Совсем неожиданно для себя оказался на концерте Фила Коллинза.
Кажется, второй раз в жизни сидел на дальней трибуне. Очень забавно – можно отвернуться, и сделать вид, что концерт у соседей.
Вот, помню, на даче соседи рэперов на оупен эйр привозили.. ну да не об этом.
Коллинз сейчас – очень милый. и старательный. За что глохнет?..
Пел целых два часа. Мог бы и покороче... но пел хорошо.
Правда, голоса у него совсем чуть, и поэтому все частоты, попадающие в Филов голосовой диапазон, у сопровождающей группы придавлены. Очень забавно, когда лидер-гитара играет глухо, как из утробы. И саксофон шепотом. А когда негр из бэк-вокала солирует, то за Фила просто становится неудобно. Интересно, как он его терпит?
Давно заметил – кто в ансамбле главный, тот инструмент самый громкий. Барабаны здесь были в почете – каждый удар по рабочему отдавался в кишках. Но я был за рулем и поэтому не мутило.
Странная метаморфоза, но характерная. С семидесятого по семьдесят четвертый год Коллинз играл с Гэбриэлом в том, настоящем Генезисе. Играл изысканнейший арт-рок, дрейфующий в психоделику. Со сложным ритмическим рисунком, завернутыми гармониями и едваохватным развитием темы в длиннющих готичных композициях. Концерт Дженесиз оф Лайф – вообще один из моих любимых дисков.
Но повзрослев, и вдоволь напевшись сидя за барабанами, Коллинз вдруг стал апологетом простых мелодий и лучезарных ритмов. Такое уметь – и такое играть?
А еще у Коллинза за спиной развод с почти полной потерей имущества в пользу жены. И скандальная история с содержанкой, вдруг всплывшая в прессе – перед этим он слыл чуть ли не моральным образцом нации.
А когда я работал музыкальным обозревателем в ТАСС, наш лондонский корреспондент делал с Коллинзом огромное интервью (у меня до сих пор лежит альбом с афтографом ФК).
Интервью заканчивалось сокрушенным признанием звезды – однажды кассирша в магазине наклонилась к Филу и шепотом спросила: а правда, что у вас самый длинный в королевстве?..
