В колонках играет - Выход - К чертямВот сходил на концерт «Выхода» в первый раз.
Оказалось, что у Сили (лидера «Выхода») есть ЖЖ. Я туда глянул, а там тема, что 12-го должен быть концерт в Москве, за подробностями – айда на сайт группы.
Так я впервые попал на сайт «Выхода».
И там сразу увидел объяву по поводу концерта 12-го.
Почему-то никакого желания «произносить» тут название клуба, где он был.
Скажу лишь, что и в этом клубе я раньше не был, да даже не знал про такой.
Вобщем, я ещё успевал. Концерт начинался в 20-00. Аккуратненько приехал туда. Спускаюсь туда. Там бар, мимо него проходишь – зал со сценой и столиками и стульями за столиками, на столиках – меню. Ну, сажусь за свободный. Чуть-чуть пооткиснул, и очень вовремя подошла официантка… Может лучше её звать зальщицей? Нет, буду звать её Сотрудницей. Она прикольная. Дала меню. Выбрал стопарь Немирова и арахис. Принесла. Принимаю сижу. Подходят «Выход».
А, ну да, надо сказать, что столики вокруг практически все заняты. Сзади зала «диджей» сидит – звукооператор.
Вобщем, появился Силя. Он был в майке “the doors”. Я сразу вспомнил, что видел его, подходя к клубу – там клубилось несколько человек перед входом, в том числе он. Ну, думаю, мужик в майке doors. Прошёл в клуб. Не узнал сразу.
Ну, они там долго настраивались в охоточку. Их вышло 4-ро (это был «апокалиптический Выход», ибо было 2 виолончели, Силя с гитарой и микрофоном и флейтист в майке Jethro Tull). Я сразу … Короче мне сразу пришло в голову чудовищное словосочетание «Апокалиптический ковчег», и только потом (по манере играть и звуку инструмента) я узнал, что один из виолончелистов – Пётр Акимов, играющий в «Кочеге»! А так я Петра тоже не узнал сразу в лицо. Он был в тельняшке чёрно-белой, это сильно его шифровало (как-то никогда бы не подумал, что он наденет такое).
Так, теперь женщины.
Подсели ко мне за стол 2 девушки. Одна давай трубку курительную теребить. Вобщем, они тихонько шушукались между собой, я прислушивался. Потихоньку приближался к ним. Шушукались они о чём-то о своём, в конце концов я перебил и спрашиваю, давно ли они узнали про этот концерт. Другая (некурящая) сказала, что относительно давно. Курящая достала сигарету без фильтра и давай курить.
Ну, вобщем, чуть-чуть поговорили. Выяснил, что некурящая – Даша, привела курящую – Эльмиру что ли (это оказалось татарское имя, о чём она сразу сообщила). Эльмира слышала лишь несколько песен «Выхода» (по крайней мере так сказала…), Даша же знала про «Выход» всё. Даже то, что их первый (лучший по её мнению) альбом «Брат Исайя» – 1983(!) года.
Но они недолго стали меня терпеть. Очень быстренько они сбежали от меня, усевшись перед сценой (там такая приступочка идёт длинная: сзади зал со столами, спереди – пространство перед сценой, и вот это пространство ниже уровня и зала и сцены).
Концерт начался с “People are strange” Doors – они «размялись», сыграв её.
А потом уже не помню чё было. Я вообще только 2 альбома имею, слышал помимо них несколько песен ещё тоже. А они с 1983-го. Так что половины песен я не знал.
В песне «Город кастрированных поэтов», кажется, есть строчка о том, что типа никто не встаёт из-за стола. Вскоре после этого я поднялся и принялся потанцовывать возле своего места у стеночки (стол и стоял у стеночки, и сидел я спиной к стеночке). Так поначалу (до меня) не делал никто. Так что я как обычно первый зажог. Все сидели на местах, кто за столиками, кто перед сценой, мало-мальски подвигивались.
А я то вставал, то садился. Ещё один стопарь Немирова пошёл купил и выпил. Народ потихоньку разгорячился.
Чувак в балахоне CATHARSIS выходил танцевать на свободное пространство. Другие поднимали кружки и водили ими как бы друг другу (столики их далеко друг от друга, а они так контактируют). Когда к чуваку в CATHARSISе присоединилась его подруга, она собралась это делать (танцевать) прямо перед моим носом. А я как раз подумывал пойти к сцене поискать Дашу с Эльмирой и сообщить им, что узнал Петра Акимова (заходила, когда они ещё от меня дунули, речь о том, знаем ли мы как зовут музыкантов кроме Сили – не знали). Подхожу, а с Дашей рядом как раз свободное место на приступочке.
Ах да, когда они сбегали, я расслышал чью-то из них тихонькую фразочку «Тут выпить хотят», или даже не помню, настолько абсурдно.
Подсаживаюсь, короче, начинаю говорить, что узнал Петра Акимова, который и у Арефьевой играет. А она (Даша) ко мне поворачивается и смотрит на меня С УЖАСОМ. Похоже, она даже не слушала, что я говорю. Только я закончил, она показала на какого-то чувака, стоявшего в проходе, и сказала, что это его место. Я свалил.
Потом я долго зажигал там, на приступочке и чуть за ней. Сел справа, у самой стены, там между стеной и последним чуваком было немножко места. Втиснулся я туда. Чувак сидит смирно. Я не могу, пляшу сидя. Когда совсем разобрало, вскарабкался назад, опять же возле стенки встал плясать-подплясывать. Там была какая-то немыслимо заводная песня, очень народная, меня прям всё распирало и распирало от неё, а потом она вдруг резко кончилась.
Чувак в проходе такой забавный, не вернулся к Даше, зато танцевал по-кельтски. Коренастый такой. В майке с британским флагом, но видоизменённым. Майка белая.
Силя надел круглые чёрные очки, сказав, что ему лупит в глаза свет прожекторов.
Я потом снова сидел на приступочке у стены, а народ сзади притопывал, прихлопывал, вроде и подпевал даже. А вначале какие все смирные были!
А мне, Виноградову, как-то всё равно, в какой момент быть на передовой – я всегда там.
Правда, когда народ разошёлся, а я сидел у стеночки, а сбоку чувак – я успокоился, и начал, наконец, просто ловить кайф. А то на мне лежала ответственность разогреть всех. Не могу же я тупо сидеть смирно, когда все сидят так же, как будто «Выход» не концерт играет, а лекцию читает. Приходится импровизировать.
А потом я почувствовал холод, и вернулся к своему столику с арахисом – там висел мой кельтский толстовка. Чувак в CATHАRSISe ещё выходил плясать, но его подруга уже нет, а то я не знаю что пришлось бы делать.
Я такую чужеродность чувствовал почти весь концерт! Казалось, мне потом наваляют пизды после концерта, за то, что я так выёбывался. Но я делал то, чего не мог не делать. Да, было страшновато, честно говоря. И я продолжал плясать, потому что я представлял, что мне наваляют – а ни в чём не раскаюсь, и пойду на следующий концерт к другой группе делать то же самое. А если бы мне был предоставлен шанс повторить всё заново, всё равно бы сделал всё так же. Ну, конечно, если бы мне наваляли ОЧЕНЬ сильно, то, возможно, я где-то что-то бы и изменил, не знаю.
Когда отыграли все песни по программе
ВЕДЬ НАВАЛЯТЬ БЛИН ЁЛКИ-ПАЛКИ МОГУТ И ВООБЩЕ БЕЗ ПРИЧИНЫ, А УЖ С ПРИЧИНОЙ-ТО ТЕМ БОЛЕЕ!
стали играть по заказу, что народ кричал. Последней сыграли песню «Я всех их придумал», которую выкрикнула дама как раз из-за моей спины, из-за того столика (я сидел в полуобороте к сцене и залу, а спиной в полуобороте к стене и соседнему столику, который сзади). Мне очень понравилась песня. Там что-то о том, что я придумал их всех, потому что зима, я придумал их всех, чтобы стало теплей, я придумал их всех, потому что тоска. Потом я поблагодарил вместо группы эту женщину, говорю:
- Спасибо за заказ песни, мне понравилось!
- На здоровье!
Арахис лежал на тарелочке (блюдечке). Я её беру и иду к Сотруднице, спрашиваю, можно ли у них купить эту тарелочку.
- Нет.
- Не продаётся?
- Ну давайте мы вам какой-нибудь пакетик…
Я тем временем пересыпаю арахис в пригоршень руки, орешка 3 просыпается на пол. Протягиваю ей тарелку и говорю:
- До свидания!
Она берёт. Но ей не могло не понравиться. Я это всеми фибрами чувствовал. Да и говорил не так, как написано, а с такой забавной интонацией.
Иду с горстью арахиса мимо бара, там Даша с Эльмирой. Даша судорожно отворачивается. Выхожу, дожираю арахис, засыпая его весь в рот (а смаковал, погрызывал по одному орешку, не спеша, медитируя, весь концерт). Попрощался с охранником. Пошёл к метро.
Получается так, что официанты, Сотрудницы, охранник – мне ближе и понятнее (и приятнее), чем «такие же как я» слушатели концерта. Они даже ближе и понятнее, чем сами музыканты, потому с музыкантами мне ещё более не о чем говорить, чем со слушателями.
Я вообще не понимаю, что значит признать себя нормальным, обычным, таким же как и все человеком. Ведь это же будет наглая ложь! Я физически не могу быть как все. (И чтобы не кривить душой при этом.) Мне относительно комфортно только когда я выгляжу и делаю то и так, как я хочу, желательно вообще ни на кого при этом не походить. Ну это не совсем так, конечно, бывают исключения. К примеру, как мне было хорошо в конце концерта, когда народ разошёлся, а я сидел между стенкой и «нейтральным объектом» – чуваком, а не женщиной.
Пётр Акимов практически всё выступление ни разу не посмотрел в зал. Силя, другой виолончелист, флейтист – смотрели, Пётр – нет. Куда-то в точку вообще смотрел, вообще непонятно куда.
Надо ли говорить, что все столики были забиты, за каждым сидело по 4 человека, только за моим – я один. Даже когда я уходил к сцене никто не позарился. Ну в принципе у всех уже были места.
А ещё я посреди концерт подходил к Сотруднице и внимательно смотрел ей на грудь, пока она не спросила чего желаю. А у них, у сотрудниц, на груди написан и-нет адрес движения, от которого клуб. Вот его я и пытался запомнить. Не удалось, слишком отвлекала хозяйка футболки, которая слегка так интереснее. Она сказала, чтоб я взял флаер со стола, там всё есть. Я говорю там другой и-нет адрес указан! Она удивилась. Я: видимо эти сайты вложены друг в друга? Видимо. Взял флаер, убрал к себе в … Мой boxик. Вот понятия не имею как называются такие крошечные то ли сумочки, то ли кошельки, вешающиеся через плечо и висящие сбоку пуза в итоге.
