Я вроде бы уже давным-давно зарекся писать или вообще как-то высказываться по поводу религиозных вопросов. И не читать подобные высказывания в ЖЖ. Но тут по работе (ох, работа ты моя, работа..) довелось вновь погрузиться в сие недушеполезное чтение. Стало просто страшно.
(Намеренно не убираю текст под кат, пусть отображается целиком, ибо всё здесь сказанное есть целиком моё ощущение «текущего момента»).
Братья и сестры, мы что с вами, накануне нового 1937-го? Только на сей раз — церковного? Мы что, в предвкушении «великой чистки» наших рядов — не совсем стройных оттого, что в них «затесались», «пролезли», «внедрились» не просто заблуждающиеся люди, не просто люди, чье мнение может элементарно не совпадать с мнением пресловутого «подавляющего большинства», а самые что ни на есть враги, идейные и коварные? Нам что сейчас, нечем больше заняться, кроме как вычислять с помощью «привлеченных аналитиков», кто за кого голосовал на Поместном Соборе и «чьих будет» тот или иной мало-мальски известный церковный функционер или даже просто ЖЖ-юзер?
Страшно оттого, что чуть ли не главное чувство, которое пропитывает сегодня взаимоотношения церковных людей (я намеренно не делаю различия между теми, кто регулярно причащается и потому-де имеет право называться церковным человеком, и теми, кто церковным человеком себя просто считает, не имея на то других оснований, кроме внутренней собственной в этом факте убежденности), — это не любовь и не желание как минимум понять другого, нет. Причем все прекрасно это понимают, и, буде кто вдруг заикнется об этой самой любви в ходе очередной ЖЖшной дискуссии — все одинаково снисходительно похлопают наивного человека по плечику: ну, да, ну, что с него взять — совсем еще младенец в вере!
А то, что сейчас на самом деле проникло в самую суть человеческих отношений внутри Церкви — это совсем даже другие чувства и мысли. Это тотальная подозрительность, недоверие, идейная бдительность 24 часа в сутки, ревность не по Бозе, а по тем, кто о Боге, по нашему мнению, умеет красиво сказать — начиная «широко известными в узких кругах» ЖЖшной тусовки священниками и (о ужас!) отцом Андреем Кураевым и заканчивая представителями церковной власти всех уровней. «Кто не с нами, тот против нас!» — всё просто и ясно, никаких особых сложностей новые хунвейбины и не воспримут. Они и не воспринимают. И идут в бой с сомкнутыми в благочестивой ненависти бровями и холодным мерцающим лучом идеологического сканера в глазах: «Кто здесь самый главный анархист? Кто здесь самых хитрый шпиён?..»
И вновь продолжается бой. И сердцу тревожно в груди. Очень тревожно. Потому как бой этот разворачивается не за чистоту веры (такими высокими материями в последнее время уже даже как-то стало и непопулярно прикрываться), а за чистоту пресловутых «рядов».
— Сцена с граблями, дубль ...дцатый!..
Страшно. Потому как в нашем с вами случае, дорогие братья и сестры, грабли могут долбануть так, что осколки, острые и больно ранящие, еще дол-о-олго будут собирать потомки наших потомков. А память о нас с вами — вне зависимости от того, в какой «партии» кто из нас состоял, вне зависимости от степени нашей лояльности и ее вектора, вне зависимости от того, оказался ли он в стане «проигравших» или стал причастным к славной когорте пламеннооких духоносных «чистильщиков» — память о всех нас «погибнет с шумом». И шум этот будет совсем не героического свойства; когда грабли шарахают в лоб, литавры и валторны с фанфарами молчат.
Для кого я всё это пишу? Может быть, для тех моих коллег, которые, проведя блестящую оперативно-розыскную деятельность, успешно вычислили меня здесь на ли.ру и теперь внимательно штудируют все двести девяносто страниц моих рефлексий. Может быть, для тех моих друзей и знакомых, кто думает примерно так же — просто чтобы лишний раз ощутить, хотя бы виртуально, поддержку друзей. Может быть, для самого себя; время от времени необходимо утрясать свои мысли и чувства, сбивать их в какую-то конструкцию и оставлять то, что получилось, как веху, на пути — чтобы знать, где ты шел и куда ты шел.
«— Бедный Робин Крузо! Куда ты попал, Робин Крузо? Куда ты попал? Где ты был? — Измученный продолжительной греблей, я спал таким крепким сном, что не сразу мог проснуться, и мне долго казалось, что я слышу этот голос во сне» (Даниель Дефо. «Робинзон Крузо»).
***
