За прошедшее восьмое марта я успела четко уяснить две вещи. Во-первых, мешать вино с шампанским -- это изощренный способ пытки для мазохистов-затейников. Во-вторых, в состоянии не просто подпития, а грандиозного упития, меня нельзя пускать в Интернет и к прочим средствам связи типа мобильного, иначе мне будет очень страшно просыпаться. Потому что напившись, я начинаю в кои-то веки говорить именно то, что думаю. И эта правда бывает по большей части не слишком цензурна. Как говорится, есть две правды, папаша. А окружающим лучше знать только одну.