Когда-нибудь я смирюсь, что на мое лицо годится только для того, чтобы на нем сидеть (с), а о фигуре вообще - не при детях. Когда-нибудь я смогу радоваться чужой красоте без завистливой дули в желудке. А также спокойно относиться к тому, что я не умнее всех, что выбираю песни в до-мажоре, что сильные симпатии никогда не будут взаимными. И буду спокойно, сладко и ежедневно посыпать десять-двенадцать часов жизни, не жалеючи о потерях.