В фильме так и осталось загадкой, что же такого натворил Волшебник в курятнике, если его всё понимающая жёнушка обиделась:) Оказывается, просто утро было весёлое, небо ясное, прямо силы девать некуда, так хорошо. Захотелось пошалить... Ну, и в результате – Открываю курятник, и вдруг – здравствуйте! У всех моих цыплят по четыре лапки... А у курицы усы, как у солдата. Ну, а потом – всё как в жизни: Ты ведь сама знаешь, как повелось на свете. Иногда нашалишь – а потом все исправишь. А иной раз щелк – и нет пути назад! Именно назад-то пути обычно и не бывает. А порой, пытаясь что-то исправить, делаешь ещё хуже… Любимый повторял мне, что не нужно спешить, пусть всё идёт своим чередом, само всё сгладится, забудется… Но когда понимаешь, что совершил промах, хочется немедленно – как по взмаху волшебной палочки – сделать что-то такое, что бы имело «обратный эффект». Чтобы милый не сердился, а заулыбался, не прогонял от себя, а обнял бы крепко и нежно. Чтобы слёзы, навернувшиеся от обиды (порой незаслуженной), спрятались далеко-далеко, и не приводили любимого в замешательство…

Хозяйка. Боже мой, как это грустно!
Хозяин. Вот здравствуйте! Опять не угодил... Почему?
Хозяйка. А о принцессе-то вы и не подумали?
Хозяин. Пустяки! Влюбляться полезно.
Хозяйка. Бедная влюбленная девушка поцелует юношу, а он вдруг превратится в дикого зверя?
Хозяин. Дело житейское, жена.
Хозяйка. Но ведь он потом убежит в лес!
Хозяин. И это бывает.
Хозяйка. Сынок, сынок, ты бросишь влюбленную девушку?
Медведь. Увидев, что я медведь, она меня сразу разлюбит, хозяйка.
Хозяйка. Что ты знаешь о любви, мальчуган! (Отводит мужа в сторону. Тихо.) Я не хочу пугать мальчика, но опасную, опасную игру затеял ты, муж! Землетрясениями ты сбивал масло, молниями приколачивал гвозди, ураган таскал нам из города мебель, посуду, зеркала, перламутровые пуговицы. Я ко всему приучена, но теперь я боюсь.
Чем дольше я жила в его доме, тем больше чувствовала себя маленьким испуганным зверьком. Выходя на улицу, ловила себя на том, что расправляю плечи и поднимаю голову. А рядом с ним снова хотелось сжаться в комочек. От страха, что снова скажу, сделаю что-то, и снова «не так». Сначала не понимала, потом просто тихо огорчалась, когда в ответ на желание нежности, на прикосновения, на невинные вопросы, просто на проявление внимания любимый человек превращался в зверя. В результате сдержанность приобрела такие масштабы, что я даже перестала чувствовать моменты, когда и можно было бы себе что-то позволить. Но желания были уже не безумными, а рассудительно-скромными. А рассуждать-то надо было раньше, когда приглашение пожить у него сопровождалось словами «надоешь – выгоню». Видел бы он мою улыбку, когда я читала его предсказание «ты сама сбежишь:)» Неправильно это, когда человек заранее себе намечает программу «если что, могу уйти». Любящий о такой программе даже не помыслит… И даже, зная, что возможен такой вариант, я от него не сбежала. Даже тогда, когда почувствовала, что «она так любит, что своею любовью его сводит с ума»… Но всё это будет гораздо позже. А пока…

В одно солнечное утро он вдруг напомнил мне любимую игрушку из детства – медвежонка по имени Лежебока. Мне было лет пять, когда его подарили. Для маленькой девчушки это был огромный белый медведь. Я его предпочитала всем куклам и другим игрушкам. И даже когда я выросла, именно он оставался тем другом, про которого в одной из своих новых песен спел Трофим «Плюшевому мишке на твоей кровати до сих пор известны все твои сны». Да у меня и у самой было стихотворенье, в котором есть строчка «И теперь с пушистым мишкой мы, обнявшись, не сидим…». Конечно, я рассказала любимому, какие ностальгические чувства он во мне разбудил, но, похоже, он услышал только слово лежебока :) И припомнил мне его, когда лентяем и любителем поваляться на диване его назвать было никак нельзя. Это было самое радостное время с любимым. Тогда он затеял ремонт. Я понимала весь глубочайший смысл этого действа… В те дни он открывался мне с новой стороны – был активным, предприимчивым, энергичным, весёлым, добрым, очень… живым. Я любовалась им, втайне думая, что в этом есть и капелька моей заслуги, - ведь именно для меня совершались все эти подвиги :) Человек из мертвого камня сделает статую – и гордится потом, если работа удалась. А поди-ка из живого сделай еще более живое. Вот это работа!
Когда сказочный обыкновенно-чудный медведь говорил, что трудно быть настоящим человеком, мне вдруг захотелось спросить, а как жил он эти семь лет? Ведь должен был он чем-то человеческим заниматься. Шварц тоже об этом подумал :)
Медведь. Я все учился да учился, и в Сорбонне, и в Лейдене, и в Праге. Мне казалось, что человеку жить очень трудно, и я совсем загрустил. И тогда я стал учиться.
Девушка. Ну и как?
Медведь. Не помогло.
Девушка. Вы грустите по-прежнему?
Медведь. Не все время, но грущу.
Вот и мой сказочный Медведко книжек много прочитал, много знает, всё ведает, а грустит… Но даже, разобравшись в том, как устроен мир, он так и не смог понять, почему плакала женщина.
Хозяйка. Ах, боже мой, боже мой! Я слышала, стоя здесь под окном, весь их разговор от слова и до слова. А войти и разлучить их не посмела. Почему? Почему я и плачу и радуюсь, как дура? Ведь я понимаю, что ничем хорошим это кончиться не может, а на душе праздник. Ну вот и налетел ураган, любовь пришла. Бедные дети, счастливые дети!