Как я чистил мандарин?

или


...беру в ладонь мандаринку. Холодная, только что с мороза. Заботливо согреваю
ее, переминаю двумя руками, подношу ко рту и касаюсь губами ароматной оранжевой
корочки, пробуя как хороршо она нагрелась. На мгновение мне кажется что плод
становится побольше, самую капельку, но оттого мандаринка становится еще
аппетитнее. Горьковатый, терпкий запах цедры уже беспокоит мое обоняние. Я
чувствую, как текут слюнки. Еще немного и я могу проглочу ее целиком, даже не
сняв изжелта-румяной шкурки.
У осования большого пальца, самой мясистой частью ладошки (к сожалению, я не
силен в хиромантии - не знаю, как верно называется этот холм) я ощущаю едва
уловимый бугорок. Теперь я знаю, где находится сердцевинка этого замечательного
оранжевого шарика. Но стоп. Едва обозначив этот место указательным пальцем, я
переворачиваю мандаринку на бок, нахожу самый красный участок уже ощутисо
набухшей шкурки и впиваюсь в него ногтем. Сначала указательный палец, затем
средний неспеша проникают под кожуру, очень аккуратно чтобы не задеть тонкую,
чувствительную кожицу упругих ароматных долек. Они достигают - ведь это их
истинная цель - той самой сердцевинки, они хороошо помнят, тот миг, когда
встретились с ней впервые. Два ласковых фруктовых лазутчика зажимамют
сердцевинку, провозглашая тем самым здесь свое господство. Кажется, я чувствую,
как внутри этого чудесного создания природы неутотмимым, взволнованым, но
покорным растительным сердцем бьется само Солнце. Но достаточно нежностей.
Резким движением все пальцы проникают еще глубже под кожуру, большой палец
образовывает с остальными подобие обруча, и при самом небольшом участии другой
руки цельная бархантная шкурка мандаринки падает на пол, стыдливо обнажая
прекрасную, почти совершенную наготу бедной мандаринки.

Я очищаю еще одну мандаринку, отпиваю глоток "Мартини", и поглядываю на остальные фрукты с вполне определенной целью пригототвить сегодня замечательное ассорти.