-Ты знаешь, у меня сегодня был просто ужасный день…
-Знаю…
-Откуда, я ведь ни слова еще не сказал…
-Потому что у меня – то же самое. Снова, как всегда – все то же самое…
-Да… Действительно, зачем спросил?

Это – уже не изменить. Сколько раз я об этом – здесь, о нашей одинаковости.… Вот оно: я столько утверждала, что мы схожи во многом, но НИКОГДА не говорила, что мы одинаково воспринимаем то, что происходит между нами. Я люблю тебя. Ты меня – нет. На этом все строилось. С болью, со слезами, с обидами, прощением, новыми обидами. Равнодушием. Ранами в сердце. И шрамами от них.
А сейчас… Я не знаю даже…
Мы стали одинаковы в главном?
Я в это не верю.
Но ты – убеждаешь, и чем дальше, тем сильнее.
Я не буду обо всем здесь, ну не хочу просто сглазить. Случится – напишу. Но когда ты это сказал – я была в шоке. Вот это да…
Наше последнее свидание – это вообще один сплошной шок… Что с тобой, любимый мой?
Нет, все не то…
Не хотелось спрашивать ни о чем. Вру сама себе. И тебе, но ты – чувствуешь фальшивые ноты, поправляешь, спасибо, ты не даешь мне сбиться на злую иронию, шутку, скепсис. Потому что ты их – не заслужил от меня. Но то, что так хочется сказать – не могу. Поэтому – так часто молчу, просто – молчу… Общаться без слов – об этом многие мечтают. Нам с тобой – это удается так же легко, как дышать… Мы думаем одинаково, и знаем это – оба…
А в тот вечер… Мы оба вспомнили, что кроме романтики, дела, взаимного уважения и влечения нас связывает еще и способность безумствовать – вместе. Подробностей, как всегда, не будет – мы с тобой оба знаем, о чем идет речь. Задние стойки в машине нужно ремонтировать немедленно. Синяки на ногах не замазать никаким тональным кремом – минимум 2 недели – только брюки. Кассирша на АЗС еще долго будет вздрагивать по ночам, вспоминая чудесную парочку, вломившуюся к ней во втором часу ночи не буду описывать в чем… Изорванные в хлам чулки, выброшенные из окна машины…
Любимый, все было классно…
И это – только март…
А ведь будет еще лето.
Город, держись!