Мне казалось, я смогла бы дойти до Башни,
Поддерживающей миры -
Только зачем мне чья-то чужая игра?
Помню, когда-то мы толковали сны,
Кажется это было будто вчера.

Помнишь, стрелок, темный гадальный шар -
Ты не хотел смотреть – а я не боюсь.
Мой эшафот – в красное вывел пожар,
На память оставлю ярость, не тихую грусть.
Помнишь поле – море мареновых роз,
Я рисовать буду дверь в иные миры.
Паролем на вход один извечный вопрос,
И каждая третья дверь – заперта изнутри…

Мне казалось, стрелок, я смогла бы пройти весь твой путь,
Но моя остановка раньше на пару миль.
Мой поезд сходит с рельсов. А ты не забудь,
Песок бесплодных земель вспорет Голландца киль.
Мой летучий фрегат, обугленный в тот пожар,
Рвет паруса свои на обрывки траурных лент,
Мой взгляд навек погружен в черный гадальный шар -
И я, увы, уже не вернусь на заоблачный континент.

В моем личном аду, стрелок, ходят мимо зеркальных дверей.
Не смотрят цветные сны и не чертят углем круги
На холодном полу, поджидая незримых гостей.

В моем личном аду, стрелок – без стрелок один циферблат,
И часы не идут ни вперед, ни назад,
Мое время стоит, ожидая гудок медных труб,
Разрушая лучи, я тружусь над постройкой моста -
Моя жизнь была так запредельно пуста,
Что за тысячи лье от креста на горе, я хожу по воде,
И смеюсь над пророками этой земли,
Отраженной от истинной тысячи раз, как в картинах Дали.

Сюрреально искомкан мой мир, полосою дождя.
Мы по-прежнему ищем Грааль в очарованном сне.
В моем личном аду, стрелок, все как будто бы явь,
Но сама я всего лишь портрет на кирпичной стене.

Переплавь револьверную сталь в холодный клинок.
Я опять схороню Калибурн на илистом дне пруда -
Последней каплей стекает время-песок.
Когда губы упрямо прошепчут "нет", сердце глухо стучит – «да»...

(с)Nataly Isupova
август 2007г.