Мы приехали в небольшой закрытый ресторан, шторки на внутренних дверях которого были закрыты, что означало , вероятно, спецобслуживание. Вообще я стала понимать - почему таких людей, как Игорь, сложно встретить на улице. Они живут в паралелльном мире, ходят в особые рестораны, особые клубы, живут в закрытых кварталах, ездят за затемненными стеклами.

Нас провели в небольшой зал, за столом в котором сидели двое мужчин и одна молодая женщина, как потом выяснилось, жена одного их них.
Все трое очень по-свойски приветствовали Игоря и меня, за компанию. Но все равно я не могла не почувствовать несколько завуалированный интерес, с которым они рассматривали, кого же он привез с собой.

- Чем занимаешься? - спросила меня Катя, как звали девушку.
- Работаю...
- В той же сфере, что и Игорь?
- Не совсем.
Она улыбнулась.
- Глупый вопрос, я бы знала тебя в таком случае. Это своего рода закрытое общество - все друг с другом общаются.
- И не общаются с остальными?
- Наташ, остальные - публика. Иногда и есть желание просто поговорить с человеком, а он начинает тебя фотографировать, автографы спрашивать, то есть ведет себя не по-человечески, а как будто ты какой-то вымирающий вид, общение с которым должно быть обязательно как-то записано в его жизни.
- Может, это такая моральная нагрузка для простого человека видеть в реальной жизни лицо с экрана?
- Тогда зачем напрягаться всем? Поэтому стекла наших машин затонированы и нас не так просто встретить в реальной жизни. Как вы познакомилмсь с Игорем?

Меня этот простой вопрос загнал в тупик. Я пробормотала что-то невразумительное, но к счастью, внимание Кати уже переключилось на ее мужа.
Ее муж, Егор, как я поняла, и был тем самым другом Игоря, о котором он говорил. Несмотря на абсолютно противоположную внешность - темноволосый, смуглый и очень красивый - у них Игорем было что-то общее, как это бывает у людей, которые много времени провели по жизни вместе.

Егор как раз обсуждал с мужчинами финансовые возможности нового проекта. И Катя всячески пыталась дать понять, что у нее будет в этом проекте главная роль, что все уже решено, и вообще она имеет в этом деле право голоса.

Но ее муж несколькими фразами дал понять, что это мужское дело, и ей сюда лучше не лезть во всяком случае в данный момент.
Она с обиженной миной пошла болтать по телефону на отгороженный от общего зала диванчик в самом углу.