Когда-то (больше 10 лет назад) я работал на своего друга - был у него водителем на своей "Таврии". Возил его на работу и с работы, а в течение дня возил насосы и прочее по различным магазинам. Нормально жил, короче. Сытно, а главное – весело.
А однажды даже всё лето прожил на даче у этого друга-начальника. Вернее, дача была не его, а его тогдашней жены, но это неважно.
Главное - дача находилась (да и сейчас находится) в курортном пригороде Питера под названием Кавголово, почти на берегу самого большого тамошнего озера. И раньше (ещё раньше) принадлежала Самуилу нашему Яковлевичу Маршаку. Тому самому. И на этой даче гостевал Даниил наш Хармс.
А потом (гораздо потом) там гостевал Максиморон.
И сочинялись ему там следующие стихи:

Здесь, на кавголовской даче
Жил когда-то С.Маршак.
А теперь я, чуть не плача,
Тут ишачу, как ишак.

Нет, не то, чтоб "здесь живу я" -
Эта дача не моя.
Но хозяин тут жирует.
А работаю тут я.

Я не знаю, как маршачил
Предыдущий тут поэт,
Только в том, что я ишачу,
В том, друзья, сомнений нет.

Я в хорошую погоду,
В яркий солнечный денёк
Жгу, пилю, таскаю воду,
А хозяин пьёт чаёк.

А хозяин загорает
И купается весь день
В преферанс, крокет играет…
Отдыхать ему уж лень.
………………..
Я не знаю, что там делал
Хармс на даче Маршака,
Но моё худое тело……………….

На этом стихотворение обрывается. А мне не хочется додумывать то, что было придумано более 10 лет назад. Лишь один вопрос меня занимает: что отвлекло меня тогда от досочинения стиха?.. Может, очередная партия в крокет? Или в преферанс?
Ведь он, стих, написан на тетрадном листочке в клетку, поверх расписанной на троих преферансовой пульки. Игроков было трое: "М", "Н" и "К". М – это я. Н – это моя тогдашняя жена. А К – это тот самый друг-работодатель. Костя.

Кстати, сейчас Костю зовут Константином Леонидовичем Шишкиным.
И владеет он сейчас всем тем, о чём рассказывает этот сайт: http://www.gidrosnab.ru/
Прошу, кыгыца, любить и жаловать.

Тем более, что Константин Леонидович обещался в скором времени перевести с плёнки в цифру старые записи пары моих песен (с профессиональной аранжировкой!).
Тех песен, запись которых на современной (тогда современной) звукостудии – так же, как и работу аранжировщика – оплачивал ещё Костя. Из своего кармана, между прочим.

Хорошо, что тогдашняя жена Кости (та самая, которой принадлежала дача Маршака) не разрешила ему продолжать делать этот безрассудный и расточительный поступок.
А то бы был я сейчас популярным автором-исполнителем, и никому из вас руки бы не подавал. Да и не знал бы никого из вас.

А главное: не появилась бы тогда у меня в жизни последняя моя любовь – Лака_Лисица