Вот вспомнилось на пасху:
Валерка готовился к пасхе основательно. Будучи токарем в мехмастерских,
он уже точно знал из чего будет его пасхальное яйцо. Стальная заготовка
лежала на станине токарного станка, остальное было делом техники,
которой Валерке было не занимать┘
  Тогда в конце семидесятых, когда церковь была отдалена от государства
как земля от солнца, пасхальный праздник приобрел черты языческих
обрядов. Столкнув пасхальные яйца концами, можно было не только
произнести "Христос воскреси", но и поиметь некую материальную прибыль
заключающуюся в разбитом пасхальном яйце оппонента. На это Валерка и
рассчитывал, в прошлом году он делал деревянное, но остальной народ тоже
не дураки, и поэтому в этом он пошел на "усиление". Яйцо получилось на
славу, покрашенное, оно отличалось от настоящего только весом. Обойдя
поселок, Валерка влет нахлопал себе приличный пакетик куриных яиц и с
улыбкой оставлял вмятины даже на деревянных, которых действительно по
сравнению с прошлым годом у народа добавилось основательно.
  Далее Валера переместился в слаженную компанию, с которой он справлял
все праздники - пасха не была исключением. Правда, здесь выигранные
пасхальные яйца в пакет им не складывались, а шли на закуску к обильно
наливаемой водке. Как всегда бывает в таких случаях, водки было гораздо
больше чем закуски и большая часть компании через некоторое время начала
погружаться в летаргическое состояние. В какой-то момент Валера
бдительность потерял и его ноу-хау в виде железного яйца оказалось на
столе среди яичной скорлупы, а сам хозяин заклевал носом, погружаясь в
сладостную дремоту.
  Серега обвел компанию взглядом - все спали, а выпить еще хотелось.
Тяжело вздохнув и отметив про себя, что пить в одиночку это уже
алкоголизм, Серега налил в стакан, обсматривая стол в поисках закуски.
Кроме лежащего на столе яйца, его мутный взгляд ничего не наблюдал.
Ухватив его, он даже не удивился неестественной тяжести, так как в этот
момент его больше интересовал вопрос с кем бы христоснуться. Не найдя
для этого дела компаньона и решив, что в такой праздник разбивать яйцо
об стол очень даже грешно, он посчитал склонившуюся Валеркину голову
самым приемлемым объектом.
- Христос воскресе, Валера┘ - произнес он, опуская яйцо на Валеркину
макушку.
  Раздавшийся звук не был похож на ломающуюся скорлупу и Серега с
удивлением разглядывал яйцо на котором не было ни единой трещинки. И
может все было бы ничего, если бы главным лозунгом Сереги не была
поговорка: "терпенье и труд, все перетрут".
  Потирая на следующий день бугристую от шишек голову и вздрагивая от
ужаса воспоминаний окончания вчерашнего праздника, Валера зашвырнул
злосчастное яйцо как можно дальше в дебри палисадника.