жизнь! – она, прищурившись, покосилась куда-то в сторону. – Зачем ты так? А?
- Что я сделал не так? У меня нет вины перед тобой, ты просто...
Но меня она не слушала.
- Ты появился тогда, словно солнце сквозь грозовые тучи, помог мне, защитил от унижения и позора, которому меня подвергали те ублюдки. Ты дрался, как загнанный в угол раненый волк, ради меня, которой даже не знал, более того – видел впервые. РАДИ МЕНЯ! Этого изувеченного духа и тела, никому не нужного и всеми презираемого. Я была призраком до того дня, когда ты появился и спас меня. Такой весь... настоящий, живой, молодой, полный энергии и сил, красивый, в конце концов, мужчина. Я никогда не могла о таком мечтать – увидев тебя тогда, я позабыла и тот унизительный миг, и всё свое жалкое, такое мучительное, а главное – пустое существование! Ты же пришел ко мне, укрыл мои раны, даже не заметив, казалось, их, был столь обходительным и учтивым. Тогда я вспомнила, что тоже женщина, а не музейный экспонат в затхлой атмосфере «Вудхауза», не управляющая пансионатом матери, скрывающаяся в полумраке и закутанная с головы до пят... ТЕНЬ. Я вспомнила, что я жива! Что дышу и как оказалось ещё способна кого-нибудь полюбить. И мне казалось, что далеко не «кого-нибудь» я полюбила. Я внутренне сбросила этот мерзкий бугристый покров и обрела, как говорят во всяких глупых книжонках, крылья... СБРОСИЛА! Для тебя... Но только внутри. Снаружи я осталась этим вот!!! – слеза мелькнула по неприкрытой половине лица Йодоровски и она на миг умолкла, подавляя приступ плача.
Я стоял перед ней, как истукан. Ноги налились свинцом, лицо горело жаром волнения и стыда. Её слова были подобны ударам ножа в сердце... Раз за разом пробивая мою внешнюю «скорлупу» своей речью, она становилась в моих глазах всё прекрасней и прекрасней. Где-то вдалеке разума блеснула мысль оставить всё как есть, чтобы эта женщина стала той, кем ей надлежало быть от рождения – милой жизнерадостной леди, без этих вот следов ожогов, так рьяно скрываемых ею. Даже они, а также её неизменно строгие наряды, не могли скрыть природной красоты Валери. А в этот миг она была удивительно хороша: эта осанка, точеная фигура, платиновые сияющие волосы, нежная бархатистая кожа половины лица, единственный доступный стороннему взгляду лазурно-аквамариновый глаз блестел от слёз, а на груди мерно вздымался и опускался серебряный крестик. Душа рвалась от боли...
Но затем мой взгляд упал на Сибилл, и желание оставить всё происходящее на самотёк умерло в глубинах души, так и не окрепнув. Похитительница же моей сестры продолжила:
- Я практически удушила в себе изначальные стремления, игнорировала все порывы души, когда ты уехал, думала, что твой сумасбродный план не сработал, и ты уже не вернешься, почти уже успокоилась, но прошло полгода и ты вернулся... Снова растревожил старую рану на сердце, такую болезненную, но в тоже время сладостную. А ты, ты... сначала принялся прикидываться неизвестно кем! Не пытайся лгать и отрицать этот факт – это был ты! Ты можешь провернуть этот трюк с кем угодно, но не со мной, не с моим бедным сердцем, не с любящим израненным сердцем любой другой женщины. Надо отдать должное – играешь ты отлично, но я могу отличить тебя в любой маскировке среди миллиона других людей... Потом же появился таким, каким я тебя знаю, но сделал вид, что не знаешь меня... Как это больно и подло. ПОДЛО! Ты слышишь? Все эти разговоры о том, что ты не знаешь, о чем я толкую, а также о том, что ты меня забыл на время – гнусная ложь. Да как??? КАК ты можешь? Ты же не такой! Совсем не такой. Ты был такой... такой... ты был моей мечтой, Даррен. Ты уничтожил себя, меня, ВСЕХ, наверное, уже и мир своей одержимостью. Как я была глупа, что взялась помогать тебе и дала впутать себя в историю воскрешения моего дяди.
- Валери, прошу тебя...
- Ты меня просишь? Да как ты смеешь?! Подонок! – теперь слёзы потекли, не сдавливаемые усилиями. – Всё, что можно представить бессердечного, низкого и коварного в человеке, объединено под одной личиной. Более сладкой обёртки хаоса нельзя и представить. Мягкий, интеллигентный, покладистый, воспитанный, такой милый парень... снаружи. А внутри... внутри – холодный расчетливый мерзавец, который не остановится ни перед чем на своем пути. Зачем??? Ну, скажи: зачем ты такой?!
- Ты ошибаешься... Я могу всё объяснить. Давай всё потом спокойно обсудим, когда всё кончится, сейчас просто у нас нет времени на выяснение отношений и длинные истории того, что произошло. Я, правда, не помнил тебя! Я опять-таки, правда, не был в городе между нашими встречами – тогда, полгода назад, и теперь. Я клянусь тебе. Поверь, Валери...
- Ну почему ты даже сейчас не можешь признать своей вины? – устало произнесла девушка, но потом остро впилась взглядом в меня. – Потому что у меня подстраховка. Не будь этого ребёнка у меня – ты бы снёс мне голову. Ведь правда, монстр? Хотя странно, что ты так беспокоишься его судьбой.
- Ты не понимаешь того, о чем говоришь... – я отбросил пистолет в сторону. – Вот он я безоружен.
- Я убила бы тебя, чтобы это всё кончилось, но даже это ничего уже не изменит.
- Ну, хочешь, убей меня потом – только дай мне расправиться с демоном, пожравшим душу твоего дяди, принявшим его образ. Хочешь, я пообещаю, что встану перед тобой на колени и ты пустишь мне пулю в лоб из моего же пистолета! Если я так ненавистен тебе! Ну, хочешь? Только дай мне закончить начатое и пообещай отпустить Сибилл.
- О каком «ПОТОМ» ты толкуешь?!
- Я поднимусь наверх и исполню свою миссию. Исправлю свои ошибки и вернусь для окончания этого разговора. Ребёнок пусть будет пока у тебя.
Валери покачала головой.
- Ты, видимо, меня вообще за полную дуру держишь, да? Ты никуда не уйдешь отсюда, пока... – она многозначительно ухмыльнулась.
- Ну? Пока что? Ты ведь и сама ещё ничего не придумала, верно?! Оставь ребёнка, и поговорим прямо сейчас!
- Нет! Вот это, как раз, и нет!!! Ребёнок – мой!
- Чтоооо?
- Я пришла с предложением, – она заговорила необычайно спокойно и ровно, даже как-то застенчиво. - Даррен, я прощу тебя, твою ложь и все обиды, которые я вытерпела по твоей вине. Мне очень тяжело... Я хочу вырастить эту девочку. В её нынешнем виде ей жизненно необходима мама... Я ведь правильно поняла из всего этого фарса культистов – это же и есть Сибилл?
Я, очень удивленный, кивнул, а она вытерла перчаткой на тыльной стороне ладони слёзы и продолжила:
- Пожалуйста, позволь мне быть с тобой. Забери нас отсюда, из Сайлент Хилла, увези подальше – к себе в Чикаго, например, или куда захочешь, но подальше. Я пойду за тобой куда угодно, только возьми меня с собой. Я буду для девочки чудесной мамой, я буду любой, какой ты не пожелаешь... Я одарю вас теплом и лаской. У меня их столько накопилось за многие годы полного отчаяния. Будь со мной, любимый. Я никогда не ослушаюсь тебя. Я буду сидеть безвылазно только дома, чтобы никто не видел меня рядом с тобой, если ты стесняешься моей внешности. Только в тебе моя воля к жизни... ты и есть моя жизнь. Если ты думаешь, что я ненормальная из-за нападения на ту девушку, то знай: я не хотела ранить её, меня объял страх, что она заберет тебя у меня. Да я и остановилась в последний миг, поняв, что ты и она... Я обожаю тебя, Даррен. Дай мне жить, пожалуйста.
- Это неожиданно. Я должен подумать, Валери. Я разберусь с тенью Кауфмана и мы поговорим о нашем будущем, а сейчас отдай ребёнка, прошу тебя.
- Даже обмануть меня не пытаешься, – с невыразимой тоской произнесла Йодоровски. – Неужели я так тебе противна?!
- Валери!..
- Ну, почему, Даррен? Почему? Почему ты даже не дашь мне надежды.
- Давай поговорим позже, пожалуйста.
- Ах, вот как! – резким движением головы она отбросила волосы назад, открыв всё своё лицо.
- Не делай этого!
- Ты! С потоками слёз! Подойди или я за себя не ручаюсь.
- Шарлин, нет! – вскрикнул я, увидев угловым зрением, приподнимающуюся Чарли.
Валери приставила тесак к ребёнку и сделала несколько шагов назад, спиной к пропасти.
- Ну?
- Шарлин, стой!
- Ничего, - надрывно произнесла Рэйн и пошла, придерживая рану, к обезумевшей Валери.
- Я столько сделал, чтобы возродить Сибилл, Валери, умоляю, – я преклонил одно колено. – Не делай её ничего плохого. Если ты действительно любишь меня – откажись от этой сумасбродной идеи. Мы всё решим по завершении этого кошмара.
- Молчи! Ответ мне нужен был сейчас, сию секунду, но ты даже не смог представить такого исхода со мной, даже подыграть не захотел, настолько я тебе отвратительна! За это ты поплатишься... Смотри сюда, что будет с твоей подругой и сестрой.
- Остановись, - я на одном колене подобрался на несколько ярдов ближе.
Валери подняла тесак над головой. Шарлин стояла перед ней на расстоянии вытянутой руки.
- Не приближайся – ещё дюйм и я убью их обеих! (я повиновался) Ты прав – слишком многое ты положил на алтарь спасения своей сестры! – холодно глядя на меня, произнесла Валери, затем перевела взгляд на Шарлин. – Тебя Шарлин, кажется, зовут? Возьми ребёнка и уйди!
Шарлин приняла малышку из рук Йодоровски.
- Страдание началось в огне, в огне должно и закончится... Я прощаю тебе всё, Даррен! За то, что ты не захотел меня обманывать... даже в такой ситуации.
Валери сделала шаг назад, выбросив нож и расставив в стороны руки, точно как птица в полёте, и стала медленно смещать центр тяжести назад, чтобы горизонтально упасть.. Её лицо засияло в поразительной доброты улыбке, глаза были преисполнены счастья. Я метнулся с колена с несвойственной мне скоростью к обрыву, чтобы схватить её за талию или одежду, но успел ухватиться только за довольно толстую и длинную цепочку на её шее.
- Я буду любить тебя вечно, мой хороший!
С хрустальным звоном посыпались на ржавую сетку серебряные звенья. Я по инерции чуть не упал на спину, но сгруппировался вовремя и упал лишь на колени, глядя вниз. Она улыбалась, падая в огненную бездну. Апельсиновое зарево, казалось, очистило её ожоги на лице, и она была в тот миг самой прекрасной женщиной на свете.
* * *
- Даррен, тебе нужно идти дальше. Я позабочусь о малышке.
Я сидел на том же месте уже минут 15, низко склонив голову и не отрывая взгляда от огненной пропасти. Даже заплакать не смог – так внутри невыносимо жгло. Валери... Она была права – я видел все эти годы лишь свою цель, а последние полгода вообще ни о чем другом и думать не мог. Я не думал, что дал повод полюбить себя. А вот как оно всё вышло. Прости меня, Валери... Простите, все кто погиб в этой войне одного человека.
- Не раскисай! Иначе мне придётся дать тебе пощёчину... Кому-кому, а тебе тряпничать не пристало. У привычного мира остался лишь один шанс – ты.
Шарлин лепетала над ухом, пытаясь меня раззадорить ненужным пафосом, но играла она плохо.
- 2 минуты... Оставь меня, пожалуйста...
- Хорошо... ДВЕ!
Я кивнул.
Ладони взмокли – всё это время я сидел со сжатыми кулаками. Я даже не чувствовал боли раненой руки. Когда я разжал их, то увидел в правом кулаке зажатый крестик... Я решил, что подарю его Сибилл, если смогу победить! Дрожащими губами я поцеловал последний подарок Валери и снова сжал его, подняв голову кверху и глядя в бесконечную черную высь, что закрыла небо людей, но не навсегда...
* * *
Я поднялся.
- Шарлин, будь осторожна! Осталось чуть-чуть.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Ниже приведёны несколько глав отчета, в которых было упоминание о Пирамидхэде.
После некоторых размышлений (я в принципе и раньше так думал) я сочел его присутствие в своём отчете пошлостью и данью попсовой моде нешарящих в глубинах СХ товарищей. Мне стыдно, поэтому я исправил эти моменты. Если кому лень освежить в памяти старые моменты скажу, что теперь там фигурирует другое существо, олицетворяющее нечто иное, нежели примазывание к самобичеваниям Сандерленда. И роль нового фигуранта уже гораздо выше именно для Даррена Беннета, а не кого-то другого.
ИТАК, понеслась...

(31Б)
Далее всё было как в кошмарном сне...
Я поднимался на этаж выше, пересекал его весь, чтобы найти новую лестницу наверх... Я поднимался и поднимался, этаж за этажом! Монстрам, казалось, нет конца, я с головы до ног был обагрён их кровью! Я рубил их и рубил! С каждым ударом моё сознание туманилось, а взор затягивало туманом! Где-то далеко разум протестовал, что я убиваю несуществующих существ – порождения чьих-то кошмаров, но я не слушал голоса разума... настолько приторный запах их крови напоминал запах крови живых существ!
Живые клетки, коты, какие-то марионетки с собачьими утробными голосами и галлонами крови внутри... А в камерах прыгали двухголовые обезьяны-оборванцы, только теперь они кричали страшными голосами и смеялись похожим на крик шимпанзе и смех гиены одновременно хохотом, доводя меня до безумия. В какой-то момент мне начинало казаться, что я смеюсь вместе с ними. Я знал, что это не так, но почему-то... мне всё чаще начинало так казаться!
И вдруг из одной из клеток выпал ещё один человеческий труп, в руке которого я увидел какую-то безделушку, похожую на большой золотой брелок. Я с трудом его заметил, но всё-таки подобрал! На нём была гравировка с уже знакомыми символами – такие были на двери в самом низу, возле которой я остановился отдохнуть... Я поднялся на семь этажей выше того, первого, но я почувствовал непреодолимое желание вернуться и открыть ту дверь (если это, конечно, тот ключ). И ноги сами понесли меня обратно, через горы дохлых тварей, сквозь смех обезьян, зной и тьму, по лужам не запекшейся ещё крови...
* * *
Ключ подошел! За дверью оказалась странная комната, по-видимому, служившая одновременно оружейной и костюмерной. В специальных стойках-слотах стояло множество холодного оружия. Здесь было, к примеру, два гигантских меча с широчайшими лезвиями (похожих на исполинские тесаки мясников), которые было тяжело даже поднять, около дюжины копий, трезубцев, пик и гарпунов с зазубринами...Большая, похожая на серебряную, кувалда с длинной ручкой привлекла моё внимание, но она была мне не впору – одной рукой с ней справиться было нереально. Я нашел также тройку рабочих костюмов-роб (серых плащей длиной до колен) из непонятного материала, как показалось, непромокаемого... Я с отвращением разорвал свою, уже изодранную и насквозь пропитанную кровью врагов, водолазку, отбросив её подальше (туда же отправился и бинт, от которого уже не было никакого толку), и облачился в серый плащ, застегнувшись до последней пуговицы, чтобы больше ни одна капля чужой крови не попала на моё тело. Здесь же были найдены белые перчатки, тоже из непромокаемой ткани, мгновенно перекочевавшие мне на ладони.
Последней обновкой моего гардероба стала одна штука, назначения которой я сначала не понял... Это был большой колпак из тонкой, покрытой тонким слоем ржавчины, темно-красной меди или чего-то подобного, формой повторяющий колокол, даже с креплением сверху. Я увидел малозаметные прорези в этой конструкции, и решил примерить эту штуку на голову. Как на меня шитая! Нижний край колокола закрывал шею и был в нескольких дюймах выше плеч, что позволило не сковывать движения плеч. Две прорези оказались на уровне глаз, внутри оказалось специальное крепление для головы, чтобы колпак-колокол не вращался вокруг оси. Отличная штука – теперь мои волосы не будут мокнуть от красной жидкости и неприятно прилипать к лицу, да и запахи менее будут тревожить меня! Замечательная находка!
В комнате были ещё штаны и сапоги, но я решил их не одевать... Хотя, поразмыслив, обул поверх своих джинсов и обуви сапоги по колено, так что не было видно краев между сапогами и плащом, а соответственно и моих штанов, тоже пропитанных кровью. Я был полностью защищён – с ног до головы! Напоследок я решил захватить и громадный с зазубринами гарпун.
* * *
Оказалось, что с гарпуном намного легче управляться с врагами!
Но совесть не заснула, а продолжала мучить. Странное дело: даже при неуснувшем страхе безумия, я стал с восторгом уничтожать марионеток-манекенов... Я чувствовал к ним неуёмную ненависть, хотя они представляли наименьшую опасность. Я протыкал их гарпуном, а потом складывал в кучи их тела... Одного я даже зачем-то потянул за собой за ноги через весь коридор, но пришел в себя, когда услышал свист лапы живой клетки над головой – это меня отрезвило...
Что же со мной происходит?
Мне показалось, что это как-то связано с новым костюмом, но снимать его я не стал... Уж больно красиво манекены убегают от моего карающего копья...
Кара постигнет всех!..
Кто не спрятался - я не виноват!..
Ха-ха-ха-ха-ха!..
(32Б)
ЗАСТАВКА:
Машина Камиллы подъезжает к дому, якобы принадлежащему Дугласу Картленду. Девушка выходит из машины, проходит через калитку, пересекает по дорожке дворик, поднимается на веранду. Мы видим, что появилась новая записка ниже предыдущей. Камилла рассматривает её внимательно, немного улыбаясь. Затем почти бегом возвращается в машину.
Машина быстро уезжает...
* * *
Девятнадцать этажей мясорубки и "казни" остались позади! Жар мучил меня, превращая моё сознание в некое перманентное состояние озверения... Я просто убирал со своего пути, всё что шевелилось... Даже крики обезьян меня не трогали больше...Ничего больше не имело значения, я орудовал изувеченной рукой наравне со здоровой!..
Отрезвление пришло на самом последнем этаже...
Этаж оказался пустым – даже в камерах не бесновались чудовищные обезьяны! Но не успел я этого заметить, как увидел, что далеко впереди по коридору мне навстречу идет странное человекоподобное существо с фонарём. Больше рассмотреть не удавалось – слепил свет его фонаря. Существо напугало меня чем-то неуловимым, вызвало просто неописуемый животный ужас...
Впереди было простое зеркало на всю стену...
В своём новом прикиде, обагренный с ног до головы, я был действительно похож на чудовищного палача!
Когда я добрался до зеркала, то сразу сбросил жестяной колпак. Некоторое время я вглядывался в своё бледное и покрытое испариной лицо в отражении. Я ли это? Не потерял ли человеческого обличия?
Я!
Неужели Манфред был прав?! Так легко из человека стать монстром! А обратно?.. На ум не приходило ни одного примера, когда нелюди становились...
Внезапно я осознал, что дописал только что кончиком пальца на поверхности зеркала:
«ПО КОМ ЗВОНИТ КОЛОКОЛ?».
Я вскрикнул от неожиданности и разбил зеркало кулаком. Оно рассыпалось на десятки других измерений, из каждого на меня глядел я сам. Но был и положительный аспект – за зеркалом оказался прикрепленный скотчем ключик и надпись:
"Хочешь подать руку помощи? – Третья справа!"
Я, поразмыслив немного, повернулся спиной к стене, где раньше было зеркало и оглядел коридор... Затем отсчитал третью по правую руку дверь и направился к ней.
Ключ подошел!
Внутри была, пожалуй, самая чистая камера, из всех мною виденных. Здесь была также чистая постель и письменный стол. Я сразу заглянул в ящички...
- Вот свезло, так свезло! – не удержался не сказать я, найдя в самом нижнем ящичке то, что мне нужно было позарез, но о чем я сам не то чтобы не мечтал, но даже как-то сразу и не подумал. – Ну что же? Продолжим наше реалити-шоу?!
Это был цифровой рекордер (в памяти которого ничего не оказалось, зато аккумулятор был полным).
* * *
Я спустился вниз на один этаж, записав трупы нескольких монстров, а также беснующихся в камерах обезьян. Затем вернулся на последний девятнадцатый этаж (от самого нижнего), и поднялся по железной винтовой лестнице наверх.
Там оказалось, то место, которое Манфред назвал Адом...
ЗАСТАВКА:
Неизвестный человек садится в машину на стоянке (вид с заднего сидения). Что-то напевает себе под нос (финальную тему «Эсперандот» из 1-й части), заводит машину.
Внезапно на переднем плане появляется силуэт, закрывая собой весь экран.
В темноте мы слышим: "Какого дьявола...", и сразу хруст ломающихся позвонков...
(33Б)
Огромное помещение размером, наверное, с футбольный стадион подсвечивалось огнями из-под решетчатого пола... Мне стало ещё хуже от увиденного. Огромная гора трупов высилась посредине, распространяя сильное зловоние. А вокруг неё суетились паукообразные твари из кошмара, в котором они меня съедали. Они, похоже, не занимались пожирательством, но перетаскивали серые тела мертвецов куда-то за "гору". Вступать в бой с полчищами этих невероятно быстрых и ловких созданий я не собирался по самым объективным причинам...
И вдруг я увидел, что за горой трупов вверх уходит какая-то лестница, видимо, это был выход из подземелья. Следовало как-то прорваться к выходу, но незамеченным пройти мимо тварей было безнадежно. И в тот самый миг я увидел, выходящее из тьмы существо, одетое точно также как и я, только с колпаком-колоколом на голове. Далее, сами понимаете, я спустился обратно на последний этаж подземной тюрьмы и надел вновь колокол на голову.
План сработал идеально – я, стараясь держаться как можно далее от существа, одетого идентично со мной, прошел вокруг горы по темному углу с противоположной стороны тому месту, где курсировал настоящий Человек-Колокол. Я проходил мимо "пауков", а они шарахались от меня во все стороны, хотя мне казалось, что они услышат колокольный звон моего сердца в груди, но всё обошлось. Я беспрепятственно прошел к лестнице и стал взбираться наверх (гарпуном пришлось пожертвовать с целью быстрого подъема, в случае преследования). Я, взобравшись где-то на десять ярдов, повернулся посмотреть, чем всё-таки были заняты твари, и обомлел – одни кромсали тела на куски, другие выдирали из мертвецов жилы, а третьи... сшивали с помощью жил какие-то огромные объекты, похожие на... них самих, или на пауков.
Словно замёрзнув на лестнице, я прикипел взглядом к этой страшной картине. И вывело меня из оцепенения то, что твари бросили работу и стали собираться в кучу. Даже не сразу понял зачем – настоящий Человек-Колокол увидел меня и указывал огромным шестопером в мою сторону. Я пополз со всех сил наверх, невзирая на боль в руке, а за мной уже слышалось движение "пауков", они молниеносно взбирались по лестнице... Когда я увидел наверху люк, за мою ногу схватилось несколько рук и потянули на себя. Всю жизнь буду помнить, что меня спас сапог Человека-Колокола, соскользнувший с ноги, – тварь потеряла равновесие и упала вниз, увлекая за собой ещё нескольких. Я снял одной рукой с головы проклятый колпак и бросил вниз, что задержало ещё нескольких тварей.
Я дотянулся до люка и попытался его открыть, но это оказалось не так просто, а твари уже подбирались вновь. Я в отчаянии налег, что было сил, на крышку и всё же смог отодвинуть люк. Рука ныла нестерпимо, и я плохо чувствовал её, но смог подтянуться и вытащить туловище наверх, за ноги же вновь уцепились твари, воспользовавшиеся моей заминкой. Я чувствовал, что существа (или одно – кто ж поймет, если у каждого из них куча рук!) отрываются от лестницы, чтобы спрыгнуть вниз, тем самым, увлекая меня за собою...
Даже не знаю, как мне это удалось... В одно мгновенье я одной рукой выхватил из-под плаща мачете и слепо размашисто ударил вокруг себя. В какой-то миг лезвие прошло с трудом, и я оказался на поверхности, немедля закрыв крышку и навалившись всем телом. На штанине висело две намертво уцепившихся руки, ещё одна соскользнула со второго оставшегося сапога вниз, когда я выбирался... если бы твари имели более секунды, то мне было бы не спастись.
Я увидел, что нахожусь в каком-то помещении – не было времени разглядываться по сторонам... главное – здесь был шкаф, который я смог опрокинуть на крышку, отрезая тварям путь наверх из "ада".
Я покинул помещение и оказался в тюремном госпитале. Это обстоятельство меня несколько обрадовало. Здесь были медикаменты, а главное – антибиотики. Я нашел всё необходимое быстро и вколол себе необходимую дозу...
(34Б)
В коридоре, ведущем из тюремного госпиталя, было темно и тихо. Я всей душой надеялся, что больше не услышу смеха безумных обезьян. Опустим историю о том, как я натыкался на закрытые двери и решетки и искал ключи к ним...
В определенный момент я оказался в служебной части (не официальной) и попал в помещение с гордым именем - «оружейная». Но моя радость была преждевременной – слоты для оружия оказались пустыми. Я порылся в ящиках и нашел дробовик и 3 коробки патронов к нему. Ну, всё-таки, двадцать один патрон и дробовик лучше, чем находившиеся в моём арсенале нож, мачете, фонарик и цифровой видеорекордер. Вооружился ружьем и облачился в стащенную там же рубашку надсмотрщика (не ходить же с голым торсом под плащом Колокологолового). Далее я не смог выйти в официальную часть со служебной – не было нужного ключа, металлическую дверь высадить не вышло бы (видимо, этот ключ был у Манфреда), пришлось проходить через камеры (которые, оказывается, также были "официальными", в отличие от "служебных" под землёй). Вот тут-то "фестиваль" и начался...
В конце одного коридора я увидел решетчатую перегородку и пошел к ней, не то, чтобы по карте тюрьмы (а её я также раздобыл в госпитале) мне надо было сюда, но я увидел за решеткой сидящего человека...
- Эй! Кто здесь? – силуэт не отреагировал. – ЭЙ!!!
Я подошел поближе и узнал сидящего по своему плащу.
Манфред тяжело дышал. Я подкрался в упор к решетке и, на всякий случай, выставил вперед дробовик:
- Манфред? Это я – Даррен! Помнишь?
- ... (сопение)
- Эй, с тобой всё в порядке?
- Он пришел! – голос у Манфреда был ещё слабее, чем при первой встрече.
- Кто он?
- Прости, я думал, что ты...
- Монстр! Знаю, но теперь-то ты понимаешь, что я человек?
- Но как же тот случай? Неужели это был...
- Что с тобой ты ранен? Постой, я сейчас! – я стал искать подходящий ключ от перегородки.
- Не открывай! – вдруг вскрикнул Манфред и, опираясь на руки, стал разворачиваться. – Это – ловушка!
Я отпрянул – лицо этого человека было в крови – кто-то вырвал ему глаза.
- Твои глаза! Кто... кто мог это сделать? Монстры?
- Птица... ворон!
- Черт! Я так и думал...
- Он перерезал мне сухожилия и оставил меня здесь... Уходи! Монстр охотится за людьми – он также и меня...
В этот миг понесло горелой плотью, заскрежетало электричество, послышалось шуршание пилы, в конце половины коридора, на которой находился Манфред, вспыхивали и гасли лампы.
Манфред поспешно стал снимать плащ и пропихивать через решетку, затем пистолеты:
- Беги!!! Оружие бессильно против него, не пытайся его остановить!
- Ну уж нет! Я сыт по горло... – прорычал я и стал искать нужный ключ. – Ну же!!!
Я увидел, что Блэйн добрался уже своей неспешной походкой до половины коридора.
- Я приказываю тебе остановиться, – стараясь иметь уверенный голос, прокричал я. – Я главный над Кауфманом и ты должен меня слушаться! Ты же был взят в дело для упокоения твоего духа, а не для того, чтобы ты продолжал убивать!
Я понял, что Кауфману уже всё известно, и что в планы Блэйна уже не входит упокоиться (как и не входило, по всей видимости), но не мог сдержаться...
- Беги! – закричал Манфред, когда Блэйн подобрался в упор и занёс пилу над своей "приманкой".
Я стал стрелять из двоих пистолетов сразу, хотя зараженная рука вновь давала о себе знать. На несколько секунд это задержало маньяка-призрака, но вороны, наполнившие комнату из его черной крови, возвращались к нему и «врастали» обратно. В определенный момент я понял, что продолжаю нажимать на крючок, но ничего не происходит, я рванулся к положенному на пол дробовику и... этого мгновения хватило!
Кровь и куски плоти полетели мне в лицо. Предсмертный крик Манфреда, наверное, я буду часто слышать в ночных кошмарах.
- Тварь! Ты пожалеешь... – Закричал я.
* * *
Тело Манфреда чудовище распилило на части...
А я ничего не мог сделать... Я несколько раз выстрелил в призрака, но ничего не добился.
В конце своего злодеяния, Блэйн бросил клювом птицеруки мне какие-то карточки и ушел.
Всё кончилось. Я сидел на полу и ничего не делал. Не знаю, сколько так продолжалось, но...
* * *
От карточек, оказавшихся фотографиями у меня по спине побежали мурашки...
Это были фото изуродованных тел. Причем два – хозяина мотеля и Манфреда. Другие (судя по одежде) Валери, Коры, Камиллы и Чарли, ещё нескольких я не знал. Отдельной статьей упомяну... ну, вы догадались, кто был изображен на, скорее всего, последнем по хронологии фото...
- Увидим... – прорычал я, утирая с лица кровь. – Увидим!!!

(61Б)

Когда странное видение окончилось, я обнаружил себя там же, где был атакован гнездом тихих духов, в которое превратилось тело Бравера. Я стоял на одном колене, закрывая плащом малышку. Жжение на лице было довольно сильным, но покровы кожи и, главное, глаза не пострадали. Я утер лицо от мерзости, которой в меня плюнули, но подниматься не стал. Мой соперник мерзко посвистывал надо мной, а потом вдруг затих. Меня легонько потормошили за плечо. Я схватил руку и поднял лицо. Передо мною стояла Шарлин, слегка обескураженная моим поступком.
Я отпустил руку и оглянулся. Вокруг всё застыло. Хотел спросить, что случилось, но Рейн молниеносно закрыла мне рот. И маятником покачала перед моим лицом указательным пальцем, затем вытащила из кармана мятый лист с несколькими словами, написанными большущим шрифтом. Я удивленно вытаращился. Шарлин же обошла меня и остановившись перед телом Бравера, присела на корточки, указывав пальцем поочередно на обе коленные чашечки шерифа. Затем также молча вернулась ко мне и протянула руки, чтобы взять Сибилл. Я отдал ей ребёнка и показал жестом отойти как можно скорее и подальше. Время истекало. Я быстро перезарядил обойму и выстрелил в коленку чудовищу... «пауза» была окончена. Нечто среднее между воплем и свистом разнеслось над пропастью. Существо метнулось на меня, согнувшись пополам, перекрывая путь пулям ко второй коленке. В неистовом испуге сектанты бросились к выходу, но монстр, не желая отпускать никого, преградил им путь, и в следующее мгновение история культа бесславно закончилась. Чудовищные крики и мольбы о помощи, перемежаемые чавканьем и хрустом, могли свести с ума кого угодно. Даже у меня в жилах застыла кровь – мой оппонент был быстрейшим существом, какое мне приходилось видеть и большая удача, что я смог (не без помощи Чарли) пресечь скорость его передвижения. Пока я понял, что происходит – выживших приспешников Бравера было не спасти. Опомнившись, я успел понять, что на одной ноге враг не так опасен, если держать дистанцию в 2 метра. Вовремя, чтобы ретироваться, поскольку подраненный враг прыжком покрыл добрые пять метров в мою сторону. Я отбежал, ожидая, чтобы существо вновь попыталось подпрыгнуть, оголив и вторую конечность, что позволило бы справиться с ним затем без особого труда. Так и случилось, хищно засвистели паразиты и тело Бравера резко вздыбилось. Я, словно в замедленной съемке, уловил этот момент и прицелился четко на коленную чашечку. Нажал на спусковой крючок...
Сухой щелчок. Нет! Не сейчас! Чертова осечка.
Слабо понимая, что я делаю, я прыгнул навстречу летящей пуле. Над ухом прошипела одна из голов личинки. Приземляясь, я описал над землей полукруг и в падении изо всех сил приложился к удару ногой в здоровую коленку своего соперника. Сломать ногу естественно не удалось, но монстр явно не ожидал контратаки и хотел попятится, но на одной простреленной ноге и с дисбалансом в виде увесистых паразитов это было большой и, как оказалось, непоправимой ошибкой. Подминая спинного паразита вся «конструкция» Бравер+паразит на груди+паразит на спине обрушилась. В принципе он мог бы ещё встать будь у него доля секунды. Я, закрывая лицо рукавом, с ножом наперевес налетел сверху...

* * *

Меня трусило от напряжения, точно как в малярийном припадке.
Я вытер о штанину Бравера нож.
- Чарли, всё в порядке! Можешь выходить!
Ответа не последовало. Я огляделся вокруг. Шарлин сидела у дальней стены, согнувшись и периодически качаясь. Я бросился к ней. У неё из раны на животе текла кровь.
- Со мной все нормально. Немного поцарапало, – с одышкой произнесла она.
Действительно, кожанка спасла девушку от удара. Я мгновенно окинул взглядом место пореза и понял, что рана несерьёзная.
- Даже сейчас ты меня будешь игнорировать?! – прозвучал мстительно обиженный голос.
- Ва-ле-ри...
Она стояла, словно вырезанная из камня, в 3-х ярдах от пропасти с ребёнком на груди. Одной рукой она держала Сибилл, во второй был кухонный тесак.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Мопед не мой! Копипаста рулит)))
Перетягиваю с геймсайтов. Адресуется, прежде всего, тем, кто в теме недавно или пропустил это по той или иной причине))).

Итак, автор HamStar (само интервью я не читал), в скобках мои мысли по поводу:

«Всем любителям Silent Hill будет точно интересно почитать интервью с одной из ключевых фигур создания первых двух частей серии - Такайоши Сато (Takayoshi Sato). Хоть многие и не знают важности роли этого человека для этих игр (я знал его, сразу пройдя впервые игру, и удивляюсь, когда последнее время его имя и важность перестали упоминать в связи с СХ). Для тех, кому английский непонятен, распишу основные интересные моменты интервью:

Такайоши официально был создателем CGI заставок для первой части и второй части – во второй он числится как Satoworks. Неофициально, именно он создал сюжет, настроение игры и дизайн персонажей второй части и написал для нее сценарий всех сюжетных моментов. И именно он, создав дизайн персонажей и заставки для первой части, дал направление для развития атмосферы первой части. Все заставки он делал сам, в чем ему пригодилось художественное образование и опыт написания картин маслом. (кто не играл в первую часть или не обратил внимание на титры, объясняю: имя Сато встречается там в процентном соотношении каждым пятым, то бишь чуть ли не во всех разделах).

Он решил рассказать свое восприятие города Silent Hill, от которого он и отталкивался создавая вторую часть:

Silent Hill был местом казни и для этого он был расположен далеко от других городов. Он было тайным и святым местом. Преступников, приговоренных к смертной казни привозили туда для казни и это было единственным его предназначением. Так, жителями городка были либо палачи либо их родственники. Палачи во время казни носили маски, что бы не видеть как их копье протыкает тело казненного. Прошло много времени и только воспоминания о казнях сохранились. Они и превратились в блуждающую иллюзию города. Pyramid Head - искаженная тень таких палачей.

Перед своим уходом он писал сценарий для Silent Hill 3. Он подтвердил, что конечный результат был совсем другой игрой, но решил не рассказывать, как он хотел сделать игру с надеждой когда-то воплотить свою идею в жизнь.

Шутка про НЛО концовку или концовку с собакой родилась, когда команда решила вставить что-то, разрушающее серьезную атмосферу игры. Так, каждый мог бросить бумажку со своим ответом по какому-то ответу в коробку. Был вопрос "почему Silent Hill стал таким странным местом?", на что были даны смешные варианты вроде "Это все инопланетяне", "Солнце слишком ярко светило" или "из-за собаки". Из них и родилась шуточная концовка.»

(59В)

Пахло свежей древесиной и покрашенной кожей. Ряды стульев аккуратно выстроились в очередь к ледовой площадке. Где-то в операторской играл лёгкий блюз старины Бенжамина. Репетиционно, не в полную силу. Из всех прожекторов работали лишь 2 и оба были направлены на лёд. То и дело вырываясь из приглушенной полутьмы в сноп света и обратно исчезая в сумраке, она кружила, одна на весь огромный комплекс. Вот – прыжок с тройным тулупом и игривый полукруг на льду. Вот – ласточка, сразу же – разбег и долгое скольжение в присесте... Сложно описывать то, названия чего не знаешь. Но, когда видишь необъяснимый, но такой захватывающий фокус, разве помышляешь, как его назвать! А это было магическое завораживающее зрелище... Одновременно некое подобие вертикального поперечного шпагата с невообразимо быстрым вращением вокруг своей оси! Скольжение в вертикальном продольном шпагате с пугающим прогибом назад и резкое выпрыгивание вперёд с лёгким присестом и по-птичьи расправленными крыльями в финале этого па. Как может быть в ней столько гибкости?! Она вновь умчалась в полутьму спиной вперёд. В моменты особого напряжения, казалось, приумолкает даже удивленный блюзмен на поцарапанной пластинке, и можно слышать лишь посапывание льда под коньками и ветерком лепечущую юбку.
Я опустился на неслушающиеся ноги, до пола опускался будто вечность. Ещё безвременно плыл в атмосфере древесного лака и краски для кожи. Волнами ряды стульев уступали мне дорогу, пританцовывая баскский или шотландский групповой танец, но безошибочно – в тон баритона поющего в далёком прошлом Бенжамина Дарсти. Я слабо улыбался, в то же время пытаясь представить степень своего идиотского вида, ворочая ногами на велосипедный манер в сторону белоснежного холодного поля. А она помахала рукой, так жизнерадостно и по-простому, по-человечески. Возможно, существо, бывшее мной, помахало в ответ, продолжая глупо скалиться.
Блюз стих и стулья сбились обратно по исходным, делая вид, что ничего-то и не было вовсе. Не надолго! Она же в прыжке обернулась вокруг оси и, приземляясь, подняла в воздух фейерверк бело-голубой пыли, уехав к дальнему от меня бортику. Описала кокетливо полукруг, заложив руки за спину, и всё это так легко, так естественно. Как дышать, как смотреть, как слушать...
Рокабили грянуло из динамиков. Теперь музыка взорвалась в полную силу, поскрипывая динамиками усилителей. Запылали все до единого прожектора. А я, как оказалось, достиг внешней стороны бортика и пораженно таращился.
Теперь она исполняла абсолютно дикий, полный энергии, нечеловеческий пляс на льду. Работала теперь также плечами и руками, низко наклоняясь вперёд, спиной вперёд скользя на неистовой скорости. Я задохнулся от увиденного...
Вспышка! Белая-белая! В операторской голос с пластинки замычал, растягивая слова.
Стулья в зале были покрыты полиэтиленовой пленкой, засыпанной известью-побелкой-мелом-или-черт-его-знает-чем. На рыжеватом льду каталось подобие человека, соединенное из кукольно-фарфорового и человеческого тельца, с шиной на шее, перебинтованными ребрами и затянутыми в гипс руками. Существо сделало несколько замысловатых па и остановилось, взирая на меня. Совершенно кукольное лицо с грязно-голубыми волосами, из-под отбитого в правом верхнем углу куска которого страдальчески взирал человеческий глаз, красный от слёз и синеватой зоной вокруг, второй глаз был кукольным аквамариново-синим.
Я встал на колени, сложив локти на покрывшийся солью бортик, и спрятал лицо на руках. Может даже, заплакал... Не знаю.
Встать! Вперёд!!!

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

)))

Итак, ниже интервью одного ресурса с продюссером Шатеред Меморис.
Много хорошего узнали мы в этот раз (транскрибирую для тех, кому лень переводить):
1) Логично был заменен туман на кристалики льда (в общем – буран), что придает действу логичности.
2) Услышали меня! и Сиббил теперь выглядит как должна была выглядеть (облегченный вздох) - см. картуночку
3) Никаких "модняков" вроде Пирамидхэда.
4) Снижен градус экшен-части (эт мы и так знали) по причине основной консольки (семейка Нинтендо Вии)
5) Команда постарается сделать равноценные версии игры на платформах без откровенного портирования


Destructoid interview: Silent Hill producer Tomm Hulett
5:00 PM on 05.04.2009, Colette Bennett 24 comments
Destructoid Exclusive!

All Shattered Memories jokes aside, once we started to take a closer look at Climax's upcoming contribution to the world of Silent Hill, we realized we had quite a few questions we wanted to ask then. Being the Silent Hill purist that I am, I've spent an obsessive and borderline unhealthy amount of time on all the previous games in the series. I had to know more!

Lucky for me, Konami's Tomm Hulett, lead producer on Silent Hill: Shattered Memories, was willing to let me pelt him with questions, not to mention ask a lot of the annoying fan stuff. Will Pyramid Head be back? Will I hate the lack of focus on combat? Will this make devotees of the original Silent Hill rage and hurl the Wiimote at their TVs? Follow me past the jump to get the skinny on all this and more.

Destructoid: Whether it's called a remake or not, Shattered Memories does reuse the familiar protagonist of the first Silent Hill, Harry Mason. Since the original game is a beloved classic, what made you decide to try recreating the story differently? Was the team concerned that this choice might upset hardcore fans of the original title?

Tomm: Well it's important to remember it's a re-imagining. Not a port, not a remake. So yes, you are still stepping into Harry Mason's shoes, and you're still searching for his daughter Cheryl. But everything after that is new or changed. Re-imagining the first game was a conscious decision, because the Wii has a huge audience of gamers who maybe haven't played Silent Hill before. So it wouldn't be fair to jump right into Silent Hill: The Game After Homecoming, would it? At the same time, Harry Mason's quest is a very emotional, impactful one, so there was a lot of value in allowing players to start there.

But what about the people who HAVE played the first game or seen the movie? They've been there and done that already. However, we know just what they loved about it. We know all the details they hold dear. And we know by twisting those, we can draw them back in, and make them care about this story again. Those hardcore SH fans know that Silent Hill is about surprises, and having your mind play tricks on you ... and that's just what we've done with the plot itself.



Destructoid: Do you believe there is a Silent Hill "timeline", and if so, how does Shattered Memories fit into it?

Tomm: Of course there is a Silent Hill timeline. But purists don't need to worry, Shattered Memories takes place in its own little universe, since it's a re-imagining. This isn't anything new to fans, as the movie had its own world, the comic has its own world, and so on. We re-imagined the survival horror "rules" with this title, and setting Shattered Memories outside of Silent Hill's timeline allows us a similar freedom.

Destructoid: The Silent Hill universe has always featured fog as a part of its setting. What made you decide to remove this element and replace it with ice? Does this new element have a symbolic meaning in the game?

Tomm: Well remember, the first game also featured snow (not ash, like the movie suggested). The fog factored into the themes and storytelling of the early titles. Similarly, our heavy snow is there to obscure your vision and establish a creepy atmosphere. Just like any element of a Silent Hill game, the snow and ice definitely have a thematic impact on the storyline.

Destructoid: Some series fans complained that Silent Hill: Homecoming focused too heavily on action and that playing in the role of Alex Shepard made gamers feel "too capable" when it came to combat. Did this factor into your decision to remove combat from Shattered Memories? If not, what brought the team to the decision to remove it?

Tomm: We've been hard at work on Shattered Memories for a long time, so it was not a direct reaction to any feedback from Homecoming. But, we have noticed that a lot of recent survival horror games have started focusing far more on action than "survival." (This is not a knock at anyone, Silent Hill is just as guilty.) Really, they're action games with ickier monsters. Running low on ammo happens in any game with guns -- it's not unique to the horror genre. So we wanted to step back, clean the slate, and go back to the roots of what makes a "survival horror" game. How would we scare the player? What would we allow them to do, etc etc. To that end, we did not "remove" combat. We built a game where the action is not about killing monsters.



Destructoid: How deeply will the psych profile that's been mentioned in previous interviews factor into the gameplay? Can choices you make affect your experience with Shattered Memories to a point where you suffer major consequences, such as death or losing chances to do certain things?

Tomm: I can't go into too much detail about the Psyche Profile at this time. I can say that it changes based on everything you do (you don't get "choices" per se, that's traditional game talk! Our game is watching you). However, you will never reach a situation where you have "missed" something. When Silent Hill closes a door, it opens a window.

Destructoid: The famous Pyramid Head was once thought to be exclusive to Silent Hill 2, but he's since made an apperance in Homecoming, so some would consider the character free to appear in any SH title. Will he appear in Shattered Memories? If not, is there a reason the team chose not to include him?

Tomm: I subscribe to the idea that Pyramid Head was unique to James Sunderland in Silent Hill 2. He's not just some guy who walks around with a big knife. I think if anyone was going to use Pyramid Head again, they would need a really good reason, and they would have to let him serve some kind of purpose. He was a heavy thematic character in SH2, and less so in SHH or the movie. Without the emotional ties to James, he loses his impact and is just a cheap scare, and that's doing a disservice to such an iconic character.

Destructoid: Climax has already made clear that the Wii version of Shattered Memories will be the definitive one. Will the PS2 and PSP versions be straight ports, or can we look forward to any extras for those two versions?

Tomm: Yes, Wii is the lead SKU for this title. That said, we are working hard to make sure that PS2 and PSP players don't just feel like they're playing a watered-down Wii title. There is a separate team at Climax working on the Sony versions to optimize them for their respective platforms. While the controls will obviously be different on the Wii, we want all players to have an optimal Shattered Memories experience.



Destructoid: The Wii is thought of as a family-friendly console, as you know, but gamers have been vocal about wanting more mature games for it. Will anything about Shattered Memories be toned down with the Wii's biggest demographic in mind, or can fans expect the same level of disturbing story and terrifying creatures that we have enjoyed from all the other SH games?

Tomm: We know there is a large contingent of hardcore and lapsed gamers on Wii who are clamoring for "real" titles. Silent Hill is real in every sense of the word. This is not a gameplay spinoff, it is a real Silent Hill title. These are real gameplay advances, not cheap control gimmicks. It's not a port. The rating is still pending, but rest assured it will be scary. At no point did we come to a crossroads and decide "well let's just do it this way because it's on Wii." It will twist your mind and creep you out just like any other good Silent Hill game would, and all the choices we made were to serve good gameplay or a compelling story - never a misguided notion of "Wii is for young'ns."

Destructoid: Thanks for your time, Tomm!

Вот таким он будет в Шаттеред Мемморис. Ладно не похож на класического, так на СХ3-версию ведь тоже)))
+ Я так долго не обновлял отчет (лишь сегодня), хотя приступил к нему ещё сразу после предыдущей порции(((
Вот, что с людьми работа делает)))

В колонках играет - John Cena - My Time is NOW!
Настроение сейчас - Руль!

(58В)

Дин Хейт стоял перед кучкой культистов, пренебрежительно, но довольно улыбаясь. Их разделяли десять ярдов, столик и дитя.
- Я вас отпускаю. Уходите.
Видимо, слова Дина привели в чувство паникующих.
- Тебе не сорвать ритуал! – нервно вскрикнул главный, вскидывая пистолет.
Мгновение... и он с ещё одним культистом, вскрикнув, исчез за столиком. Остальные бросились врассыпную.

* * *

Я выбрался на очередной этаж. Руки подёргивались от перенапряжения, ноги оватнели. Это радовало. Для себя я решил, что это может означать только одно – мир ещё не изменился окончательно, раз оставались простые человеческие слабости – даже у меня, находящегося в самом центре «выбоины».
Здесь лестница обрывалась вновь и появлялась только через 4 этажа. Единственный путь – большущая дверь и, к счастью, немного приоткрытая. Я двинулся туда, когда из-за двери донёсся истошный вопль, точнее даже вопли... Осторожно я заглянул внутрь и увидел странную картину. Посреди огромной платформы стоял столик (как показалось, больничный операционный стол), на котором лежал ребёнок.
- Сиббил... – одними губами произнёс я, заходя автоматом в дверной проем.
Придя в себя, я осмотрелся более внимательно – возле стола лежала груда тряпья, а у дальней стены стояли перепуганные культисты, знакомые мне по первой встрече с Валери. Судя по всему, испугались они не меня, более того – меня они даже не замечали. Посмотрев влево, я увидел уходящую далеко вверх стену со стальными конструкциями и многочисленными ярусами, потом вправо – там металлический остов платформы обрывался, но снизу слышалось характерное завывание огня, танцующего на ветру, да и воздух поднимался жаром, создавая иллюзию движения чего-то живого в темноте. Всё чисто вроде. Вдоль стены, через дверь в которой я зашел, тоже было всё спокойно – даже вверху ничего экстраординарного не было.
Я бросился к сестре, памятуя, однако, и об культистах, которых не следовало сбрасывать со счетов:
- Кто дернется – отстрелю ногу! – как можно злобнее выкрикнул я, обратив на себя их внимание.
Я перешел на медленный шаг, держа тройку культистов на мушке и даже не моргая, они испуганно переглянулись, и как-то стали поглядывать маятником – мне в лицо, на мои ноги, мне в лицо, на мои ноги... Я не стал идти у них на поводу, рассудив, что это лишь уловка, чтобы отвлечь меня и, воспользовавшись моментом, прикончить спрятанным оружием, поэтому, как питон гипнотизирует кролика, не отрывая взгляда, я продолжал двигаться к столу, чтобы забрать, наконец, сестру.
Один культист нервно дернул щекой и улыбнулся, лишь на миг, но я заметил!
- Чего улыбаешься, морда?
Ответ не последовал, но теперь нервно хихикнули двое других, переглянувшись.
- Ты виноват! Кара за тобой пришла! – выкрикнул один из них, запрокинув истерически голову назад.
- Ты сам за ней пришел, – хихикнул ещё один.
- Я подобрался на расстояние вытянутой руки к столику и услышал какое-то посасывающее причвакивание под столом. Это меня насторожило, я сделал шаг назад, не отрывая, впрочем, взгляда от группы у дальней стены. Культисты весело захрюкали. Я выстрелил вверх и вправо. Насмешники поутихли и у них вновь по лицам пробежала тень какой-то безысходной грусти.
- Идиоты, вы даже здесь не угомонитесь! Может, довольно жить иллюзиями?! Вы видите ЭТО? Это ваша мечта? Зачем оно вам?!
- Это не наша мечта! Ты это сотворил! – тявкнул культист.
- Вы бы сотворили это же! Вы думаете, что другое?.. Нет! Вы не соображаете, что происходит! Десятки лет вас обманывали ваши поводыри, иначе и не назовешь! Как те слепцы, вы шли к пропасти, а вашему поводырю неловко было сказать, что он тоже слеп! Даже узнав правду о том, куда они вас ведут, они не смогли уже остановиться. По сути, уже не желая вот ЭТОГО ВСЕГО! – я обвел руками вокруг себя. – Они не могли сознаться в ошибке. Это преступление, передаваемое, как вирус. Тех же, кто хотел вырваться из вашей иллюзии, просто уничтожали, чтобы налаженный механизм не издох! Власть над себеподобными, возвеличивание себя за счет других – это всё, что было!
- Что ты можешь знать об этом?
- Давайте решим всё миром! – вздохнул тяжело я, понимая, что ни к чему разговоры с этими людьми не приведут. - Я забираю ребёнка и ухожу!
- Бери! – хихикнул один из моих оппонентов.
Я вновь сделал шаг вперед. И мой носок ударился обо что-то упругое. Я осторожно посмотрел вниз, держа на прицеле последователей культа Артефактов Судьбы... То, что я принял за гору тряпья оказалось видоизмененным телом Бравера и растерзанными трупами его ещё 2 подельников. Из разорванной рубашки на груди и спине того, что было некогда шерифом, высунулись на полтора ярда две помеси личинки майского жука с мокрицей (от первой было были белесые мягкие тела, а от второй – наличие разреженно расположенных сегментов-колец) и жадно въедались в трупы бывших сподвижников присутствующих. Через полупрозрачные трубки паразиты вытягивали жидкость из убитых. Меня даже брезгливо передернуло.
Я схватил Сиббил, зафиксировав раненой рукой к телу, пистолетом угрожая тройке бандитов, и начал бежать к выходу. Позади мерзко засвистело наподобие сирены, я не обернулся. До выхода оставалось ярдов 5, когда меня опередило что движущееся со страшной скоростью. Я остолбенел. Передо мною стоял с продырявленным лбом Бравер, из безжизненного рта текла пена. Два двухметровых паразита раскачивали, словно водоросли, окровавленными мордами, я увидел россыпь угольно-чёрных глаз-пуговок.
Я открыл огонь по телу-носителю. Голова Бравера подергалась из стороны в сторону, но нужного эффекта мои пули не произвели. Паразиты дружно засвистели и один из них плюнул мне в лицо полуперетравленной сукровичной массой из всех возможных жидкостей и мяса, выуженных из организмов культистов. Я взвыл от боли – лицо и, особенно, глаза невыносимо жгли, отвернувшись от твари я закрыл ребёнка полой плаща. Сибилл плакала.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Пользователь Свитлана приглашает Вас в сообщество Никогда не бойтесь быть вульгарной, ведь иначе очень скучно.

+ Название "Пижамная вечеринка"
М-дя, зашел, гляжу дамы симпатишные в фотоальбоме, чего бы, думаю, не глянуть...
Елкин грот! Там камменты в духе (цитирую дословно): "Ой, розовый это СУПЕР, СУПЕР, СУПЕР!" (а на фото девушка в купальнике белого цвета с незначительным оттенком розового), да и глянуть не на кого )))
Жаль, Свитлана не читала моего днева вовсе (уверен!), а то бы не пригласила бы)))
Или это только мне кажется, что я не в духе их сообщи?

о ММОРПГ

(57В)

Прозрачная фольга скомкалась в воздухе перед самым лицом Кауфмана. Он что-то сказал, но звука не последовало, только немое и, кажется, испуганное шевеление губ.
- Нет! – истерично вскрикнул я, судорожно пытаясь на ходу отыскать на себе нож, не понимая происходящего...
Когда оружие всё же оказалось в руке, я бросился на доктора. Тот, словно загипнотизированный, стоял с Валери на руках и испуганно таращился, беззвучно что-то говоря или только пытаясь сказать. Я размахнулся и, сделав оборот волчком, неуклюже завалился на пол, гулко зазвенев фонарем и выпавшим пистолетом.
Свет фонарика образовал длинную линию во тьме, обнажая железный остов мертвенно бурого пола.
Выбрался из прошлого...
Я медленно поднялся, подбирая пистолет, свой – оружие Энди словно просочилось сквозь пол. Было необычайно горько. Причин даже не понимал. Просто плохо было на душе. Накатила лень. Практически непобедимая. Вот так бы разлёгся здесь и ждал, пока мир полностью канет в царство ночных кошмаров.
Только воспоминания о сестре, которую украл Бравер, далеком отчем доме и родителях, об избиении Чарли и беспокойство за неизвестную мне судьбу Ками подняло меня на ноги.
Хотелось выть от апатии. Разуму, но не телу – телу (в том то и дело) не хотелось ничего. Лишь отдохнуть. Закрыть глаза и уснуть, а потом проснуться и понять, что всё это мне снилось, что это был затяжной кошмарный сон с чередой знакомых и незнакомых действующих лиц, как бы это банально и избито не звучало. Но спать тоже не хотелось. Отдохнуть как-то по-другому, но по-живому, не знаю, как выразиться более точно!.. Отдохнуть от происходящего ужаса, видеть краски природы: зелёный, желтый, синий, розовый, салатовый, фиолетовый, тысячи оттенков, ярких и не очень. А я уже научился различать сотни разновидностей и оттенков красного, серого, черного и коричневого... Казалось, я запутался уже во всем. Разум продолжал хотеть многого, но душа жаждала переждать происходящее! Не хотелось ничего...
Но я должен был всё вернуть в прежнее русло. Кроме меня уж и не кому. Я заварил кашу – мне её на помойку и выносить...

* * *

Твари какие-то шагали по лестнице. Обмотанные грязными влажными бинтами и с металлическими каркасами в виде больших (около полутора метров в диаметре) колес на спинах, они медленно ворочали ноги... в моем направлении. У каждого на коленных суставах были металлические скобы для людей с разорванными связками или сухожилиями, которые и мешали быстро двигаться. На колесах-стеллажах, прикрепленным к спине, покоились мешочки с донорской кровью, от каждого из которых шли трубки и вонзались в тела мумий, у каждой мумии где-то с дюжину пакетов.
Я просто шел вперед. Вижу цель – не вижу препятствий.
- Прочь с дороги! – сыпались на пол или далеко вниз к первому этажу башни-шахты отстрелянные гильзы.
- Прочь! – монстры, по-животному ревя, падали вслед за гильзами вниз или извивались под ногами.
Звенели колеса, рвались пакетики крови, всё вокруг стонало, ревело и клокотало, потом затихало, только мои шаги вперед и вверх, вверх и вперед, снова выстрелы и грохот падающих тел. Борьбы практически не было. Я шел как задурманенный вперед, с каменным лицом и израненным сердцем, поэтому у моих оппонентов шансов не было, у меня полностью отключились личностный и эмоциональные факторы, возможно, вследствие продолжительного приема апатирующего средства. Уже не важно. Был факт, а причины меня интересовали мало, равно как и всё остальное. Вперёд, только вперед... иногда вверх.

* * *

Площадка над пропастью. Бравер без куртки, но по-прежнему в темных полицейских очках и шляпе шерифа. Рукава на его полицейской рубашке, вымокшей от пота, высоко закатаны. Руки шериф также держит, будто готовящийся к операции хирург – согнутые в локтях и перед собой. На лице крупные капли испарины, из-под шляпы видны мокрые потоки, начинающиеся от висков и сходящиеся где-то на подбородке. Перед ним на старом операционном столе некая испрещенная знаками медная ванночка, что-то среднее между медицинской уткой и ванной для ребёнка, с углублениями для ручек, ножек и головы.
Бравер, молча, делает пригласительное движение рукой одному из культистов, тот подносит кричащую Сибилл. Бравер принял ребёнка и на вытянутых руках перед собой стал вглядываться, словно ища изъяны. Потом положил Сибилл на ванну-формочку и щелкнул перед личиком девочки пальцами, так как делают фокусники или гипнотизеры. Ребёнок умолк, моргая глазками. Теперь Браверу не составило труда уложить малышку точно по форме, предусмотренной ванночкой – формой звезды. Бравер крякнул в сторону, оперся руками на стол и потупился, глядя куда-то вниз под стол. Потом забасил несвоим голосом:
- Это дитя...
Договорить он не успел, пуля прошила полу шляпы на наклоненной голове и прошла точно над переносицей шерифа. Крупные капли, словно резко начавшийся слепой дождик посреди летнего дня, быстро заморосили на стол рядом с ванночкой, стекая с носа шерифа. Из раны вылетело несколько небольших сферических облачков, потом ещё, ещё, они страшно запищали, почти как ультразвук, и стали таять – духи покидали тело Бравера, которое конвульсивно вздрагивало, а потом завалилось за стол. Культисты онемели и не шевелились, глядя на гибель духов, управлявших их шефом.
- Они погибают? – прошептал тот, который был главным во время нападения на Валери. – Но... Почему? Он не мог их победить...
- Пришлось подкорректировать бытие, - криво усмехнулся стрелявший в шерифа.
- Ты! Кто ты? – культисты испуганно сбились в кучу за телом Бравера, будто он мог их защитить.
На верхнем ярусе за металлоконструкцией Валери так в сжала металлическую балку, что костяшки на кулаках у неё побелели:
- Опять он!

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Зато свежераскрашенное)))

тренюсь в фотошопике такими вот зарисовками

Подарю я вам всем в свой День Рождения одну из своих последних зарисовок гоблинов

Здоровья, Счастья, Любви, Удачи, Творческих Успехов и материальных благ)))
Я всех люблю (мужики, не поймите привратно, а вы, дамы, - вправе))) )