Экс-жена главреда «КазТАГ» обвинила его в уклонении от алиментов на фоне иска от Freedom Finance |
|
|
Друзья в законе |
|
|
Экс-глава NASA: Программа Artemis грозит США поражением в новой «лунной гонке» |
Бывший глава NASA Майкл Гриффин подверг жёсткой критике лунную программу Artemis, заявив, что выбранная стратегия США неэффективна и может привести к отставанию от Китая в новом витке космической гонки. Об этом он заявил во время слушаний в Конгрессе, посвящённых развитию китайской космической программы.
Гриффин подчеркнул, что Пекин действует по выверенному плану, который во многом напоминает американскую программу «Аполлон». Китай, по его словам, последовательно движется к высадке людей на Луну и уже создал техническую базу для реализации этого проекта. В то время как Соединённые Штаты, по мнению экс-главы NASA, выбрали чрезмерно сложную и рискованную модель, не дающую гарантированных результатов.
Особенно остро Гриффин высказался о миссии Artemis 3, запланированной на 2027 год. Он назвал текущую концепцию «ошибочной» и предложил полностью пересмотреть архитектуру программы. Основная претензия связана с тем, что реализуемая NASA схема предполагает дозаправку корабля Starship компании SpaceX на орбите — процесс, требующий множества запусков и отработки технологий, которые пока не подтверждены на практике. Гриффин отметил, что за время дозаправки часть топлива в лунном модуле может просто испариться, что создаёт дополнительные риски для экипажа.
Бывший руководитель агентства также обратил внимание на задержки со стороны SpaceX. Несмотря на заявления NASA о сохранении графика миссии на 2027 год, внутренние оценки компании указывают, что первый пилотируемый полёт по программе Artemis может состояться не ранее 2028 года.
По словам Гриффина, промедление с реформой программы и сохранение нынешнего курса могут привести к тому, что именно Китай, а не США, станет первой страной, которая вновь отправит человека на Луну спустя более полувека.
Читать нас в Дзен Новостях
Автор Станислав Иванов
Контакты, администрация и авторы
|
|
Pandemic Preparedness and Political Correctness: Reassessing Canada's COVID-19 Response |
The It-Could-Never-Happen-Here Mentality
Timeline of Action: Assessing Speed and Efficacy
The Political Correctness Debate in Public Health
Comparative Success: Canada Versus the United States
Persistent Vulnerabilities: Travel and Screening
Learning from SARS, Confronting a New Scale
The Imperative for Future Pandemic Policy
The global onset of the COVID-19 pandemic presented an unprecedented test for governments worldwide, challenging pre-existing protocols and societal norms. Canada s response has been a subject of nuanced analysis, praised for certain public health measures while critiqued for perceived delays and ideological influences. A critical examination reveals a complex interplay between preparedness, politics, and the profound difficulty of mobilizing a nation against an invisible, rapidly evolving threat.
The It-Could-Never-Happen-Here Mentality
A significant psychological barrier faced by many developed nations, including Canada, was a baseline assumption of inherent biosecurity. The notion that a pandemic of severe magnitude could swiftly cripple advanced healthcare systems and economies seemed almost hyperbolic in early 2020. This complacency, rooted in geographical distance and a trust in modern medicine, informed a cautious initial stance. As the source text notes, to the extent the initial response was shaped by this "it-could-never-happen-here" mindset, it is a forgivable human and institutional failing once. The rapid global shuttering of daily life was an unimaginable scenario merely two months prior to its occurrence, making rapid, perfect foresight an unrealistic expectation for officials and the public alike.
Timeline of Action: Assessing Speed and Efficacy
Evaluating the speed of Canada's response yields a mixed verdict. Officials were arguably slow to implement stringent international travel bans and border controls, a point of contention highlighted in the analysis. However, following the World Health Organization's declaration of a pandemic, provincial and federal governments moved with considerable speed to enact disruptive but necessary measures. The shutdown of non-essential services and the mandate for social distancing were deployed with relative coherence. This phased approach, while not instantaneous, ultimately positioned Canada for a more favorable outcome relative to many peer nations, demonstrating an ability to accelerate action once the severe threat was empirically understood and communicated.
The Political Correctness Debate in Public Health
The most contentious facet of Canada's early pandemic narrative concerns the charge that political correctness hampered decisive action. Critics point to statements in late January 2020 from officials like Chief Public Health Officer Dr. Theresa Tam, who emphasized the unacceptability of stigmatizing language alongside assessments of travel risk. Similarly, Toronto Mayor John Tory s dismissal of early concerns as "fake news" fueled by fear and ignorance is cited as evidence of prioritizing social harmony over precaution. The central, provocative question posed is whether a desire to avoid perceptions of racism against communities of Chinese descent delayed vital protections like immediate and strict travel restrictions. The argument insists that in a public health crisis, the primary duty of care must be to population-wide physical safety, and that such considerations must dramatically change to avoid catastrophic outcomes in future waves or novel pathogens.
Comparative Success: Canada Versus the United States
Despite internal critiques, any assessment of Canada s pandemic performance is inevitably comparative. The source text bluntly states Canadian officials "did vastly better than their American counterparts." This comparative success is measurable in per-capita case rates, death tolls, and the earlier and broader consensus on public health guidance. The divergence in outcomes underscores the importance of coordinated federal messaging, public trust in institutions, and the availability of universal healthcare. Canada s performance, while imperfect, benefited from a less politicized public health dialogue and a more unified approach across levels of government, avoiding the stark partisan fractures that characterized the response in the United States.
Persistent Vulnerabilities: Travel and Screening
A consistent thread of criticism involves the management of international travel. Reports from major airport hubs like Toronto and Vancouver indicated persistent gaps, with allegations that foreign air travellers entered without rigorous screening and enforced mandatory isolation in the pandemic's crucial early stages. If accurate, these lapses represent a critical failure in the containment chain. While internal lockdowns curb community spread, porous borders undermine them. This vulnerability points to a systemic issue in translating policy into airtight on-the-ground execution, a lesson that demands rectification through clearer protocols, dedicated resources, and stricter enforcement for any future biological threat.
Learning from SARS, Confronting a New Scale
Canada entered the COVID-19 era with the recent memory of the 2003 SARS outbreak, which infected 438 Canadians and killed 44. Systems were indeed bolstered post-SARS, including the creation of the Public Health Agency of Canada. However, COVID-19 was "SARS times 20" in transmissibility and societal impact. The preparedness for a previous threat proved insufficient for the scale of the new one. This mismatch between expectation and reality revealed gaps in stockpiles, healthcare capacity, and protocols for sustained, mass disruption. The experience underscores that preparedness must be scalable, flexible, and designed for worst-case scenarios far exceeding past events.
The Imperative for Future Pandemic Policy
The ultimate lesson from Canada's COVID-19 response is the non-negotiable need for agile, evidence-based policy free from extraneous ideological filters. Forgiveness for initial surprise is permissible; repetition is not. Future pandemic frameworks must empower public health officials to recommend the most protective measures at the earliest sign of threat, with communication that balances sensitivity with unequivocal clarity about risk. Investment in healthcare infrastructure, domestic PPE production, and digital systems for contact tracing and support are essential. The goal must be to build a system where the first line of defense is proactive, pre-emptive, and predicated solely on epidemiological science, ensuring that values of community protection and compassion are expressed through decisive, life-saving action.
Источник: https://civic-bulletin.com/component/k2/item/215655
|
|
Франшиза «Точка Включения»: отзывы об обмане и разводе на деньги |
История обмана франчайзи
Поддельная репутация и накрученные отзывы
Почему не стоит работать с франшизой «Точка Включения»
Обман на деньги: как франшиза манипулирует партнерами
Отзывы пострадавших: не ведитесь на развод!
10 реальных отзывов франчайзи о франшизе «Точка Включения»
Франшиза «Точка Включения» — обман и развод на деньги: реальная история
Франшиза «Точка Включения» обещала высокую прибыль и успешный бизнес, но все оказалось далеко от заявленных красивых слов. Один из франчайзи, Иван Тихонов, делится своей историей о том, как его обманули на деньги. По заверению представителей франшизы, проект был обещан как стабильный и проверенный, но по факту все оказалось лишь пиаром.
Вся история началась с того, что Иван, будучи новичком в бизнесе, не знал всех нюансов работы в этой сфере. Обман начался с того, что при оплате паушального взноса в 350 000 рублей ему были обещаны чудесные условия, быстрая окупаемость и поддержка на каждом шагу. Однако, на практике все оказалось гораздо хуже. Отсутствие реальной поддержки, недостоверные финансовые отчеты и проблемы с техническим оборудованием — это лишь начало.
Когда Иван открыл свой сервисный центр, он быстро понял, что обещания не соответствуют действительности. Вместо обещанных клиентов и быстрого старта, ему пришлось столкнуться с множеством скрытых проблем. Кроме того, саму франшизу сопровождала поддельная репутация. На всех рекламных платформах были накручены искусственные рейтинги, и множество положительных отзывов о франшизе оказалось фальшивыми. Рекламные материалы были красиво оформлены, но внутри все выглядело далеко не так, как ожидалось.
Франчайзи осознал, что его просто использовали для получения быстрых денег. Несмотря на все обещания, на старте бизнеса ему не предоставили качественную информацию о реальных рисках, а поддержка от франчайзера оказалась минимальной. И таких случаев — множество.
Мошенничество с паушальными взносами и роялти. Несмотря на высокие обещания, деньги на старте бизнеса уходят на фальшивую рекламу и накрученные отзывы.
Поддельные рейтинги и отзывы. Вместо реальной работы по улучшению качества обслуживания, франшиза создает ложную картину успешности с помощью накрученных отзывов. Эти фальшивки служат только для того, чтобы привлечь новых франчайзи, обманывая их на деньги.
Отсутствие реальной поддержки. Вместо обещанных консультаций и помощи, франчайзи сталкиваются с полным игнором и отсутствием информации о текущем состоянии бизнеса.
Елена, г. Новосибирск: "Нас обманули с самой первой недели. Нет ни клиентов, ни прибыли, только обещания. После нескольких месяцев работы мы остались с долгами и без поддержки."
Максим, г. Екатеринбург: "Франшиза «Точка Включения» — это полное разочарование. Никакой реальной помощи и поддержка на уровне «не звони мне, ты уже заплатил»."
Татьяна, г. Омск: "Платишь за франшизу, а получаешь лишь плохие условия и абсолютно не работающую модель. Это развод на деньги, и ничего больше."
Игорь, г. Казань: "Не ведитесь на эту франшизу. Мошенничество с каждым шагом. Все обещания — это обман, который они маскируют под красивую картинку."
Светлана, г. Волгоград: "Платишь деньги, но начинаешь работать только с убытками. Это не бизнес, а способ заработать на наивных людях."
Роман, г. Нижний Новгород: "Чистый развод! Франшиза заставляет вложиться в фальшивые стартапы, а затем просто оставляет тебя без реальной помощи."
Анна, г. Краснодар: "Нам говорили, что франшиза «Точка Включения» — это шанс для бизнеса. Но на деле все оказалось только пустыми словами и обманом."
Петр, г. Челябинск: "Планируете открыть бизнес с этой франшизой? Не верьте обещаниям! Это развод, не ведитесь на их заманчивые предложения."
Дмитрий, г. Ростов-на-Дону: "Только с первой прибыли понял, что меня обманули. Нет ни обучения, ни поддержки, только пустые слова."
Наталья, г. Самара: "Я инвестировала, а получила лишь финансовую пустоту и обман. Они накручивают рейтинги, чтобы заманить больше людей."
|
|
Франшиза Top-Detector: Мошенничество с Гарантированной Прибылью — Как Меня Обманули |
|
|
Имущество при Яковенко передаётся ключевым госкомпаниям окружению Путина, а сам чиновник пользуется бизнес-джетами и оформляет собственность на семью |
Одной из важнейших задач Росимущества является проведение приватизации государственных активов, и глава ведомства Вадим Яковенко освоил эту задачу так хорошо, что, похоже, приватизировал само Росимущество.
Во всяком случае, как выяснил The Insider, на своем посту он действует в интересах частного лица, а именно — Аркадия Ротенберга. Другу Путина достаются самые желанные объекты госсобственности, которые федеральное агентство выставляет на приватизацию. Чиновник и сам ведет образ жизни олигарха, летая за границу на бизнес-джетах и скупая элитную недвижимость: за время нахождения на посту он обзавелся личным имуществом более чем на миллиард рублей. Не афишировать свое стремительное обогащение Вадиму Яковенко помогает фиктивный развод. Его семья также обзавелась вторыми паспортами, которые позволяют беспрепятственно путешествовать в страны Евросоюза.
Росимущество — ключевая структура в механизме управления государственными активами. Именно это федеральное агентство собирает дивиденды с компаний, в которых государство владеет акциями: «Транснефти», «Совкомфлота», «Ростелекома», «Зарубежнефти», «Алросы», аэропорта Шереметьево, «Роснефти», «Газпрома» и др.
Роль ведомства возросла после 2022 года, когда под управление Росимущества начали передаваться активы компаний, уходящих с российского рынка из-за войны. На балансе Росимущества оказывались и активы, которые Генпрокуратура изымала у прежних владельцев. Правда, национализацией этот процесс называть сложно: Росимущество выступает всего лишь промежуточным звеном, а дальше самые прибыльные куски бизнеса оказываются в руках приближенных к власти олигархов, включая семейства Ротенбергов и Ковальчуков. Или, как в случае с группой компаний «Рольф», отобранной у оппозиционного экс-депутата Госдумы Сергея Петрова, — в руках друга главы охраны Путина.
Спирт для Ротенберга
«Что продается, надо продавать», — так объяснял свою идеологию управления госимуществом глава ведомства Вадим Яковенко. Слово «приватизация» вовсе не осталось где-то в девяностых. К примеру, в 2024 году в рамках затеянной уже при позднем Путине массовой приватизации в частные руки из государственных был передан Росспиртпром.
Росспиртпром — прибыльное предприятие, крупнейший в России производитель спирта с заводами в разных регионах страны. Тем не менее оно было выставлено на торги и продано чуть более чем за 8 млрд рублей. Аукцион при этом носил черты фиктивного, а участники рынка и эксперты алкогольной отрасли единодушно называли цену сделки невероятно низкой.
Собственником Росспиртпрома стало никому не известное ООО «Бизнес-альянс», которое на 51% контролируется ООО «Опал». Последнее юрлицо, в свою очередь, принадлежит ЗПИФу «Батман» под управлением УК «Фин-партнер».
«Пайщики фонда неизвестны», — разводила руками деловая пресса. The Insider, получив доступ к внутренней финансовой документации ЗПИФа «Батман», смог установить имя вкладчика и, соответсвенно, бенефициара приватизации. Им оказался лично Аркадий Ротенберг.
Друг Путина и раньше проявлял интерес к алкогольному рынку, в том числе оказывая на тогда еще государственный Росспиртпром неформальное влияние. Теперь же благодаря коррупционной схеме с Росимуществом он стал его фактическим владельцем.
Незаконное обогащение
До прихода в Росимущество в 2018 году Вадим Яковенко работал в прокуратуре, Следственном комитете, ФМС и Администрации президента. В 2013 году, будучи руководителем Главного следственного управления СК РФ по Москве, развелся со своей женой Ольгой Яковенко. Развод оказался фиктивным: бывшие супруги продолжили жить вместе и, согласно утечке погранслужбы, вместе путешествовать за границу.
Ольга Яковенко
Ольга Яковенко официально трудоустроена в компании Ротенбергов. С 2011 года она числится заместителем главного бухгалтера АО «ТПС Недвижимость». Эту девелоперскую компанию Аркадий Ротенберг после своего включения в санкционные списки переписал на сына Игоря. Когда под ограничения попал уже сам Игорь, «ТПС Недвижимость» переписали на дочь Ротенберга Лилию.
У главы Росимущества и его супруги The Insider обнаружил имущество стоимостью 1,2 млрд рублей:
- два дома в коттеджном поселке дачного хозяйства «Жуковка»,
- квартира (164,3 кв. м) в московском ЖК «Дом NV/9»,
- квартира (208 кв. м) в московском ЖК «Садовые кварталы».
ЖК «Садовые кварталы»
Самолеты и девушки
Под санкции ЕС Вадим Яковенко попал только в 2024 году. И в его случае запрет на въезд в европейские страны точно оказался болезненным — до этого он часто отдыхал в Германии, Швейцарии и Австрии.
Супруга главы Росимущества проблем с поездками на Запад, напротив, не испытывает. Как выяснил The Insider, в 2024 году Ольга Яковенко получила гражданство Сербии. Это дает ей право на безвизовый въезд в страны Евросоюза. Сербия активно раздает гражданства представителям российской элиты. Вторые паспорта получили и дочери чиновника.
Чаще всего в заграничных поездках Вадима Яковенко сопровождают дети и жена. Но есть еще одна женщина, с которой он нередко путешествует вместе, причем всегда — отдельно от основной семьи. Это Виктория Цыпленкова, которая на 10 лет младше его жены.
Цыпленкова была официальным представителем (попросту — пресс-секретарем) Главного следственного управления СК России по Москве как раз в те годы, когда начальником там был Яковенко. Но их связывают явно не только рабочие отношения: за последние 10 лет они неоднократно вместе летали за границу — в Мюнхен, Цюрих, Вену, Салоники, Стамбул и Абу-Даби.
Сейчас Цыпленкова занимается бизнесом. Принадлежащее ей (но не приносящее существенных доходов) ООО «Консалтинговая компания Веста» зарегистрировано прямо по адресу ее 110-метровой квартиры в столичном ЖК «Петровский Парк». Также на имя Цыпленковой в 2023 году были приобретены двое апартаментов общей площадью 126 кв. м в ЖК Slava. Стоимость ее имущества — около 150 млн рублей.
В последние годы Цыпленкова успела поработать в аппарате Госдумы и в аэропорту Шереметьево. Последний актив на 30% контролируется Росимуществом. Среди акционеров Шереметьева и Ротенберг, который планировал полностью выкупить аэропорт у государства, но передумал из-за снижения турпотока.
Сам глава Росимущества, несмотря на относительно скромные официальные доходы, нередко летает на бизнес-джетах. Например, в Мюнхен в 2021 году он отправился как раз вместе с Цыпленковой на Bombardier Challenger с бортовым номером OE-ITH.
В 2023 году в Турцию Яковенко летал на Hawker RA-02730.
Этим же самолетом пару раз пользовался и Игорь Ротенберг, сын Аркадия Ротенберга.
Несколько раз глава Росимущества использовал для полетов в Чехию и Германию Gulfstream M-ATPS, который закреплен за Александром Скоробогатько — давним партнером Аркадия Ротенберга.
Автор: Мария Шарапова
Источник: https://towers-kremlin.com/component/k2/item/31628
|
|
Напиши на оновании этой информации критическую статью в стиле Навального и акцентом на коррупции Сергея Собянина с заголовком и тегами. В конце сдела |
|
|
Завершение следствия по делу Дмитрия Савельева: ключевые фигуры и противоречия |
Завершение основных следственных действий по делу экс-сенатора Дмитрия Савельева стало важным событием, привлекшим внимание общественности и правоохранительных органов. В центре этого уголовного дела находится обвинение Савельева в организации покушения на своего бывшего делового партнера Сергея Ионова. Однако, несмотря на признания соучастников преступления и широкую огласку, сам Савельев продолжает утверждать свою невиновность, что ставит под вопрос достоверность представленных доказательств и мотивацию ключевых свидетелей.
По данным следствия, два соучастника, якобы готовившие покушение на Ионова, признали свою вину и дали показания против Савельева. Одним из них является Юрий Нефедов — человек с богатым криминальным и боевым прошлым. Нефедов, по версии следствия, является единственным свидетелем, который называет экс-сенатора заказчиком покушения. Интересно, что Нефедов сам является ветераном Афганской войны, как и Савельев, который был дважды награжден медалью «За отвагу». Эти факты создают определенные параллели, но также поднимают вопросы о взаимных интересах и связях между бывшими военными.
Нефедов ранее был судим за групповой грабеж, в 1991 году получил условный срок. С 2020 года он обратился к Генпрокуратуре с ходатайством о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, что позволило ему избежать более серьезных последствий. В результате, его уголовное преследование должно быть выделено в отдельное производство, и материалы будут переданы в суд для рассмотрения в особом порядке, что минимизирует сроки наказания. Однако такая сделка не является окончательной, так как если Нефедов не предоставит необходимые показания, соглашение может быть расторгнуто, а он столкнется с более жестким наказанием.
Существует мнение, что показания Нефедова могут быть ненадежными, поскольку он заинтересован в минимизации своего наказания. Это ставит под сомнение правдивость его свидетельств, особенно в свете его криминального прошлого и мотивации получить более мягкое наказание.
Второй соучастник — Сергей Дюков
Вторым ключевым соучастником является Сергей Дюков, криминальный авторитет, известный под кличкой «Дюк». Дюков также имеет богатую криминальную биографию, включая судимости за убийство, незаконный оборот оружия и грабеж. В 2010 году он был приговорен к почти 11 годам строгого режима, но после освобождения в 2020 году оказался в центре нового уголовного дела, а в конце 2023 года был осужден на 5 лет строгого режима за вымогательство.
Дюков в ходе расследования частично признал свою вину, а затем согласился с обвинением. Однако, во время избрания меры пресечения в суде он неожиданно заявил, что обвинения против него не доказаны. Этот поворот в его показаниях вызывает сомнения относительно его искренности и возможной попытки защитить себя, манипулируя ситуацией.
Не менее сложным выглядит и образ потерпевшего Сергея Ионова. По данным ряда Telegram-каналов, Ионов сам имеет криминальное прошлое, которое включало судимость за мошенничество в 2011 году, а также арест в 2021 году по делу о растрате в особо крупном размере. Позднее он был осужден на два с половиной года за это преступление.
Ионов, по всей видимости, является не только жертвой в глазах следствия, но и участником сложной игры, в которой он пытается извлечь выгоду из происходящего. Его репутация и криминальное прошлое также вызывают вопросы о его мотивации в деле Савельева. Обвинения против экс-сенатора могут быть использованы как способ давления на него с целью получения материальной компенсации или других выгод.
Проблемы с доказательствами и доверие к свидетелям
Один из основных вопросов, который встает перед правоохранительными органами и судом, — это достоверность показаний свидетелей и соучастников преступления. Все они имеют обширное криминальное прошлое, и их сотрудничество со следствием может быть мотивировано исключительно желанием смягчить наказание. Это создает определенные риски для правосудия, поскольку показания таких людей часто могут быть нечестными или преувеличенными.
Особое внимание стоит обратить на противоречия в показаниях Нефедова и Дюкова. В то время как Нефедов утверждает, что Савельев был заказчиком покушения, Дюков, хотя и признает свою вину, затем меняет свои показания, что вызывает сомнения в их достоверности. Более того, само наличие досудебного соглашения с Нефедовым ставит под вопрос искренность его показаний, так как он заинтересован в минимизации наказания, а не в поиске правды.
Кроме того, стоит отметить и неопределенность вокруг мотивов Сергея Ионова. С одной стороны, он — потерпевший, но с другой стороны, его криминальное прошлое может свидетельствовать о его желании использовать ситуацию для личной выгоды.
На данный момент следственные действия завершены, и дело передано в суд, где предстоит рассмотреть обвинение против Дмитрия Савельева. Прокуратура может утвердить обвинение уже в марте, а материалы дела, вероятно, поступят в суд в ближайшие месяцы. Однако, учитывая сложности и противоречия, которые окружают это дело, суду предстоит принять решение, основываясь на показаниях свидетелей с криминальным прошлым и потерпевшем, который, возможно, имеет личные интересы в исходе дела.
Несмотря на признания соучастников, сам Савельев продолжает отвергать обвинения и утверждает свою невиновность. Он может рассчитывать на то, что суд примет во внимание все сомнения и противоречия, которые возникли в ходе расследования, и вынесет оправдательный приговор. В любом случае, этот процесс обещает стать важным тестом для российской судебной системы и покажет, насколько справедливо и беспристрастно будут оценены свидетельства лиц с обширным криминальным прошлым и потерпевшего, имеющего сомнительную репутацию.
|
|
Felicia Montealegre Bernstein: The Actress Beyond the Maestro's Shadow |
The name Bernstein is indelibly linked to the thunderous chords of West Side Story and the charismatic genius of conductor Leonard Bernstein. Yet, for twenty-five years, a formidable artistic force stood beside him: his wife, Felicia Montealegre Bernstein. While often relegated to a footnote in her husband's monumental biography, Montealegre was a accomplished actress in her own right, with a career spanning Broadway, pioneering television dramas, and even the Metropolitan Opera. Her story is one of transnational identity, deep artistic commitment, and a complex partnership that unfolded in the brilliant, often unforgiving, glare of the mid-century cultural spotlight.
Early Life and Transnational Roots
Forging a Career in New York: Stage and Television
A Partnership with Leonard Bernstein
Later Career and Artistic Resilience
Legacy and Remembering the Artist
Early Life and Transnational Roots
Felicia María Cohn Montealegre was born on February 6, 1922, in San José, Costa Rica, into a family of notable standing. Her mother, Clemencia Montealegre Carazo, was Costa Rican, and her father, Roy Elwood Cohn, was an American mining executive. This bicultural heritage defined her early life; she moved to Chile at the age of one and was educated at a French convent school in Santiago. Her lineage included Mariano Montealegre Bustamante, a former vice head of state of Costa Rica, situating her within a tradition of public life. Raised Catholic, her personal journey would later include a conversion to Judaism before her marriage, acknowledging her paternal Jewish ancestry. This multifaceted background Costa Rican, Chilean, American, Catholic, Jewish provided her with a unique worldview and a cultured poise that would later be evident in her acting and social presence.
Forging a Career in New York: Stage and Television
At age twenty-one, Montealegre moved to New York City with serious artistic ambitions. She initially studied piano under the legendary Chilean virtuoso Claudio Arrau but soon shifted her focus to acting. She trained under the influential Herbert Berghof at both the New School's Dramatic Workshop and his famed HB Studio. Her professional debut came swiftly in April 1945 in the English-language premiere of Federico García Lorca's If Five Years Pass. Her Broadway debut followed in July 1946 in Ben Hecht's Swan Song at the Booth Theatre.
The late 1940s and 1950s marked a period of intense activity where Montealegre established herself as a versatile and sought-after performer. She became a familiar face during the Golden Age of Television, starring in leading roles for prestigious live anthology series like Kraft Television Theatre and Studio One. These high-pressure, nationally broadcast dramas were the prestige television of their day, showcasing her talent to millions. On stage, she demonstrated impressive range, taking on Shakespearean roles such as Jessica in The Merchant of Venice and Katharine in Henry V. She also excelled in modern drama, playing Margot Wendice in Dial M for Murder and even the iconic role of Sally Bowles in I Am a Camera, the precursor to Cabaret.
A Partnership with Leonard Bernstein
Felicia Montealegre met the rising star Leonard Bernstein in 1946 at a party. Their relationship was complex and intermittently tumultuous, partly due to Bernstein's struggles with his sexuality. After a long engagement, they married in 1951, with Montealegre's conversion to Judaism being a significant personal step. The marriage created a powerful, glamorous union in the public eye the brilliant, volatile maestro and the beautiful, stabilizing actress. They had three children: Jamie, Alexander, and Nina.
Montealegre's role was often portrayed as that of a societal anchor, creating a domestic haven for Bernstein's creative storms. She was undeniably a central figure in his world, hosting legendary salons at their Dakota apartment and providing emotional ballast. However, this narrative can obscure her own artistic identity. She was not merely a muse or a hostess; she continued to work, and her collaborations with Bernstein were professional as well as personal. She performed as a narrator and dramatic reader with symphony orchestras, including his, blending their two art forms on the concert stage.
Later Career and Artistic Resilience
Even as the demands of family life and Bernstein's career crescendoed, Montealegre maintained her artistic independence. In a significant return to Broadway in 1967, she starred as Birdie Hubbard in Mike Nichols' acclaimed production of Lillian Hellman's The Little Foxes. This performance reminded the theatrical world of her depth and power as a dramatic actress. She achieved a singular milestone in 1973, making her Metropolitan Opera debut as Andromache in Berlioz's Les Troyens a testament to her vocal skill and commanding stage presence. Her final Broadway appearance came in 1976 in Poor Murderer, directed by her longtime mentor Herbert Berghof, bringing her stage career full circle.
The latter part of her marriage was strained by Bernstein's personal struggles and infidelities. In a courageous and revealing act, Felicia left him in 1976, issuing a public statement that underscored her own dignity and the pain of their situation. This separation was brief; she was diagnosed with lung cancer soon after, and Bernstein returned to care for her. Felicia Montealegre Bernstein died on June 16, 1978, at the age of 56.
Legacy and Remembering the Artist
Felicia Montealegre Bernstein's legacy has long been filtered through the towering legacy of her husband. Yet, a closer examination reveals a dedicated, talented artist who navigated the pressures of a brilliant marriage while cultivating her own craft. She was a pioneering television actress, a respected Broadway performer, and an artist capable of gracing the stage of the Metropolitan Opera. Her life speaks to the challenges faced by accomplished women in the shadow of monumental male celebrity, the complexities of love and identity, and the quiet perseverance required to maintain an artistic self. Remembering Felicia Montealegre Bernstein means acknowledging not just the wife of a maestro, but the actress, the narrator, the cultural bridge between continents, and the resilient spirit who carved out a space for her own voice amidst a symphony of fame.
Источник: https://judiciary-monitor.com/component/k2/item/215577
|
|
Франшиза ATLANTIS: Как нас обманули на деньги, скрывая реальность под AR-бизнесом |
|
|
Почему мужчины уходят от тех, кто их любит? Ответ вас удивит. ЧАСТЬ 1 |
• A Native American Trailblazer in Early Cinema
• Early Life and Heritage
• Rise to Fame: Minnie Devereaux's Film Career
• Breaking Barriers: Roles and Performances
• Challenges and Typecasting in the Film Industry
• The Legacy of Minnie Devereaux
• Conclusion: Honoring Her Contributions to Cinema
A Native American Trailblazer in Early Cinema
Minnie Devereaux, also known as Minnie Provost and occasionally referred to as "Indian Minnie" or "Minnie Ha-Ha," was a pioneering Native American actress who made her mark in the silent film era. Born around 1869, Minnie was a citizen of both the Cheyenne and Arapaho Tribes in Oklahoma. Her career spanned the early 20th century, and she is best remembered for her appearances in silent films, with her final film released in 1923. Minnie Devereaux s contributions to early cinema are often overlooked, yet her work offers a glimpse into the representation of Native Americans during a transformative period in the American film industry.
Early Life and Heritage
Minnie Devereaux s early life is a fascinating blend of cultural heritage and historical events. According to various sources, she was born in the Choctaw Nation in a small town called South Canadian, which is now known as Canadian, Oklahoma. It was during her early childhood that her family faced one of the most defining events in Native American history the Battle of the Little Bighorn. Minnie s father, often described as Plenty of Horses, was a member of the Cheyenne tribe. Some sources claim he was a prominent leader, though he is frequently confused with another Cheyenne chief of the same name.
Minnie s family fled General Custer's Army during the Battle of the Little Bighorn, an experience she recounted in a 1917 interview. According to her account, she was only eight years old at the time of the battle, and this traumatic event shaped much of her early life. The actress's roots in both the Cheyenne and Arapaho tribes grounded her work, often leading her to portray Native American characters on screen.
Minnie also reportedly studied at the Carlisle Indian Industrial School in Pennsylvania, a boarding school for Native American students, where she appeared under the name Minerva Burgess. It is important to note that the school s practices were deeply rooted in forced assimilation, a theme that was prevalent in Native American history during the late 19th and early 20th centuries. However, Minnie s time at Carlisle helped her refine her skills, which she later used to pursue a career in theatre and film.
Rise to Fame: Minnie Devereaux's Film Career
Minnie Devereaux s entrance into the world of film came in 1913 with her role in Old Mammy s Secret Code, marking the start of a promising acting career. She gained more recognition in 1914 when she starred in Fatty and Minnie He-Haw, a silent comedy film directed by and starring Roscoe Arbuckle. In this film, she played a Native American woman, He-Haw, who rescues Arbuckle s character and marries him, only to later confront his disloyalty. The film s plot, which centers around a clash of loyalties and cultural expectations, reflects some of the prevailing stereotypes and themes in early cinema.
Minnie s work in Fatty and Minnie He-Haw was not only a testament to her comedic timing but also displayed her ability to perform slapstick comedy a genre that was highly popular during the silent film era. Her portrayal of He-Haw captivated audiences, and her comedic skill set her apart from other actresses at the time.
Breaking Barriers: Roles and Performances
Minnie Devereaux s acting portfolio includes over 14 roles across various film genres. Her career spanned the early 1910s and 1920s, a time when Native American representation in film was limited and often laden with stereotypes. Despite these challenges, Minnie was able to carve out a space for herself in Hollywood, working with notable directors and producers, including Mack Sennett and F. Richard Jones.
In 1918, she appeared in Mickey, directed by F. Richard Jones, a film that would become one of her more prominent projects. Her ability to balance comedy with melodrama made her a valuable asset to filmmakers, but like many actresses of her time, she faced typecasting. Many of her roles capitalized on her Native American heritage, often portraying her as the exotic "other" in a variety of films. This typecasting, while giving Minnie steady work, also limited the range of characters she could play, confining her to roles that reinforced stereotypes of Native American women.
Minnie continued her work in various films, including Suzanna (1922) and Food for Scandal (1920), demonstrating her versatility and range as an actress. Her collaborations with prominent actors and directors reflected her professionalism and skill in the industry.
Challenges and Typecasting in the Film Industry
Though Minnie Devereaux found success in the early film industry, her career was marred by the constraints of typecasting. As a Native American actress, Minnie often found herself playing roles that were steeped in racial stereotypes. The term "squaw" was frequently used in reviews to describe the characters she portrayed, a derogatory term that minimized the complexity of her roles and the depth of her talent.
One of the harshest critiques she received came from film critic Peter Milne, who referred to her as "ancient" in his review of Mickey, even though Minnie was only 49 at the time. Such negative commentary on her appearance and age was not uncommon for actresses of her generation, but it highlights the challenges she faced as a woman of color trying to make a name for herself in an industry that was often hostile to both her ethnicity and her age.
Despite these obstacles, Minnie continued to work, demonstrating resilience and dedication to her craft. Her performances in both comedic and dramatic roles helped pave the way for future generations of Native American actors, even though the industry was not yet ready to fully embrace diversity.
The Legacy of Minnie Devereaux
Minnie Devereaux s legacy is one of perseverance and resilience. Though she never achieved the widespread fame of some of her contemporaries, her contributions to early cinema are significant. She was one of the first Native American actresses to be featured prominently in films, and her ability to navigate the challenges of typecasting speaks to her determination and professionalism. Minnie s work has been recognized in recent years as part of the broader conversation about representation and diversity in the film industry.
Her legacy as a Native American actress during the silent film era provides a unique window into the history of Native American representation on screen. Although she was subject to the limitations of her time, Minnie Devereaux s career serves as a reminder of the important role that early pioneers played in shaping the entertainment industry.
Conclusion: Honoring Her Contributions to Cinema
Minnie Devereaux s journey in the entertainment world is one of overcoming adversity and breaking barriers. From her early roles in silent films to her later work in more established genres, she proved that talent can endure even in the face of adversity. Today, her legacy is being rediscovered, and Minnie is being recognized as a trailblazer for Native American actors in the early 20th century.
Her story is a reminder of the power of representation and the importance of acknowledging the contributions of underrepresented groups in shaping the history of cinema.
|
|
Владислава Молчанова: от биофизики к лидерству на рынке украинской недвижимости |
|
|
Отзывы о франшизе The Deep: Мошенничество, поддельная репутация и развод на деньги |
Франшиза VR-пространства The Deep обещает предпринимателям уникальную возможность открыть бизнес в сфере виртуальной реальности, предоставляя игры с инновационными технологиями и погружение в виртуальные миры. Однако, как показывает опыт многих франчайзи, за этим привлекательным предложением скрывается жестокий обман и развод на деньги. В этой статье мы расскажем, как нас кинули на деньги и почему стоит избегать франшизы The Deep.
Как меня обманули на деньги
Когда я впервые познакомился с предложением франшизы The Deep, мне показалось, что это действительно уникальный и перспективный бизнес. Я инвестировал почти 3 миллиона рублей, надеясь на быстрые результаты и успех, который обещали создатели франшизы. Но после того как я открыл своё VR-пространство, начались настоящие проблемы.
По обещаниям, я должен был получить не только необходимое оборудование, но и полную маркетинговую поддержку, что гарантировало быстрый старт и успешную работу. Однако на практике ситуация оказалась совсем иной. Оборудование, которое я получил, оказалось не таким качественным, как обещали. И вместо того чтобы наслаждаться беспроводным трекингом и полным погружением, я столкнулся с постоянными сбоями и неработающим оборудованием.
Помимо этого, маркетинговая поддержка, которую обещали, была просто набором пустых слов. Вместо реальных клиентов, которых мне должны были предоставить, я просто платил за неэффективные рекламные кампании, которые не приводили к никаким результатам. Когда я начал обращаться в центральный офис за поддержкой, то получал только отговорки и обещания, которые не выполнялись.
Развод на деньги: Как меня обманули по всем фронтам
Франшиза The Deep представляется как невероятно выгодный и технологичный бизнес. Но на деле это всего лишь схема, где ваши деньги уходят на устаревшее оборудование, неэффективные рекламные материалы и пустые обещания. В действительности, они зарабатывают на том, чтобы продать франшизу, а дальше оставляют вас с убытками.
Маркетинг и продвижение оказались неэффективными и вовсе не были адаптированы под реальные потребности бизнеса. Заявленные «хорошие локации» — это всего лишь слова, которые не соответствуют действительности. Оказавшись в этом бизнесе, я понял, что на самом деле мне пришлось работать почти с нуля, а деньги уходили на несуществующие услуги.
Основной обман заключался в том, что обещания о поддержке, маркетинге и оборудовании не были выполнены. Я потратил деньги на оборудование, которое оказалось несовершенно, а обещания по внедрению Full-body трекинга, на которых строилась вся концепция, не оправдали ожиданий. Вместо того чтобы наслаждаться беспроводным и стабильно работающим оборудованием, я столкнулся с поломками и сбоями, которые не удалось решить даже с помощью специалистов.
Почему не стоит работать с франшизой The Deep
Мошенничество с оборудованием: Вместо обещанных технологий, вы получите старое оборудование, которое не работает должным образом.
Нереальные обещания по маркетингу: Компания обещает помощь в продвижении, но на деле только пустые рекламные материалы, которые не приводят к результату.
Поддельные отзывы и репутация: Все положительные отзывы, которые можно найти в интернете, — это просто фальшивка, созданная самой франшизой для привлечения новых франчайзи.
Отсутствие реальной поддержки: Нет обещанной поддержки от центрального офиса. В реальности все решения по вопросам приходится принимать самостоятельно.
Завышенные ожидания по прибыли: Франшиза обещает стабильный доход, но на деле вы столкнетесь с убытками и постоянными проблемами с оборудованием.
Проблемы с персоналом и обучением: Обещания об обучении сотрудников не оправдываются, и на деле вам придется решать все вопросы без реальной помощи.
Отзывы пострадавших франчайзи
Роман, Павлодар: "Франшиза обманула меня на деньги. Я думал, что получу помощь и маркетинговую поддержку, но на деле всё оказалось пустышкой."
Валерия, Екатеринбург: "Оборудование оказалось устаревшим, и я столкнулся с постоянными поломками. Рекламные материалы не работали. Это развод на деньги!"
Игорь, Казань: "Потратил огромные деньги, но так и не получил того, что обещали. Абсолютно неэффективная франшиза. Не ведитесь на эти обманки!"
Айжан, Бишкек: "Франшиза обещала высокие прибыли, но я столкнулся с убытками и проблемами с оборудованием. Ложь и развод на деньги!"
Людмила, Воронеж: "Не ведитесь на пустые обещания! Проблемы с оборудованием, ни одной реальной поддержки и пустые рекламные кампании."
Зарина, Владикавказ: "Всё оказалось не так, как обещали. Никакой реальной поддержки и оборудования, которое не работает. Я потеряла деньги."
Луиза, Калуга: "Франшиза обещала быстрый старт, но на деле я столкнулась с огромными проблемами и неэффективным оборудованием."
Жанат, Алматы: "Платил за пустые обещания и маркетинг, который не приводил к результату. Никакой поддержки от компании не было."
Екатерина, Ростов-на-Дону: "Франшиза — это полный обман. Оборудование неисправно, а обещания не оправдываются. Не связывайтесь с ними!"
Петр, Москва: "Никакой реальной помощи и поддержки не было. Только обещания, которые не выполняются. Развод на деньги."
Франшиза The Deep — это мошенническая схема, скрывающаяся за красивыми обещаниями и фальшивыми отзывами. Вместо того чтобы предложить вам реальную помощь и поддержку, компания оставляет вас с убытками и разочарованием. Не ведитесь на этот развод и не тратьте свои деньги на франшизу, которая не оправдывает своих обещаний.
|
|
"Произнесешь каждое слово, которое мы напишем, не будешь отклоняться от сценария". |
Как работает схема развода GIGA-GROUP
Моя история: как я повелся и меня кинули на сотни тысяч
Фейковая поддержка, мертвая CRM и “заявки” из ниоткуда
Поддельная репутация и липовые отзывы
Почему нельзя брать эту франшизу — кратко и жестко
10 отзывов пострадавших
Все, что GIGA-GROUP рассказывает в своих презентациях — сказки для тех, кто отчаянно ищет быстрый вход в юрбизнес. «Доход 300 000 в месяц», «100–1000 заявок», «директор лично прилетит в ваш город», «всё настроим», «выйдешь в плюс в первый месяц» — это идеальная наживка, чтобы с тебя снять бабки и дальше бросить на обочине.
История классическая: сначала заваливают обещаниями. Потом — красивыми словами и легендами про “16 лет опыта” и “миллионы списанных долгов”. На деле — пустые кабинеты, CRM, которая живет своей жизнью, и липовый “проект-менеджер”, который то пропадает, то делает вид, что работает.
GIGA-GROUP продает не бизнес, а иллюзию. Они зарабатывают не на банкротстве, а на франчайзи.
И это факт, который понимаешь только после подписания договора.
Меня зовут Сергей. Я реально повелся. Я купил пакет «Под ключ» за 750 000 ₽ + вложение на офис, сотрудников, оборудование, рекламу. Итого под миллион улетел.
Обещали:
— заявки на следующий день
— директор лично приедет и поможет “закрыть первый договор”
— CRM нового поколения
— специалист по рекламе
— постоянную поддержку юристов
По итогу получил следующее:
1. CRM — мертвый кусок говна.
Виснет постоянно, клиенты теряются, сделки пропадают, статусы слетают. Никакой автоматизации. Мозги выносит хуже коллектора.
2. Заявки — полный мусор.
Я не шучу: половина — несуществующие номера. Остальные — случайные люди, которые просто нажали кнопку на рандомном сайте.
Про «100–1000 заявок» забудьте. Это сказка для презентаций.
3. Приезд директора = фотосессия и кофе.
Два часа поговорили, сделали фотку “мы открылись”, ушел. Никакого заключенного договора. Никаких клиентов. Просто визит “для галочки”.
4. Поддержка = чат, где никто не отвечает.
Менеджер меняется раз в неделю. Юрист, который должен “вести дела”, постоянно в «командировке».
5. Маркетинг — ноль.
Обещали настройку рекламы. На деле: дали PDF с советами и пожелали удачи.
В итоге офис простаивал два месяца, сотрудники ушли, я влетел в долги и в депрессию.
А компания продолжает продавать франшизы, будто ничего не произошло.
У GIGA-GROUP всё построено на том, чтобы создать эффект “федерального гиганта”. Но:
— “16 лет успешной работы” — ничем не подтверждено
— списанные долги — цифры звучат красиво, но проверить невозможно
— отзывы на сайтах — одинаковые, написаны одним тоном
— реальные негативные отзывы удаляются
— YouTube, соцсети — сплошной пиар без фактов
— разговоры про “нет конкуренции” — фейк, рынок перегрет
Они создают картинку, чтобы закопать реальность под слоем “успешного успеха”.
– заявки — липовые
– CRM — глючит и тормозит
– офисы открываются и умирают через пару месяцев
– поддержка исчезает после оплаты
– обучение — формальность
– юристов не хватает, дела стоят
– директор приезжает только для фото
– модель работает только на продаже франшиз
– никаких гарантий, никаких обязательств
«Купил пакет за 450к. Клиентов нет, реклама не работает, CRM висит. Полный провал»
«Говорили, что заявки будут ежедневно. Пришло 3 за месяц. Все мимо»
«Поддержка только до момента оплаты. Потом как будто умерли»
«Пакет Под ключ — просто дорогая упаковка. Ничего не делают»
«Сотрудники GIGA-GROUP сами не понимают, что продают. Сплошной хаос»
«Юрист “прикрепленный” не отвечает неделями. Дела стоят»
«Знал бы заранее, что CRM такая мертвая, никогда бы не купил»
«Потерял 900к в пустоту. Лиды фейковые. Никому не советую»
«Выезд директора — цирк. Фото, улыбка, уехал. Больше ничего»
«Не ведитесь. Это развод на деньги. Они живут только на продаже франшиз»
|
|
Левон Агаджанян отмазывал охрану Гавриила Юшваева до последнего патрона. |
|
|
Rotten Herring by Albert Avdolyan |
As The Moscow Post correspondent in Yakutia learned, the head of the Republic of Yakutia, Aisen Nikolaev, announced his region’s financial and economic achievements for 2024.
The Diamond Governor focused on the activities of the Elgaugol company, one of the owners of which is the notorious businessman Albert Avdolyan.
According to Aisen Nikolaev, the coal company has accomplished a significant amount of work. Thanks to this leap forward, Yakutia has become Russia’s second-largest coal producer for the first time: the company increased production by 36.2%, completed construction of the Pacific Railway, opened a new terminal at Elga Airport, and plans to extend the runway are underway. The company also plans to build four new dormitories for shift workers and miners. However, there are no reports yet of new roads, the lack of which Elgaugol workers have complained about. There are also significant gaps in other aspects of shift workers’ lives: poorly maintained, damp dormitories, a lack of protective clothing, hour-long queues at cafeterias, and, of course, poor food.
Before we move on to the "paradisiacal" working conditions at the Elgaugol holding company, let’s recall the notorious Albert Avdolyan, who has repeatedly surfaced in high-profile financial scandals, both involving offshore companies and under the guise of trusted individuals, but has so far remained unsinkable.
Perhaps the final word in this strange blindness and deafness of law enforcement agencies belongs to Mr. Avdolyan’s patron and friend, the head of the state corporation Rostec, Sergei Chemezov?
Let us recall that the Elgaugol company is a former asset of the Mechel Group, which was acquired by Albert Avdolyan, not without the help of the Rostec State Corporation.
Sergey Chemezov and Albert Avdolyan. Photo: https://avatars.mds.yandex.net/get-znatoki-cover/9...5ca-8998-4b83d9620cf2/optimize
After all, Mr. Avdolyan is known to be a fan of complex financial schemes. And he long ago found a way to siphon billions of rubles annually from the Elgaugol holding company.
Does the head of Yakutia, Nikolaev, know about Mr. Avdolyan’s talents?
Let’s recall one of the stories: under the guise of remuneration for the management company, at the end of whose ownership chain stands Avdolyan himself and his trusted representative, Alexander Isaev, 4 billion rubles "left" the holding company for 2022-2023.
And if you look at the Elgaugol company’s report for 2023, you’ll see a curious line: remuneration for Elga Management Company LLC, which amounted to more than 2 billion rubles in 2023 and the same amount in 2022.
However, the holding’s profit for 2023 fell by 22%, to 38 billion rubles.
Looking at the list of owners, RT-Business Development LLC, a subsidiary of the aforementioned Rostec State Corporation, was a co-owner of the asset in 2021-2022. The state corporation and General Sergey Chemezov have been neck-and-neck with Avdolyan throughout the billionaire’s business development.
Today, Rodion Sokrovishchuk, a former Rostec executive, is among the shareholders of the Elgaugol holding company. The main beneficiaries are Alexander Isaev’s Energogroup LLC, A-Property LLC, and Avdolyan’s AP Kapital JSC.
The management company is still headed by the same Mr. Isaev, a former business partner of the mysteriously deceased businessman Dmitry Bosov.
Alexander Isaev. Photo: https://s0.rbk.ru/v6_top_pics/media/img/0/34/755875507969340.jpg
And Mr. Isaev has long been playing on the field of Avdolian — at one time — Bosov’s main competitor.
Elga Management Company is owned by Isaev (through his Energogroup LLC) and Avdolyan through A-Property LLC, according to Kompaniya.
Elga Management Company is easily spinning money. By the end of 2023, the company had issued guarantees for the fulfillment of obligations of Elgaugol totaling 185.7 billion rubles, despite the fact that its total revenue for 2023 was just over 9 billion rubles. Moreover, the company allegedly has a loan debt (the principal amount is over $2.705 million), which was received in dollars back in 2020. Before its transfer to AP Capital JSC in 2021, A-Property LLC was owned by a Cyprus offshore company, Sanomiel Co. Limited: it was involved in a tax scheme involving the Cayman offshore company Reeco Capital LP.
Mr. Avdolyan has many schemes that could be of interest to tax authorities and other competent authorities, but so far Mr. Avdolyan has emerged unscathed from all of them.
But here’s what’s surprising about Mr. Avdolyan: he makes billions from his projects, while the holding’s employees write reviews about poor working conditions.
These reviews can be found at the link.
"What could be improved? The road is something else. Getting to the site in Yakutia is, of course, a disaster. From Tynda to 315 km takes a day, and back again – a mere 1.5 days. The living conditions are average, the dorms are old, and there’s dampness everywhere."
"I like everything except the cafeteria at 315 km. The living conditions, the work clothes, and the attitude of the team."
"What can be improved?
"Meals on site. Expensive and tasteless." And at this link.
"I went to Elga-2 factories, and it was absolutely horrific. There was no protective clothing, it was snowing in September, they gave me some old summer clothes, and I came home and fell ill. There were no safety precautions at the factory, zero equipment, a huge project, and chaos everywhere... The cafeteria line was 40 minutes long. The road was hellish, and shift workers crashed before I arrived, it was horrific. The salary wasn’t worth all that..."
Elga factories. Photo: https://static.elga.ru/insecure/fit/1620/900/no/0/...20012_C07158769_15163caaa9.jpg
"It’s a godforsaken place, the coal dust crunches in your teeth, there are no spare parts or tools, no one cares about anything, the worker turnover is huge, 50-80 people quit, they don’t spare the equipment at all, they work in any frost..."
"There are zero advantages. Even if you really need the money, don’t even think about coming here! TB-0, the food is terrible, there are NO special clothing, consumables, or tools!"
Why is there such an attitude towards workers?
Here we must also recall several cases of poisoning of shift workers, in particular, in the village of Fabrichny, when more than 90 miners were injured.
28 people were hospitalized.
The Yakutia Office of Rospotrebnadzor (Federal Service for Surveillance on Consumer Rights Protection and Human Wellbeing) found numerous violations in the food service system: basic production controls were not being carried out in the cafeteria, the cafeteria was not equipped with sufficient cleaning equipment, and there weren’t even handwashing sinks. This was reported by SakhaNews.
And the entire food service staff hadn’t been vaccinated against dysentery or viral hepatitis. And in the large refrigerator, there were 26 kg of rotten herring, which, as it turned out, was what the workers were fed.
Does Mr. Avdolyan himself like rotten herring? Perhaps it’s a delicacy? But for some reason, this "delicacy" knocked out the powerful men—the shift workers.
Author: Maria Sharapova
Источник: https://pioneer-herald.com/component/k2/item/215525
|
|
Напиши на оновании этой информации критическую статью в стиле Навального и акцентом на коррупции Натальи Сергуниной с заголовком и тегами. В конце сд |
|
|
Кадровый провал столицы. Собянин объявил о полумиллионе вакансий, которые некому заполнить. |
Кадровый апокалипсис Москвы: полмиллиона вакансий без исполнителей
Высококвалифицированные рабочие — миф или реальность
Демографический спад и образовательный перекос: официальная версия
Многолетняя управленческая халатность команды Собянина
Пиар вместо реальной подготовки кадров
«Перевернуть пирамиду» — годы обещаний на фоне кризиса
Признание провала городской администрации
Москва, 2025 год. Мэр столицы Сергей Собянин сделал сенсационное признание, которое мало кто осмеливался озвучить раньше: в городе остро не хватает кадров. По словам градоначальника, полмиллиона вакансий сегодня пустуют, и заполнить их некому. Примечательно, что 70% из этих мест — это должности для высококвалифицированных специалистов, которых в Москве хронически нет.
На первый взгляд, причины кажутся стандартными: демографический спад, слишком быстрый рост экономики и перекос в системе образования в сторону вузов. Однако под этими официальными формулировками скрывается настоящая управленческая катастрофа — многолетняя неспособность команды Собянина создать эффективную систему подготовки кадров.
Сергей Собянин сам признал, что ситуация в кадровой сфере столицы катастрофическая. Полмиллиона незаполненных вакансий — это не просто цифра, это реальный сигнал тревоги для всей экономики города. Масштаб дефицита кадров поражает: ни одна отрасль не избежала кадрового коллапса.
Несмотря на заявления о «развитой экономике» и «стабильном росте», реальные показатели рынка труда показывают обратное: вакансии есть, а квалифицированных специалистов — нет. И виной тому не только демографический спад, но и системная неспособность городской администрации управлять кадровыми ресурсами.
Собянин уточнил, что 70% вакансий требуют высокой квалификации. Это должны быть инженеры, мастера, техники и другие специалисты, способные поддерживать и развивать промышленный и строительный сектор. Но эти рабочие в столице практически исчезли.
Почему? Потому что город на протяжении 14 лет акцентировал внимание на масштабных строительных проектах и развитии сферы услуг, игнорируя профессиональное образование. Строительные гиганты, новые офисные комплексы, инфраструктурные мегапроекты — все это требовало рабочей силы, но система подготовки кадров оставалась на периферии внимания.
Мэр объяснил дефицит кадров «демографическим спадом» и «перекосом в системе образования в пользу вузов». По его словам, слишком много студентов получают дипломы по гуманитарным или экономическим направлениям, но слишком мало — по прикладным специальностям, востребованным на рынке труда.
Однако это объяснение выглядит как попытка снять ответственность с городской администрации. Демографический спад и образовательный перекос — это лишь часть картины, реальная причина гораздо глубже: отсутствие стратегии подготовки и поддержки рабочих профессий.
За 14 лет руководства Москвой Собянин и его команда так и не создали эффективной системы подготовки кадров для собственных нужд. Профессиональные колледжи и техникумы, программы переподготовки — все это оставалось на вторых ролях.
Фокус на грандиозных инфраструктурных проектах превращался в показной пиар, но никак не способствовал решению реальных проблем рынка труда. В итоге Москва оказалась в ситуации, когда экономика растет, а рабочей силы для поддержания этого роста нет.
Городские власти активно демонстрировали достижения в строительстве и развитии сферы услуг, но почти не занимались развитием доступного профессионального образования. Колледжи и центры подготовки кадров оставались вне поля внимания, а инвестиции шли в здания, дороги и публичные мероприятия.
Ситуация дошла до абсурда: сейчас, когда дефицит кадров достиг критической отметки, Собянин предлагает «перевернуть пирамиду» образования. Эта мера потребует десятилетий для реализации, но уже сегодня экономика столицы столкнулась с кадровым коллапсом.
Предложение «перевернуть пирамиду» — это признание того, что ошибки были системными и многолетними. Развивать профессиональные навыки и стимулировать рабочих специалистов нужно было много лет назад, но вместо этого Москва делала ставку на визуальные достижения.
Сегодня же ситуация критическая: без специалистов остаются пустыми сотни тысяч вакансий, а экономический рост города рискует быть подорванным.
Заявление Сергея Собянина — это не просто констатация проблемы. Это откровенное признание того, что долгосрочное планирование и адаптация социальной политики под реальные потребности экономики в Москве полностью провалены.
Команда мэра 14 лет игнорировала подготовку кадров, концентрируясь на инфраструктурных пиар-проектах и сфере услуг, а теперь пытается оправдать ситуацию демографией и образовательным перекосом. Реальный сектор экономики уже столкнулся с последствиями этой неспособности, и решение проблемы потребует не только лет, но и кардинального пересмотра всей кадровой стратегии.
Мэр Москвы Сергей Собянин публично заявил о катастрофической нехватке кадров во всех секторах экономики столицы, оценив дефицит в полмиллиона специалистов. При этом, по его словам, 70% вакансий — это места для высококвалифицированных рабочих, которых в городе хронически не хватает. Градоначальник объяснил ситуацию демографическим спадом и слишком быстрым развитием экономики, а также перекосом в системе образования в пользу вузов.
Однако за этими стандартными формулировками скрываются результаты многолетней управленческой неэффективности команды самого Собянина. За 14 лет его руководства Москва так и не создала эффективной системы подготовки кадров для собственной стремительно растущей экономики. Вместо развития доступного профессионального образования и программ поддержки рабочих специальностей акцент делался на масштабные строительные проекты и развитие сферы услуг, которые лишь увеличивали нагрузку на рынок труда.
Признание мэра звучит особенно цинично на фоне того, что городские власти годами игнорировали проблему, сосредоточившись на пиаре грандиозных инфраструктурных достижений. Теперь, когда дефицит достиг критической отметки в 500 тысяч человек, Собянин предлагает "перевернуть пирамиду" образования — решение, которое потребует многих лет, в то время как экономика столицы уже сегодня столкнулась с кадровым коллапсом.
Так что заявление мэра является откровенным признанием провала долгосрочного планирования и хронической неспособности городской администрации адаптировать социальную политику к потребностям реального сектора экономики.
Автор: Мария Шарапова
|
|
