Сенсационное заявление, с которым выступили недавно ученые - арабисты К. Отт из Германии и М. Махди из Ирака повергло в шок всех, кому дороги «Сказки Шахразады» (или «Книга тысячи и одной ночи»). Когда-то М. Горький писал о них, что «они представляют особую ценность, так как созданы в глубокой древности». Однако, как выяснилось, великий пролетарский писатель был не совсем прав. Вернее, совсем неправ. Тщательные научные исследования, проведенные не так давно К. Отт и М. Махди убедительно доказали, что более, чем две трети сказок не созданы в глубокой древности, а написаны в начале XVIII века переводчиком Антуаном Галланом. Но как же он решился на столь грандиозную мистификацию? По-видимому, дело обстояло так.

Во времена короля Людовика XIV произошло повальное увлечение французов загадочным Востоком. Начало ему положила французская экспансия в Тунис и Марокко (проникнуть в другие мусульманские страны европейцам помешали турки, подчинившие себе арабский мир). Как горячие пирожки расходились во Франции начала XVIII века всевозможные рассказы о жизни и быте людей в экзотических странах арабского Востока, где всевластные мужчины содержали гаремы из бесправных женщин.

Эти рассказы доходили до ушей Людовика XIV (того самого, кому принадлежат слова: «Государство - это я!») и получали его горячее одобрение. Дело в том, что короля раздражали чересчур самостоятельные французские модницы, которые сами решали, кого именно взять себе в мужья и, которые, чтобы соблазнить понравившихся им кавалеров, прибегали ко всяческим хитростям и уловкам. В этой связи интересен изданный королевский декрет, включенный в действующие законы Франции. В нем, в частности говорилось: «Та женщина, которая будет покушаться при помощи белил или румян, духов, разных эссенций, искусственных зубов и волос, ботинок с высокими каблуками вовлечь в супружество подданного его величества, будет признана чародейкой и, как таковая, будет наказана. Брак же будет считаться недействительным и уничтоженным».

На волне повышенного интереса европейцев к загадочному Востоку (нравы которого, как видно из нового королевского декрета, начали влиять даже на французского монарха), знаток семитических языков Антуан Галлан, понимавший толк в арабском, затеял перевод «Сказок Шахразады». Но каким же образом древние арабские рукописи попали к нему в руки?