Не люблю запоздалую искренность.
И не верю признаньям в любви.
Эта жизнь не игра, а – наигранность.
И я только лишь твой визави.

В этом вальсе вскружившему голову
не предъявишь ни смет и ни слез.
Только – веру до детскости голую
да надежды измученной плес.

Да и Бог с ним: какие тут счеты?
Слава Богу, любил и – смолчал.
И пускай-то теперь виршеплеты
наплетут: мол, совсем одичал.

Не взлюблю запоздалую искренность.
Не поверю признаньям в любви.
Эта жизнь не игра, а – наигранность.
И ты только лишь мой визави.