Спасо-Преображенская церковь в Полоцке.Роспись. ч.1Столь необычный архитектурный облик Спасо-Преображенской церкви свидетельствует о неординарности определившего его заказа. О назначении церкви как храма-усыпальницы говорят погребальные ниши-аркосолии, устроенные не только в стенах нартекса, но и в подкупольном пространстве. Над ними в верхнем регистре северной и южной стен трансепта расположены изображения «Распятия» и «Сошествия во ад». Находящиеся друг против друга, они явно были призваны напоминать о топографии святых мест храма Воскресения в Иерусалиме – Голгофе и Кувуклии на месте Воскресения Спасителя, а также о чтимых реликвиях Святой Земли, с которой преподобная Евфросиния имела прочные связи.

Древняя роспись, сплошь покрывающая стены Спасо-Преображенской церкви, заслуживает особого внимания. Первые работы по ее раскрытию были предприняты еще в 1929 году, но стенопись до сих пор еще в значительной части скрыта под слоями поздних записей и покрасок. Масштабное исследование и раскрытие фресок началось сравнительно недавно. Сейчас раскрыта уже существенная площадь живописи, дающая представление о стиле и системе внутреннего убранства храма.

 Декор интерьера Спасской церкви составляют три локально расположенных ансамбля живописи, отличающиеся друг от друга по стилю и имеющие независимые друг от друга системы росписи и иконографические программы. К ним относится основной объем фресок, роспись юго-западной капеллы на хорах (очевидно, придела преподобной Евфросинии Александрийской) и стенопись внутристенной лестницы. Последний комплекс живописи еще находится под позднейшими напластованиями. Не исключено, что здесь располагается цикл сцен, связанный с темой монашеского служения.

Система росписи основного объема церкви – четверика и нартекса – подчеркнуто архитектонична и цельна. Мастерами был выбран большой масштаб композиций, каждая из которых размещалась на поверхности стен пространственного креста в строгом соответствии с архитектурными членениями. Крупные размеры большинства композиций, лаконичность их иконографических изводов нейтрализуют ощущение затесненности небольшого внутреннего пространства, расчлененного массивными опорами, и способствуют его легкой обозримости. Орнамент в системе росписи Спасского храма не играет существенной роли, его немного и, как правило, он занимает поверхности стен, чья площадь мала для изображений сцен и отдельных фигур.

Иконографическая программа росписи церкви Евфросиниева монастыря немногословна, в ней нет многочастного повествовательного цикла. Логика расположения композиций на стенах храма следует не хронологической последовательности евангельских событий, а символическому принципу. Взаимодействие изображений, являющихся опорными элементами системы храмовой декорации, построено по принципу их парного сопоставления или противопоставления. Так сопоставлены «Распятие» и «Сошествие во ад», «Рождество Христово» и «Успение Богоматери».

Догматическая направленность программы храмовой декорации Спасской церкви отвечает общим тенденциям искусства византийского мира XII века, характерному для него усилению роли темы страстей Господних и литургической символики.

Интерьер Спасо-Преображенской церкви. Вид на купол

Скуфью купола и верхний регистр барабана церкви Евфросиниева монастыря занимает композиция «Вознесение Господне», где сферу с Христом несут четыре летящих ангела, а ниже изображены Богоматерь и апостолы. В простенках барабана расположены изображения восьми пророков, в том числе ветхозаветных царей Давида и Соломона. Основание барабана отведено под пояс из восьми медальонов, заполненных орнаментом. Наличие этого регистра объясняется конструкцией венчающих частей Спасской церкви – появлением высокого постамента под барабаном главы. В парусах по традиции изображены евангелисты Иоанн, Матфей, Марк и Лука.

В конхе алтарной апсиды находится изображение Богоматери в иконографическом типе Оранты, фланкированное двумя фигурами ангелов. Ей же предстоят праотцы Иоаким и Анна, чьи ростовые изображения занимают откосы алтарной арки. Под фигурой Богоматери представлена композиция «Евхаристия», а ниже расположены еще два яруса росписи. Самый нижний регистр центральной апсиды занимает фронтальный святительский чин, где фигуры святых отцов Церкви размещены по сторонам от изображения Христа на престоле и двух ангелов. Ярус же между «Евхаристией» и святительским чином уникален для храмовой декорации византийских памятников монументальной живописи. Он содержит клейма со сценами деяний святителей и изображения небесных сил – серафимов и херувимов – в центре, таким образом, заменяя второй регистр святительского чина.

Роспись жертвенника и диаконника Спасского храма, наряду с другими композициями и изображениями Богоматери и Иоанна Предтечи, включает ветхозаветные сцены, объединенные темой прообразования спасительной миссии Христа – «Лествица Иакова», «Даниил во рву львином», «Жертвоприношение Авраама», «Три отрока в пещи огненной». Очевидно, что ей же соответствуют и другие сцены этих компартиментов, пока скрытые под слоями поздних записей. Связь ветхозаветной и новозаветной Церкви подчеркивают фигуры первосвященников Захарии и Аарона, размещенные на склонах арок алтаря.

Вид на северную стену и северо-восточный подкупольный столб Спасо-Преображенской церкви. Детали композиций «Вход Господень в Иерусалим», «Благовещение», «Сретение Господне»

С символикой литургического действия, таинством вочеловечения Бога Слова и явления Его миру связаны расположенные на гранях двух восточных столбов композиции «Благовещение» и под нею «Сретение Господне»

Тема искупительной жертвы Христа и спасения мира, являющаяся смысловым стержнем иконографической программы храмовой декорации, достигает кульминации в росписи наоса Спасской церкви. Помимо «Вознесения» в скуфье купола, «Распятия» и «Сошествия во ад» на стенах трансепта здесь представлены и другие композиции из числа двунадесятых праздников – «Вход в Иерусалим» и «Воскрешение Лазаря», «Успение Богородицы» и «Рождество Христово». Две последние сцены символизируют начало и завершение истории спасения, а также победу над смертью и воскресение к новой жизни будущего века, благодаря искупительной жертве Христа и чудесному успению Богоматери. Неслучайно сцена «Вход в Иерусалим», открывающая страстной цикл, расположена вблизи жертвенника так, что Христос выходит из него в пространство четверика. Она явно служила изобразительной параллелью молитвословиям великого входа. Особенно в Спасской церкви акцентированы сцены страстей Христовых, связанные с последними днями земной жизни Спасителя и событиями по Его Воскресении, которые раскрывают символику проскомидии и литургии. Так, в состав росписей жертвенника входят сцены «Снятие с креста» («Оплакивание») и «Положение в гроб».

Заметное место в иконографической программе полоцкого храма отведено теме физического и духовного исцеления. С ней связаны сцены «Призвание Закхея», «Исцеление больного водянкой» (согласно сопроводительной надписи – прокаженного), «Исцеление слепого», представленные на столбах, «Исцеление императора Констанция Спиридоном Тримифунтским» в алтарной апсиде, а также многочисленные фигуры целителей – Кира, Иоанна, Ермолая и еще нескольких святых врачей.

 Несколько раз встречаются в храмовой декорации Спасской церкви сюжеты, связанные с темой борьбы с ересями. Таковы: «Мученичество Павла Исповедника, патриарха Константинопольского», задушенного арианами во время совершения им богослужения, «Видение Петра Александрийского», упоминавшееся «Исцеление императора Констанция Спиридоном Тримифунтским», изображения Максима Исповедника и Павла Нового, патриарха Константинопольского. Можно предположить, что такой подбор сцен стал откликом на новую волну богословских споров, прокатившуюся в Византии в XI–XII веках.

Интересен состав святых, представленных в росписи Спасской церкви. На внутренних гранях восточных столбов перед алтарной преградой находились изображения двух столпников (один из них Давид Солунский), еще две большие фигуры неизвестных столпников размещены в верхних частях боковых апсид, которые просматриваются из окон двух капелл на хорах. Обилие образов преподобных монахов (среди них представлены Макарий Египетский, Павел Фивейский, Максим Исповедник) и монахинь в нижних частях стен и на столбах определялось тем, что храм был монастырским и принадлежал женской обители.

Ктиторская композиция. Южная стена западного рукава креста южной капеллы на хорах

Нартекс Спасского храма, как и в большинстве русских памятников середины – второй половины XII века, занимали сцены «Страшного суда», из которых частично раскрыты «Лоно Авраамово», «Геенна огненная» и изображение персонификации ада.

Мастера, создавшие основной объем росписи Спасо-Преображенской церкви Евфросиниева монастыря, безусловно были художниками высокого уровня, знакомыми с византийским художественном процессом. В их живописи ощутимы отголоски стиля памятников 40-х годов XII века (лик архангела Гавриила типологически напоминает образы росписи собора Мирожского монастыря начала 1140-х годов и храма в Мацхвариши в Грузии того же времени). Но вместе с тем они отчасти предвосхищают стилистические особенности искусства более позднего периода. Манера письма основного объема фресок Спасской церкви сочетает в себе признаки «динамичного» стиля с утрированной линейной разработкой и черты другой тенденции с объемными, пластически моделированными ликами, внутренним напряжением образов, монументальными формами, спокойными движениями, вовсе не экзальтированными. Хотя эта живопись пока не находит прямых стилистических аналогий, но ее с уверенностью можно связать с искусством византийского мира середины XII века.

Южная капелла на хорах Спасо-Преображенской церкви (придел св. Евфросинии Александрийской). Вид на восток

Ансамбль росписи южной капеллы на хорах, где, судя по всему, располагался придел преподобной Евфросинии Александрийской, небесной покровительницы заказчицы Спасского храма Евфросинии Полоцкой, имеет иной характер. Система росписи его восточного рукава включает изображения «Распятия», «Сретения», «Введения Богородицы во храм», «Деисуса», «Благовещения» и ряда святителей. В северном и южном рукавах креста капеллы представлены изображения преподобного Арсения Великого, Иоанна Богослова, преподобной Евфросинии Александрийской (предположительно) и мученицы Евдокии (?). Кроме того, здесь расположены сцены жития святых Евфросинии Александрийской и Арсения Великого (?).

На южной стене западного рукава креста помещена ктиторская композиция – ростовая фигура преподобной Евфросинии Полоцкой, подносящей Христу модель построенного ею храма, изображение которого довольно точно повторяет архитектурный облик реальной Спасо-Преображенской церкви XII века. Этот комплекс живописи по техническим характеристикам, колориту, передаче движения и стилю в целом заметно отличается от основного объема фресок. Он находит аналогии в памятниках византийской живописи начала XIII века.

Церковь Евфросиниева монастыря, чья оригинальность и незаурядность несомненно свидетельствуют о ее принадлежности к своеобразной художественной среде, наряду с Софийским собором XI в. является выдающимся памятником, напоминающим о высоком расцвете культуры Полоцкой земли в середине – второй половине XII века и прославляющим его создательницу, преподобную Евфросинию.