Почему зрителям надоели романтические киноистории и почему «Ла-Ла-Ленд» – это исключение, подтверждающее правило.

В своей новой книге «У нас всегда будет Касабланка» культуролог Ноа Айзенберг вспоминает закулисную вражду классиков голливудского кино Хамфри Богарта и Пола Хенрейда. Концовка «Касабланки» тогда еще была открытой, и каждый из актеров хотел, чтобы именного его персонаж в итоге стал героем главной любовной линии и завладел Ильзой Лунд в исполнении Ингрид Бергман. И это не было вопросом принципа — на кону были их карьеры. Айзенберг цитирует Стивена Богарта, сына Хамфри: «Это был сложный фильм для моего отца. Первое время ему вообще не нравилась его роль. Ему хотелось, чтобы именно его персонаж заполучил девушку. Но того же хотел Пол Хенрейд. Потому что таковы были правила успеха: тот, кто в итоге заполучил девушку, становится звездой».

Но эти правила в прошлом. Сегодня у нас едва ли есть настоящие кинозвезды (по меркам прошлого), и никто в итоге не может заполучить ни девушку, ни парня. Романтические фильмы и мелодрамы — реликт эпохи прошлого, но причины, по которым Голливуд отказался от проверенного и некогда любимого жанра, гораздо сложнее. Вот несколько теорий.

Романтические комедии вышли из моды

Последние 30 лет ромкомы были, пожалуй, самым ходовым жанром в кино. Золотая эра романтических комедий по большей части началась с неожиданного успеха «Красотки» (Pretty Woman) и продолжалась вплоть до выхода «Реальной любви» (Love Actually) в 2003 году — своего рода кульминации жанра милых случайностей и слезоточивых признаний любви.

С тех пор многое изменилось. Киноиндустрия и кинокритики за последние десять лет стали сильно политизированными, и это заложило основу для пересмотра жанра романтических комедий. Простой пример: традиционная для ромкома история о страдающем от безнадежной любви герое, который не готов принять «нет» в качестве ответа, приобретает новый окрас и воспринимается как проявление сексизма. В наши политизированные времена нам только и остается «Бриджит Джонс — 3», «Девушка без комплексов» (Trainwreck), «В активном поиске» (How to Be Single) и подобные картины — а это, скорее, жанр вульгарной комедии. Внимание в таких фильмах приковано к женщинам, которые в эпоху феминизма ведут себя совсем как мужчины — прямо скажем, неромантично. Это все здорово и хорошо, это важное развитие жанра — но это совсем другое кино.

В фильмах о супергероях нет места для любви

Самые крупные премьеры 2016 года — это фильмы о супергероях, но любовные истории в них — это в лучшем случае второстепенная линия. Да, в основе сюжета «Дэдпула» лежит роман, но ему в фильме уделено ничтожно мало времени. «Отряд самоубийц», «Доктор Стрэндж» и «Первый мститель: Противостояние» весьма бегло затрагивают любовную тему. Просто обратите внимание, как в «Противостоянии» любовь всей жизни Тони Старка Пеппер Поттс выбросили за борт одной фразой: «С тех пор как Пеппер ушла...», — говорит Старк. Все, о ней больше ничего не нужно знать.

Фильмы о супергероях должны порождать все новые сиквелы и спин-оффы, и любовь просто не вписывается в этот поток. Чтобы снять картину о любви супергероев, нужно детально прописать эмоциональную жизнь персонажа, желательно на несколько фильмов — эдакая «супергеройская» версия романтической трилогии Ричарда Линклейтера («Перед рассветом», «Перед закатом» и «Перед полуночью»). Это непросто, особенно с учетом того, что развитие характеров персонажей никогда не было приоритетом для Marvel и DC.

Если смотреть на романы супергероев через эту призму, многое становится ясно. Например, почему Халк и Черная вдова бесконечно флиртуют, но никогда не будут счастливы вместе. Многие критики хвалили продюсеров «Нового человека паука — 2» за то, что они так дерзко убили Мэри Джейн, но для них это был просто выход из ситуации: проще убить персонажа, чем оставлять его в живых. Главная любовь Супермена, как в комиксах, так и в ранних фильмах, — Луис Лейн, но сюжет «Бэтмена против Супермена» держится на другой женщине — на его матери Марте. Дети в кинотеатре определенно поймут.

Во всем виноваты миллениалы

Не хочется сваливать все на молодежь, но простая истина такова, что отсутствие интереса киноиндустрии к романтическим сюжетам — это прямое отражение современных ценностей. Миллениалы не спешат жениться или выйти замуж, они не заинтересованы в серьезных отношениях, число одиноких молодых людей драматически растет — это показывают бесчисленные опросы. Не будет преувеличением сказать, что молодежь просто не ценит любовь и романтические чувства, — по крайней мере так, как их родители.

Так что же их волнует? Опросы говорят, что миллениалы настроены на целеустремленную жизнь, активную коммуникацию, наращивание социальных связей и достижение финансовой стабильности. Другими словами, удовлетворение любовью заменили профессиональным удовлетворением — и фильмы подтверждают эту теорию. Вспомните «Марсианина»: за весь фильм лишь один крошечный намек на романтическую историю, все остальное время это драма о рабочем месте. Даже в самый сложный момент герой Мэтта Дэймона говорит, что готов умереть за любимое дело, — и ни слова о супруге, подруге (или бойфренде) — только о работе. То же самое можно сказать о блокбастерах 2016 года: «Доктор Стрэндж», «Скрытые фигуры», «Джейсон Борн», «Изгой-один» или «Охотники за привидениями» — все они сосредоточены в основном на формировании личности на работе или очередной миссии.

Есть одно исключение, лишь подтверждающее правило: это «Ла-Ла-Ленд». Райан Гослинг и Эмма Стоун ближе остальных подобрались к статусу современных Буги и Бэколл (Хамфри Богарт и Лорен Бэколл, одна из главных экранных пар Голливуда. — Esquire), но даже им больше не дозволен хеппи-энд. В фильме много моментов, когда герои воспаряют к звездам от счастья, но в итоге каждый остается со своей звездой наедине — герои Гослинга и Стоун осознанно отказываются от своих отношений ради достижения профессиональной мечты. В заключительном кадре они улыбаются друг другу в переполненном джаз-баре, словно соглашаясь с мыслью, что принесенная ими в жертву любовь стоила конечной цели. Неужели романтика значит для нас так мало? Если фильмы — это отражение наших коллективных фантазий, неужели это значит, что мы не верим в хэппи-энд — хотя бы в наших фантазиях?

Романтические фильмы — это легкая мишень

Совсем без романтики прошлый год не обошелся, но медиа, похоже, нацелились на то, чтобы найти плохое хоть в чем-то хорошем. Фильм «Пассажиры» с Дженнифер Лоуренс и Крисом Прэттом ($300 млн сборов) критики разбомбили в пух и прах за странную завязку сюжета: герой Прэтта выводит персонажа Лоуренс из гибернации, тем самым разрушая ее жизнь, просто потому что он чувствует себя одиноким. Причем претензии все те же: авторы фильма представили женщину как объект, а мужчину чествуют за навязчивое поведение. «До встречи с тобой» ($207 млн при бюджете около $20 млн) критики списали со счетов за сентиментальщину, а «Ла-Ла-Ленду» предъявили целый перечень обвинений от неправильной трактовки джаза и общей бестолковости до сексизма и мизогинии.