Всё, ушёл в чёрную мокряную тьму.
Чмакая промокшими ботинками.
Сдавленно матерясь и икая.

* * *

Грязные гранитные ступени, ветер и грохот вагонов,
очередная немая истерика внутри нахмуренного лба,
скрип матраса, приглушённый стон, тревожное сопение,
потрескивание не до конца затоптанного окурка в пепельнице,
зловонный дымок, тиканье наручных часов с треснутым стеклом,
шелест дождя по берёзовым листьям, ты снова проиграл, и не ропщи.

Наверное, из таких в конечном счёте и берутся настоящие фашисты.