В колонках играет - Наутилус Помпилиус - Странники в ночи

/Все происходит на моих газах. Кто я – я не знаю. /
Выхожу из подъезда, за руку держу ребенка. Стоит человек с тремя странного вида зверями, напоминающих медведей: два совсем черных, с налитыми кровью глазами, а один – рыже-бурый, на длинных ногах. «Медведи» рычат, - ребенок начинает плакать. Тут Рыже-бурый как дикая рысь в два прыжка преодолевает пять метров, и оказывается у ног ребенка. Ребенок в ужасе! Я в панике! Я медвежонок лизнул малыша в щеку, и также быстро отпрыгнул обратно.
Так я поняла, что не все чудовища одинаковые.

Загородный дом. Большая семья. Все отдыхают.
Сижу, смотрю в окно, и состояние такое… меланхолично-сонное. Вижу вдалеке приближающуюся черную точку. Она движется все быстрее, и вот я уже отчетливо вижу дикого монстра – эдакую клыкастую гориллу, …она, не замедляя хода, что есть силы вписывается мордой в стекло! Стекло дает тонкую трещину, но выдерживает удар. …Дверь была открыта, …я вижу, как гориллоподобные монстры врываются в дом, и одного за другим начинают рвать на части, некоторых вырубают и засовывают в некое подобие верблюжьего желудка (что-то вроде гигантского мешка). Я, спотыкаясь и сшибая все углы, мчусь по коридорам, из комнаты, наверх, выше! Через стенной шкаф, пробираюсь на чердак, оттуда - прочь из дома! Как можно дальше – куда угодно: в лес, к морю – лишь бы скрыться…

И вот я в городе. По правде, это скорее огромный замок, с широким двором, с сотнями этажей (как над землей, так и под ней), с бесконечными коридорами, и малым количеством окон. Надо сказать, что жители этого города обладали поистине экзотической внешностью: большинство из них лишь издали напоминали людей.
Тут у меня появляется напарник – маленький полуобезьян. Снова убеждаюсь, что не все монстры одинаковые.

Мы с моим маленьким другом исследуем этаж за этажом в поисках «того», что может вернуть нас в нормальное нам состояние, когда мир нам казался почти идеальным, в мир «до кошмара». Я почти наглухо закрываю капюшон, дабы никто не узрел во мне нормального человека (хотя касательно здешней «нормальности» можно еще и поспорить), беру в свою руку потную от страха ладошку Обезьянка, и иду все дальше, обходя стороной невиданных монстров. И я не замечаю, как из ведущей становлюсь ведомой: т.е. теперь не я веду его, а он ведет меня по злачным местам цитадели. …В течение последнего часа за нами постоянно следил один и тот же человек (да, я почти уверена, что он был человеком, и абсолютно уверена в том, что встреча с ним лицом к лицу окажется для нас плачевной). И вот, убегая на очередной уровень …от китайца, которого мой напарник Обезьянк принял за кровожадное чудовище, перед нашими глазами встает наш преследователь. Все. На миг я понимаю, что все кончено, но ведущий тянет меня вперед, и мы, промчавшись над головой преследователя, готовые бежать без оглядки хоть на край света, упираемся лицами в плащ незнакомца! … Я сижу на полу, рядом со мной на коленях стоит Обезьянк и называет незнакомца по фамилии, тот с нескрываемым удивлением оборачивается, и… В этот миг голова мартышки раскалывается, и все его тело спадает как некий костюм, из него выходит высокий тонкий, как инопланетянин, человек в строгом костюме и темных очках, …с Незнакомцем происходит тоже самое…. Тут я понимаю всё! Мой единственный (и тот мохнатый обезьян) друг оказался всего лишь запрограммированным клоном, и сейчас, после выполнения заложенной программы, он умер, просто исчез. Еще я понимаю то, что я обречена… всё… казалось бы, на этом все могло завершится, но…

Я снова в загородном доме (еще один шанс?). У меня есть мама, папа (я просто знаю, что они мои родители, но в глаза я их в жизни не видела), некий друг (или брат?), и …мутант (в привыкание к неидеальному модифицированному миру). А еще у нас есть друг семьи – жуткого вида получеловек – очень страшный и очень добрый. …Как-то раз, собирая фрукты в саду, сижу на крыше амбара (так легче срывать плоды с макушки деревьев), и вижу как «друг семьи» жестоко убивает сего подобного. Я в панике бегу домой. А там! Брата лихорадит, он стонет, кричит, он «меняется». Отец пытается убить мутанта, за то, что он сделал с моим братом. Мать пытается его остановить. …М-да, моя новость о помешательстве друга семья явно не к месту. А вот он – легок на помине – бьется в окно, просит, чтоб его впустили. Отец, видя это страшное лицо, бьет в стекло изнутри с такой силой, что оно вылетает, и осколками режет лицо «друга». …Через разбитое окно в дом влезает «друг семьи», и пытается утихомирить обезумевшего отца. (Теперь я не понимаю: кто же из них спятил?). Домашний мутант, захлебываясь кровью от разбитого носа и собственными слезами, объясняет, что он пытался спасти брата, что скоро здесь будет облава и все погибнут, а чтобы этого избежать нужно быть как все. …Я замечаю, что отца уже нет …он за пределами дома… Друг семьи подтверждает слова мутанта, говоря, что только что прикончил разведчика. …Проходит день, брат потихоньку поправляется: лицо приобретает свинцово-медный оттенок, глаза становятся шире и темнее. Он медленно, но верно мутирует. …Под вечер приходит отец, точнее то, что когда-то им было. Брат упорно просит не открывать ему дверь, говоря, что это уже не ОН. Но мать глядит через щели в наспех заколоченном окне и видит, видит в нем черты того самого человека, что любил ее, слышит его прежний голос. Рука дрогнула, и …дверь открыта… Семья. Мы снова вместе, все…
Проходит минута, может две, или час, и вся наша идиллия обрывается в миг. Как и простонал сквозь сопли домашний мутант – облава. Они бьются в стены, в окна, в дверь. Они повсюду, они везде, от них не спрятаться, не скрыться. …и когда дверь, издав последний скрип, с треском падает на землю, я…в лучших традициях Хичкоковских ужастиков кричу что есть силы!
На истошном вопле мой сон прекращается…

Вложение: 2079122.jpg