Так все и было, по главной улице, то есть, по проспекту имени князя-засони-Гедиминаса шел детский духовой оркестр, дети примерно от девяти до шестнадцати дудели, а девочки-подростки в ярких платьях организованно и ритмично размахивали жезлами, вскидывали ножки в красных и белых башмачках.
И вот эта глупость, конечно, всякий раз прошибает меня до слез - музыканты, дети, девочки, ножки, яркие цвета, ритм, ослепительный блеск меди, торжество всего самого недолговечного: звука, цвета, дыхания, радости, многообещающей незавершенности форм.
Такая очень дурная, совершенно неэффективная, но завораживающая магия эти духовые оркестры, особенно детские; впрочем, не только. Такой нелогичный, избыточный, стратегически непродуманный вызов смерти - краткая, как выдох, возможность не знать о ней, или даже невозможность о ней знать, пока звучат трубы и взлетают ослепительные ножки, душа устремляется к небу, как йо-йо, мячик на резиночке, сейчас вернется обратно, никуда не денется, ррраз - и все. Не пир, но танцульки во время чумы, которая - всегда. Которая - условие задачи. Которая - почти все.
Не победа над смертью, какая уж тут победа. Но - радостное утверждение жизни вопреки очевидному. Глупый самообман, который - священная правда. Целых пять, или сколько там минут, пока играет музыка, никакой другой правды быть не может, вот в чем штука. И какая разница, что было до, и что будет потом.
До слез прошибает, конечно. Хорошо, что милосердный господь специально для таких случаев изобрел солнечные очки и самолично раздал их наиболее вдохновенным придуркам, чтобы не пугали прочий уличный народ, вприпрыжку бегущий по тротуарам за шествующим по мостовой оркестром. Чтобы не нарушали священный покой всех этих временно, но с полной отдачей бессмертных.
Какой-то такой специальный дурной европейский дзен все это - уличные оркестры, ярмарки, карнавалы. Какой-то наш местный, локальный способ дурковать на радость вселенной. Потому что она явно и недвусмысленно ликует, пока идет по главной улице детский оркестр, видно же, такое шило в мешке не утаишь.

А, да.
Еще мне показали серию сериала "Менталист". То есть, мне показали несколько, но значение имеет только одна. Там в финале главный герой сидит с человеком, который только что принял яд, чтобы не мучиться болезнью и быстренько, аккуратно умереть вот прям через пару минут. И главный герой развлекает его фокусами. И чуваку так интересно, как это у него получается, что он забывает обо всем остальном. И что жить ему осталось уже меньше минуты - забывает. И даже умирает как-то между делом, явно не сразу это заметив.
У меня такое ощущение, что мне яростно, в лоб показали, чем я тут занимаюсь.
Это гораздо меньше, чем я хочу. И, наверное, немного больше, чем вообще возможно.
И если это действительно все, что можно сделать, это все равно очень много, вот чего.
Но я все равно думаю, что можно - гораздо больше.
Вот например, по главной улице с оркестром. И чтобы улица - бесконечная. И чтобы дуть - всегда. Тоже ведь можно.

(с) chingizid