Этот рассказ – небольшая зарисовка, набросок в стиле импрессионизм. А посвящен он – всем, кто творит для нас, читателей, и у кого это получается удачно.

Его звали Мрак. О, да, именно так его звали. Подходящее имя для мужчины, неправда ли? При чем не просто для мужчины – для настоящего героя, воина, охотника, для идеала…Мрак…

Да, он имел свои недостатки ( все мы не боги), но в сравнении со многими другими он все же был совершенен. И он был тем самым идеалом. По крайней мере, для Грома, хотя и не только для него.

Он всегда стремился быть похожим на Мрака, однако не терял самобытности, всегда оставался самим собой…

Кличку он получил не столько из-за фамилии Громовой, сколько из-за своего характера, который этой фамилии полностью соответствовал.

Детство его прошло не слишком счастливо – он рос без отца – и некому было сделать из него мужчину, кроме его самого… Ему удалось это в полной мере… Девушки сходили с ума от его жестов, манеры вести разговор – он всегда вел себя вежливо по отношению к слабому полу, а сейчас такое редко встретишь - , от того, как он одевается, ходит, как смотри в глаза, от его широких плеч, даже от легкого шрама на щеке, что остался после занятий боевыми искусствами – товарищ по команде как-то задел его твердой перчаткой и располосовал скулу. И даже несмотря на то, что это шрам совсем не был героическим, то есть не был получен в настоящем бою, а скорее наоборот, он гордился им так , как если бы его нанес ему заклятый враг…Ранил его и не убил…

Его женщины ( уже не глупые девчонки времен ранней молодости, а матерые светские львицы, искусительницы) были все безупречной красоты, и он считал себя достойным их всех .

Он редко дрался и ссорился, но если уж дело доходило до рукопашной, он неизменно укладывал на лопатки любого, впрочем, ему не доводилось иметь в жизни дело с лучшими бойцами, а у него был седьмой дан по кик-боксингу.

Он обожал скорость, острые ощущения, азарт, но несмотря на частые уличные гонки по ночам и периодические волнующие романы, именно азарта ему явно не хватало, не доставало, казалось, адреналина – реальных битв, сражений, приключений, а он всей душой жаждал этого.

Он был романтиком, играл на гитаре и пел о героях великих времен , втайне мечтая оказаться на их месте…Да, у него было много друзей, его любили и всегда ждали, но все же…все же это был не его мир – он родился не в свою эпоху, и он понимал это.

Вся жизнь проходила незаметно, бестолково, как ему казалось, неоправданно. Он все чаще приходил к мысли, что живет просто так – не ради идеи, не ради любви или дружбы, просто живет… И это угнетало его – он боялся жить бесцельно, при этом зная, что лет восемьсот назад он нашел бы свое место в этом мире. Психолог не был в состоянии чем-нибудь помочь, из депрессии способен выйти только лишь сам человек – врачи тут бессильны; а жена говорила, что вся беда от этих бестолковых книжек, что он читает. Что ж, отчасти она была права. Друзья шутили, что ему надо вступить в какое-нибудь тайное общество по увлечениям типа общины толканутых. Но он не понимал этих странных людей, что имитируют события, играют как в театре – в войну, любовь, горе…Ведь ему хотелось реальности, а не спектакля, не выдуманного представления, хотелось ощущать все материально, чувствовать холодную остроту клинка и обжигающий удар стрелы, вкус самодельного вина в деревенской корчме наравне со вкусом поцелуя красавицы…Но этого не было, и этому не суждено было БЫТЬ, потому что мечты, такие мечты никогда не воплощаются в жизнь…

Он воспитал себя сам, каким хотел. Даже в Чечне, служа в летных войсках, он не нашел того, что искал… И вот, вернувшись, он неожиданно понял ВСЕ, понял толканутых, понял свою жену и друзей и, наконец, понял, что его призвание – создавать книги. И тогда он стал писать романы, нет, не любовные – он считал их едва ли не желтой прессой – героические, фэнтезийные, какие ему хотелось...разные по содержанию, контексту – смешные и грустные, иногда слегка романтические, но все они неизменно сходились в одном – в ноющей, глубокой тоске по тому, чему не суждено сбыться…никогда. Он ясно осознал, ощутил всей душой, что его миссия – дарить людям мечты, обострять чувства, будить воображение и проповедовать добрые и благородные идеи… Он изменился, и все стали это замечать – исчезли отстраненность и холод в его глазах, он…спустился с небес на землю, стал простым и реальным, досягаемым…

…Да, имя ему было Мрак…А точнее – Гром. А хотя, если подумать…имя ему было – ПИСАТЕЛЬ. И он знал, что может стать кем угодно – воином-легионером, гладиатором, чернокнижником, первооткрывателем, пиратом, магом – это осуществилось для него в его книгах. Полет мысли не имеет предела, а Гром лишь облачал свою фантазию в слова, делал понятной и доступной для всех без исключения, задавал направление, а дальше…дальше каждый, кто читал его произведения, додумывал многое сам, создавая свой мир, яркий и полный красок.

А пока …пусть те, кто клянет литературу и называет ее тупиковой ветвью искусства, которая постепенно угасает…так вот, пусть они придержат язык за зубами. Потому что кем бы ОН ни был, его до сих пор зовут Гром. А Гром всегда платит по счетам. И пусть нет у него возможности взять меч и вызвать неприятеля на честный поединок – ему это и не нужно, потому что ПРАВОЕ слово в умелых руках – острее всякого меча ранит душу, а оно всегда на вооружении у писателя.