Вдохновения главе департамента PR и медиа комму ни каций Mercury Шахри Амирхановой хватает на карьеру в моде, на сочинение книг и на серьезную практику йоги.
Хотя я занимаюсь йогой около 12 лет, отношение к личной практике изменилось и стало осознанным чуть больше года назад, когда я еще жила в Лондоне.
Так получилось, что в начале года я там заболела и было очень тяжело восстанавливаться. Случались дни, когда вставать с постели совсем не хотелось, – не было ни сил, ни желания. В свои 30 лет я чувствовала себя на 90. Такие периоды, когда смотришь вокруг и чувствуешь, что все это уже видела, все уже случилось, бывают, наверное, у каждого. Когда все настолько понятно и пресно, что не можешь найти ни одной причины внутри себя, чтобы продолжать ходить по этому замкнутому кругу. Тогда я сказала себе: хорошо, единственное, что ты должна делать, это каждый день ходить на йогу. Йога будет делом дня. Так посещение занятий превратилось в маленький ритуал. Я жила на Портобелло-Роад, буквально через дорогу от студии дживамукти-йоги. И вот каждый день я брала свой коврик, включала i-pod, выходила на улицу и отправлялась в студию. Сначала было сложно выползти из кровати, потом не хотелось вставать на коврик, потом было тяжело выполнять асаны... Но постепенно занятия стали входить в привычку и доставлять радость. Йога стала центром, откуда жизнь обрастала какими-то новыми подробностями.
Сейчас все любят говорить о конце света в 2012 году, и я уверена: мир, каким мы его знаем, действительно исчезнет. Но отнюдь не из-за глобальных катастроф, а благодаря трансформации в сознании людей. Это уже происходит. Люди понимают, что те устои и ценности, с которыми они жили раньше, не приносят им радости, и начинают задумываться: а может, они не там искали? Есть притча о Боге, который никак не мог найти места, чтобы спрятаться от людей, беспрестанно просивших его о том, чего им не хватает. Ни в горах, ни в море он не мог найти убежища и решил спрятаться в сердцах людей, где его будут искать только те, кто дейст вительно в него верит. В мире, где высокие технологии заменили живое общение, политические системы жестоко манипулируют сознанием масс, а культура потребления взращивает в каждом из нас чувства страха, одиночества и неудовлетворенности, только своим личным примером мы можем изменить мир, в котором живем. И я не знаю более правильного пути, чем путь йоги.
«Lokah samastah sukhino bhavantu» – «Пусть все живые создания повсюду будут счастливы и свободны и пусть мысли, слова и поступки моей жизни дополнят и приумножат эту радость и свободу для всех». С такой простой мантры начинается каждое занятие дживамукти-йоги. Сначала распевать мантры в компании незнакомых людей казалось мне странным занятием: я смущалась, вспоминала кришнаидов, разгуливающих по Арбату, и радовалась тому, что меня не видят мои друзья. Потом стала ловить себя на мысли, что научилась делать это с удовольствием, что мантры дополняют и укрепляют мою практику, что совместное пение объединяет весь класс и из незнакомцев мы немедленно превращаемся в единомышленников, а наша практика становится общей – гораздо больше и мощнее, чем мы сами, взятые по отдельности. Я сама не заметила, как смысл мантр вдруг заполнил всю мою жизнь – далеко за пределами класса и четырех стен студии. Один из моих любимых учителей из Германии – потрясающий музыкант. Мы с Катей и Максимом Кушнер недавно устраивали благотворительный киртан в их центре NYM Yoga в Москве с моим учителем. Я тогда очень волновалась – думала, что люди не поймут, не будут вовлечены, и была поражена, насколько мои опасения оказались беспочвенными. Это был потрясающий вечер: с отличной практикой и замечательной музыкой. Мы собрали достаточно большие средства, на которые смогли купить дорогие слуховые аппараты для глухих детей, позволяющие им слышать. Вы не представляете, какое это приятное чувство, я не знаю, что можно сравнить с этим. Вот вам йога в действии.
Мой учитель, Дэвид Лайф, много говорит о сострадании как первом шаге к тому, чтобы почувствовать и осознать свою связь со всеми, кто нас окружает и кого мы не видим, но с кем, тем не менее, неразрывно связаны. Попробуйте начать с простых вдоха и выдоха. Наше дыхание неотделимо от воздуха, которым дышит любое живое существо, и, делая осознанные вдох и выдох, мы принимаем нашу связь с жизнью во всех ее проявлениях. В наших легких – те же атомы воздуха, которые однажды были во всех, кто когда-то жил. Так что по сути мы дышим друг другом. Быть Живым означает дышать. Быть Живым означает любить. Быть Живым означает сострадать. Быть Живым означает видеть себя в других. Не забывайте об этом. Берите на себя ответственность.
«Она совсем ушла в йогу» – как часто мы слышим эту фразу в адрес кого-нибудь из знакомых, согласитесь? Перед глазами невольно встают картинки странных девушек, ведущих заунывные беседы об энергетике и кундалини, отказавшихся от своих Christian Loubutin и вечеринок в «Симачеве» и просветляющихся где-то на пляжах Гоа в сомнительных компаниях. И думаешь: «Нет уж, я без этой йоги как-нибудь, мне еще хочется пожить по-человечески». Признаюсь, у меня долгое время тоже был такой внутренний конфликт между йогой и «реальной жизнью», я скорее заигрывала с практикой. Сегодня я не провожу разделительной черты между йогой и жизнью, и на поверхности мало что изменилось. Я, к примеру, по-прежнему могу часами вертеться перед зеркалом, выбирая наряд, но отношусь ко всему этому скорее с юмором и без привязанности. Материальный мир стал моей игровой площадкой, но мое отношение к потреблению стало осознанным, этичным – я стараюсь жить проще ради того, чтобы другие просто могли жить.
Конечно, можно сказать, что мода и культура потребления – это бред и что я, мол, от этого отказываюсь, потому что занимаюсь йогой. Но это не так. Мне очень нравится моя работа. Мода – моя первая любовь, то, с чего все началось, и это сильный инструмент, который объединяет людей, вдохновленных идеей создавать и дарить красоту. В стремлении найти баланс между коммерцией, искусством и личной позицией есть своеобразный вызов самой себе. Я стараюсь спокойно воспринимать офисную политику, не относиться слишком серьезно к тому, чем занимаюсь на работе, но в то же время никогда не переставать задавать себе вопросы: «Зачем я здесь? Какой посыл я даю людям?»
Десять лет назад в Москве йогу преподавали в спортивных клубах – она была исключительно физической дисциплиной. Люди занимались на тренажерах, а потом шли «немножечко растянуться». Сейчас у нас каждый месяц открываются новые студии, появляются новые стили йоги. Я то и дело слышу: «А у тебя какой тренер?», «Я в классах не занимаюсь, только индивидуально». Все говорят лишь про себя: «моя практика», «мой опыт», а если приходят в классы, то смотрят, кто во что одет, кому какие асаны даются. Дэвид Лайф любит повторять: «Если кто-то гнется лучше тебя – радуйся, значит, тебе не надо так сильно гнуться, он за тебя уже это сделал».
Самый большой кайф – это, по-моему, большие залы, когда ты чувствуешь дыхание людей, общую энергию, объединение. Полжизни мы тратим на то, чтобы создать себя, сформировать свою позицию в обществе, свой статус, а потом оставшуюся часть жизни прилагаем неимоверные усилия к тому, чтобы поддер живать, оправдывать и защищать созданный образ. Сколько времени уходит впустую, разве нет? Мы теряемся во всем этом, забываем о своей истинной природе, перестаем расти и развиваться, цепляясь за свое эго. Меня тоже всегда учили быть особенной, исключительной, но сегодня я улавливаю в этих словах только грустные ноты. «Исключительность» чем-то близка к «исключенности», «отключенности». Практика йога асан в большом классе позволяет мне почувствовать, что я такая же, как и все. Не лучше и не хуже. Это красивое, обогащающее чувство.
Некоторым подход к практике в дживамукти-йоге может показаться несерьезным. Мы практикуем под музыку, мантры могут чередоваться с песнями The Beatles, Боба Марли – кого угодно, на вкус учителя. Иногда посреди занятия звучит какая-нибудь песня, которую все начинают распевать хором – просто невозможно удержаться, или вдруг, стоя в какой-нибудь Позе воина, начинаешь прищелкивать пальцами в такт музыке вслед за остальными. Иногда я могу даже расплакаться, когда после долгой, сложной практики сворачиваюсь в какой-нибудь расслабляющей, раскрывающей, освобождающей тело асане и растворяюсь в общем ритме дыхания и в музыке, и в словах песни, которую сочинили словно для меня и только для этого момента. Это очень эмоциональная практика.
Многие говорят «надо найти своего гуру». Не могу сказать, что нашла его, но мне очень повезло с учителями, потому что все они для меня в первую очередь друзья. Я должна на них смотреть немного «снизу вверх», быть открытой, но не ставить их на пьедестал, не привязываться к ним и уметь их отпускать. Мне кажется, что твой главный учитель внутри тебя. Он ведет тебя по жизни. У меня есть учителя и не в йоге, я люблю расти через людей. Моим учителем может быть ребенок, когда я наблюдаю за тем, как он смотрит на мир.
Мне бы хотелось преподавать йогу, совмещая это с написанием книг, занятием модой, благотворительностью, с путешествиями, семейной жизнью и материнством. Не слишком ли я размечталась? Буду ли я хуже как учитель, если за пределами класса я занимаюсь вещами не совсем «йоговскими» в общепринятом понимании этого слова? Мне кажется, наоборот. Просто именно через все это я вижу реализацию своего «я», возможность коснуться и разбудить сердца, занимать активную позицию по отношению к жизни. Как говорил Махатма Ганди «Be the change that you want to see in the world» («Будь воплощением тех перемен, которые ты хочешь увидеть в мире»). Мы сейчас вступаем в период, когда мы, простые люди, решаем, каким будет мир в будущем. В моей студии в Лондоне, на стенах висят фотографии людей, чьи слова и поступки вдохновляли миллионы. Не все из них преподавали или практиковали йогу. Но, мне кажется, иногда вместо того, чтобы слушать лекции про поднятие кундалини и трансформацию, гораздо полезнее послушать песни Джона Леннона.
Один из моих учителей, Марк Уитвелл, говорит: «Do your yoga» («Практикуй свою йогу»). Потому что нет правильной и неправильной йоги. Общаешься с «айенгаровцами» и слышишь: «Ой, эти аштангисты так неправильно выстраивают асаны!» Общаешься с аштангистами: «Ой, эти «мебельщики» ничего не понимают в виньясе!» Приезжаешь в Индию и слышишь: «Май йога из беттер зэн зис йога. Донт ду зис йога, итс нот реал йога» («Моя йога лучше, чем та йога, не практикуй ту йогу – это не насто ящая йога»). И начинаются вопросы: что же правильно, к кому идти… Do. Your. Yoga. Есть основа. Есть движение и дыхание. Направь свои усилия на обьединение дыхания и движения, позволь им исполнять неразрывный танец в твоем теле. Читай мантры, священные писания. Практикуй ахимсу. Пусть у тебя немного не так стоит бедро, пусть ты еще недостаточно хорошо скручиваешься, но, если ты выходишь после практики в хорошем настроении и передаешь его кому-то еще, значит, ты на правильном пути. И неважно от чего: от йоги Айен гара, аштанга-йоги или бхакти-флоу.
Сейчас мне очень нравится дживамукти-йога – она соответствует контексту моей жизни. Мне нравится, что все мои учителя дживамукти-йоги – настоящие, живые люди, со своими слабостями, странностями, ошибками, и они не скрывают это за вуалью просветленности и таинственностью обладания какими-то особенными знаниями. Они тоже чего-то ищут в повседневной, обыденной жизни, и когда находят, стараются разделить это с остальными – наверное, поэтому их учения так легко принять и применить к себе. Мы все живые, неидеальные. Идеальное значит «остановившееся в развитии». Через ошибки и боль мы растем, поэтому важно научиться не искать состояние, в котором нам все время было бы хорошо. Мы вместе учимся воспринимать и быть одинаково благодарными за радость и боль, которые приходят в нашу жизнь, чтобы, пропуская их через себя, наши души становились мудрее, шире. Это путь к освобождению.
Источник
