…Эта история началась 23 февраля 2003 года, в то время я проходил срочную службу на ПСКРе «Айсберг», был дембелем. И так…
22 февраля меня и моего лучшего друга вызвал к себе заместитель командира корабля капитан 3 ранга Чуйков и предложил нам съездить в местную школу, что бы провести там урок мужества в честь праздника – мы охотно согласились, т.к для «серой» армейской жизни любое отклонение от распорядка дня уже хорошо. Съездили замечательно. Рассказали школьникам о службе, о себе. Школьники надарили нам целую кучу подарков и цветов. На корабль вернулись довольными, но долго радоваться не пришлось, т.к практически сразу меня усадили за компьютер (я единственный из экипажа кто хоть что то в нем понимал) набирать очередной «секретный документ для Родины.».
Именно в этот день к нам на корабль пришла группа учащихся из местного училища. Я работал в каюте командира БЧ-4 и через открытую дверь сначала услышал, а потом и увидел их самих. Там было много девушек. Мне очень сильно захотелось поскорее закончить работу и пойти повнимательнее рассмотреть их, как ни как, но девушки на на корабле – редкость, можно сказать экзотика…Сказано – сделано, сделал работу «тяп-ляп» и побежал на матросскую палубу. Группу водили окружив со всех сторон офицерами корабля, наверное боялись что мы, матросы, на них накинемся как звери. Как бы бдительно их не охраняли, двое из наших ребят, Васильев Михаил и Ганеев Ильяс все таки смогли «украсть» от общей толпы учащихся 3-х девушек. Они спустили их в боевой пост, который на корабле называют гиропост. Я спустился следом за ними. Из за долгого отсутствия общения с женским полом я смотрел на девушек с огромным интересом, слушал каждое их нее слово с открытым ртом. Правда, на сколько я помню, из моего рта ни одного слова так и не вылетело, может быть скромность, может еще что то, но я молчал... Долго насладиться этим прекрасным мгновением общения нам не дали, т.к девушек стали искать. Делать нечего – пришлось выводить их обратно. Перед тем как они ушли ребята успели взять у них телефоны (только зачем? Телефона на тот момент у нас на корабле не было). На этом все и закончилось. Хотя нет. Помню после того как группа покинула борт корабля я и Мишка Васильев выбежали на верхнюю палубу, встали около пушек и смотрели как они поднимаются по горке ведущей от нашей части, махали руками и свистели. На этом все могло и закончиться, но…
В 18:00 этого же дня я заступил на вахту дежурного по низам, взял в свои руки бразды управления кораблем. Дело уже было в 21:00 когда мне от нечего делать в голову пришла шальная мысль «А почему на других кораблях есть телефон, а у нас нет?». Вызвал к себе нашего связиста. На мой вопрос «Можно ли у нас на корабле провести городской телефон?» он ответил «Нет…» (удар в грудь связиста) «Хотя знаешь, можно провести телефон, но работать он будет через коммутатор, так называемый Киш-Миш». Установив сроки установки телефона (12 часов с момента нашего разговора) я отправил связиста заниматься этим делом, а сам побежал с радостной новостью в низ, к своим друзьям-дембелям. Новость была воспринята на ура! «Мы будем звонить в город!» «Мы сможем звонить дамам!» именно такие высказывания слышались в тот момент в умывальнике корабля.
На следующий день, в 12:00 телефон был установлен и исправно работал, правда в город нам позвонить не давали. Стали думать, что делать? Вспомнили, что раньше Андрей Уткин служил в роте связи и у него есть знакомые на Киш-Мише…Через 30 минут разговоров с Киш-Мишом нам дали добро на выход на городскую линию. Именно тогда мы первый раз позвонили дамам. Разговаривал Ганеев Ильяс и Васильев Михаил, а мы, остальные сидели молча вокруг них и пытались по сказанным нашими товари-щами словам определить содержание разговора…Разговор прощел удачно.
Через 3 дня у нас было хорошее обеспеченье на корабле (т.е. вахту нес нормальный офицер и мичман) и мы решили выпить. Мне как раз пришла посылка – хотели все пустить на закуску. А потом кто то предложил, казавшуюся вначале бредовой идею «А не пригласить ли к нам девушек?». Думали, думали и решили, что это можно провернуть, но надо потратить очень много сил, что бы незаметно провести их на корабль. Звонить дамам отправили Ильяса и Сарина Влада, нашего кока. Как это не странно, но девушки согласились. Мы начали готовиться еще тщательнее. Пить решили в ЗиПе электриков, т.к. там тихо и ни кого нет. Встреча должна была произойти в 22:00 на КПП части. Один из нас должен был выйти и встретить дам у ворот. До прихода девушек оставалось еще более 40 минут и мы решили потратить это время на помывку себя любимых…
В 22:00 с борта корабля соскользнули две темные фигуры и скорым шагом направились к воротам части. Это были Сарин Влад и Косинов Сергей. Мы, остальные, наблюдали за ними прильнув к иллюминаторам корабля. Вот они подходят к воротам, стоят, проходят через ворота…хм…они по прежнему одни…хотя…есть! Из будки КПП выходят еще 3 фигуры. На корабле тихая паника «идут, идут». Дембеля «летают» по нижней палубе – укладывают остальных спать, дают указания. Первые кто попались дамам на глаза на корабле оказались я и Васильев Михаил, именно мы проводили девушек в ЗиП электриков. Дальше было обоюдное знакомство…и так сказать, фуршет. Наклюкались все сильно. Я окончание вечера не помню. Помню, что дарили девушками свои фотки, расписываясь на них. Мой фотоальбом оказался залит красным вином и страницы в нем слипаются до сих пор. На мой взгляд все прошло чинно и благородно. Особо ни кто ни к кому не лез, разве что Васильев украл пару поцелуев, но это все ерунда. Потом, те кто был из нас еще в состоянии провожали девушек, я в это время уже спал. К концу нашей встречи была достигнута договоренность, что девушки передадут нам привет на местном радио в вечерней программе «Ночной экспресс». На следующий день с 22:00 все кто был в этом заинтересован приникли к колонкам радиоприемников. Время шло, уже было 23:00 а привета так и не было. У кого то сдали нервы и он ушел курить в умывальник тем самым пропустив привет. Я точно помню, что моя боевая часть была в тот день расходным подразделением и мы должны были после отбоя навести порядок на камбузе и в коридорах. В это время Васильев стоял дежурным по низам. Он включил маленький приемнику и приложил его к микрофону боевой трансляции – получилось, что радио слушали везде где стояли корабельные колонки. На камбузе такая колонка была. Мои молодые были разведены мною на места приборки а сам я с кружкой чая стоял под колонкой. Где то в 23:26 ПРИВЕТ прозвучал. Все! Что тут началось! Весь корабль ожил. Везде разговоры, народ вылезает из кубриков. Все радуются. Это было так здорово для нас. Помню мы не могли потом долго заснуть, все обсуждали это событие. Так же обсуждали то, как бы нам еще встретиться с ними. Подсчитывали удобные вахты. Выходило, что самое удобное будет 06 марта…готовились к этому дню. Но как всегда господин Случай смешал все карты. Оказалось, что 04 марта единственный день перед нашим выходом в море, когда мы можем встретиться. В авральном режиме начали готовиться к очередной встрече. Девушки то же были не против.
Наша вторая встреча началась так же как и первая. Все те же лица, все тот же ЗиП. Все уже изрядно захмелели и тут произошло непредвиденное. В эту ночь, дежурство на нашем корабле нес капитан-лейтенант Первеев Ю.Н. человек на нашем корабле новый, только что переведенный к нам из Находки. Вот он и решил проявить служебное рвение и проверить личный состав после отбоя. Зайдя в первый же кубрик (моей БЧ) он на моем месте вместо меня под одеялом обнаружил две шинели свернутые по форме человеческого тела. В следующем кубрике его ждало то же самое. Тут он начал нас искать…и нашел. Я помню тот момент, когда он открыл дверь ЗиПа и увидел нас пьяных, но больше всего его поразило присутствие на борту девушек . Он находясь в спупоре, что то промычал и кинулся на верх в свою каюту с намерением доложить дежурному по части о происходящих на корабле беспорядках. Мишка Васильев и Ганеев Ильяс кинулись за ним, а остальные остались сидеть, вроде да же продолжили пить. Просто мы все были пьяные и до конца не осознавали серьезность происходящего. Ведь пойди тогда все не так, многие из нас дослуживали бы свою службу в дисциплинарном батальоне. Я не знаю как Васильеву и Ганееву удалось его уговорить, что бы он не жаловался, но они это сделали. Первеев дал 5 минут на то, что бы девушки покинули борт корабля, а мы все улеглись спать. Когда ребята спустились к нам вниз и сказали об этом, мы начали думать, что делать, ведь расходиться не хотелось, т.к. все только начаналось. Единственное место где нас не станут искать – это был мой боевой пост «Вымпел», он хоть и не такой удобный как ЗиП электриков , но для распития напитков подходит замечательно. Начали тихонечко перебазироваться туда. «Вымпел» помещение маленькое, все там поместились с трудом. Я помню, что сначала проводил туда дувешек, а потом вернулся обратно в ЗиП что бы забрать спиртное. Когда я поднялся в «Вымпел» во второй раз, то места где я мог бы присесть уже не было. Я как переступил через порог двери так и остался стоять на месте. И вот тут началось одно из самых ярких событий моей службы. Около меня сидела девушка, Анна, она то и сказала «хочешь садись суда, на моё место, а я сяду к тебя на колени». Я сначала подумал, что она шутит, но потом по её глазам понял, что нет и молниеносно сел на её место. Она села мне на колени. События которые происходили дальше я помню отрывками. Помню что обнял её за талию, помню первый, легкий поцелуй, потом поцелуи стали более страстными. Потом мы перебрались на стоящую здесь же кровать. Следующий отрывок – в «Вымпеле» всего 4 человека: Аня, Я, Глазунов Сергей и Настя. Свет выключен, вернее лампочку кто то разбил. Мы на одной кровати, Сергей с Настей на другой. А дальше как в анекдоте. Я её говорю : «Вон у людей уже кровать скрепит, делом занимаются» (хотя на самом деле «делом» они еще не занимались). А вот когда кровать заскрипела под нами, Серега сказал то же самое Насте… Короче я не помню всего да же на 65%, а жаль, по тому что тогда было здорово. Мои скудные, спутанные мысли не дают мне нормально, красочно описать те события. Расстались мы только утром, проводили дам с борта корабля и сразу же завалились спать все в том же «Вымпеле», а весь корабль в это время делал большую приборку, все были заняты своим делом, лишь участники ночной пьянки спали счастливым сном.
Описывать все не имеет смысла. Достаточно просто закрыть глаза и вспомнить то оставшееся, что я не описал – как мы приезжали к Вам домой, как Вы еще приезжали к нам на корабль, я тогда был после вахты и меня шатало от усталости, но я был очень рад видеть девушку Анну. Как в конце мая, когда все ребята уже были дома, а на Камчатке из нас оставалась только я и Воскобоев Михаил мы опять ездели к Вам домой. Жаль только, что я так и не встретил больше Аню. Я незнаю чем она занимается, она не знает ни чего обо мне. У меня есть её фотография – у неё моя. Между нами 11.000 км, нас разделяют 9 часов разницы во времени, нас разделяет целая страна. Я не на что не надеюсь, не на что не претендую. Это письмо я написал для того, что бы еще раз вспомнить все это, попробовать пережить все это заново. От части мне это удалось. Одно я знаю точно – такое больше не повторится ни когда, этого уже не вернуть, такое бывает однажды…
