Глава первая.
Хибины. Автомобильная трасса Кировск - Автомобильный перевал - КСС. Август 2002 года.
Грунтово-каменистая дорога монотонно извивалась по «зеленке» между горных хребтов. Сумерки медленно заполняли все свободное пространство. Знаменитые «Белые ночи» в начали августа постепенно уступать место заполярному мраку, который через несколько месяцев погрузит этот край в зимнею спячку. А потом придет весна с ее короткими «световыми днями», когда яркое холодное солнце на несколько часов появлялось над горами.
Они шагали уже второй час. Все остальные члены их туристской компании вырвались вперед. На финише марш-броска на территории КСС их ожидал уютный теплый дощатый домик с печкой, нарами и столом, а завтра еще и баня с «бассейном» в горной речке.
На всю жизнь Михаил запомнил свой первый на КСС несколько лет назад. Они «свалились» с перевала (первого в жизни почти всех участников того похода), который штурмовали целый день (пришлось на снежном «языке», который метров на семьдесят спускался вниз, с помощью случайно взятой им в саперной лопатки вырубать ступеньки - другого способа залезть у них не было). Была у них еще и веревка (50 метров), которую они навесили в качестве перил. Вот только ее не хватило на всю импровизированную лестницу. А еще Виктор каждому завязал на груди верхнею «обвязку» из пятиметрового куска веревки (входила в список индивидуального снаряжение вместе с паспортом, медицинским полисом и т. п.), которую можно использовать разве только в качестве «оберега». «Встегнуть» ее в перила было невозможно. Они взошли (если бы не прошли, то пришлось бы возвращаться к началу маршрута - четыре «ходовых» дня) и очень удивились, обнаружив на перевале отпечатки чьих-то кед. Видели они с утра группу альпинистов, которая прошла перевал по всем правилам - навесив страховку.
Потом стремительный спуск вниз и прогулка по дороге, которая если не смотреть по сторонам, напоминала подмосковные трассы. Этот участок маршрута Михаил запомнил частично. Когда в четыре часа утра они появились на КСС, то удивили дежуривших там спасателей. Сил хватило только на то, что бы наколоть дров. Спать легли так и не поужинав.
В этот раз все было проще - они только вторые сутки на маршруте. Позади остались вечер, ночь и почти целый день проведенные на продуваемом ветром склоне хребта, напоминавшим аэродинамическую трубу. Причем она работала не постоянно, а периодически.
Они переночевали, установив палатки на более или менее ровной и чуть наклонной площадке. Разбушевавшийся ранним утром ветер - хулиган пытался отобрать у них что-то из вещей, а потом просто поломать каркасы их палаток. К этому нужно добавить то обстоятельство, что за водой приходилось ходить метров за триста вниз в долину, ну а потом подниматься обратно по крутому склону.
Когда они покинули место ночной стоянки, то пройдя километр траверсом, лавируя между каменных завалов, решили все же влезть на хребет. И хотя на карте были обозначены «бараньи лбы» (отвесно уходящие вверх скалы), которые даже при наличие альпинистского снаряжения и опыта (ни того ни другого у них не было) было крайне сложно «взять», но «командиры» группы все же решили рискнуть. Что поделаешь, если из восьми человек двое считали себя руководителями похода и каждый пытался доказать свою «крутизну» перед остальными. Добавьте к этому еще двоих парней, кто резво бегал по горным кручам и обладал повышенным чувством равновесия и не жаловался на отсутствие координации, и тогда станет понятно, почему эти «супермены» решили сходить на разведку. Один из «командиров» даже взял с собой рюкзак, уверенный в том, что не придется возвращаться. Его подруга поступила аналогичным образом. А остальные трое членов группы остались внизу около сложенных в кучу рюкзаков. Девушки просто не хотели понапрасну тратить силы, а Михаил понимал безнадежность этого штурма. Он был в горах четвертый раз и научился видеть то, что нарисовано на карте. Так же он знал, что если они сразу не смогли попасть на нужную тропу, значит и не попадут.
А остальные уже второй день пытались попасть на загадочное и красивое (если верить отзывам тех, кто там побывал) озеро Геологов. На фотографиях оно выглядело великолепно. Вертикальная стена с языками снежников, валуны на берегах и неподвижная гладь ледяной темной воды.
Размышления одетого в потрепанный в предыдущих походах чуть великоватый армейский зеленовато - коричневый камуфляж Михаила прервала внезапная остановка бредущий рядом с ним подруги. Пятнисто серая аккуратная курточка и потертые джинсы подчеркивали все достоинства аппетитной фигуры Ларисы.
Девушка внезапно остановилась, скинула на землю свой компактный рюкзак и резко заявила:
-Все, хватит. Надоело. Все идем и идем...
-Скоро придем, - устало возразил он останавливаясь и тем самым спровоцировал ее истерику.
-Когда?... Кто обещал привалы каждый час?... Зачем мы сегодня торчали целый день под этим чертовым хребтом?... Ведь заранее известно, что не пройдем - сам же говорил... Почему сразу не смог сказать об этом Виктору? Зачем мы вообще сюда поехали? Зачем, что бы вот так топать по этой чертовой дороге!
-Ты сама хотела съездить в Хибины, - попытался прервать ее монолог Михаил.
-Я? - гневно воскликнула Лариса, - это меня сюда вытащил! Обещал красивые закаты, сказочную природу... Где все это... Вчера нас чуть не сдуло ветром со склона. До этого мы бегали по Руднику в поисках какой-то тропы.
-Зато на КАМАЗе покатались, - ответил он, осторожно опуская свой огромный и плохо уложенный рюкзак.
-И все в мазуте изгваздались, которым был пол в кузове вымазан... Все, хватит с меня. Я возвращаюсь в Москву. А ты гуляй дальше вместе с Ольгой, как до этого ходили. Может ей нравиться вот так время проводить... А мне все это на...до...е...ло.., - произнесла она последние слово по слогам.
Михаил шагнул навстречу к Ларисе, решив обнять ее. Раньше этот прием срабатывал. В какой-то умной книге он прочел, что один из способов погасить конфликт - продемонстрировать свою любовь. Девушка отшатнулась и внезапно дала ему пощечину и истерично крикнула:
-Уйди. Не трогай меня. Все, пошел отсюда скотина. Ты мне всю жизнь испортил!
Видя, что он не намерен отступать, стукнула его своим кулачком в живот и вскрикнула от боли - удар пришелся на лежащий в одном из кармашков разгрузочного жилета нож. Отступив под его натиском она попыталась ударить ногой, но парень легко ушел с линии атаки. В следующее мгновенье он метнулся вперед и охватил ее руками, сжав словно железным обручем. Понятно, что опытный боец - рукопашник мог легко освободиться из этого захвата, но Лариса лишь попросила хмуро, признав его силу:
-Пусти!
-Не а. Остынь сначала, - равнодушно произнес Михаил, сумев до мгновенье до этого погасить вспышку неконтролируемой ярости, когда разум отключался и он трансформировался в дикого зверя. За полтора года их знакомства она все пыталась увидеть его в гневе, но так и не смогла.
Порой подругу раздражала его эмоциональная холодность и зажатость. Раскрепощался он только в постели и был, по ее утверждению, идеальным любовником. Может это была одна из причин, почему они прожили так долго вместе. Все же секс значил многое в их отношениях. Нравилось им обоим такое время провождение. Как и посиделки вдвоем в небольших уютных кафе и барах. А летом, если погода была хорошей, то посиделки на лавочке в старых московских дворах с пивом и чипсами.
А еще ее потребность в мужской любви (отец умер, когда ей было двенадцать лет) и боязнь остаться одной. Да и он ощущал себя дискомфортно в своей холостяцкой жизни. Хотя ее институтская подруга Ольга (собственно она их и познакомила), за которой он безуспешно ухаживал в течение пары лет, однажды сообщила Ларисе, что Михаил - неизлечимый холостяк и не планирует создавать «ячейку общества» с оформлением ее в ЗАГСе. Ее это устраивала, она пока не намеривалась ограничивать свою личную жизнь «узами Гименея». Просто она исходила из того, что он не последней мужчина в ее жизни. Всегда есть шанс встретить кого-то лучше. Тогда и можно будет расстаться с ним. А Михаил считал по другому. Мечтал о стабильной личной жизни вдвоем и примерял на себе роль мужа. При этом он считал, что их конфликты - издержки брака. Надеялся, что ему удастся научиться избегать их. Пока он только прощал ее.
Прошло пару минут. Внезапно она прижалась к нему и разрыдалась. Михаил механическими движениями гладил ее спину. В этот момент он испытывал чувство жалости к ней и вины за то, что так получилось.
-Прости меня. Просто я устала, - внезапно тихо произнесла она и поцеловала его в губы. Он прижался к ней и почувствовал, как жесткость в ее теле сменилось страстью. Их долгий поцелуй, как он шутил в позе номер один «камасутры по русский» (в одежде и самом необычном месте - типа поляны в городском парке или полутемном зале кинотеатра), длился минут пять.
Успокоившись, она спустилась к горной речке, спешащей по своим делам вдоль дороги, и умылась. Он в это время сидел на своем рюкзаке и размышлял над тем, что ожидает его дальше. Михаил знал, что Хибины - это то место, где можно узнать об истинных чувствах людей. В первый поход, так получилось, ушло четыре «семейных» пары. Две, через какой-то время сыграли свадьбу, а оставшиеся - его и Виктора распались. Для Ольги он остались просто другом. Может и сейчас начался тот же процесс - расставания? Будет теперь у них с другом не одна, а две «походных» подруги. Будет Лариса, как и Света, каждое лето ездить в Хибины, весной и осенью бродить по Подмосковью. И будет к ней отношение у него, как джентльмена к леди, а если точнее, как подруге друга которая оказалась на «выходе» без своего кавалера. Дозволено все, кроме флирта, ну и соответственно, любого развитие личных отношений.
Все началось в Москве за несколько часов до отъезда поезда. Она позвонила и сообщила, что ее рюкзак значительно тяжелее, чем у Ольги, и она поэтому остается дома. На вокзале, правда, выяснилось, что вес поклажи примерно одинаковый - в районе 16 кг. Вот только Ольга носит одежду на несколько размеров больше, чем Лариса. А вес рюкзака она занизила, так как ее мама могла услышать истинную цифру и устроить скандал с требованием чего-то выгрузить.
Второй сюрприз ожидал его в поезде. Подруга забыла лекарство, которое принимало регулярно и поэтому им пришлось с утра устроить пробежку по городу Апатиты в поисках нужного препарата. Теоретически его можно было найти в любой аптеке, проблема лишь в том, где взять в шесть утра работающее заведение. Им повезло - нашли. Заодно насладились видами утреннего, еще спящего, города. Есть в этом свое очарование, словно прикасаешься к чужой тайне или бродишь по снам домов и улиц.
Потом попытки прорваться на территорию Рудника. В связи с угрозой терактов на входе дежурила двое охранников, вооруженных резиновыми дубинками. Сначала они хотели поискать дыру в заборе, но потом возникло более элегантное решение. Вернее, его предложил водитель КАМАЗа с кузовом выкрашенным в оранжевый цвет. Внутри этого полутемного сооружения на колесах оказались несколько лавочек, пара каких-то непонятных агрегатов и железный бочонок. Виктор с картой сел в кабину - ему предстояло исполнять роль штурмана, остальные набились в кузов и заняли места у окошек. Аттракцион они потом прозвали «Хибинские горки». Машина стремительно мчалась по дорогам проложенным по Руднику. Пару раз колеса зависали над обрывом, дно которого находилась в метрах тридцати ниже трассы. Нужную тропу они так и не нашли. Там, где она должна была быть, они увидели вертикальную стену.
И тогда «руководство» группы решило попытаться выйти на нее сбоку. Поэтому они решили ночевать не на КСС или хотя бы в долине, а на хребте, что бы с утра продолжить штурм. И результаты этих и описанных выше событий он ощущал в данный момент времени.
Внезапно он услышал шаги и чьи-то голоса. На дороге появились высокий парень в камуфляжном ветрозащитном костюме (производитель почему - то назвал этот шедевр экипировки «костюм геодезиста») и второй, чуть пониже ростом, в джинах, серой ветровке и коричневой камуфляжной бандане. В это время Лариса вылезла из зарослей кустов и карликовых березок и подошла к Михаилу.
-У все в порядке? - тревожно спросил Виктор, - чего остановились?
-Перекур, - не стал вдаваться подробности Михаил, - а вы уже на КСС?
-Да, - ответил друг, - здесь недалеко идти. Домик уже арендовали. Баня завтра будет. Так что пошли.
Его спутник молча подошел к рюкзаку Ларисы и со словами: «Это не туристы, а пьянь какая-то», легко взвалил его на свою спину и бодро зашагал по дороге. Михаил сам навьючил на себя свою ношу и молча зашагал следом за Костей. Лариса с Виктором двинулись вслед за ними.
