Под тенью деревьев проносится тенью
Живое до самых когтей наважденье,
И те, кто видит его скольженье,
Спешат помолиться вслух.
Но что богам до бегущих мимо,
До тех, в ком бьется неистребимый,
Свободой вскормленный в злую зиму
Живучий бунтарский дух!
А в кровь разбитых губ
Усмешки жарче нет.
На просьбы слишком скуп
Молчания обет.
Меня обложили, как зверя в норе,
Мне бросили жирный кусок.
Но ни для кого уже не секрет:
Дороги ведут на Восток.
И ровен шаг, пожирающий мили.
Меня оставили в тесной могиле.
Друзья скорбят, а враги забыли.
Но вот наступает срок:
Живым в могиле совсем не место,
Смерть – не полуденная сиеста,
Она – не жена, она лишь невеста.
Дороги ведут на Восток.
И тень летит по полночным скалам.
Я к месту боя явлюсь усталым,
Но сил прибавится, и немало –
Ведь звери врагов едят.
Без приговоров и предисловий.
Негоден в пищу лишь брат по крови.
Меня, быть может, еще изловят,
Но до смерти не победят.
А жизнь в открытых глазах сверкает,
И чуткие лапы тропу не теряют,
И каждый клык свое дело знает,
И верен шальной прыжок.
И неутомимо мое дыханье,
Хоть это, может, и наказанье…
Перед тобой – твое созданье.
Дороги ведут на Восток.