В выходные отмечали день рождения Анны Иоановны. Так как именинница проживает в славном добром и супер-историческом пригороде Царское Село, пришлось всем ехать в глубинку. Вечеринка была полна сельского очарования, вербальному описанию не поддающегося. Среди приглашенных были Анькины друзья из Германии, которых единодушно было решено сводить на местную дискотеку – для экзотики. Сценарий обычного похода на местные танцы для среднестатистического царскосельского подростка следующий – пришел, нажрался, подрался, всю ночь вспоминал в местной милиции из-за чего дрался. По-моему, именно ради этого шоу велись туда пухлые немецкие бюргеры. Кстати сказать, им вечеринка безумно понравилась – всем своим видом они напоминали своего соотечественника из известной рекламы пива (Золотая бочка – дай Бог памяти). Познав на себе все радости доморощенного российского стриптиза они в унисон полупьяно хрюкали от счастья в дальнем конце нашего застолья, избавляя тем самым хозяйку вечера от малоприятной ей обязанности преданно заглядывать им в глаза ежечасно спрашивая «Having fun?». Надо сказать, что подарок, привезенный немцами порадовал многих и был вполне уместен в нашей полубезумной компании. Туземцы приволокли откуда-то огромный баллон с фейерверком – зрелище было стоящим, по фашистски фееричным и напугало добрую половину Царского Села, по крайне мере фразу «Дебилы..» из уст запоздалых прохожих я услышала неоднократно. «А не хрен по ночам шляться!» - вполне резонно отвечала им Анна Иоановна, исчерпывая тем самым дальнейшие пререкания.
Но гвоздем программы был не салют, а банальное падение одной гостьи с сцены, повлекшее за собой события малоприятные, но тем не менее заставляющие меня при воспоминании глупо и злобно хихикать.
Бедолагу звали Ольгой Недоспасовой, занимает она какую-то почетную должность в МВД, регулярно практикуется в Интерполе и вообще… у Анны Иоановны разношерстные друзья, конечно. Так вот, упомянутая выше Недоспасова весь вечер весело и как-то уж очень по деревенски скакала на сцене, причем музыка, под которую она плясала была настолько разной по стилю, что я безусловно признаю – наша прокурорша дала 100 очков вперед местным танцорам диско. Видимо, почувствовав нездоровую конкуренцию в лице Ольги, те незамедлительно приняли меры и нежным толчком столкнули ее со сцены. Сцена была не высока, падение не каскадерским, поэтому, когда Ольга подошла к нам с размазанными по лицу слезами и прорыдала «Де-е-е-вочки, у меня так рука болит…», мы сочли эту сцену излишне театральной и вполне по-дружески попросили ее отстать от нас со своей рукой, «Поболит и пройдет!» - оптимистично добавила я. Минут через 15 она опять подошла к нам с удвоенным страданием на лице и опять поведала о своей многострадальной руке, чем вызвала в нас еще большее раздражение. Мы полувежливо попросили ее не мешать нам веселиться и не отвлекать нас от очень важных дел (важное дело состояло в том, что мы наперегонки дули Б-52, не обращая внимания на плавящиеся от нашего азарта трубочки). Не буду вдаваться в подробности, Ольгино нытье продолжалось всю ночь, пока наконец она до полусмерти не напугала Анну Иоановну, подойдя к той и безумно вращая глазами изрекла «Ммммы-ы-ы-ы-ы». Анька поняла, что дело плохо, спешно погрузила ее в такси, прихватив для моральной поддержки меня, и скомандовала водителю – «В травму!!!». В травме мы отчаянно зевали на дермантиновой скамеечке, ожидая, когда откроется белая дверь и оттуда выйдет излеченная Недоспасова, мне она почему то представлялась с йодной сеткой на руке – счастливая и довольная. Белая дверь открылась. Недоспасова вышла. Не счастливая. Не довольная. Без йодной сетки на руке. Мрачно зыркнув на нас протрезвевшим глазом, она ткнула в меня свеженьким, кристально-белым гипсом и вопросила: «Поболит и пройдет, да?».
Это я к чему – не будьте черствыми, друзья! И всегда будьте готовы прийти к другу на помощь. По ПЕРВОМУ зову. Гы…