Исходное сообщение Пчёлка_Майя_1

 



Диего Веласкес. Менины. 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

Диего Веласкес (1599-1660 гг.) — один из величайших художников всех времён.


Самое удивительное, как ему вообще удалось это доказать потомкам.

Он был придворным художником испанского короля. Написав бесчисленное количество его портретов, а также портретов его семейства и придворных.

Как правило, талант в таких условиях чахнет. Ведь нужно писать то, что понравится узкому кругу людей.

Шедевры же создаются по-другому. Гораздо чаще вопреки вкусам окружающих.

Но Веласкесу удалось невозможное. И яркое тому подтверждение — его главный шедевр «Менины».

«Менины» — портал в другой мир



Сюжет «Менин» Веласкеса сложный. Но он поддаётся расшифровке.

5-летняя инфанта (испанская принцесса) пришла в мастерскую художника в сопровождении своей свиты. Она захотела посмотреть, как создаётся портрет её родителей, королевской четы.

Сложность сюжета в том, что Веласкес изобразил эту сцену очень неординарно.

Половина персонажей смотрят на нас. Но на самом деле они смотрят на короля с королевой, которых рисует Веласкес. Поэтому он и стоит рядом с холстом.

О том, что это именно так, мы понимаем благодаря зеркалу за спиной художника.


В зеркале отражается пара. Это Король Филипп IV и его жена Марианна Австрийская.

Для меня эта задумка художника очевидна по одной простой причине.

В верхнем правом углу зеркала отражается красный занавес. Такой же оттенок красной краски мы видим и на палитре художника.

Несмотря на размытость изображения, нам нетрудно определить, что изображены именно Филипп IV и Марианна Австрийская. Слишком уж у них характерные черты. Достаточно посмотреть на другие их портреты.

    

Портреты Диего Веласкеса. Слева: Марианна Австрийская, Королева Испании. 1655-1657 гг. Музей Тиссен-Борнемисы, Мадрид. Справа: Филипп IV, Король Испании. 1644 г. Коллекция Фрика, Нью-Йорк

Веласкес сделал невообразимое. Он показал не тех, кого рисуют. А то, что видят те, кого рисуют. А видят они это нашими глазами. Ведь мы стоим на их месте.

Тем самым художник максимально вовлекает зрителя в пространство картины. И значительно это пространство расширяя. За счёт того, что мир картины виртуозно соединен с нашим миром.

Дальше — больше. Мир картины не заканчивается стенами мастерской. На заднем плане придворный распахнул дверь, когда впускал инфанту со свитой. Оттуда льётся яркий свет. Там их мир продолжается.

Можно даже выразиться в фантастическом ключе. Два мира: тот, что за дверью и наш мир, соединены происходящим в картине. «Менины» — это портал между двумя мирами.

Невообразимый эксперимент Веласкеса

Сразу возникает вопрос, как Веласкесу удалось осуществить такой эксперимент?

На картине он изобразил испанскую принцессу. Это, конечно, одобрялось.

Но ещё и её свиту. В том числе карликов. Никому до Веласкеса не позволялась такая дерзость.

Задача придворного художника — прославлять короля и его подданных. Изображать доблесть, отвагу и иные качества его Величества. Которых вовсе могло не быть.

Настоящему мастеру это было скучно. К коим Веласкес и относился. И он пытался самовыражаться по мере возможности. А так как Филипп IV ему очень доверял, то художнику это позволялось.

Поэтому Веласкесу удалось создать серию портретов карликов, служивших шутами при дворе. На этих портретах — это не шуты, а обычные люди. Художник не делал различий между ними и людьми из высших сословий.



Диего Веласкес. Дон Себастьян де Морра. 1645 г. Музей Прадо, Мадрид.

Другому художнику это бы не сошло с рук. Ведь карлики были по сути рабы, люди без прав. Часто их покупали за деньги, чтобы они служили в господском доме.

Автопортрет Веласкеса, «вшитый» в «Менины»

Ещё одну дерзость себе позволил Веласкес. Рядом с семьей короля он изобразил себя.



Диего Веласкес. Менины (фрагмент с автопортретом). 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

Известно, что Веласкес был честолюбив. Он выходец из небогатой еврейской семьи, мог позволить себе написать самого себя рядом с принцессой. Для того времени это было величайшим достижением.

Такого себе не мог позволить ни один придворный художник. До Веласкеса.

А после него это сделал лишь Франсиско Гойя. Ему тоже было можно. Вот он стоит у холста позади семьи Карла IV. 150 лет спустя.



Франсиско Гойя. Портрет семьи Карла IV. 1800 г. Музей Прадо, Мадрид.

О том, что Веласкес честолюбив, нам говорит ещё пару деталей. На момент написания картины мастеру было 57 лет. Но он явно написал себя моложе, лет на 15. Конечно, чтобы соответствовать окружению.

А ещё мы видим на его груди красный крест — это орден Сант-Яго, высшая награда в Испании в 17 веке. Но Веласкес получил его после написания картины.

Считается, что дорисовал орден другой художник по приказу короля уже после смерти Веласкеса. Но я больше склоняюсь к версии о том, что художник сделал это сам.

Слишком уж оттенок креста гармонирует с другими красными оттенками на картине. Особенно сочетается с украшениями на платьях инфанты и фрейлин.



Диего Веласкес. Менины (центральный фрагмент). 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

Кто же главный герой картины

Кто главный герой картины, сразу понятно. Инфанта Маргарита.

Именно ее Веласкес выделяет светом. Вернее более светлыми красками, создающими у нас иллюзию того, что девочка больше всех освещена.



Диего Веласкес. Менины (фрагмент). 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

Видно, что Веласкес рисует ее с особой нежностью. Розовые щечки, губки. Белокурые, по-детски жиденькие волосы.

Мы знаем, что художник искренне любил девочку. Она не могла не нравится. Несмотря на близкородственный брак ее родителей (ее мать была племянницей ее отцу), каким-то чудом девочка родилась здоровой и миловидной. К тому же имела необременительный для окружающих характер.

Также освещены светом фрейлины инфанты (по испански — менины). Они тоже миловидны. Картина называется в их честь. Но я не думаю, что так Веласкес назвал картину.

Долгое время она числилась в каталогах под названием «Семья Филлипа IV”. Видимо, название «Менины» закрепилось позднее, с лёгкой руки одного из хранителей картины.

В более приглушенном свете мы видим карлицу, няню инфанты. К ней относились при дворе благосклонно. Ведь она ухаживала за Маргаритой с рождения. Которая была на тот момент единственным выжившим ребёнком королевской четы.

Возможно, карлице ставили это в заслугу. Поэтому и наградили орденом. На картине она трогает его рукой и как бы демонстрирует нам.



Диего Веласкес. Фрагмент картины «Менины» (карлики). 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

А рядом с ней ещё один карлик-ребёнок. Он играюче поставил ногу на придворного пса. Дело в том, что лишь карлики могли вести себя раскованно при дворе. Обычный придворный себе такого позволить не мог, обижать пса инфанты.

Интересный факт. Того портрета Филиппа IV и королевы Марианны, который якобы Веласкес пишет в «Менинах», в реальности не существовало. Веласкес его выдумал.

А вот отдельный портрет инфанты Маргариты в этом же платье есть. На фоне того самого красного занавеса.



Диего Веласкес. Портрет инфанты Маргариты. 1656 г. Музей истории искусства, Вена

Вопрос, почему? И вот мы приблизились к главной загадке картины…

Главная загадка «Менин»

Почему главные люди, влияющие на жизнь Веласкеса, на картине играют явно второстепенные роли?

Король с королевой лишь отражаются в дальнем зеркале. Маршал стоит в самой дали на лестнице, его черты еле различимы. Ещё один придворный и вовсе в тени.



Диего Веласкес. Менины (деталь). 1656 г. Музей Прадо, Мадрид

На этот счёт мне очень импонирует гипотеза замечательного искусствоведа Паолы Волковой.

Все дело в положении Веласкеса при дворе. Со стороны может показаться, что оно было завидным.

Король назначил художника главным постельничим. Его мастерская примыкала к покоям короля. И он не только писал портреты, но и следил за порядком вещей и чистотой ночных горшков.

Для нас это кажется унизительным. Но тогда — нет. Ведь люди искренне верили, что Король — посланник божий. И мытьё за ним горшка — это привилегия, а не унижение.

Может Веласкес в это тоже хотел верить, но подсознательно догадывался о своём унизительном положении.

Да и другие придворные его не жаловали. Как раз за его приближенность к королю. Против него плели интриги.

«Менины» — это скрытый протест. И стремление задвинуть на второй план тех, кто его унижает.

А вот девочка-инфанта была ему близка и мила. Она в силу возраста и характера не желала ему зла. Более искренними были и карлики. И фрейлины. Поэтому они на первом плане.

На первом плане не только картины, но и в сердце художника.

Автор: Оксана Копенкина

источник http://arts-dnevnik.ru/meniny-velaskes/