Разорванная рубашка, зудящие костяшки пальцев. Металлические кресты поколения виолончелей и полное отсутствие моей любимой девочки. Аилис, куда ты? за что ты? Я обижен. Ты покинула мои мечтательные конечности и отправилась в путь по слезам...
Я неприкаянный. Я черноволосый. Я злой и противный. Я обладатель большого пустого дома с раздавленными мышами на полу, усыпанном крысиным ядом. У меня есть девушка по имени Осень и мальчик по имени Хаос...

кажется, облака стали темно-синего цвета... пальцы измазаны туманом, а в глазах - похмелье... ненавижу себя.

Небрежный поцелуй в угол непослушных губ.
Небрежный взгляд исподлобья.
Небрежно спустившаяся с плеча черная рубашка...
Небрежно сводит с ума...
Небрежно ломает душу...
Девушка с глазами-анемонами.
Юноша с руками-терниями.
Лео и Клоя.
И я.
Один среди их интриг.
Небрежно обласканный.
Небрежно желанный.
Небрежно сведеный с ума.
Небрежно...

Ветер мне сказал, что время бесконечного дождя еще не пришло... Затянуло в водоворот свинцовых туч и рассеяло по небу мою песню... мой вой... Ногтями в мякоть предплечий... разметав волосы по звездам...
Мадонна смотрела на меня с венценосной фрески и, ухмыляясь, указывала перстом на мои грехи...

Грешен...

устал до боли... в глазах... в суставах... сидел на карнизе, свесив ноги и курил, наблюдая, как ветер играет моими волосами...
Кажется, что самый слабый... Кричать хочется: не бойся меня... не бойся...

Один на один.
С парнем, который младше меня на 7 лет. Офис салона. Он пришел устраиваться на работу. Время - на пороге ночи. Сижу за столом, положив ноги в сапогах прямо на какие-то бумаги Трапсихоры (директорша). Парень задумчиво рассматривает шипы, торчащие из ремня сапог на голени. И кусает губы.
В жизни не было более странного молчания.
Он похож на ангела. Знаете... такой ощутимо чистый... В брови у него искрящаяся серебрянная сережка. Некрешеный... Нужно для начала затащить его на пару концертов, рассказать про все ужасы от неправильно сделаных тату и прочее...

На встречу ветру...
Парня зовут просто - Лео.
Он задумчивый до колик в радужке...
Ор и визг, крики и полеты бутылок с пивом от одного мчащегося мотоцикла к другому... А он сидит тихо за моей спиной, прижимаясь щекой к моей спине и опять о чем-то думает... Всегда мечтал о брате...

Олеандр... Парень с красными волосами за стойкой бара. Кто-то дышит кокаином, кто-то сигаретным дымом, кто-то опухшими лицами и разговорами за жизнь.
Амьен, ты жестокая тварь.
И ушла, хлопнув дверью.
Обнимая ветер и прижимаясь пальцами к телу мотоцикла - куда-то в духовную пустоту простывших улиц с чувством полного спокойствия. И блаженства. Я люблю делать больно. Я пью боль. Особенно вкусна боль женщин. И за это одни ненавидят меня... другие именно за это и любят..
Есть где-то странная девочка... Она снится мне каждую неделю. Один и тот же сон. Я сбиваю ее на широком темном шоссе. И бегу с ее маленьким телом, обернутым в белое платье с ярко красными пятнами крови вверх по дороге... и никак не могу достичь цели... бег превращается в азартную игру и только спустя довольно долгое время я понимаю, что девочка давно мертва...
Коричная боль где-то между ребер. Это была какая-то пьяная драка. Это был осколок бутылки, впившийся в живот. Жить хорошо... А хорошо жить еще лучше...
Мы здесь, чтоб полночь сорвать...

С утра - странная грусть...
Черным лаком крашу ногти. На нем появляются пузырьки. Свежие простыни всклочены после борьбы с ночью за сон. Глаза - черной тушью и тенями - заштриховать следы бессонницы. Луна не жалеет меня... По старым улицам Будапешта. Скрип шестеренок в голове. Замкнутое пространство между домами. Темные очки забыты где-то... Мучает солнечный свет. Назойливая волос падает на глаза... Собрать волосы в тугой конский хвост. Доброе... утро...
эй! татуировщик!
Улыбки ради улыбок. Пиво на работе. Друзья. Обсудим очередной мотоцикл и договоримся о байк шоу...
- Амьен, ты должен быть! - говорит Нонна, пролистывая каталог татуировок. - А еще ты должен набить мне анх!
Помешались они все чтоли?.. И почему я? и почему "должен"?..
- Наверное, слишком интимное место! - кричит кто-то и приходится смеяться...
Я ощущаю себя кустарем... Ремесленником в тугих перчатках из воловьей кожи...

...и о запретных размышлял
Вещах, пытаясь приподнять вуаль
Из видимых добра и красоты,
Скрывающих трагическую суть
И людям помогающих забыть
Об их прискорбной участи, будя
Надежду, только Истина её
Опять низвергнет...

Уставший путник, остановившийся отдохнуть в сем прохладном мире грез... задумавшийся...