В школьные годы мы крепко дружили, долго, страстно, и даже, наверное, самозабвенно, от аз до ять-всю школьную жизнь.
Случались порой легкомысленные детские ссоры и эгоистические обиды, но они закономерно таяли, как льдинка на горячей ладони. Были и первые бабские истерики-пожары, зажженные беснующим гормональным цунами и даже юношеско-макималистические переходы на плакатный жаргон «А, что ты сделала для?..», но, детство и юность настолько светлы, что своим заревом развеивали туманы огорчений и обид. И мы обнявшись, лили сопливые слезы на плече друг у друга, правда, в вечной любви не клялись. Было сладко и томно, с примесью мускатного вкуса первых полуженских откровений и бесстыдной, как на прозекторском столе, обнаженности эмоций, что друг перед другом вдруг открывалась беспарольно: «Гюльчатай, открой личико!»
Последний звонок, как кесарев нож, разрубил переплетенье пяти пуповин. И мы воздушными змеям вырвались на вольные просторы взрослой жизни, разлетелись, разогнались, разбежались, разъехались, случайно или закономерно, но каждая пошла своим путем.


Светка
Последний, выпускной класс она сошла с ума, безостановочно и безрассудно влюбилась в одноклассника Юрку. По весне, как молодая кошка, голову потеряла вовсе. Ежевечерние гуляния под луной, полирование скамеек в городском парке, смелое изучение тел друг друга, чуть не закончилось печальным исходом. Вовремя спохватившиеся родители, наложили домашний арест, вытянули ситуацию из пата: выпускные экзамены сдала, но вступительные провалила. Молодое, упругое, налитое женским соком тело, что вот-вот перельется из сосуда-амфоры, требовало выхода или, все-таки, входа. Но, Юрка после выпускного неожиданно свалил в Венесуэлу к бездетной двоюродной бабке с надеждой и верой, что навсегда, с приговором «пожизненно», но с клятвенным обещанием своей Светке-Джульете: прискакать на белом жеребце и увезти в райские сады Карибов.
Но любовь, увы, не сказка со счастливым концом! Она, как приходит, так и уходит, случайно, скоропостижно, в сухом остатке оставляя лишь воспоминания, да и те - избирательные-фасеточный отпечаток памяти.
Какой там журавль в небе, если девке замуж невтерпеж и в руках трепещет жирная синица! Через год, когда он вернулся к ней, непризнанным внучатым племянником, изгнанным из райских садов Эдема, Светка примеряла платье невесты и тоненькое золотое обручальное кольцо с осколками брильянтов - россыпью надежд, правда уже, с другим Юрием, по случайному совпадению.

Новый Юрий носил имя с отчеством, легкую плешь спереди и занудный характер. Был старше на целых 8 лет (в 18 разница в 8 лет воспринимается за целую эпоху), жил с родителями, за счет родителей, слушался родителей. Не знаю, жила ли там любовь, но страстей не наблюдалось. Просто, по-хозяйски он начал ее обхаживать, как очередную попытку (мне тогда даже казалось, что по списку), кажется, третью: до ухаживаний за Светкой была Ирка, потом я, но совсем и бесповоротно, безрезультатно...
Сдалась Светка.
В начале сентября, через год с небольшим довеском после окончания школы, мы съехались к ней на свадьбу. Свадьба шипела и пузырилась, растекалась, как воды Днепра в половодье. Жених был скучен и нуден, невеста искрилась фантомом будущего призрачного семейного счастья, столы ломились под тяжестью еды 3 дня…

Еще один, последний раз, мы собрались впятером, когда через 10 месяцев она принесла в дом дочку. Светка была высушена молочной лихорадкой, бессонными материнскими ночами, но счастлива еще больше, чем в день бракосочетания. После поступила заочно на биофак университета. Сдавала сессии эпизодами, на курсе 4-5, в порыве откровения, призналась нашей Вике, что профукала юность и бесшабашное студенчество, которое прошло, пролетело, промчалось мимо, как проходящий скоростной поезд. Вроде как и не жила. Крутилась белкой в колесе, по кругу мчалась заводной игрушкой: работа-дом-ребенок-муж-работа-дом…эпизодами мгновения календарных праздников…

Сейчас Вике-дочке почти 14. Выросла…
Светка летом переехала в «большой город», где пару лет назад они с мужем купили дом-очередное вложение капитала. Переехала с мотивацией вывести дочь в люди, дать образование, но на самом деле, убежала от той семьи.

-Если он раз в месяц к нам приедет, и то-хорошо. Мне без него спокойнее. Я здесь, он-там…Вика-очень талантливый ребенок, рисует, моделирует одежду…а тут новый класс набирали из талантливых детей, конкурс она прошла…работу так и не нашла, пока дома сижу…да, он обеспечивает, правда, все под отчет, но я экономлю…

Каждые выходные ее ребенок приезжает к бабушке-дедушке и отцу. Говорит, что скучает по родному дому, по друзьям…
А, Светка? Мне кажется, что наконец-то, она выросла и повзрослела, что ли.
Хотя, за эти 15 лет, практически, не изменилась внешне: худенькая, стройная, стрижка каре, как на выпускном… но, внутри-выжженная огнем пустыня, где только-только начинает проклевываться первая зелень, после проливного, жизнедающего дождя.
Мне хочется верить, что у нее будет все хорошо и даже замечательно.
Потому, что 15 лет нельзя так жить! Это невозможно, нереально, неправильно, нежизненно и филиал палаты № 6.
Мне очень хочется, чтобы наконец-то она была счастлива, по-женски счастлива!
А перед глазами, наверное, навсегда так и останется ее фантом, захлебывающийся в вое, с причитанием: «За что?»
Мы мало, что знали из ее семейной жизни, так крохи, эпизоды…
Жизнь под одной крышей с родителями мужа. Строгий отчет во всем: куда? что? сколько?
Очередная перебранка, не первая и не последняя, из серии таких же банальных склок со свекровью. Запрет на стирку порошком, купленным за деньги «мамы в законе». Она, собрав грязные детские вещи, ушла стирать их в родительский дом. Муж, сорвавшись с работы, приехал следом, догнал, ворвался разъяренным зверем, устроил ревизию, на предмет «не вывезла ли чего родителям?». Сгреб ее в охапку, притащил за волосы домой. А потом держал крепко-крепко, заломив руки за спину, пока его отец ее избивал, приговаривая: «Нечего выносить ссор из избы!..»

Мне очень хочется, чтобы она была счастлива!
Беги, Светка, беги!

Серия сообщений "Пятерка":
Часть 1 - Пятерка
Часть 2 - убежала
Часть 3 - И будет жизнь с ее насущным хлебом (c)
Часть 4 - История апреля