Глава 4. На скалах

Грохот барабана бьет по черепу и буквально вытряхивает из сна. Это хозяйственный Баклажан лупит камнем в жестяную тарелку, – приглашает к завтраку. Выбираемся наружу. Какое испытание по утру самое мучительное для туриста? Конечно, обуть ботинки, превратившиеся за ночь в комки льда. Если нет костра, приходится долго отогревать их на груди, чтобы размягчить и сделать возможным обувание. Но у нас есть костер, к тому же сообразили забрать ботинки в палатку, положили под спальник и теперь радуемся своей предусмотрительности. Ирочка выглядит отдохнувшей и счастливой, горы явно идут ей на пользу. Аппетит почти у всех зверский, только Оленька от всего отказывается – первые симптомы горной болезни. На этот случай у меня припасен сухой апельсиновый сок и копченые черносливы. Немножко этих чудодейственных средств – и вот ей уже лучше. На завтрак у нас сегодня что Бог послал; а послал он по кусочку колбаски и сыра, по ломтю хлеба и по банке рыбных консервов на двоих. А еще Баклажан сварил в котелке что-то необычайно вкусное. Все мы с удовольствием отдали должное его творению. Как потом оказалось, это был улар (горная куропатка), тушеный в собственном соку. Где, как и когда Баклажан поймал улара, выяснить не удалось. На третье у нас - на выбор - чай и нарзан.

Подкрепившись, выходим на построение. Леша устраивает настоящую тренировку, верный принципу – лишние знания еще никому не повредили. Сначала разбиваемся на две команды (по палаткам), по секундомеру собираем и снова устанавливаем свои нехитрые жилища. Вводные инструкции – гроза, снегопад, опасность паводка… Мы с Ириной хитрим: свернули палатку с двух сторон к центру, чтобы потом раскатывать ее в четыре руки, в то время как Коля с Баклажаном будут укреплять растяжки. Но Леша еще хитрее – вместо кольев приготовил камни для креплений и, пока Баклажан искал топорик, поставил палатку на десять секунд раньше нас.

Начинается имитация переправ через болото, через речки разной ширины и глубины - со страховкой и без оной, вязка узлов, страховочная обвязка, наведение канатной дороги. Потом лезем в речку закреплять полученные навыки. Потом – ходьба по крутым травянистым склонам и самостраховка ледорубом. Потом… Никто уже не помнит, что было потом. К обеду все дошли до физического и морального исступления. Идем к нарзанному источнику, зачерпываем касками и пьем прямо из них. Подкрепляемся витаминным тоником из медицинских запасов, устраиваем перерыв. Ирина вызвалась дежурить. Делает все с удовольствием, проявляет инициативу и даже спорит с ушлым Баклажаном на хозяйственные темы (чего никто из нас и в мыслях не мог себе позволить), а тот, как ни странно, соглашается. С некоторым даже удивлением наблюдаю, как у Ирочки все спорится. Ребята это тоже отметили и оценили. Чувствую, что наша группа увеличилась не формально, а по существу…

После обеда и отдыха приходит время для самого интересного – скальных занятий. Смысл этого деяния в том, что Леша выбирает подходящую скальную стенку высотой примерно 15 метров, с помощью одного или двух помощников навешивает на ней веревки и проводит разбор маршрутов. После этого все по очереди должны забраться наверх лазаньем и спуститься скольжением по веревке. Маршрутов два и они не сложные, но для начала неплохо. С целью безопасности при ошибках новичков страховка двойная – по одной веревке испытуемый спускается сам, а с помощью другой его страхует более опытный напарник. Экзамен на право страховать Леша принимает лично. Стимул к лазанью состоит в возможности спуститься, пролетев почти 15 метров и затормозив у самой земли. Но для этого ведь надо залезть наверх, а это совсем не такое большое удовольствие…

Первым лезет  Коля, потом Михась, потом моя очередь. Все нормально, путь чистый, без «живых» камней. Потом идет Оленька и в середине спуска переворачивается вниз головой. Михась осторожно спускает ее на страховочной веревке. Леша объясняет, в чем ошибка, и со второй попытки она справляется с задачей. Потом лезет Баклажан, неправильно застегивает карабин и вот результат – протертые штаны и ожог бедра соскользнувшей веревкой. Потом Люба несколько раз безуспешно пытается вылезти наверх… Ирина следующая, но до нее дело не доходит. Леша решает лично показать, как надо проходить этот маршрут. Лезет красиво и быстро, добирается почти до верха, берется одной рукой за верхний камень и… тот поддается навстречу. Огромная глыба в полтонны весом сдвигается с места, наклоняется в его сторону… Время замерло. Леша припал к скале, одной рукой удерживая равновесие, а другой – губительную глыбу, не давая ей упасть себе на голову. Коля быстро уводит девчонок из-под скалы. Баклажан кидается вверх по обходной дороге. Мы с Михасем – в лагерь за веревками. Через десять минут начинаем спасательные работы. Принесенные веревки снабжаются «стременами» и спускаются к Леше сверху. Он закрепляет ноги в «стременах» и привязывается к одной из веревок за грудную обвязку. Вчетвером вытягиваем его наверх. Освобожденная глыба с грохотом летит вниз и кувыркается по склону. Перерыв.

Немного отдышавшись и уняв дрожь в коленях, продолжаем. Теперь очередь Ирочки. У нее получается легко и изящно, как бы и без напряжения - приятно смотреть. Она улыбается, глазки блестят, и в нашем маленьком сообществе создается атмосфера радости и счастья. Оля и Люба тоже занимаются с удовольствием. Мужская половина старается показать все свои способности перед очаровательными дамами, а галантный Баклажан даже уступает Ире свою очередь на маршруте.

Ближе к вечеру Леша достает из инструкторской заначки бутылочку «Зубровки». Он не обескуражен происшествием: в горах чего не бывает. Группа проявила хорошую выучку и в этом целиком его заслуга. Есть за что выпить. Потом долго разговариваем «про жизнь», глядим в мерцающий огонь. Леше есть что рассказать, он это умеет и любит. Коля берет свою неизменную гитару.

 Ребята улыбаются. Леша злится, но не показывает виду. Потом устраивает разбор дня. Достается всем, и по делу. Заканчивает словами: «В нашем лагере трудно не будет. Будет очень трудно. Но потом в любом походе вы будете меня за это благодарить…»

И снова мы с Ириной одни у костра. На этот раз не от холода, а от полноты душевной. Как будто сегодня начали жить. За рекой в старом малиннике трещат сучья, там бродит настоящий кавказский медведь. Один раз его уже видели, и Леша строго запретил переходить на ту сторону. Впрочем, животные здесь на людей не нападают. Топтыгин уходит, наступает звенящая тишина. Солнце скрывается за ближними вершинами…

- Знаешь, Иришка, я благодарен судьбе за то, что она дала. Но иногда думаю, что вся жизнь была из одних расставаний. Это странно и неправильно, но вот такой я нелепый человек. В том походе, когда первый раз ходил инструктором, была чудная девушка, на которую сразу глаз положил. Но напряжение с первого дня было таким, что ни о чем личном даже мыслей не было. И вот в один из дней на лесной полянке она сидела рядом; я бился над картой и думал, как выбраться из дикого ущелья, в которое свалились по ошибке в тумане. Речь уже шла о жизни людей. Неожиданно она сказала: «Правда, я хорошенькая? Ты меня полюбишь?» Мои мысли где-то далеко, за этой вот скальной перемычкой, которую – кровь из носа – надо завтра брать. Отвечаю рассеяно: «Конечно, полюблю. А ты расскажи мне пока, что такое любовь?» И снова углубляюсь в карту… Больше она ко мне не подходила и не разговаривала. Поход закончился, все остались живы и здоровы, но она навсегда ушла из моей жизни…

Ира грустно качает головой: «Да разве ж об этом спрашивают женщин?» Смотрю в ее прекрасные глаза и чувствую, что тону в этих глазах окончательно и бесповоротно. Инстинктивно хватаюсь за соломинку: «А о чем их спрашивают?» Ирочкины губы почти касаются моих… «Молчи, дурачок, а то, как та девушка, уйду из твоей жизни» Я молчу. Молчу еще и еще…