Стихотворение - не мое. Но потрясающее. Посвящается всем тем, кто любит, когда-то любил и особенно тем, кого любовь только еще ждет...

Дом (Елена Крюкова)
Вот он, дом. Я сюда не хотела идти.
Я хотела объятий, как ягод!..
Только чуяла – под ноги мне на пути
Эти лестницы стылые лягут.
Поднимайся же, баба, вдоль по этажам.
За дверьми – то рыданье, то хохот.
Так, должно быть, циркачки идут по ножам,
Слыша зала стихающий рокот...
Одинока угрюмой высотки тюрьма.
На какой мне этаж?.. – я забыла...
Свет багровый. А лестница – можно с ума
Тут сойти, так вцепляясь в перила!
Ну же, выше!.. На лестничных клетках – огни,
Как волчиные – во поле – зраки...
А за каждою дверью – нагие Они,
Переплетшие жизни – во мраке!
И внезапно глаза мои – чисто рентген! –
Стали зреть через доски и стены!
И застыла я, видя узорочья вен
И разверстые в страсти колена!
И прижала ладонь, чтоб не крикнуть! – ко рту,
Видя тех, кто в Прощании слился,
И того, кто на писаную красоту
Пред холстом своим рюмкой крестился...
И вошли все любовные жизни в меня!
И чужая – как хлынула – горесть
Или радость? – мне в грудь – да потоком огня.
Все тебе – наше всё –Ars Amores!
Вот тебе – это наше Искусство Любви!
И пускай нам Овидия нету,
Баба, тут же – чернила из раны – дави!.. –
Опиши, как астроном планету, -
Всю любовь коммуналок, все страсти пивных,
Все разлуки щенков несмышленых,
Всю красу слез алмазных и плеч золотых
Под рубахами бедных влюбленных!
Ибо нету для Бога запретного, нет!
Сами мы себя в склеп заточили.
А любовь – даже злая – невидимый свет,
Озаряющий в смерти, в могиле!
И поскольку мне видящи очи даны,
А и глотки – звенящее слово,
Опишу я любовь.
Это видеть должны.
Это будет – с грядущими – снова.