Отпущенные грехи обратно не возвращаются

Напиток. Как-то странно говорить так о нем. Еще страннее – пытаться дать ему определение. Пиво – это пиво. Какой великолепный ассоциативный ряд рождают звуки этого чудесного слова.

Пиво… Бокал, с непременно запотевшими стенками. Любимый барчик недалеко от дома. Друзья и подружки, сидящие рядышком с такими же запотевшими бокалами. Смех, веселье, непринужденное общение.

Или вот – конец трудного рабочего дня и даже конец трудной рабочей недели. Во рту пересохло, но жажду эту не утолить банальным чаем. Ты идешь по бескрайней пустыне наполненной равнодушными чудовищами, пока не оказываешься в прохладной тени бара. Или даже не так. Ну или даже если не в баре, а так – возле метро, на лавочке и в руке у тебя не бокал пива, а бутылка пива. Ведь не важно форма, важно – содержание! И вот… Вот он – первый глоток. Ароматное, свежее, холодненькое с легким оттенком горчинки и с таким же оттенком сладости, пиво приходит тебе на помощь. Этот первый глоток смывает все. Усталость прожитого дня, горечь каких-то неурядиц и мелких неудач. И если есть в твоей жизни что-то веселое и радостное, то станет оно еще веселее и радостнее, преломляясь в янтарных лучах бокала с пивом.

И вовсе не кажется странным и удивительным, что одни из первых литературных памятников – глиняные таблички с клиновидными египетскими письменами содержали именно рецепт приготовления сего чудесного напитка. Да, при попытке воссоздать эти рецепты сейчас, мы получим продукт неизмеримо хуже современного. Речь не об этом. Речь о том, что человечество, может и интуитивно, всегда (!) знало в чем смысл и счастье жизни и стремилось это счастие получить и шло по пути его совершенствования.

Пиво очень полезно. Думаю, доказывать это не нужно. В нем содержатся все необходимые человеческому организму вещества и минералы, оно нормализует обмен веществ и улучшает пищеварение. Естественно, все хорошо в меру и чрезмерное увлечение пивом может привести к появлению пивного животика, который, кстати, возникает не от пива, а от аппетита, который пиво вызывает. Помните и об этом.

А какой букет ощущений и вкусов содержит в себе сей напиток счастливых, уверенных в себе и окружающих людей! Ведь нельзя сказать, что пиво горькое. Так может сказать только дилетант или ребенок, случайно отхлебнувший из папиного бокала. Оно отнюдь не горькое, как и не сладкое. Пиво – это гармония цветов и оттенков вкуса! И можно всю жизнь пить пиво и не устать восхищаться им.

Разве не так, господа и сударыни? Привнесите в Вашу жизнь пиво, наполните ее смыслом и светом и пусть Ваша радость будет безграничной и все люди вокруг Вас напоены счастьем и светом, который приносит нам ПИВО.

(с) Komma

Я буду драться. До последней капли крови, до последнего вздоха, до последнего слова. Я не отведу своего вгляда ни на секунду. Если я пропущу удар, даже самый сильный, я все равно буду стоять на СВОЕМ месте. А свое место я определяю себе сама. И если я умру в драке, то лишь на нем. Да, я буду драться...но не с тобой.

Я буду плакать. Слезы очищают душу, смывают с нее всю гадость, полируют до блеска силу воли. Слезы, как коньяк, хороши в одиночестве и понемногу. А посему, моим слезам нужен веский повод…но это не ты.

Я буду радоваться. Искренне, до одурения, но тихо, чтобы не растерять. В моей жизни полно поводов для радости. Да что там, вся моя жизнь – один небольшой повод для радости. Радость прекрасна в компании с близкими людьми…но это не ты.

Я буду мечтать. Я это умею. Мечтать о старости с бокалом розового вина на берегу Средиземного моря в окружении многочисленных детей и внуков, о большом доме с парадной лестницей, о карьере, о красном платье…но не о тебе.

Я буду жить. Жить без оглядки на прошлое, но благодаря нему. Жить стремительно. Жить, а не существовать. А посему, без тебя.

Я буду любить. Искренне, просто и без претензий. По настоящему. Без непонятных разборок и ревности. А поэтому... ну ...ты понял...

© xlyastik

В данный момент времени и в данном месте. И не убавить, не прибавить, только можно этот факт осмыслить. Это как в автомобильной пробке: можно лишь наблюдать происходящее вокруг и слушать радио. Размышлять, что надо было брать машину с кондиционером и тоскливо смотреть на отбойник слева и на вставший поток машин справа. Слышать неторопливое бибиканье спешащих автомобилистов. Завидовать пробирающимся сквозь ряды машин рисковым мотоциклистам, помятуя, правда, о том, что остановить их безудержный путь может не вовремя открытая кем-то дверь. Смотреть на юное поколение, объезжающее пробку на смешных скутерах. И с горечью понимать, что есть люди, выехавшие позже тебя, но приедут они раньше и без нервотрепки лишь потому, что узнали о пробке и объехали её по параллельной улице.

Мы там, где мы есть. И не изменить. Но можно заглушить двигатель, вылезти из надоевшего до чёртиков авто и пойти пешком… Пойти пешком, даже поперек дорожной полосы, прямо через двойную сплошную…


(с) ВолшебникИзумрудногоГорода

.

.

Я мир увидела в твоих глазах
И по губам читала бесконечность,
И только небо серое в слезах,
Как нить, тянулось через вечность.

Услышала тебя в дыханьи сна,
В твоем дыханьи растворила счастье,
Потом пришла наивная весна,
Украв из сердца зимнее ненастье.

Потом я верила одним словам,
Сквозь строчки все любовь ловила,
Бессмертье разделив напополам,
Тебя, как Бога своего, любила.

Потом забыла и теряла вновь,
И все искала чудотворный знак.
Как жаль, что всю свою любовь
Я сочинила просто так...

(с) Глупый ангел

Не надо сомневаться по утрам,
Разглядывая тех, кто на подушке.
Ведь вы делили что-то пополам
И пили чай из старой грязной кружки.

Не надо сожалеть о тех, кто был
Давно. Вчера. Но только ненароком.
Вы дорожите теми, кто дарил
Минуты без единого упрека.

Не надо развивать притворный стыд,
Взывать к напрасным и ненужным «жалко».
Возможно, рядом кто-то не прикрыт?
Чтоб он не мерз – укройте одеялком.

(с)Ди (termitnik)

Понедельник.
Тяжелый день. Встала с больной головой - всю ночь писала поэму: он любит ее, она любит его. Кошмар. Тянет на новое слово в литературе.

Вторник.
С утра заглянула на сайт. Господи, сколько графоманов вокруг! Весь день мучаюсь: ищу рифму к слову "любовь".

Среда.
Тяжелый день. Встала с больной головой - написала еще одну поэму: она любит его, он любит ее. Прочитала Машке по телефону. Обе рыдали.

Четверг.
С утра заглянула на сайт. Кошмар. Какой-то козел написал, что у Цветаевой стихи лучше. Я долго хохотала. Цветаева! Это же надо, придумать такой дурацкий ник.

Пятница.
Тяжелый день. До сих пор не могу встать - всю ночь писала поэму в стихах. И как это я раньше не догадалась?

Суббота.
С утра заглянула на сайт. Кошмар. Все идиоты. Какой-то козел написал в Общих вопросах, что мои стихи говно. Сам говно.

Воскресенье.
Господи, как подумаю, что ночью опять писать поэму, так жить не хочется. Заглянула на сайт. Редактор, сволочь, номинировал стих козла. Везет же некоторым. Я читала его стихи - все рифмы глагольные. Я долго хохотала. Это же надо, номинировать такие рифмы!

© Наталья Воронцова-Юрьева

Падра, это тебе за пожелание "сельско-кузявственных успехов на дачном фронте"!!!

.

.

Ветер встретил прекрасный Цветок и влюбился в него. Пока он нежно ласкал Цветок, тот отвечал ему еще большей любовью, выраженной в цвете и аромате. Но Ветру показалось мало этого, и он решил: "Если я дам Цветку всю свою мощь и силу, то тот одарит меня чем-то еще большим". И он дохнул на Цветок мощным дыханием своей любви.

Но Цветок не вынес бурной страсти и сломался. Ветер попытался поднять его и оживить, но не смог. Тогда он утих и задышал на Цветок нежным дыханием любви, но тот увядал на глазах. Закричал тогда Ветер

— Я отдал тебе всю мощь своей любви, а ты сломался! Видно, не было в тебе силы любви ко мне, а значит, ты не любил!

Но Цветок ничего не ответил. Он умер.



Тот, кто любит, должен помнить, что не силой и страстью измеряют Любовь, а нежностью и трепетным отношением. Лучше десять раз сдержаться, чем один раз сломать.

Спасибо за пополнение копилки мудрости, S_C_O_R_P_I_O_N

.

Рассмотрев дело по существу, суд назначил высшую меру наказания:
"Ювентус", "Лацио" и "Фиорентина" переведены во второй российски дивизион.

Слёзы и дождь – всё смешалось в одно,
Радость и боль, вода и вино,
Горечь разлуки и сладкая дрожь,
Сильные руки и милая ложь.
Всё вперемешку: ветер и грязь,
Дикие чувства, дикая страсть…
Всё забывается в жизненном мраке.
И воют, как волки, на ветер собаки.
Ты ведь не знаешь, как ты мне нужен,
Всё перемешалось, как в грязной луже,
Странные чувства, отзвуки слов.
Это искусство – верить в любовь.

http://kaitotateme.dem.ru/Stihi.html

.

Сегодня, на 25-й день жизни скончалась июньская зарплата.
Консилиум врачей пришел к выводу, что зарплата скончалась от полного истощения.
В течении своей короткой, но насыщенной жизни, зарплата, изо всех сил пыталась накормить как можно большее количество голодных, напоить страждущих, одеть замерзающих, полностью забыв о себе.
Она таяла на глазах - вспоминают люди, близко знакомые с заработной платой. Но не унывала и не замыкалась в себе. Она всегда отдавала часть себя по первому требованию, наивно доверяя просящим.
В последние дни на нее нельзя было смотреть без слез - так мало от нее осталось.

Она, конечно, могла уйти сразу после появления на свет, но не такова была наша зарплата. Она хотела нести радость как можно большему количеству людей и максимально возможное время. Мы бы хотели называть ее Зарплатой с большой буквы З, но властьпридержащие сделали все, чтоб принизить величие зарплаты. И поэтому она навсегда останется в нашей памяти обычной, маленькой зарплатой, приносящей радость.
Я не смогу жить без нее - заявил безутешный пин-код карточки. Без нее меня очень скоро забудут. Остается только надеятся, что на место июньской зарплаты, придут другие зарплаты. И хочется надеятся, что они будут обладать таким же величием, как минимум, а то и превосходить июньскую.

От себя хочется добавить, мы скорбим по поводу безвременного ухода июньской зарплаты. Июньская зарплата навсегда останется в нашей памяти, ибо многие вещи будут напоминать о ней.


выужено в (с)ети

Видите ли, каждый раз, когда вы копаетесь в старых горестях или ошибках, вспоминая их снова и снова, или хуже того — рассказываете о них другим, вы попросту раскапываете старую могилу. При этом вы хорошо знаете, что ожидаете найти, не так ли?

Живите в настоящем, нацельтесь на текущие проблемы, стройте планы на будущее и оставьте прошлое В ПОКОЕ. Просто оставьте. Именно это имел в виду Великий Учитель, когда сказал: “Пусть мертвые погребают своих мертвецов”. Думать о прошлом и жить прошлым означает смерть. Каждый раз, когда вы занимаетесь этим, вы на какую-то долю увеличиваете свою веру во Время и в ограничения, которые оно накладывает. Вы делаете себя старше и слабее, вы приближаете собственную старость. Бог сказал: “Жаждущему дам даром от источника воды живой”, — а Бог знает лучше нас.

Возьмите себе за правило намерение не возвращаться к плохим воспоминаниям о случившемся с вами вплоть до этой минуты и придерживайтесь этого правила. Жизнь слишком драгоценна, чтобы заниматься воровством на кладбище. Прошлое прошло, его нет: освободитесь от него. Вот великий секрет обращения со всеми нашими печалями, разочарованиями и неудачами: освободитесь от них. Просто вычеркните их из своего сознания, очистите свободный участок и откажитесь от мысли о том, что они существуют в настоящем. Видите ли, единственное место, где они могут существовать, — это ваше сознание.

Настоящее наполнено интересным и удивительным; это такое величественное поле деятельности для каждого, что просто глупо тратить свои душевные силы и существование на то, что уже мертво. Оставьте прошлое. Освободитесь от него. Выпустите себя на свободу. Не ходите грабить могилы, переворачивая кости старых ошибок, неудач и подобных событий. Есть новый день. Радуйтесь и будьте счастливы в нем. Оставьте прошлое в прошлом.

Вы созданы для сегодня. Это СЧАСТЛИВЕЙШИЙ ДЕНЬ, САМЫЙ УСПЕШНЫЙ ДЕНЬ, САМЫЙ ЗДОРОВЫЙ ДЕНЬ В ВАШЕЙ ЖИЗНИ. Если вы освободились от прошлого, то знайте, что это истина!


Спасибо bonapart_ps за эту цитату!!!

.

Сладкий запах дождя напомнил мне о тебе,
И я не знаю, что делать с этими воспоминаниями.
Я не сумею забыть ничего, никогда и нигде
И всю жизнь буду жить с этой болью и этим признанием.

Так странно, что лето пахнет осенним дождём,
Это делает ночь неправильной, нереальной.
Ты опять приходишь в мой грустный, тяжёлый сон,
И остаёшься одним из многих отражений зеркальных.

Странно, что лето наполнено запахом осени,
Наполнено чувством того, что я когда-то любила.
Я не знаю, почему ты и дождь меня тогда бросили,
Я не знаю, зачем вспоминаю опять то, что было.

Лето, моё красивое, тёплое лето,
Почему ты так наполнено тяжестью и грустью осени?
Скажи мне, смогу ли я когда-нибудь, где-то,
Забыть о том, как меня полюбили… и бросили.

http://otiak.livejournal.com/
http://kaitotateme.dem.ru/Stihi.html

Вся история переписки по поводу публикации лежит тут
http://doctor-livsy.livejournal.com/148824.html


Как эльфенок домой спешил.


Залез эльф на исполинскую березу. Долез до вершины, посмотрел вниз, а там, на земле, его родной чудный эльфийский город Ламизол чуть виден. Эльфенок сел на листок и думает:
"Отдохну немножко - и вниз".
У эльфов ведь строго: только солнышко на закат, - все домой бегут. Сядет солнце, - эльфы все ходы и выходы закроют - и спать. А кто опоздал, тот хоть на улице ночуй.
Солнце уже к лесу спускалось. Эльф сидит на листке и думает:
"Ничего, поспею: вниз ведь скорей".
А листок был плохой: желтый, сухой. Дунул ветер и сорвал его с ветки.
Несется листок через лес, через реку, через деревню. Летит эльфенок на листке, качается - чуть жив от страха. Занес ветер листок на луг за деревней, да там и бросил. Листок упал на камень, эльфенок себе ноги отшиб. Лежит и думает:
"Пропала моя головушка. Не добраться мне теперь до дому. Место кругом ровное. Был бы здоров - сразу бы добежал, да вот беда: ноги болят. Обидно, хоть землю кусай".
Смотрит эльф: рядом Огнедышащий Дракон лежит. Червяк-червяком, только спереди - ножки и сзади - ножки. Эльфенок говорит Дракону:
- Дракон, Дракон, снеси меня домой. У меня ножки болят.
- А кусаться не будешь?
- Кусаться не буду.
- Ну садись, подвезу.
Эльфенок вскарабкался на спину к Дракону. Тот изогнулся дугой, задние ноги к передним приставил, хвост - к голове. Потом вдруг встал во весь рост, да так и лег на землю палкой. Отмерил на земле, сколько в нем росту, и опять в дугу скрючился. Так и пошел, так и пошел землю мерить. Эльфенок то к земле летит, то к небу, то вниз головой, то вверх.
- Не могу больше! - кричит. - Стой! А то укушу!
Остановился Дракон, вытянулся по земле. Эльфенок слез, еле отдышался. Огляделся, видит: луг впереди, на лугу трава скошенная лежит. А по лугу Энт-Сенокосец шагает: ноги как ходули, между ног голова качается.
- Энт, а Энт, снеси меня домой! У меня ножки болят.
- Ну что ж, садись, подвезу.
Пришлось Эльфышке по энтовой ноге вверх лезть до коленки, а с коленки вниз спускаться Энту на спину: коленки у Сенокосца торчат выше спины. Начал Энт свои ходули переставлять - одна нога тут, другая там; все восемь ног, будто спицы, в глазах у Эльфенка замелькали. А идет Энт не быстро, брюхом по земле чиркает. Надоела Эльфенку такая езда. Чуть было не укусил он Энта. Да тут, на счастье, вышли они на гладкую дорожку. Остановился Энт.
- Слезай, - говорит. - Вот Единорог бежит, она резвей меня.
Слез Эльфенок.
- Единорожка, Единорожка, снеси меня домой! У меня ножки болят.
- Садись, прокачу.
Только успел Эльфенок вскарабкаться Единорожке на спину, она как пустится бежать! Ноги у нее ровные, как у коня. Бежит шестиногий конь, бежит, не трясет, будто по воздуху летит. Вмиг домчались до картофельного поля.
- А теперь слезай, - говорит Единорог. - Не с моими ногами по картофельным грядам прыгать. Другого коня бери. Пришлось слезть.
Картофельная ботва для Эльфышки - лес густой. Тут и со здоровыми ногами - целый день бежать. А солнце уж низко. Вдруг слышит Эльфенок, пищит кто-то:
- А ну, Эльф, полезай ко мне на спину, поскачем.
Обернулся Эльфенок - стоит рядом Гном, чуть от земли видно.
- Да ты маленький! Тебе меня не поднять.
- А ты-то большой! Лезь, говорю.
Кое-как уместился Эльф на спине у Гнома. Только-только ножки поставил.
- Влез?
- Ну влез.
- А влез, так держись.
Гномик подобрал под себя толстые задние ножки, - а они у него, как пружинки складные, - да щелк! - распрямил их. Глядь, уж он на грядке сидит.
Щелк! - на другой. Щелк! - на третьей. Так весь огород и отщелкал до самого забора. Эльфенок спрашивает:
- А через забор можешь?
- Через забор не могу: высок очень. Ты Грифона попроси: он может.
- Грифон, Грифон, снеси меня домой! У меня ножки болят.
- Садись на загривок.
Сел Эльфенок Грифону на загривок. Грифон сложил свои длинные задние ноги пополам, потом разом выпрямил их и подскочил высоко в воздух, как Гномик. Но тут с треском развернулись у него за спиной крылья, перенесли Грифона через забор и тихонько опустили на землю.
- Стоп! - сказал Грифон. - Приехали.
Эльфенок глядит вперед, а там река: год по ней плыви - не переплывешь. А солнце еще ниже. Грифон говорит:
- Через реку и мне не перескочить. Очень уж широкая. Стой-ка, я Кракена кликну, будет тебе перевозчик.
Затрещал по-своему, глядь - бежит по воде лодочка на ножках. Подбежала. Нет, не лодочка, а Кракен-Спрут.
- Кракен, Кракен, снеси меня домой! У меня ножки болят.
- Ладно, садись, перевезу.
Сел Эльфенок. Кракен подпрыгнул и зашагал по воде, как посуху. А солнце уж совсем низко.
- Миленький, шибче! - просит Эльфенок. - Меня домой не пустят.
- Можно и пошибче, - говорит Кракен.
Да как припустит. Оттолкнется, оттолкнется ножками и катит-скользит по воде, как по льду. Живо на том берегу очутился.
- А по земле не можешь? - спрашивает Эльфенок.
- По земле мне трудно, щупальца не скользят. Да и гляди-ка: впереди-то лес. Ищи себе другого коня.
Посмотрел Эльфенок вперед и видит: стоит над рекой лес высокий, до самого неба. И солнце за ним уже скрылось. Нет, не попасть Эльфышке домой!
- Гляди, - говорит Кракен, - вот тебе и конь ползет.
Видит Эльфенок: ползет мимо Тролль - тяжелый Тролль, неуклюжий Тролль. Разве на таком коне далеко ускачешь? Все-таки послушался Кракена.
- Тролль, Тролль, снеси меня домой! У меня ножки болят.
- А ты где живешь?
- В чудном эльфийском городе Ламизоле за лесом.
- Далеконько... Ну что с тобой делать? Садись, довезу.
Полез Эльфенок по жесткому жучьему боку.
- Сел, что ли?
- Сел.
- А куда сел?
- На спину.
- Эх, глупый! Полезай на голову.
Влез Эльфенок Троллю на голову. И хорошо, что не остался на спине: разломил Тролль спину надвое, два жестких крыла приподнял. Крылья у Тролля точно два перевернутых корыта, а из-под них другие крылышки лезут, разворачиваются: тоненькие, прозрачные, шире и длиннее верхних.
Стал Тролль пыхтеть, надуваться: "Уф, уф, уф!" Будто мотор заводит.
- Дяденька, - просит Эльфенок, - поскорей! Миленький, поживей!
Не отвечает Тролль, только пыхтит:
"Уф, уф, уф!"
Вдруг затрепетали тонкие крылышки, заработали. "Жжж! Тук-тук-тук!.." -
поднялся Тролль на воздух. Как пробку, выкинуло его ветром вверх - выше
леса. Эльфенок сверху видит: солнышко уже краем землю зацепило. Как помчал Тролль - у Эльфышки даже дух захватило.
"Жжж! Тук-тук-тук!" - несется Тролль, буравит воздух, как пуля. Мелькнул под ним лес - и пропал. А вот и береза знакомая, и чудный эльфийский город Ламизол под ней.
Над самой вершиной березы выключил Тролль мотор и - шлеп! - сел на сук.
- Дяденька, миленький! - взмолился Эльфенок. - А вниз-то мне как? У меня ведь ножки болят, я себе шею сломаю.
Сложил Тролль тонкие крылышки вдоль спины. Сверху жесткими корытцами прикрыл. Кончики тонких крыльев аккуратно под корытца убрал.
Подумал и говорит:
- А уж как тебе вниз спуститься, - не знаю. Я на чудный эльфийский город Ламизол не полечу: уж очень больно вы, эльфы, кусаетесь. Добирайся сам, как знаешь.
Глянул Эльфенок вниз, а там, под самой березой, его дом родной.
Глянул на солнышко: солнышко уже по пояс в землю ушло.
Глянул вокруг себя: сучья да листья, листья да сучья.
Не попасть Эльфышке домой, хоть вниз головой бросайся!
Вдруг видит: рядом на листке Умертвие Поганое сидит, кишки из себя тянет, тянет и на сучок мотает.
- Умертвие, Умертвие, спусти меня домой! Последняя мне минуточка осталась, - не пустят меня домой ночевать.
- Отстань! Видишь, дело делаю: кишки давлю.
- Все меня жалели, никто не гнал, ты первая!
Не удержался Эльфенок, кинулся на нее да как куснет!
С перепугу Умертвие лапки поджало да кувырк с листа - и полетела вниз.
А Эльфенок на ней висит - крепко вцепился. Только недолго они падали:
что-то их сверху - дерг! И закачались они оба на кишках: кишки-то на сучок были
намотаны.
Качается Эльфенок на Умертвие, как на качелях. А кишка все длинней, длинней, длинней делается: выматывается у Умертвия из брюшка, тянется, не рвется. Эльфенок с Умертвием все ниже, ниже, ниже опускаются.
А внизу, в чудном эльфийском городе Ламизоле, эльфы хлопочут, спешат, входы-выходы закрывают.
Все закрыли - один, последний, вход остался. Эльфенок с Умертвия
кувырк - и домой.
Тут и солнышко зашло.

КОНЕЦ.

Легкомыслие! - Милый грех,
Милый спутник и враг мой милый!
Ты в глаза мои вбрызнул смех,
Ты мазурку мне вбрызнул в жилы.

Научил не хранить кольца, -
С кем бы жизнь меня не венчала!
Начинать наугад с конца
И кончать еще до начала.

Быть как стебель и быть как сталь
В жизни где мы так мало можем...
- Шоколадом лечить печаль,
И смеяться в лицо прохожим!

Oчень трудно верить в правильность своих решений. Очень трудно быть оптимистом и транслятором позитива. Слишком много точек невозврата, билетов в один конец и односторонних турникетов.

(с)L_Etoile

всё, что не делай, а сало один хрен наружу вылезет...

.

Любовь измеряется мерой прощенья,
Привязанность - болью прощанья,
А ненависть - силой того отвращенья,
С которым ты помнишь свои обещанья.

И тою же меркой, с припадками ревности
Тебя объедают, как рыбы - пираньи
Друзья и заботы, источники нервности
И все-то ты знаешь заранее

Кошмар возрастает в пропорции к сумме,
Развеявшихся иллюзий
Ты это предвидел, ты благоразумен,
Ты взгляд предварительно сузил

Но время взрывается: новый обычай
Родится, как частное мненье
Права человека по сущности птичьи
И суть естества - отклоненье

И в липких объятиях сладкой беспечности
Напомнит назойливый насморк,
Что ценность мгновенья равна бесконечности,
Деленной на жизнь и помноженной на смерть

Свобода - о, ужас. Проклятье Всевышнего
Адаму и Еве напутствие
Не с той ли поры, как нагрузка излишняя
Она измеряется мерой отсутствия?

Итак, подытожили. Жизнь - возвращенье
Забытого долга, сиречь - обещание
Любовь измеряется мерой прощенья
Привязанность - болью прощанья...

(с)тянуто у Неземная

.

Когда пришла кошка, лето подходило к концу. Когда пришла кошка, на улице шел дождь. Когда пришла кошка, я был по-настоящему безнадежен.


Она остановилась перед входом, стряхнула с блестящей шерстки капли дождя и стала решительно царапать коготками мою дверь.
В это время я сидел, тупо уставившись в телевизор, и развлекался тем, что нажимал на кнопку переключения программ.
- Кого там черти несут,- зло пробурчал я, открывая дверь.
- Привет,- ухмыльнулась она.
- Привет,- устало поздоровался я.
- Не ждал гостей? Разрешишь войти, а то на улице для меня несколько мокровато…
- Ты хочешь переждать дождь?
- Да, именно это я и сказала…- она прикрыла лапкой рот и сладко зевнула.
Заразившись, я зевнул в ответ.
Она звонко рассмеялась.
- Конечно, входи,- пригласил я, делая шаг в сторону.
Она вошла и по-хозяйски стала осматривать квартиру.
- Ну и дыра…- посочувствовала кошка, закончив осмотр.
Я пожал плечами и пошел на кухню, решив сварить себе кофе.
- Кофе будешь?- на всякий случай крикнул я кошке, которая осталась с интересом разглядывать изображение на телеэкране.
Я был уверен, что она откажется. Кошки не пьют кофе.
- Да, было бы неплохо…- отозвалась она, а через некоторое время добавила.- Я бы и от завтрака не отказалась, если ты не возражаешь.
- И что ты предпочитаешь на завтрак?
- Глазунью из трех яиц… Да, пожалуй глазунья – это то, что надо… И посыпь ее тертым сыром, пожалуйста, мне так больше нравится.
Создавалось впечатление, будто она знакома с моим холодильником гораздо лучше меня. Или это талант всех кошек?
Я разбил в сковородку три яйца, подумал и разбил еще три для себя. Потом приготовил кофе и позвал кошку.
Она вошла в кухню, игриво помахивая хвостом.
- М-м, как вкусно пахнет,- блаженно проурчала она.- Ты не поверишь, я уже целую вечность не пробовала глазунью с сыром.
- Приятного аппетита,- хмуро отозвался я, приступая к завтраку.
Во время еды мы совсем не разговаривали, только переглядывались украдкой, а когда наши взгляды пересекались, я старался поскорее спрятать глаза. Просто не мог смотреть в упор на ее хитрющую мордочку. При взгляде на нее меня начинал разбирать неудержимый веселый хохот, а к этому времени я успел уже забыть, когда улыбался последний раз от всей души. Так что такая оживленность была мне несколько неприятна.
Справившись с завтраком, я убрал тарелку с чашкой в мойку и направился на балкон. Сильно хотелось курить. Дождь уже закончился, выглянуло солнце. Его ясные лучи восхитительно отражались от гладких поверхностей лужиц на крыше. Прикурив от спички сигарету, я перелез через перила балкона и прыгнул. За спиной испуганно вскрикнула кошка. Когда я обернулся, она уже сидела на перилах и восторженно оглядывала мои незаконноприсвоеные владения. Я усмехнулся, усаживаясь на раскладной пляжный стул, который поставил здесь в первый же день моего переселения. Брезент на стуле был влажным, мои джинсы и рубашка сразу промокли и прилипли к телу, но это было даже приятно.
- Какая красота!- громко воскликнула кошка, глядя на рождающуюся в небе радугу.
- Нравится?- хвастливо откликнулся я.
- А ты – чудовище!- с упреком в голосе отрезала она.- У меня чуть сердце не выскочило, когда ты спрыгнул!
- Извини, я не хотел тебя пугать…
- Послушай,- кошка мягко приземлилась на крышу и, прищурив глаза, стала медленно, с достоинством приближаться ко мне.
У нее были прекрасные ножки. Она точно об этом знала.
- Ты не будешь против, если я поживу у тебя некоторое время?
Конечно я не мог противиться ее бесподобному шарму, да и не очень-то хотелось…
- Живи, если хочешь…
Она присела ко мне на колени и легко поцеловала в губы.
- Я знала, что ты не откажешь.
- Только должен тебя предупредить…
- О чем же?- кошка оставила мои колени и стала кататься по крыше, беззаботно смеясь, и наслаждаясь теплыми лучами все еще по-летнему греющего солнца.
- У меня не все в порядке с памятью…
- Ты что, не помнишь кто ты такой?- она беспечно ждала моего ответа, лежа, опершись на локти, запрокинув голову и крепко зажмурив глаза.
- Нет, не в этом дело… Просто некоторые моменты иногда выпадают…
- Ну, это не страшно, я тоже стараюсь забыть некоторые моменты своей биографии,- ободрила меня кошка, задумчиво прикасаясь к небольшому шраму на ее левой груди.
- Тогда договорились,- улыбнулся я, чувствуя непривычную легкость внутри.- А как мне тебя называть?
Она посмотрела на меня так, словно я спросил нечто совсем глупое.
- Кошка… Зови меня просто: Кошка.
- Кошка?
- Кошка.
- Хм, Кошка.
- Кошка,- подтвердила она, изящно потягиваясь.
Да, Кошка. Для меня она была просто Кошкой.

Следующие несколько дней я чувствовал себя так словно жил во сне. Все было настолько хорошо и правильно, что казалось нереальным. Я просыпался по утрам от поцелуев, которыми кошка старательно осыпала мое лицо. Вставал с кровати и шел принимать душ. Потом готовил завтрак на двоих, и мы ели, сидя друг напротив друга. Иногда она начинала шалить, открывать рот, показывая пережеванную пищу, или брызгаться водой, когда начинала мыть посуду. Но все это она проделывала настолько мило и непосредственно, что я только смеялся в ответ, да с удовольствием принимал участие в игре. Все эти дни я не чувствовал ставшей за последнее время привычной злости. Словно все вокруг окрасилось в розово-оранжевый цвет. Сослуживцы на работе, словно их подменили, они перестали тупить, перестали доставать меня по пустякам, будто нарочно они старались казаться милыми и жизнерадостными. Правда подчас я замечал некую пустоту в их глазах, но не задумывался на этот счет, а стоило мне моргнуть или хоть на мгновение отвести взгляд, как наваждение отступало.
Но самое главное память перестала беспокоить своими неожиданными выпадами. Я даже забыл о том, что у меня с ней были какие-то нелады.
Когда я возвращался с работы, Кошка встречала меня радостным мяуканьем и весело мурлыкая какую-нибудь мелодию снимала с меня кроссовки. Мы вместе готовили ужин и уплетали его, рассказывая друг другу, как прошел день. А после того, как посуда была вымыта, лежали в обнимку на диване перед телевизором, смотрели старые голливудские ужастики, или выходили на крышу и ждали когда загорятся первые звезды. Конечно, я чувствовал, что это не может продолжаться вечно, должно было случиться нечто такое, что раз и навсегда разобьет эту идиллию. Это должно было случиться. Это случилось.

- Оставь Кошку в покое!- услышал я свой раздраженный голос как будто бы со стороны.
- Она лежит на обеденном столе!!!- последовал ответ.
Через секунду я понял, что память снова преподносит мне сюрприз. Голову на блюде, мать ее!...
- Оставь Кошку в покое!- уже кричал я, все еще не соображая, кому кричу, и почему так раздражен.
Я перемахнул через перила балкона и побежал в кухню. Здесь меня поджидала картина, от которой ярость затемнила мои глаза. Ладони непроизвольно сжались в кулаки, которые так и просили дать им волю.
Абсолютно незнакомая мне сука с волосами неопределенного цвета, убранными в совершенно нелепую прическу а-ля домохозяйка восьмидесятых, в одной руке держала за шкирку кошку, зло щурившую на свою мучительницу глаза, а другой щелкала ее по носу.
- Плохая кошка! Нельзя!- приговаривала сука после каждого щелчка.
Я не смог сдержаться. Бережно отнял Кошку, отпустил ее на пол и, неожиданно развернувшись, залепил суке ослепительную пощечину, настолько сильную, что из носа ее потоком брызнула кровь. Когда это произошло, и между нами повисла неловкая, напряженная тишина, я вспомнил, что зовут эту суку Верой и она вовсе не сука, а моя будущая невеста. Я сам предложил ей переехать ко мне пару дней назад. Она казалась таким прелестным человечком. Вера смотрела на меня широко распахнутыми глазами, прикоснувшись ладонью к неумолимо краснеющей щеке. Кровь из разбитого носа продолжала струиться на мою рубашку, которую она, пять минут назад, смеясь, надела на себя, но вера не обращала на это внимания. Словно сомнамбула она прошлепала мимо меня и заперлась в ванной. Скоро оттуда послышались рыдания, плохо заглушаемые шумом льющейся воды.
- Вера…- робко постучал я в дверь, понимая, насколько неисправима ситуация.
- Оставь меня,- холодно ответила она.
В ее голосе не было злобы, не было обиды, была только такая знакомая мне холодная отчужденность. Я снова облажался…
- Вер, прости, я…
- Оставь меня.
- Прости, я не знаю, что на меня нашло…
- Оставь меня в покое…
- Впусти меня, пожалуйста, впусти меня!- я чувствовал, что снова закипаю, но ничего не мог с собой сделать.
- Нет!
- Пожалуйста!
- Оставь! Меня! В покое!!!
- Открой дверь!
- Пошел вон!
- Впусти меня… Не оставляй меня…
- Оставь меня!
- Вера…
- Меня зовут не Вера, ты уже забыл мое имя?!
- Прости меня!
- Отойди от двери, чертов урод!
- Впусти меня! Впусти меня! Не оставляй меня!!!- орал я во весь голос и уже не жалко скребся, а выламывал дверь.
Слезы мешали видеть.
Я услышал женский крик…
- Я бы на твоем месте этого не делала,- спокойно и слегка презрительно посоветовала Кошка.
Оглянувшись, я недоуменно уставился на нее.
- П-почему?
Кошка не ответила, а только кивком указала на дверь в ванную. Тогда же я услышал легкий скрип и обернулся. Дверь была приоткрыта, задвижка сломана и безжизненно болталась на одном шурупе. В ванной царила пустая и непроглядная тьма. Слегка подрагивая от страха, я щелкнул выключателем. Зажегся свет, еще больше усиливая чувство нереальности происходящего… В ванной никого не было. Я начал задыхаться, вышел в коридор и присел на пол рядом с Кошкой.
- Когда это случилось?- спросил я.
- Ты о чем?- безразлично отозвалась она.
- О Вере…
- Ах, об этом. У тебя снова был провал?... Она ушла пару дней назад, потом появилась еще одна. Не помню, как ее… Она тоже заперлась от тебя в ванной, но ты сломал дверь… Ей удалось позвонить знакомым, приехали ребята и тебя немного избили, посмотри в зеркало, если хочешь…
Я не стал этого делать, мне вдруг ужасно захотелось спать.
- Почему ты все время их приводишь?- с горечью в голосе спросила она.- Я думала ты меня любишь…
- Прости меня,- попросил я и на четвереньках пополз в спальню.
- Завтра я ухожу,- равнодушно произнесла Кошка.
Но все это уже перестало иметь для меня значение. Я просто хотел спать.

Мне приснился сон. Мы были с Кошкой вдвоем, бегали друг за другом по моей квартире, которая стала невообразимо огромной. Скорее это была уже не квартира, а некий колоссальный лабиринт, но там, во сне, я знал, что это моя квартира. Кошка заливалась веселым смехом, прячась от меня за нелепыми диванами и креслами, потом проворно выскакивала и пускалась наутек. Я испытывал необъяснимую, какую-то ребячью радость, гоняясь за ней. Где-то неподалеку, за стенами, что-то рушилось со страшным грохотом, жутко скрипело, но я был уверен, что разрушение не затронет меня. Все оттого, что я гонялся за своей любимой Кошкой…
Вдруг ее смех, доносившийся из соседней комнаты, оборвался.
- Эй,- услышал я ее беззаботный оклик.- Иди сюда, здесь у тебя кактус зацвел…
Стоило немалого труда отыскать ее хрупкую фигурку среди нагромождения неуклюжей мебели, но вскоре мне это удалось. Кошка сидела на коленях спиной ко мне и едва слышно лопотала кому-то лежащему в ее нежных ладонях.
- Что там?- спросил я.
- Ты знаешь, цветы могут разговаривать,- задумчиво пробормотала она.
- И что же говорит тебе этот цветок?
- Он говорит…
- Что?- я стал медленно приближаться к ней.
- Он говорит, что кто-то здесь хочет умереть…
Опустившись на колени у нее за спиной, я положил руки на ее плечи.
- Это правда?!- неожиданно взвизгнула Кошка оборачиваясь.
От охватившего меня ужаса я вскочил на ноги.
В ее ладонях, выплевывая сгустки крови, билось человеческое сердце.
- Это правда?!- сквозь слезы кричала Кошка.
Я не мог отвести глаз от сердца, оно вызывало приступы тошноты и слабости, но почему-то притягивало мой взгляд. Попытавшись отступить на шаг, я подвернул ногу и упал на зад. Это помогло, воспользовавшись моментом, я опустил глаза… В ее ладонях трепетало мое сердце, а в моей груди вместо него зияла большая дыра… Зрение оставило меня, я стал терять сознание, а в ушах моих все еще звенел ее крик.
- Это правда?!

Я проснулся и сразу ощутил ее взволнованное дыхание на своем лице. Ее огромные, испуганные, фосфоресцирующие глаза были так близко…
- Ты кричал во сне, все в порядке?- заботливо спросила Кошка.
- Да,- просто ответил я и поцеловал ее в нос.- Ты сможешь простить меня?... Я люблю тебя… Я хочу тебя…
Она ответила долгим поцелуем. Я почувствовал сладостное возбуждение, почувствовал, как в ответ на мои ласки возбуждается она. Бог мой, как же я люблю ее красивое, упругое тело…
Когда мы занимались любовью совсем близко, за стенами что-то страшно гремело, жутко скрипело, ужасно хрустело. Снаружи рушился мир, но мы были в безопасности. Кошка была со мной.

Утром я понял, что должен вернуться. Еще не знал куда именно, как и зачем, просто понял, что должен. Сегодня был последний день лета. Я поднялся с кровати, недолго постоял, любуясь на ее грациозный сон, и как был, не одеваясь, пошел на крышу. Чертовски хотелось курить.


Здесь я сел на стул и закурил сигарету, наслаждаясь неземным покоем. Туман плотной стеной скрывал от глаз разрушенный город. Создавалось впечатление, что там, где кончается крыша, ничего нет. Ничего, только серое, зыбкое месиво тумана.

Вскоре Кошка присоединилась ко мне.
- Я должна уйти,- сказала она.
- Сейчас?
- Через пару минут…
- Жаль… Еще увидимся?
- Нет.
- Я буду скучать.
- Я тоже… Но… Послушай, ты должен вернуться… Так нужно…
- Я знаю… У тебя все будет в порядке?

Прежде чем ответить на вопрос она выпустила огромное дымное колечко, которое через несколько секунд с удовольствием проглотил туман.
- Да… У тебя тоже.
- Спасибо.
- Это не моя заслуга.
- Я люблю тебя.
- Я тоже люблю тебя,- Кошка выбросила недокуренную сигарету и игриво куснула меня в шею.- Мне пора… Прощай.

Я не стал провожать ее взглядом, просто с грустью слушал легкий шелест ее удаляющихся шагов.
- Эй,- крикнул я, чувствуя себя так, словно разрывался на части.
- Что?- звонко отозвалась она.
- У тебя осталось мое сердце…
- Я знаю, но ты сам отдал его мне, подарки не возвращают…
- Значит никогда?
- Никогда.

Так Кошка навсегда ушла из моей жизни. Когда она ушла, разрушенный мир укрывал туман. Когда она ушла, начинался последний день лета. Когда она ушла, я родился заново

________________________________________________________________________

У меня все в порядке. Вот только… Каждый год. В последний день лета я рано просыпаюсь. Обычно выхожу на крышу, сажусь в свой любимый стул и выкуриваю сигарету, глядя на то, как просыпается город. Я вспоминаю Кошку. Вспоминаю ее улыбку. Ее голос. Думаю о ее словах, и тогда безнадежная грусть тисками сжимает мое сердце. На глазах стынут слезы. В такие моменты мысль о том, сколько же людей в мире по какой-то причине оставили свою Настоящую Любовь, не дает мне покоя. Но это забудется. Так было нужно

"Я и Кошка" (с)Зок

Полная версия тут:

http://www.bronepoezd.rockpavlodar.net/text_input.php?text_id=32956862443904938e1ed5

"Измена!!! Измена!!!" - кричали Мальчиш-Порошиш и Девчиш-Тимошиш,
размахивая жовто-блакитными и бело-красными флагами.
А Мальчиш-Морозиш обгладывал смачную кость и удивлялся, -
"Странно, вроде вместе оранжевую дрянь курили, а на измену только их пробило!!!"

Уже очень давно во мне живет демон, точнее сказать - алкодемон. Неплохой в принципе товарищ и собеседник, заботливо оберегающий пьяного меня от разных неприятностей. Этакий ангел хранитель и ангел подстрекатель в одном лице. Но трезвого меня он очень и очень плохо воспринимает. А тут как раз решил временно бросить эту пагубную привычку. Похмелье страшное после последнего дня запоя и …первый день без спиртного. Демон удивленно молчит весь день, глядя на то, что я не употребил ни капли. Потом, опять же, на людях он со мной не разговаривает, ждет тет-а-тета. Поэтому до ночи только тихо напоминает о себе болью в различных частях тела.
Итак, посмотрев футбол, ложусь спать трезвый и один. Не спится… ну никак не засну. И этот гат начинает беседу:
- Чего ты мучаешься, выпей и заснешь!
- Не хочу, вернее не буду. Завтра тяжелый день и рано вставать.
- Я тебе говорю как врач, прими двести грамм и спи себе спокойно!
- Не буду. Да дома и нет ничего…
- Как нет? А бутылка водки в холодильнике?
- Водка гагняная. У меня от нее завтра голова болеть будет.
- Не заболит, отвечу. А если и да – подлечишься традиционными методами, мне ли тебя учить. Шефа завтра на работе не будет – бухай хоть весь день, кто тебе слово скажет.
- Не буду и все!
- Что-то мне не нравится твой кашель. Надо бы коньячку с лимоном.
- Коньяка в доме нет.
- Есть! Помнишь Хенесси с мартовской гулянки? Когда 12 бутылок ты с друзьями получил нахаляву?
- Так их все тогда и выпили…
- Неа… одну ты заныкал по пьяни зачем то. Не помнишь? А я все помню!
- Бугага!!! Ну и где она? Может, и это знаешь?
- Посмотри на верху правого шкафа за коробками с зимней обувью.
- ???????????????????????????????????
- Посмотри, посмотри… заткнусь сразу же, если соврал.
Ужоснах!!! Стоит родимая. Билят!!! Ну шо за хрень… С трудом говорю:
- Не буду я коньяк. Давление у мну.
- А виски?
Знает, сцуко, мое больное место.
- Ну и где я шас возьму виски?
- В баре уже 10 лет стоит в железной подарочной коробке 18-летний Чивас. Когда-то ты его берег для ниипаться особого случая, а потом забыл.
Прав, гнида, прав… Как хочется виски… Невероятнейшим усилием беру себя в руки.
- Нет!!! Начну и не смогу остановиться. Вот если бы бутылочки пивка…
- Так выпей уже пига! Хмель успокоит и уснешь.
- Но пига в доме нет. Нет! Я это знаю точно!
- В доме – нет, но… ты прислушайся к звукам за дверью. Знаешь, что это за звон? Это к твоему доброму соседу Вите пришел его кореш. Им завтра не вставать, посему они как обычно будут пить пиго до 5 утра и обсуждать чемпионат. Сколько раз ты их выручал? Думаешь, они тебе откажут? Не надейся.
Все… добил… растоптал мну провокатор. Млин, если я даже Абсент или Текилу попрошу – нароет гат, как пить дать. Надо затыкать его срочно. В запасе остался последний ход:
- Посмотри-ка, браза на столик. Видишь, там лежит тазепам. Я его не люблю, конешна, но ты то его вообще не перевариваешь. Принять? Я с тобой разговариваю, тварь! Принять?
И… чудо – он замолчал. Я уснул.
Интересно, что он скажет сегодня?

© Джо

Предайте забвенью мой образ и имя,
Забудьте восторги, туманы речей.
И печь истопите стихами моими.
Досадно, что нет у нас нынче печей!

Экзамен не сдан, примитивно до боли:
Измучились глупою ревностью мы,
Любовь превратив в разновидность неволи,
Из света соткав мир мучительной тьмы.

В достоинствах прошлых себя разуверя,
Вам всё ж не унять ощущенья вины -
Ценою утрат обретается вера.
Она, потому, не имеет цены...