И снова была пятница, и снова был ПИН. Потому что у нас, роллеров, как? У нас, роллеров, говорю «партия» «пятница» - подразумеваю «ПИН», такой уж мы специфический народ.

Ну и вот. А Бес в пятницу эту пришлось вовсе тяжко. Потому как помимо катания на роликах, Бес еще и работает (в этом месте, как водится, все рыдают), так вот в пятницу пришлось ему по разным всяким рабочим делам по городу мотаться. Так что устали мы к вечеру капитально, но ослиное природное упрямство сознаться в этом не позволяло, плюс постоянный лейтмотив последнего месяца «сколько их осталось, тех ПИНов» тоже звучал настойчиво. Так что на ПИН мы все равно собирались, назло врагам, и, как выяснилось, стихиям – а потому что резко вдруг похолодало, и ветер задул отнюдь не легкий и не весенний. А совсем наоборот.


Но могут ли такие мелочи остановить истинного роллера? Правильно, не могут. Потому что у истинного роллера в хилом и во многих местах побитом теле (ничего личного, это автор исключительно себя в виду имеет, да. А если еще кто себя узнал – я не виноват, это случай в мировой истории не новый, сюжет это классический)– спортивный дух. Каковой над телом главенствует.
И народ в этот вечер проявлял активность небывалую – звонил Бесу на мобилку, спрашивал, едет ли она на ПИН – это кто роллеры, звал гулять-встречаться-пить кофе-есть салаты – это кто по другой части.

В общем, в урочный час в обществе И. на его новых оранжевых колесах (Примечание №1. я обещал не прикалываться – и я не прикалываюсь! Чесслово! Примечание №2. А ведь так и не написал рассказ про воскресную покатушку. Лентяй и обормот! Срочно исправляться!) и Л. мы бодро ждали на углу ту самую многократно уже описанную маршрутку. А потому как O. не позвонил и на ПИН Беса не позвал. Он больше Беса на ПИН не зовет. Разочаровался в нем, надо полагать.

Зато звонил Г. и звал Беса ехать на ПИН своим ходом. А когда Бес отказался, мотивируя отказ усталостью и погодой – так, видимо, расстроился, что и вовсе на ПИН не поехал. Даже как-то неудобно получилось…

Встретились, однако, все на Дворцовой – место встречи, как давно и всем известно, изменить нельзя. И O. туда подъехал, и С. с А. уже там были, и Л., и I. присоединился (на ПИН, правда, не поехал, лентяй этакий), и П., и С.Ш., и D. И O.V. даже был в этот раз. И было холодно. Ветер дул совсем по-осеннему, холодный, резкий, пробирал до костей, несмотря на «более теплую» куртку. И даже разминочные круги по площади не помогали.

Маршрут ПИНа был, кстати говоря, новый – к «Лесной» и дальше. И знаете, там здорово! Особенно впечатляют виадуки – гладкий асфальт, летишь вниз с горы – красота. Вот только ветер дул постоянно в лицо, независимо от направления движения, воскрешая в памяти один из многочисленных кошмаров моего детства – рассказы отца о походах в сельскую школу – 5 километров по лесу в гору, причем и туда, и обратно, всегда зимой, всегда в метель…

Дополнительную пикантность придавало то, что карта на сайт вывешена была в последний момент, а до этого существовало лишь описание маршрута. В результате карта ПИНа была лишь у избранных (к чести Юго-Запада следует отметить, что у нас было аж 2 карты – у И. и у O.) и даже маршалы не вполне себе четко представляли, куда, собсно, едем и где находимся.

Особенно забавно получилось на пересечении Индустриального проспекта и шоссе Революции, на 9-м, кажется, пит-стопе. Это Бес сейчас такой умный. А тогда – понятия не имел, и где это он находится. И никто не имел. Достали карту, торжественно вручили ее единственному в нашей компании мастеру по спортивному ориентированию, долго ждали его решения. В конце концов, Бес не выдержал и в очередной раз пошел, то есть поехал, по пути наименьшего сопротивления – подъехал к С. и спросил, где собсно, стоим. А х… хто его знает, - меланхолично ответил С. Подъехал O.V., Бес спросил и его – какой, дескать, пит-стоп. Не последний, - успокоил О.V., превратно, видимо, понявший причину вопроса. - Пит-стопов еще будет много. Нет, я понимаю, - не отступался Бес (ослиное упрямство, мы помним, да?). – Но как это называется? Где мы стоим?
А-а-а, вы в этом смысле об этом, - задумался О. – Не знаю… Но все-таки выяснил и просветил Беса – пересечение Индустриального и шоссе Революции. С этой ценной информацией Бес поехал к своим. К этому моменту они и сами уже выяснили точку дсилокации, так что все усилия Беса, в сущности, были напрасны. Но ведь главное – участие, верно?

Ехалось Бесу, откровенно говоря, тяжеловато – сказывалась беготня по городу, плюс ветер, плюс катание точек до состояния нестояния в четверг. Углеводного насыщения, видимо, никакого… Утешало лишь то, что в трудностях своих явно Бес был не одинок – стройные ряды роллер-бойцов таяли от пит-стопа к пит-стопу с пугающей быстротой.

Даже D. в конце концов безвременно нас покинул, утащив с собой и Л., и O. Но мы все равно доехали до конца. В узком, но стойком кругу. С.Ш. еще заботливо пытался прикрывать меня от ветра, хотя мне уже, если честно, было все равно – сдувает там, не сдувает. Едешь себе вперед… Как выяснилось, техника у Беса совершенно никуда не годится, но что с этим делать – непонятно совершенно…
Дело осложнялось еще и тем, что при подъезде к Большеохтинскому мосту произошло очередное ЧП – кто-то упал, повредил руку и довольно серьезно. То есть даже так серьезно, что вызвали «Скорую» и O.V. повез пострадальца в больницу. Маршалы без О.V. почувствовали себя, видимо, слегка осиротевшими, и на каждом пит-стопе с надеждой ждали его возвращения. А он все не возвращался…

А I., покинувший нас перед ПИНом, решил встретить нас в «Картаго». Так что оставшееся до открытия метро время коротали мы все вместе.
Правда, помнит Бес это дело не очень – спутанное, знаете ли, сознание, бывает такое у Беса от усталости. Хотя физически как бы Бес устал не намного сильнее, чем обычно – просто недосып, плюс денек выдался не из легких. I. Утверждал впоследствии, что Бес был весьма агрессивен, отнимал у него пиво и сигатреты, вещал о вреде курения и только что не лупил его роликами. Врет, наверное… Хотя… Бес, вообще-то, иногда да… Он может... Только вот ничего такого он не помнит. NB – Бес пил Спрайт. Только Спрайт. Он на роликах вообще не употребляет. Принципиально.

Завершением падения стало то, что в метро Бес все-таки вырубился – в самом конце, уже, можно сказать, на подъезде к дому. И вырубился очень качественно – даже не слышал, как выходили и прощались С. и O.V. И никто даже и не подумал пнуть и разбудить! Правда, говорят, О. очень беспокоился по поводу, где нам выходить и даже просил И. с Л. непременно разбудить Беса по приезду. Но получилось все равно неудобно…

А в метро кучка роллеров – то, что осталось от ПИНа – ехала тоже весьма своеобразно, по-роллерски, можно сказать, практически в колонне – маршал в первом вагоне, два маршала – в последнем, и роллеры по всему поезду :)
ПИН, несмотря ни на что, был чудесный…