… неба синяя купель…

          … пробудившийся апрель…



Он снова здесь – 

проказник-фантазёр,

богатый на причуды и затеи,

в величии своём и простоте, и

в зеркальном отражении озёр,



в плывущих вереницей облаках

серебряных, как шустрая плотвица,

в восторге возвращающейся птицы,

в разнеженных на солнце ивняках!



Он снова здесь – 

забавный пейзажист,

испачканный прозрачной акварелью,

несущий возбуждённое веселье,

желание, сердечный лёгкий твист;



дарующий комочки вербы, свет,

сусальный, разливающийся щедро,

и брызги мать-и-мачехи, и ветры

со вкусом мятно-лакричных конфет!



Он снова здесь – 

меняющий тона

из серого в смарагдово-шафранный,

вселяющий надежды, долгожданный –

апрель, провозглашающий «Весна!»…

Исаак Дунаевский Весна Идет 

~***~

Весна гуляет в парке у пруда –

Распущенные солнечные пряди,

Изящная, подобная наяде,

В прозрачном восхитительном наряде,

Невинна, синеглаза, молода…



Ступает вдоль индиговой воды.

Венок из мать-и-мачех на макушке,

На носике – забавные веснушки,

На плечиках – присевшие пичужки,

За нею – вереницею – следы



Из поросли проклюнувшихся трав,

Качающихся медленно и зыбко,

Над нею ветер вьётся, словно рыбка…

Она идёт и ясная улыбка

Безропотный подчёркивает нрав…

~***~

Весенний день расцвечен тут и там

лучами. 

Приголублено ветрами

проснувшееся небо над дворами,

плывущее по белым облакам.



Отчетливее сделались, крупней,

готовые взорваться, почки веток,

откинув, словно фантики конфеток

разорванную кожицу, 

под ней

томятся ожиданием – «когда?» –

листочков занемевшие ладошки.



И мать-и-мачех солнечные брошки

проклюнулись. 



Забыв про холода,

скворцы подняли в парке звонкий гам,

выискивая лакомый кусочек,

в траве опрелой, между рыхлых кочек,

преследуя добычу по пятам.



Весенний день расцвечен тут и там!

Весеннее