Образованный вождь говорил медленно и прочувствованно, так что у меня поневоле защемило сердце и глаза увлажнились. Я бросилась к нему, крепко обняла и начала обливать слезами...



— Бедный, бедный Зоркий Медведь! Несчастные ирокезы, невинные жертвы наглых бледнолицых... У-а-у-у-а-у-у,— подвывала я на груди главы племени. Алекс с Мурзиком еле оттащили меня в сторону, потому что я человек увлекающийся. Но поверьте, мне было так больно и обидно за всю индейскую братию, что мои всхлипы быстро перешли в бурные рыдания с истерикой.
Я энергично трясла обалдевшего вождя, схватив его за плечи, и вопила: — Не теряй мужества, Зоркий Медведь! Никогда не сдавайся этим жалким койотам! Отстаивай свои суверенные права. Я поведу вас в бой! Мы достанем космическое вооружение, у Стива есть ключи от склада боеприпасов, так что победа нам обеспечена. Мы на века отучим этих янки от чувства собственничества по отношению к тому, что им не принадлежит. Мы изменим историю! «Янки, гоу хоум!»
Я успокоилась, только когда Алекс облил меня водой. Профессор, вереща, вертелся рядом, крутой, ага... Приложив холодные подушечки лап к моему лбу, он проверил, не подскочила ли у меня температура. Заботливый какой выискался.
Но все-таки я очень быстро успокоилась, потому как понимала, что с момента просьбы вождя мы уже не на отдыхе, а при исполнении. Не думаю, что мои партнеры откажут индейцам в помощи. В смысле, пусть только попробуют...
— Ладно, ребята, мы беремся за это дело о Долговязом Джоэле. Повторите детали, и поподробнее.
Конечно, немножечко злило то, что отпуск превратился в работу. С горечью вспомнился Эркюль Пуаро, который, на каком бы курорте ни появлялся, так там тут же случалось убийство. И расхлебывать очередное преступление века, само собой, приходилось бельгийскому сыщику. Вот и у нас так получилось (неужели это судьба?), что от работы не убежишь даже на каникулах...
Кот достал очки и нацепил их на нос. Вождь потихоньку выскользнул из вигвама, радуясь, что легко отделался.