Я всегда знала, что лошади – существа довольно-таки вредные. А все - потому что умные. Взять, к примеру, Пьера. То ли откушенное в детстве старшим братиком ухо, то ли невысокий рост (читай, комплекс Наполеона) сделали его хитрым и упрямым. Дух противоречия стал, пожалуй, главной чертой характера. В общем, на почве этого у нас сразу же возникла симпатия друг к другу. И для начала Пьер начисто забыл, как ходить. «Что такое? Что она творит?» - читалось в больших и грустных глазах, пока я пыталась пришпорить животное. «Я тут совершенно не причем. Кони созданы для того, чтобы стоять, как вкопанные. Так что никуда я не пойду». Вид хворостины несколько подлечил внезапную потерю памяти, и Пьер вдруг осознал: оказывается, шевелить ногами он умеет. И он пошел, однако, без всякого удовольствия: «ну ладно, раз ты такая упертая, пожалуйста. Мне, по сути, не трудно». Так мы отправились в трехчасовое путешествие по горным тропинкам.
Довольно увлекательное занятие ездить на лошади шагом. Увлекательное, но быстро надоедает. Хочется стремиться к новым горизонтам, то есть, передвигаться несколько быстрее. Короче, я попыталась пустить Пьера рысью. « Ага, не на того напала, сейчас я тебе устрою» - подумал он. Хворостина и понукания, конечно, свое дело сделали, легкой рысцой мы обогнали впереди идущего коня ровно на полкорпуса.«Ура», - подумала я и уже было расслабилась, как вдруг Пьер элегантным движением бедра пнул собрата, а затем, как ни в чем не бывало снова перешел на шаг. Следующая попытка заставить его перейти на рысь тоже окончилась неудачей. Запрокинув голову, с победоносным видом он поскакал прямо в кусты шиповника, я едва смогла остановить животное. Так повторялось несколько раз, и, в результате, мои ноги покрылись мелкими царапинами и ссадинами. «Ну уж, так просто я от тебя не отстану», - последовал резкий удар. Пьер понял, что легче подчиниться, и мы наконец-то поехали рысью. Тут же почувствовала себя мешком с картошкой в прицепе машины, едущей по очень неровной грунтовке, вспомнила, что надо плотнее обхватить корпус коня ногами, это помогло не сильно. Однако, впечатления – потрясающие, да и Пьер понял, что мы преодолели первую половину пути и побежал несколько быстрее. Впереди – отличная поляна, на которой нас ждал сюрприз в виде сельского парня на вороном скакуне. Друзья эти, завидев нас, перешли в галоп, мой же конь тоже рванул с места, и от неожиданности я чуть не вылетела из седла. Но, самое главное, мне понравилось так скакать. Парень умчался куда-то вперед, а я решила повторить маневр. Пьер пару раз попытался снова залезть в кусты, но понял, что спорить бесполезно и лучше потерпеть эту настырную девченку. И мы поскакали. Галопом. По поляне. Потом еще по одной, и так – почти до самой конефермы. Добрались вполне благополучно, я бы даже сказала – достойно. Поблагодарила конягу сахарком (кстати, неплохое изобретение – продавать «спецсахар для лошадей» по цене: 5 рублей за штуку) и яблоками. Надо ли рассказывать, что после этой поездке болело все. Во-первых, я стерла внутреннюю поверхность бедра, во-вторых, у меня тряслись руки, и я не могла поднять вилку из-за перенапряжения в мышцах, в третьих, ныли спина и попа. В общем, ощущения такие, словно я день пахала в спортзале. А казалось бы, три часа на лошади. Всего-то… Но эти три часа того стоили. Непередаваемое ощущение мощи коня под тобой, свиста ветра в ушах, красоты гор и солнца, и чистейшего воздуха.