«Пресвятая Богородица, спаси нас». Что это значит? Ведь спасает Бог, и поклоняться нужно только Богу. Почему же говорят, что нужно поклоняться мощам?

/svyatmatrona.ru/wp-content/uploads/2016/01/1409771896_img-750x1024.jpg" target="_blank">http://svyatmatrona.ru/wp-content/uploads/2016/01/1409771896_img-750x1024.jpg 750w, http://svyatmatrona.ru/wp-content/uploads/2016/01/1409771896_img.jpg 1172w" width="220" /> Отвечает доктор богословия, профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов.

Любой святой, в том числе и сама пресвятая Дева, являются только молитвенниками за нас. Есть небольшое но, которое иногда не учитывают. У апостола Павла есть замечательные слова: «Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разнится в славе» (Послание к Коринфянам. гл. 15, ст. 41). Так вот и здесь православное вероучение, вообще, христианское, я бы сказал, единодушно говорит о том, что Божья Матерь является самой Великой святой. Следовательно, ее молитвы являются наиболее действенными. Наиболее, если хотите, помогающими нам. И вот, учитывая то, что её молитвы являются таковыми, часто и прилагаются в молитвах к ней такие слова: «Пресвятая Богородица, спаси нас». Речь идет совсем не о том, что она сама может спасать, а речь идет об особой силе её молитвы. И в этом смысле мы говорим: «Спаси нас».

Кстати, такие обращения можно иногда найти даже в отношении некоторых святых, иногда в акафистах. Так что, это обращение носит не вероучительный характер, а является ничем иным, как способом нашего выражения того понимания силы молитв, которые происходят от Божьей Матери или от какого-то святого. Только и всего.

Теперь о поклонении мощам. Речь идет здесь вот о чем. Нужно разделять две вещи, которые на греческом языке четко выражены двумя понятиями. Есть такое греческое слово «латрия» — служение или поклонение. И есть «проскинесис», который тоже переводится таким же образом. Но когда мы говорим о «латрии», то мы говорим о богопоклонении. Когда же мы говорим о мощах, об иконах, то — «проскинисис». То есть это некое уже служебное поклонение. Не поклонение Богу, не такое, как Богу, а поклонение в том смысле, что мы склоняемся перед величием, перед святостью этого человека. Ничего удивительного нет. Например, в древности, когда падали ниц перед государями, перед вельможами, перед какими-то людьми, власть имущими и т.д. Тоже поклонение, но не божеское. Так вот. Есть «божеское поклонение» (я уж таким словом выражусь), т.е. у греков «латрия». А есть поклонение перед кем-то или чем-то значимым в нашей, если хотите, человеческой жизни, в нашей человеческой атмосфере. Только и всего.

Поэтому мощам мы не поклоняемся, как самим по себе. В данном случае мы поклоняемся тому святому, преклоняемся перед святостью того человека, мощи которого сейчас перед нами. Также как, кстати, и иконы. Любая икона может стать чудотворной, ибо её чудотворность обусловлена не тем, что это именно эта икона, не ее какой-то особой силой, а обусловлено силой веры и искренности обращения человека перед этой иконой, например, к Богоматери, к Спасителю, или к кому-то из святых. Поэтому, если хотите, в принципе, любая икона может оказаться чудотворной. Вот какова ситуация.

Обратите внимание, к чудотворным иконам подходят множество людей, к мощам подходят множество людей, а многие исцеляются? Нет. Единицы. Потому что дело, оказывается, не в действии самой по себе иконы или мощей, а в силе веры, искренности и молитвы того человека, кто подходит к этой иконе, и, причем, я говорю — «силы веры». Очень важно при этом отметить следующее… Чрезвычайно важно. Многие идут и прикладываются к мощам, к иконам с чем: «Господи исцели меня от печенки, или от селезенки». Или чтобы «мой муж не гулял или мой брат не пил» и т.д. То есть чисто с земными вещами подходят, и потому редко, редко когда они получают какой-то положительный ответ. Забывая о том, что когда мы подходим к святыне, то мы должны о чем молиться? Мы должны молиться: «Господи, да будет твоя воля. Ты знаешь, Господи, что мне нужно, что я хочу, какова моя просьба, но да будет, Господи, твоя воля! И через этого угодника Божия (если мы к мощам каким-то подходим) окажи свою милость настолько, на сколько ты, Господи, хочешь, а не я. Твоя воля да будет, а не моя»!

Вот только когда смирение в молитве присутствует, когда Господь видит искренность стремления человека, готового принять любой вариант, тогда происходит чудо. А когда я иду и говорю: «Господи, вот это дай мне и больше мне ничего на свете не надо», как правило, человек не получает просимого. Это очень важно. // А.И. Осипов