Чтобы держать, по суворовскому завету, голову в холоде, а ноги в тепле, нужно ходить на руках – ведь теплый воздух поднимается вверх.

– Что, – спрашиваем по телефону, – делаешь?
– Читаю журнал «Шейп», статью «Как сжечь лишний жир».
– А еще что?
– Лежу на диване и ем пирожное.

– Ты, – говорит, – похож одновременно на всех Симпсонов. Начитанный, как Лиза, глупый, как Барт, и ленивый, как Гомер.

Хорошо, сделаем погромче.

– Ну что, нравится? – спросили мы у Шляпы
– Почему должно нравиться-то?
– Ну ты же раньше не слышал.
– Мало ли чего я раньше не слышал!

Вот! Вот! Жестоковыйная Шляпа!

Выяснилось, что Шляпа никогда в жизни не слушала Megadeth.

Поэтому мы восполняем пробелы в ее образовании. Кроме Megadeth, заставляем Шляпу слушать Judas Priest и Motley Crue.

Шляпа пока воспринимает происходящее стоически.

На горизонте Iron Maiden, Anthrax, Slayer, Twisted Sister, Оззи Осборн и Дэвид Ли Рот.

Обещаем информировать о ходе эксперимента.

Промежуток между словами «Все, я пошел домой» и собственно уходом у Шляпы равен секундам трем.

Как нормальные люди поступают? Они сначала говорят: «А не пойти-ка нам домой?» Потом минут пятнадцать лазят по интернету, почту читают или еще что. Потом полчаса ходят и уговаривают кого-нибудь уйти с ними. Потом еще минут десять одеваются, и только тогда уходят. Иногда еще возвращаются, что-нибудь забыв.

А Шляпа говорит:
– Все, я пошел домой!

– Подожди, – говорим, – мы компьютер выключим, чайник из-под жасминового чая помоем, на столе приберемся и с тобой пойдем.

А Шляпа где-то на середине этой нашей фразы уже в дверях, на ходу куртку на себя набрасывает.

Ну не блядюга?

Шляпа, ты блядюга!

Думаем обязать Шляпу в принудительном порядке вставлять в каждый пост упоминание о нас. Чтобы нам было удобно перескакивать с ее дневника на свой.

Сегодня ночью мы так отлежали руку, что перестали ее чувствовать. Немного повозили рукой по кровати влево-вправо, наслаждаясь необычностью, но потом перепугались и начали восстанавливать кровообращение обратно.

А сейчас у нас слегка кружится голова и единственное, на что хватает сил – насорить в лайвджорнале этой записью.

Представьте себе, дорогие постоянные читатели, ситуацию. Вы сидите в кафе «Кофемания», пьете американский кофе и поедаете сэндвич с тунцом. Вдруг заходит в жопу пьяный человек и говорит: «Ты же на диете! Не ешь это!» Потом в жопу пьяный человек говорит официанту: «Зачем вы ему это несете? Он же худеет! Не давайте ему есть!» Потом в жопу пьяного человека выводит из «Кофемании» охрана.

Так вот, дорогие читатели, подумаете ли вы, что этот в жопу пьяный человек – ваша совесть? И если да, то действительно ли она так неприглядно выглядит?

Все имена и фамилии изменены.

Осенью прошлого года мы, ожидая рейса на Москву в ростовском аэропорту, наблюдали двух стариков. Он и она. Вытянутые, аккуратные, немногословные.

– Ты не забыла сандвичи? – спросил он.

Не «сэндвичи», как в сраном «Прайме». Не «сендвичи». Сандвичи.

Так.

Наверняка бывший военный с женой. Но тем не менее.

С утра одни, блядь, наезды.

Ты че, Шляпа, охуела?

– Я, – говорит после пяти дней командировки, – уже забыла, как ты умеешь вносить в мою жизнь глупость, смуту и безделье.

Зашли за гонораром в бухгалтерию. Думаем, а вдруг наша Марина сетевой дневник ведет? Сели на измену.

Шляпа сегодня с утра невыносима. В ответ на любой вопрос испуганно подпрыгивает и принимается сквернословить. А еще ведь утверждала, что не любит утренних злючек и сама таковой не является.

Вероломная Шляпа, вероломная!

Мы, тем временем, на ногах были чуть свет уж, в восемь часов утра. Но вместо того, чтобы собираться на работу или по крайней мере поспать еще часок, зачем-то стали смотреть глупейший канадский фильм «Обмен телами» с Кайлом Маклахлином и Стивеном Болдуином.

Ну какой же это глупый фильм! Мы его посмотрели от начала и до конца. В частности, шесть раз различные героини без всякой сюжетной необходимости оказываются топлес. В восемь утра это вдохновляет.

Впрочем, мы вышли в эфир вовсе не для описаний нашего бессмысленного утра, а чтобы поделиться с дорогими постоянными читателями практическими советами о правильной работе с воображением.

Мы знаем по крайней мере три случая, когда хорошо развитое воображение помогает в тяжелых жизненных ситуациях.

Во-первых, при боязни темноты. Когда мы ложимся спать, и нам кажется, что в коридоре кто-то ходит, а в окне на фоне синего неба вот-вот появится чей-то страшный силуэт, мы представляем себе, как Дэвид Бекхэм забивает со штрафного мадридскому «Реалу» в четвертьфинале Лиги чемпионов. Страх проходит моментально. (Другие футбольные эпизоды тоже подходят.)

Во-вторых, в сексе. Когда мы чувствуем, что приближается эякуляция, а по времени ей рановато, мы представляем себе обнаженного публициста Максима Соколова. Помогает. (Для усиления эффекта можно представить, как Максим Соколов занимается сексом, но это не рекомендуется особо чувствительным постоянным читателям, потому что грозит полной пропажей эрекции.)

В-третьих, на вокзале или в аэропорту. Когда мы попадаем в подобное место, нас начинают одолевать сразу несколько фобий: боязнь толпы, боязнь не успеть на поезд или самолет, боязнь того, что кто-нибудь украдет у нас багаж или взорвется шахидом. Мы сразу же представляем, что тут живем, и что все окружающие – наши гости, которых мы имеем полное право выставить вон в любой момент. Возникает гармония, и мы в полном спокойствии идем к стойке регистрации.

Спасибо. Извините.

Подводим итоги за некоторый период времени.

Во-первых, мы под вешалкой научили Шляпу нашей семейной игре «Почувствуй мою боль». Научим и вас, дорогие постоянные читатели. Правила просты. Двое играющих начинают одновременно щипать друг друга за мягкие ткани туловища, крича при этом: «Почувствуй мою боль!» Проигрывает тот, кто первый засмеется и попытается убежать.

Во-вторых, мы обнаружили, что у Шляпы, как и у нас в семье, самое модное ругательство – «гадина».

В-третьих, когда нам любимая женщина приказали собрать вещи и убираться восвояси, мы взяли сумку Puma бордовую и упаковали туда следующие предметы:
+ две черные майки, из которых одна Fred Perry, а другая с эмблемой группы The Darkness;
+ две пары трусов, из которых одни черные Calvin Klein (фейк), а другие синие Benetton;
+ четыре пары черных носков;
+ диктофон кассетный Panasonic;
+ CD-плейер Panasonic и четыре компакт-диска к нему – The Killers, The Libertines, Pulp и саундтрек к фильму «На игле»;
+ книгу Дэшиела Хэммета «Мальтийский сокол» в мягкой обложке;
+ умывалку для лица и дезодорант, оба Biotherm Homme;
+ несколько листов писчей бумаги, записную книжку и ежедневник.

– А вот, – спрашивает, – если появится девушка, которая будет тебя любить, как я, станет так же все для тебя делать, только у нее будет хороший характер, она все тебе будет разрешать и подружится со всеми твоими друзьями и родственниками, ты к ней уйдешь?
– Нет, кисуля. Это ведь будешь уже не ты.
– А если это будет Кэмерон Диаз или Дженифер Лопес?
– Ну, тогда я задумаюсь.
– Ах так!?
– Задумаюсь, но все равно останусь с тобой.
– А вот я не стану задумываться, даже если Бред Питт в меня влюбится!
– Да ладно, тебя Вдовиченков позовет, небось уже задумаешься!
– Вдовиченков? Вот как ты меня ценишь, значит?!

Обиделась. А что мы такого сказали?

– Я знаю, когда ты врешь, – сказала нам недавно любимая женщина.
– Как?
– Когда ты врешь, ты становишься некрасивым.

Естественно, мы тут же подвигали лицом – попробовали сделаться обратно красивым. Выяснили, что ничего не выходит, и приняли внутреннее решение всегда говорить правду.

Все.

Собираясь утром, чтобы отправиться под вешалку работать, мы совершили ужасное открытие: вся наша косметика и парфюмерия принадлежит разным линиям. Скраб и гель после бритья – Lancome, увлажняющий гель для лица – Biotherm, дезодорант – Rykiel Homme, марка конфискованного у любимой женщины геля-умывалки неизвестна, а гель для нежной кожи вокруг глаз вообще закончился, и ходить нам теперь с мешками под глазами. Шампунь и кондиционер для волос тоже не совпадают по маркам – Redken и, кажется, Wella Head Games.

Если учесть еще тот факт, что в «Старлайте» перестали готовить буррито, мир рисуется в совсем уж мерзких тонах.

Шляпа сказала, что вчера занималась сексом. Мы, естественно, тут же ретранслировали это на всю редакцию.

Шляпа потрясла нас за плечи и горделиво сказала:
– У меня, Из-под вешалки, секс бывает почти каждый день!

Итак, дорогие наши постоянные читатели, вот вам новость: у Шляпы секс бывает почти каждый день!

Видите, мы пишем редко, зато интересно!

Нечто подобное мы под вешалкой имеем возможность наблюдать пять, иногда шесть, а иногда и семь дней в неделю по восемь, иногда по десять, а иногда и по двенадцать часов в день.

– Ты, – говорит, – и сексом занимаешься, как в «Рамстор» ходишь: быстро хватаешь знакомые товары и едешь к кассе.