люди спасают.

алкоголь каждый день.

я все-таки умею бороться с самим собой, когда нужно. Но это неимоверно тяжело.
наркотики, сигареты, суицид.
О таких вещах не говорят, когда хотят...
Я и не говорю.
Я и не хочу.
Я просто думал, что может дать спасение.

Люди.
Люди могут.

Но и того не всегда достаточно.

Почему?
Потому что только один человек знает всё.
Только одному человеку я могу рассказать абсолютно всё.

Но когда ты осознаешь, что такого человека нет рядом.
или, в общем... нет?
Второй вариант ещё больше причиняет боль.
Когда осознаешь, что ты в последнее время делал.
Осознаешь себя...
Наверное, впервые в жизни...

одиноким.








... и
точки. точки. точки. точки. точки. точки.
многоточия.
______________________________________________

"Этот снег
 закончится.
 он же снег.
 устанет от собственной белизны.
 вот бы ты умел меня прятать в сны."

______________________________________________

Так много опыта.

Первые истерики. Всегда интересно было, плакать и смеяться - как это? 
Больше не хочу.

я запутался в датах. Я считаю не дни.
Я считаю боль

Ещё в такси, таксист спросил:
 - Какой адрес то?
Хотелось просто раствориться в той машине.
 - На бульвар Дмитрия Донского.

Дальше тишина.
Смотришь на дорогу. На проезжающие машины.
В такие моменты, люди обдумывают разные вещи. Планы, дела или просто мечтают. Цепляют взглядом проезжающих.
Ты просто ищешь в чем-то смысл.

Тогда я не искал ничего.
Я хотел бесконечно ехать в никуда.
Хотел сбежать.
Хотел уйти.

Одни тайны зарыты в могилу.
Другие выкопаны движением лопаты в мягкую почву.

 - Налей мне чая. Пожалуйста.
 - Ты охренел?
 - Нет. Правда. Пожалуйста.
 - Приди на кухню, да налей.
 - Я не могу. Зайди в комнату пожалуйста.
 - Что случилось?
 - Ничего. Спасибо за чай.

Парк Горького вскрыл детство.
Ностальгия и чувство гнетущее грудную клетку до сих пор не исчезло.
Маленькие котята и собаки стали, наверное, немного счастливее.
Я далее раздаю.

Никогда не чувствовал такого.
Что-то с давящей и тупой болью рвется ИЗ.
Но словно пресс, давит обратно В...

И с двух сторон тиски.
Что-то тяжелое.

Телефонные звонки опытным.

 - Лёш, только не загоняйся, ты парень не глупый, хороший...

Думаю.
Думаю - загоняюсь.

Не думаю.
Не думаю - умираю.

Всех подвел.

Курская, Таганка. Прогулки к центру. Гитара у Малого театра.
Вокруг так много светофоров.
Холодный ветер.
Пальцы не воспринимают струны.
Холодные и жесткие.
Слова сходили с губ - неуверенно.
Тело стало трясти.

 - Холодно?
 - Нет. Эмоции, я научился уверенно себя сдерживать, но тело бывает трясет.
 - Да тебе холодно, давай в Мак, посидим, да пойдем.
 - Всё хорошо. Ещё одну...
"Аккорды, не в тему..."
 - Ты чего?
 - Прости... Ты права. Я замерз, пойдем греться.

Братиславская унесла мои слезы и звонки.
Унесла меня.
Незаметно заблудившийся оказался у Марьино.
Медицинские записи хранят много боли.
Ей тоже есть что рассказать.

Беляево. Нет. Правда спасибо.
Не было клоунады.
Мы узнали секреты.
Мы раскрыли карты, фишки.
Заплакала первой.
Я плакал с тобой. Просто в этот раз алкоголь затупил слёзы, заставив рыдать душу.

Слёзы. Сопли. Скоро попаду в книгу рекордов.
Я хочу остановиться.
Я не могу.

Неделя стала забитой встречами и старыми знакомыми.
Поговорите со мной. Просто о чем-нибудь.
Надеюсь, что меня берут.
И мой понедельник откроет рабочие будни.
Иначе новый план спасения.
Новый план побега.

Я не жалуюсь.
Я просто не могу никому рассказать всего.
Потому что стал ощущать одиночество и боль.
В такие моменты слова лезут вон.
Но вокруг никого.

Есть интернет.
Мне нужно куда-то деть слова.
Куда-то выпустить свои мысли.

Я пытаюсь дышать.
Но я никогда не чувствовал такой огромной боли.

И спасение в людях?
Было ли оно?

Было несомненно.. 
Выдавали грустные глаза, но ты всегда их прятал.

Но как только я прихожу домой.

Я остаюсь один со своими мыслями.
Проигрываю одно сражение за другим.

Хотелось бы верить, что война не проиграна.

Да вот только...
я и не воевал ни с кем.
Но ещё ни на день меня не покинула мысль, что я проиграл.

Самая невероятная боль - это осознавать боль в зеркале души.
Чувствовать боль - человека по ту сторону зеркала.
И в то же время - свою никчемную беспомощность.

"Как сильно хотелось забрать чужую боль.
Вот только ты её приумножил в несколько раз."

В катакомбах метро - лица.
во всех - её лица.

Ты сходишь с ума.
Ты сходишь с ума.
Ты сходишь с ума.
Ты сходишь с ума.
Ты сходишь с ума.
Люди видят.
В такие моменты они не трогают.

в такие моменты...

люди спасают.