О перемещении роялей .

Переезд развивает в человеке характер, мышцы, глазомер и страсть к поджогам. Пожар не только равен трети переезда. Он проще в организации и намного эффективней. Например, застрявший в подъезде комод хочется взорвать вместе с лестницей, домом, кварталом, районом.
Всего у меня тридцать кубометров вещей, большой фургон. Вазочки, кастрюльки, наборы белья, будильники, тазы, сапоги за утюгами, 100 кило энциклопедии, четыре гитары, мангал, шесть мячиков. Всё бурундучки натаскали. Грузовик скрипел, кренился, отчётливо выговаривал слово "охрренели". Шкаф модели "мавзолей" сопротивлялся переезду больше всех. Бил меня по морде дверью и на поворотах посыпал мумиями тараканов. В доисторические времена, до микроволновок и телефонов, на грузчиков прыгали живые тараканы. Видимо поэтому Москва столько раз случайно возгоралась, а насчёт переездов в истории ни одного упоминания.

Многие вещи нашлись как бы впервые. Я и не знал, например, что владею старинным сервизом. Чужая свекровь подарила кому-то эту дрянь. А он заполз в мой сервант и свил гнездо. Даша его тайно холит. Есть с него нельзя никому, особенно мне, не разбившему ни блюдца за последнюю тысячу лет. Глупо начинать с сервиза. Или я хочу прослыть вандалом и Геростратом? – строго спрашивает Даша. Не хочу. Тем более, густо-зелёный его орнамент скорей подавляет аппетит, чем наоборот. Даша уверяет, это сказочные сюжеты, а не средне-русское болото. Полдня мы его пеленали в одеяла, в подушки, везли по ровным дорогам без рельсов, потом разворачивали, мыли. Сейчас он глядит на меня из серванта, уверенный в превосходстве вещей над человеком.

Сама Даша пыталась не взять в новую жизнь мой отличный диван, лишь слегка потёртый. Стильный, сидячий, для двух задниц, апогей уюта. Соотношение площади дыр и обивки мешает прилюдно называть его кожаным. С другой стороны, мы зовём планету Землёй, а не Водой. Диван тоже заслуживает оптимизма. В юности он был дорогим, итальянским. Для меня он так и остался ребёнком. Именно на нём я впервые трогал женскую ногу. Почистил мандарин, разделил на двоих и невзначай облокотился. Хозяйка той ноги приняла мандарин, а прочего будто не заметила. Диван тогда принадлежал ей, и не я первый чистил ей мандарины. Так что, он не просто мебель, а трофей и спортивный кубок.

Ещё о переноске тяжестей. Будучи военным рядовым, грузил я как-то цемент лопатой. Зимой, всю ночь. И часовой отказывался меня пристрелить, несмотря на плевки и оскорбления. Утром дал клятву не поднимать ничего тяжелей бутерброда. Пусть даже для этого мне придётся разбогатеть. Прошло двадцать лет, отличий ноль. Я выбираю жильё подешевле и мой собственный холодильник считает меня конём.

Друзья поддержали морально. Рассказали сто историй о роялях. Судьбы этих красивых инструментов полны скитаний. Кажется, только у меня не было роялей. Все другие люди на Земле или покупали, или брали их напрокат, чтобы разнообразить свой скучный переезд. Один друг открутил роялю ноги и шесть часов тащил инструмент на шестой этаж. Всемером, из соображений мистической безопасности. Второй друг разобрал стену дома, желая украсить гостиную. Прочие стены при этом растрескались. Второму другу пришлось строить новую хату вокруг пианина. В третьей истории некто Штольц, сантехник, купил квартиру с роялем и старушкой. Инструмент и женщина жили ладно, хоть и небогато. Бабушка запивала чёрный хлеб кефиром и была очень стройной. Предложила Штольцу выкупить рояль. Штольц отверг это выгодное предложение. И целый год ждал, когда рояль сам себе найдёт новую старушку. Изредка звонил, спрашивал как дела, но совершенно не торопил. Даже подарил женщине коробку конфет, символ неспешности. Старуха мгновенно раскрыла эту попытку отравления. Раскричалась, конфеты в окно швырнула. Она была очень бедной. Штольц не мог выгнать её на улицу с роялем и паранойей. Она сама вдруг уехала к сестре в Мелитополь. Сразу после конфет. И рояль на себе унесла. В пустой квартире Штольц подобрал записку. Напоминалочку. С таким, примерно, текстом:
1. За плинтусом в гостиной 25.000 долларов.
2. В кухонной столешнице 75.000 долларов.
3. За наличником входной двери 40.000 долларов.
4. В мешке с картошкой 60.000 долларов
5. Итого 200.000.
Поневоле задумаешься о пользе кефирной диеты. После этого рассказа я обследовал своё новое жильё. Убеждал кота подключиться к поискам. С его нюхом и моей жадностью мы стали бы отличной командой. Но прежняя хозяйка, видимо, жила вразнос, на сливочных йогуртах. Ничего не нашли. Зато, у нас прекрасный вид из окна. Когда мы видим далёкий дым, сразу понимаем, это кто-то недопереехал.

Про школу

Моя школа, маленькая государственная бесплатная школа для одаренных детей № 1199, Лига школ, которую я закончила в 96 году, но продолжаю туда регулярно заезжать и помогать по возможности, начинает очередной весенний набор абитуриентов и просит помощи в распространении информации.
Поскольку школа в самом деле прекрасная и рекомендовать ее я готова с чистой совестью, то я напишу о ней немножко.
Тем, у кого нет детей, идущих в 7-9 классы, дальше читать, собственно, нет смысла.
Тем, у кого такие дети есть

Штормовое предупреждение

Неизвестно, чего я тут в любое время могу понаписать, поэтому на всякий случай по памяти процитирую программное заявление одной нашей замечательной общей знакомой - июньские тезисы, год текущий.

"Оля", - сказала мне мудрая моя подруга, - "мне уже [неразборчиво] лет. И я сама знаю, когда я поступаю неправильно, и почему именно мне не стоило тогда пить и наезжать на ближнего своего. И если мне понадобится квалифицированная помощь, то я пойду к дипломированному - и скорее всего - психиатру, а не психотерапевту. Единственное, Оля, что я хочу услышать, когда рассказываю, как мне [неразборчиво] - это, что я зайка, а все вокруг пидорасы."

Конец цитаты.

Некоторые моют посуду всегда.
-----------------
Для чего женщинам мужчины?

Дело в том, что у них - теплые ладошки, а у нас - холодные пальцы. Они сильные и могут поднять нас. Однажды они обязательно поймут (хотя бы на минуту), что лучше нас - нет. У них есть принципы. Иногда они моют посуду. Они нас выше и могут достать книжку с верхней полки. Они отдают нам свои самые клевые майки. Когда они говорят: "Я тебя люблю", кажется, что ты есть. Они умеют инсталлировать Windows. Они прощают нам наш феминизм, хотя мы им вообще ничего не прощаем. Они целуют нас в лоб, когда не могут остаться. Они думают, что есть вещи, которые мы никогда не поймем, и только поэтому мы все понимаем. Они кладут руки нам на коленки. Они с маниакальной настойчивостью желают платить за наш кофе, хотя и сами уже давно не понимают, почему. Они ходят в магазин, когда идет дождь. Они помнят о нас совсем не то, что мы - о себе. Они не видят причин для нашей диеты. Они молчат, когда мы говорим глупости. Хотя, когда мы говорим что-нибудь умное, они тоже молчат. Они пойдут на войну, если будет война. Они не замечают испорченный макияж. Они делают вид, что их не достал праздник 8 марта. Они хотят изменить нашу жизнь. В магазине последние деньги потратят на шоколад. Они никогда не научатся расстегивать лифчики. Они думают не только о любви. В глубине души они умеют пришивать пуговицы. Они не отличают Allways от Kotex. Они запросто могут признаться себе в том, что цель у них в жизни одна - спать с нами. Они вытаскивают нас из чужих гостей, увозят домой и накрывают одеялом. Они любят наши голоса. Им неважно, что мы говорим. Они не всегда провожают нас в аэропорт, но всегда встречают. Они покупают нам сигареты и платья. Они думают, что наши сумки бывают тяжелыми, только когда они рядом. Они не хотят быть похожими на нас, а мы на них - хотим. Они смотрят, когда мы говорим: "Посмотри". Они молчат, когда мы кричим. Когда они уходят, мы остаемся. Когда мы думаем о нашей прошлой жизни, мы думаем о них. Их можно посчитать. Они умеют драться. Кассеты и компакт-диски у них всегда совпадают с коробками. Они считают быстрее нас. Они дают свои фамилии нашим детям. Они делают вещи, которыми мы гордимся. Они ездят с нами отдыхать. Они смешные...

и не зря ностальгировать и мастурбировать так созвучны...

рабочее

Никак не удается хотя бы полчасика погоревать о допущенном косяке и побиться глупой головой о воображаемую стену - она (голова) уже нашла минимум три варианта решения вопроса. Может, это и называется профессионализмом? )))

Антицербер

Хочется проснуться не от звонка будильника и не от оглушительного скрипа лопат, судорожно очищающих улицу после очередного снегопада, и не от телефонных трелей, катапультирующих из безмятежного сна в суровую действительность. А от солнечного луча, пробравшегося сквозь щель в плотных шторах и усевшегося у моего изголовья.
В коконе одеяла жарко, но в этом ватном горячем плену есть своя прелесть.Пока ты находишься внутри - реальность над тобой не властна.Можно выпустить лазутчика : одна нога вылезает из одеяла, проверяя температуру за бортом, покрывается мурашками и опять просится назад, греться.
Солнечные лучи путаются в волосах, жмурюсь от яркого света и снова закрываю глаза, отдаваясь во власть дремоты.
Но кто-то возится внутри, какой-то внутренний цербер, он оживляется где-то в подреберье и скулит, что уже "пора" и "надо" и гонит прочь из пододеяльной неги.И вот сам с себя срываешь одеяло(именно срываешь, потому что это происходит отнюдь не добровольно), нащупуваешь босыми пятками войлок тапок, уснувших под кроватью, и, механически передвигая ими, идешь в душ...
.......

Что же нам следует делать? А следует жить.

(внимательнее, это стихотворение)

А это даже почти банально, ну, то есть каждому по плечу, луна на небе висит бананом и смотрит, как я внизу лечу. Как я придумываю кульбиты и заворачиваюсь в дугу и промокаю башкой разбитой босые искорки на снегу. Ну то есть чем я там начиняю всё то, что вертится надо мной. Ну, то есть как я там сочиняю полет, которого не дано.
Сидеть, чужие желанья нянчить - свои слова в монитор цедить. Сереже двадцать один, а значит Марине тоже двадцать один. Мороз и солнце - простой рисунок, такой вот крепкий густой раствор, они знакомы пятнадцать суток - как срок за мелкое воровство. А я рассаживаю, кручу, да, и расставляю по падежам. Они знакомы - такое чудо - кружиться, за руки не держась.
Им можно мучиться, петь закаты, ходить по кромке, глотать лучи. А мне по блату раскрыты карты, что хочешь - то и заполучи. Ходите мимо, дождем поите, сорите грезами наяву. Я здесь могу срифмовать "Таити" и сделать вид, что я там живу. У них ладошки замерзли, сжались, зима рассыпалась над Москвой. Я даже, в общем, не отражаюсь, я пропечатываюсь насквозь.
А мне бы тоже построить домик и научиться растить цветы. Сижу у Господа на ладони и задыхаюсь от тесноты. Мне петь бы, выпеть - да не поется, продуло шею на сквозняках. Он наклоняется и смеется, мол, раз пустили - не возникай. А я не против, ведь мир кружился, я, как у Визбора "очень рад" пока Марина стирает джинсы и смотрит фильмы по вечерам. Сереже двадцать шестое лето, пока Марина гулять пошла. Пока в придуманных мной куплетах не разлетается всё по швам.
И так рассвет ли вокруг, закат ли, восточный, западный полушар... А если плакать лежа, то капли смешно шевелятся по ушам. А что реветь - получи по роже, утрись остатком чужих манжет. Ведь вот придуманный твой Сережа теперь придумал себе сюжет. А нынче плохо, а нынче скользко, а нынче бьет по щекам с ленцой, а нынче мокрый туман московский ложится маскою на лицо. Передержала, не рассказала, с размаху кинулась в оттепель, я выползаю из Трех Вокзалов, не представляя, куда теперь А мне б вставать в воскресенье рано, летать по улицам, петь чижом. Я размагнитилась, проиграла в простой системе родной-чужой. Перепридумала, уморила, луна на небе - кругла, мила. Мне остается одна Марина - Марина месяц как умерла.
И нет Швамбраний, нет Каледоний, долги такие, что не верну. Господь не то чтобы сжал ладони - он просто пальцами шевельнул. А мне придумывать, мне бы Нарний, под солнцем дрыхнуть бы на пляжу. Луна на небе висит бананом и смотрит, как я внизу лежу.

(с)izubr

Спилберг, Съелберг и Съебалберг

Все-таки поэт Чуковский настоящий труженик пера. Придумать такие удобные строчки "Убежало одеяло, улетела простыня" и не срифмовать впоследствии со словами "зае6ало" и "х#йня" — это вообще только одному богу известно, сколько нужно тренироваться

Тюфяки, пуховики, горошины... позавчерашний день.
Экспресс-метод определения Настоящей Принцессы: представившись: "я - принцесса", Настоящая Принцесса никогда не продолжит "а вы все - говно!"

Гарри_Краннон навеял некую мысль: может, офигенно глубокую, а может быть, и так себе, простую совсем. Заранее неизвестно.

Вот она.

Вот было бы у меня много-премного денег! Неограниченный ничем денежный ресурс, Вот что бы я стал тогда делать?

1. Анализ первых полусознательных устремлений дает следующее:
* Квартиру, чтобы не париться с жильем, чтобы все отстали.
* Квартиры близким, потому что эти-то так просто не отстанут.
* Инвестиции, чтобы жить на ренту, чтобы отстали с работой.
* Машину, чтобы не ломалась, чтобы не париться с автосервисом.
* Дачу, чтоб за забором, чтоб отстали уже совсем нафиг.
* Образование детям, чтобы сами зарабатывали и не приставали.
Итого: все мои устремления направлены на ДЕСОЦИАЛИЗАЦИЮ.

2. Возможен и другой вариант - из нижеследующего списка мне не надо абсолютно ничего:
* Престижное жилье на Рублевке
* Образование типа МВА
* Предприятие, чтобы им управлять
* Автомобиль престижный и красивый, чтобы уважали
* Одежду дорогущую, чтоб все офигели, и чтоб девки давали.
То есть СОЦИАЛИЗАЦИИ мы как огня боимся, в любой форме.

3. А если подумать, то может ведь быть и такая программа:
* Профинансировать оппозиционную партию.
* Организовать тренинг-центр для каких-нибудь бомбометателей, чтоб против властей
* Обрушить национальную валюту
Не очень нам все это нравится. АНТИСОЦИАЛЬНОСТЬ у нас, конечно, иногда просыпается в душе, но не так чтобы часто и не в крайней форме.

4. Но самое грустное, что самые обычные вещи: построить больницу, школу, какой-нибудь стадион юных химиков, стипендию основать или дать денег на операцию какому-нибудь больному ребенку - пришли мне в голову в последнюю очередь. Пришли, конечно, но позже. Сперва вспомнились первые два варианта - в качестве четко очерченных позитива и негатива. Потом третий. А четвертый вспомнился в последний момент. Ну не урод ли?

Предлагаю политкорректное обозначение хуевых людей. Альтернативно пиздатые.

- Ну покупай же книги и пойдем!!!
- Ну.. я не хочу русских писателей..
- Да какие они русские - они же все евреи, бери скорей!!

Мехховский дисконт - это такое место, где у Ряйкиннен напрочь отказывают мозги, и она ощущает как где-то там, в районе все той же пресловутой жопы, у нее начинает шевелицца такой пушистый-пушистый, беличий-беличий ХВОСТ. В хвост перетекают все мозги, и он шепчет растаращенной на все прилавки Ряйкиннен:
"Зырь - кофточка - екарный бабай, у тебя в ней будут такие классные сиськи! С сиськами, оно конечно, лучше всего без кофточки, но всеоооо-таки, всеоооо-таки…"
"Штаны с вышивкой! Дайте две!"
"Какая размахайка а-ля рюсс, да в ней не только сиськи, в ней саму Ряйкиннен как десерт подавать можно!"
Ага, и все такое. Кофточки, брючки, платьице вон то, акуенное, со шнуровкой, и вон та маечка, и вон та юбка, и все эти цены… Это дисконт, говорите? Девушка, а есть у вас тут мехховский рынок?
И при этом, при этом Ряйкиннен еще напряженно считает - если я куплю эту кофточку, плюс вон ту юбку или вон те брюки, а если вон туууу кофточку, то никаких брюк и все тридцать два на полке в рамочке.
А вы когда-нибудь видели, как считают филологи? Я тоже нет. Я просто даю купюру и подозреваю, что должна быть сдача.
Купив две юбки и кофточку, ощущаю себя глубоко несчастной. Половина сердца осталась висеть на вешалке рядом с той, самой той, кофточкой а-ля пезан натюрель за девятьсотдевяностодевятьрэ.
Деньги на книги теперь выглядят как юбка в легкомысленный цветочек, с бахромой и прочим там… женским гламуром.
Ты еще шпильки надень, девушка с севера!

Двенадцатисантиметровым
Каблуком сэппуку сделаю
До жопы!
Неродившаяся,
Умри, белка!

(это типа танку. Можно хлопать)

пришла, а в комнате чем-то воняет. Может, мышь где сдохла? Не, а чего она ждала - что ее накормят тут, что ли?! Это к юристам ползти надо было.



LI 3.8.01

В некотором роде все феминистки – идеалистки. Ведь они борются за то, чтобы женщины имели такие же права, как и мужчины. А это означает – они верят в то, что мужчины есть.
И это не может не радовать.

Девки, слушайте, я много пожила, знаю:
говорить: слушай, а давай ты мне лучше почешешь спинку, можно только в самом крайнем случае.

У меня начался стандартный предвесенний авитаминоз. Скоро, скоро зима кончится!:)

"... и проснулся Авраам среди ночи и обратился к сыну своему, единственному своему, Исааку, говоря:
Был мне во сне голос Господа нашего, который сказал, что я должен принести во всесожжение сына своего, сына единственного, так что надевай штаны и пошли.
И задрожал Исаак и спросил:
А что ты ответил, отец?
А что я могответить? - сказал Авраам. - Два часа ночи, я стою в одних кальсонах перед творцом неба и земли и всего, что на них. Я что, буду спорить?
Хорошо, но он хоть объяснил, зачем надо мной жертвовать? спросил Исаак отца своего, но Авраам оборвал его, говоря:
Кто верит не спрашивает. Всё, сынок, пошли скорей, у меня завтра тяжелый день.
И Сарра, сылшав их разговор, расстроилась и говорил мужу, и сказала:
Как тебе знать, был ли то истинный Господь, Бог наш, а не просто шутник, который хотел разыграть тебя? Ибо всевышнему ненавистны розыгрыши, а кто разыграет ближнего своего, тот будет предан в руки врагов своих, хотят они того или не хотят.
И отвечал Авраам жене своей Сарре:
- Я знаю, что со мной говорил Он. Это был глубокий, хорошо поставленный голос с сильной реверберацией. Кто еще станет так шуметь по ночам в пустыне?
И спросила Сарра мужа своегот Авраама: что же ты намерен-таки совершить такую глупость? И ответил Авраам: а как же? Ибо усомниться в слове Господнем - один из тягчайших грехов, тем более когд экономика в таком состоянии.
И привел Авраам Исаака на место, и развел костер всесожжения, и приготовился принести сына своего в жертву, но в последнее мгновение оставил Всевышний руку его и сказал Аврааму, говоря:
- Что ты делаешь, Авраам? Как тебе не стыдно?
- И отвечал Ему Авраам:
- Но Ты же сам сказал, Господи...
- Мало ли что я сказал? Ты что, веришь всякой ерунде, которую тебе скажут во сне?
И устыдился Авраам, и отвечал:
- Ну... вообще-то нет.
- Я просто посмеялся, - сказал Господь, - я в шутку предложил тебе пожертвовать Исааком, а ты сразу бежишь разводить огонь.
И упал Авраам на колени и сказал:
- Боже мой, откуда мне знать, когда Ты шутишь?
И возгремел Господь:
- Поразительно! Никакого чувства юмора!
- Но разве не говорит это, Господи, о моей любви к Тебе, что я готов принести в жертву сына, единственного моего, по единому капризу Твоему?
И отвечал ему Господь:
- Это говорит о том, что есть на свете люди, которые готовы исполнить самое идиотское приказание, если оно произнесено хорошо поставленным голосом с сильной реверберацией.
И сказав так, повелел Всевышний Авраму хорошенько отдохнуть и условился с ним о встрече на завтра.
(c) Вуди Аллен

В кроссворде было:
Полное крушение всех надежд-?
шесть букв, вторая "и".
Это не то, что все подумали, это "фиаско".
Вот впредь так и говорите.

Сестренка Полечка работает в чайной комнате чайницей.
Сестренка Олечка работает в чайной начальницей.
В парашютном клубе под землей на Кузнецком мосту.
Работают в парашютном клубе.

Я пришел однажды попить к ним чайку.
Зеленого попить чайку «серебряные иглы».
От него бодрит и, кажется, будто долго-долго спал и проснулся в солнечный день, но об этом я тогда еще не знал.

Поэтому много и думал и слушал и смотрел и курил и кальян с персиком.
Как эмир на соломенном кресле. Но пришел продавец цая и стал продавать цай прямо с точных китайских весов. (Хотя, думаю, что между словами «китайский» и «точный» - тысячелетия). Олечка тогда купила одного двадцать грамм и другого двадцать потом другого одного пять и другого другого тоже пять.
- Расскажи, зачем ты так по-разному покупаешь чай, Оленька. Ведь то, что ты сделала, не похоже на случайность.
- Я купила осеннего чаю по двадцать грамм потому, что так его хватит. А весеннего я купила по пять грамм потому, что скоро ведь весна, Иванов, и скоро весенний чай будет свежий и весенний. До весны как раз пять грамм.
Я умилился ее сноровке, красоте, уму. Тут чай (серебрянные иглы) стал закипать и пузырьки серебряными иглами стали подниматься верх как хвосты дракона Цэ.

Олечка стала делать церемонию сама, невольницу же попросила заварить новые чаи - на пробу. Сначала она дала понюхать чай сухим:
- Ты должен познакомиться с ним, Иванов.
Я взял фарфор и тихонько хрюкнул. Чай зашуршал. Мы познакомились.
Тогда она омыла чай в холодной воде и налила в чашечки первую воду.
- Пробуй.
Вода пахла бидоном , в который упала солома.
Я хрюкнул.
- А.. Фиг с ним. Никому не нравится, - сказала Оленька забрала чашку и вылила первую воду.
Тогда мы стали пить чай и курить кальян. И тут я почувствовал, как от чая бодрит и, кажется, будто долго-долго спал и проснулся в солнечный день.

Полный сил я решил помочь прекрасной невольнице в очках, которая не могла задуть плошку с горящим парафином - плеснул в плошку воды. Поднялся столб пламени в два локтя и висевшие под потолком соломенные игрушки запылали. Все тут же поняли, что вокруг все в соломе. Беда. И что кругом подвал, и что до воды три комнаты, а та в которой вода – туалет и сейчас его занимает огромный негр- парашютист.

И буквально тут же произошло такое: Олечка попробовала новый свежий чай и сказала:
- Полечка, что-то это жен хунь сунь на хунь сунь ни фига не тянет.
- Не тянет.
- Он даже на хен мен пень не тянет.
- Ну, на хен пень может еще и тянет.
- Но не на хунь сунь.
- На хунь сунь точно не тянет.
- А вообще он как обычная сенча.
- Ну, может, как на хен пень попробовать?
- Ну, завари – вон как раз пришли. Если что говори, что как сенчу посчитаем.
Так и вышло. Пришедшая мадам, отвлекшись от разговоров о йоге, сказала, что хен пень какой-то не хень пеньский. И ей посчитали как сенчу, а я в отместку спросил, был ли у китайцев пантеон и на сороковой минуте вынудил признаться, что она не знает.

А через семь месяцев я принес «золотых игл» в кармане к дяде Вове. Дядя Вова повертел пакетик в руках, понюхал и кивнул:
- Чай.
Я все сполоснул и залил шарики чая кипятком. Они размокли и распрямились в длинные с полпальца зеленые чаинки как червячки, как ужики. Я глотнул и обрадовался:
- Это он! Это его вкус!
А потом:
- А ведь все по классической церемонии - выходит ты, дядя Вова, познакомился с чаем, а я его узнал, ведь я с ним уже был знаком.
После чего молчал все чаепитие. И только вечером когда выплеснул остатки в унитаз глянул на полный фарфор этих ужиков:
- Ну, - говорю, - и глисты у тебя, паря.

..... за спиной каждого великого мужчины должна стоять женщина, которая будет шептать ему на ухо: "Идиот!" (с)

Ржу...

Вот сбиваются тетки в стаю, пардон, в форум, и начинают тереть - а как бы похудеть, а что бы еще такого съесть чтобы похудеть, а как бы так поудобнее лечь, чтобы похудеть, ну и все такое. Не, я не о тетках. Их действительно волнует - как бы эта, похудеть то? Я о форуме.
Тут находится мессия, прискакивает вся в мыле и пене, язык на плече - бодифлекс нашла. Или диету Протасова. Или Монтиньяка, чудо-суп, калланетику, пилатес, раздельное питание - что-то, что ей помогло.
Тетки сразу кучкуются, дотошно все выпытывают, особо мнительные начинают по другим форумам с этой заразой носиться, потом сыплют ссылками шо дурные, потом расползаются по норам, чтобы назавтра встретиться на том же форуме и доложить: "Ура, товарищи, съеденные вчера две вареные луковицы растопили два целлюлитных бугорка! мы на правильном пути, товарищи!"
И опять шеруденье, форум живет, отзывы плодятся, уже появляются скептики, которые обоснованно заявляют - а ни хрена вам это не поможет, удел ваш - липосакция, кирдык котенку, хоть жрите мясо отдельно от винограда, хоть вместе, хоть вообще не жрите.
Форум уже живет как единый организм, он пружинит в ответ на такие выпады, тетки машут как флагами додиетными шмотками, в которые теперь по три тетки влезть может, скептика пинают ногами, потом догадываются - а она сама толстая корова, ага-ага.
Из единого организма форума сразу почкуется два-три "штатных психолога". Они прочитали в свое время Правдину, Луизу Хей и подборку советов психолога в журнале "Крыся". И теперь лезут давать советы всем кто просит и не просит. Психологи-самоучки долго и занудно объясняют скептику как ему надо жить, аж пока скептик не заплачет горючими слезами и пойдет жрать сырую капусту. Или пошлет всех на хер (второе чаще).
И вот когда форум сплочен единой целью "поменьше жопы в нашей жизни", сформировались устойчивые активисты, которые как только спадает активность выдают очередную нетленку типа "а вот я вчера в пайку ежедневного похудательного говна домешала полстакана тошниловки - так знаете, такая легкость образовалась, ура-ура, все за мной", уже многие перезнакомились в реале, передавая друг-другу ингредиенты диеты (молотый сушеный зеленый горошек - именно зеленый, ни в коем случае не желтый) и пыточные приспособления для наведения красоты (как, вы до сих пор делаете массаж обыкновеными банками? ну что вы, вот я вам привезу - мне от бабушки досталась десятилитровая бутыль, в нее всю жопу вместе с целлюлитом аж до пяток засасывает, а если на жопу в банке смотреть - то не такая она и толстая) - вот тогда на шум приходит существо на тонких ножках и спрашивает:
- А это действительно эффективно, да? а то мне надо 4-5 кило сбросить, сейчас я вешу 48 килограмм, рост 164.
И среди гробового молчания на форуме мне очень хочется сказать: "Девочка, пойди покакай. Это витамина Г у тебя много".
PS Razmika космо-форум почитала :)

LI 3.9.25

Один единственный правильный ответ - нет.  Но если напирают со всех сторон, это значит вы разгласили секретную информацию в порыве безудержного бахвальства. Тогда лучше заключить с собой сделку: например, суммы до ХХХ долларов в долг ты даешь без огорчений. Остальное - доzzzzzвиданья.

Но иногда и  самому брать приходится. На будещее - брать лучше у пессимистов. Уже в момент передачи денег они расстаются с ними навсегда. Это необыкновенно вдохновляет. И не дай вам бог отдать им деньги в срок и поколебать их пессимистические взгляды на жизнь. Во второй раз  у них брать и не думайте. Дадут только под проценты. 

Гололед просто страшный. Нечеловеческий гололед. Сам я не падаю, но думаю такое!! Вот думаю, чтобы если бы я нес, например, сейчас домой. Денег как обычно, вот на них бы всех купил и теперь бы нес. Тут сразу два варианта первый - донести до дома и там или начать сразу. Но ведь холодно, если сразу, тогда если до дома донести, то сначала раздеться или сразу как вошел на кресло в пальто? А если раздеться, то из посуды или так? А если бы она грязная, то утерпел бы до помыть? И тут мысль вдруг как прервется, а вот сейчас бы как хлоп и все оземь. Все! Все оземь!! Бесповоротно? Я бы тогда превозмог бы себя или бы все-таки заплакал? Вот такой чудовищный гололед, братцы.

А еще должна быть романтика. Безусловно.

Надо ходить с цветами и устраивать ужины при свечах.

А еще бывает бытовая романтика. Когда всякая мишура, типа свечей оказывается лишней. На самом деле - что за бред и лишний пафос?

Мелкие подарки. качественные комплименты. Кино там всякое. То, что останется на всю жизнь вместе, это важнее. Как мытье посуды топлес, мне тут верно подсказали из культурной столицы.

Романтика должна быть в жизни, а не привноситься в нее всякой мишурой. Разглядывание ночи сквозь окно и дым сигареты. Тихо, молча и вместе. Поездка по ночному городу. Брикет мороженого посреди недели.

То, с чем можно и нужно жить.
Нельзя всю жизнь стоять на коленях, говоря высокопарные фразы. Можно - целовать руки.
Нельзя всю жизнь носить на руках. Можно - невзначай погладить по щеке.

Белые, маститые скакуны - гавно. А просыпаться, пьянея от знакомого-знакомого запаха волос - это то, что надо.

Пришел одноклассник. Новый стих сочинил:

Однажды в студеную зимную пору
Я мысленно вышел. И мысленно в гору.

(с) Влад Оршер

Зимней ночью возле супермаркета стояли три негра и нараспев повторяли: «Ребета, помОгете.. ребета, помогете». Когда в России появились супермаркеты, многие скороспело решили, что страна вошла в мировую цивилизацию. Поторопились. Но вот когда ночью, в мороз, у окраинного московского супермаркета попрошайничают чернокожие бомжи, это уже серьезный знак: мир стал един.

— Сегодня ведь мы не будем выпивать?
— Нет, конечно. Вот лучше вкусного сока купить: «8 овощей». Помидорово-морковочный.

Некоторые ходят в казино или в клуб, нюхают кокос и позволяют пронырливым фригидным женщинам танцевать у себя на коленях. А я считаю, что среди ночных развлечений моего города поездка в продмаг не знает себе равных. Там встречаются единомышленники. Или по крайней мере мне хочется видеть их в таком свете. Днем они работают, ночью приходят в магазин, чтоб тайком от дневных знакомых купить на честно заработанные кредитки негламурной любительской колбасы. Меня они не стесняются — свои ведь. Колбасу не прячут.

— Ну смотри, как приятно зимой прочитать название «Крымский Южнобережный». Мы ведь точно не будем выпивать?
— Сегодня? Нет, сегодня не будем.

Мерзнут зимой от малокровия. Чтобы не было малокровия, надо пить красное вино и заедать его говядиной. Но поскольку сегодня пить не будем, я покупаю только говядину. А также синтетическую черную икру (убогое лакомство русских, живущих за границей: на родине осетров такая икра расходится плохо, кассирша долго ищет в журнале ее код, потом звонит товароведу). Батон нарезной, чтоб было куда намазать синтетическую икру. Кофе Лавацца, чтобы было ради чего утром вылезать из постели. Сок манговый, чтобы было за чем тянуться в темноте, не вылезая из постели.

— А если мы сегодня выпьем, случится что-нибудь страшное?
— Нет, ничего страшного не случиться. Я думаю, можно было бы выпить немного Южнобережного портвейна, а ты как думаешь?

И, как всегда, я забываю купить сигарет. Потом придется звонить по телефону некоторым читателям этого дневника и просить передать сигаретку — в обмен на портвейн. Получить с нарочным две беломорины и три сигарильи Кэптен Блэк. Часть портвейна отправить на 9-й этаж. Спасибо. Очень вкусно.

Все-таки очень плохо этим неграм возле супермаркета зимней ночью в Москве. Наверное, они скучают по своей стране, по своим задорным негритянкам и их маленьким негритятам.

Вот какая все-таки замечательная вещь – ключевые слова! Благодаря отбору по ним я выяснила, что до сих пор не рассказала вам про чудо-индейку! А то ведь и не знала бы…
Короче, рассказываю. Берем филе индейки, примерно 1,2 кг. Крупные куски режем пополам, немного обжариваем (я это делаю прямо в кастрюле, на масле, чтобы посуду не пачкать), дальше наливаем немного воды, и тушим по почти-готовности. Этот процесс занимает примерно 30-40 минут. Затем засыпаем в птичку картошку. Если она молодая, то не морочимся с чисткой, помыли, покромсали – и в кастрюлю! Тоже примерно килограмм. А когда картошка приготовится – наступает самый главный военный секрет (сама, кстати, придумала…) В варево кидаем банку лечо в томатном соусе. Причем перец должен быть порезан полосочками, а не накромсан пьяным поваренком в котельной, это важно! И индейки-картошки больше, чем указано, не кладите, а то лечо чувствоваться не будет. Кипятим все это дело, заправляем сметаной или биойогуртом, солим или кладем чудо-заправку. Готово.
Мой брат, глядя, как наш общий друг пожирает третью тарелку этого рагу, от ужина отказался…