Да! Жуткая история!

Моя вахта началась в 21.00. Все было тихо и спокойно. И вдруг, где-то в 21.10, раздались взрывы. Сначала я подумал, что мы наскочили на мины. Но позже узнал, что нас поразали торпеды, выпущенные советской подлодкой С-13, ей командовал Александр Маринеско. Тысячи людей впали в панику. Многие начали прыгать за борт, в ледяные воды Балтики. Сначала судно накренилось на правый борт, но затем выпрямилось, и в это время в лайнер попала еще одна торпеда, в район бака. Мы находились в районе побережья Штольпмюнде, Померания. Немедленно подали сигнал SОS и начали выпускать сигнальные ракеты.
Удар второй торпеды пришелся на участок судна, на котором размещался плавательный бассейн. Почти все девушки погибли, их буквально разорвало на куски. Я хотел было вернуться в свою каюту и взять несколько личных вещей, но это было уже невозможно. Тысячи людей рвались с нижних палуб наверх, подгоняемые снизу потоками воды.
Карабкаясь наверх, люди беспрерывно и страшно кричали и толкались, те, кто упал, были обречены, их затаптывали насмерть. Никто не мог помочь беспомощным - беременным женщинам и раненым солдатам. Толпы людей брали штурмом спасательные шлюпки, и речи не было о исполнении знаменитой заповеди «Женщины и дети - первыми!». Никто никому не подчинялся, верх брали те, кто был физически сильнее. Многие шлюпки, покрытые льдом, не могли быть спущены вообще, а я наблюдал, как у ряда спускаемых шлюпок обрывался один из фалиней, и шлюпка вываливала всех находящихся в ней людей вниз в ледяной ад. Лайнер продолжал погружаться в воду носом, релинги бака были уже под водой, и спуск шлюпок стал еще более затруднительным.
Некоторое время я стоял на солнечной палубе, наблюдая этот кошмар. Некоторые семьи и отдельные люди, у которых было личное оружие, предпочли застрелиться, нежели погибнуть гораздо более мучительной смертью в ледяной воде и мраке. А тысячи других продолжали цепляться за лайнер, в то время, как он продолжал погружаться.
Я думал, что мне не выбраться. Я прыгнул в воду и начал быстро отплывать в сторону, чтобы меня не затянуло в воронку. Сначала холод вообще не ощущался, и вскоре я смог зацепиться за брот переполненной спасательной шлюпки (вдоль бортов спасательных шлюпок протянуты специальные спасательные лини именно для этой цели - авт.). Картина, мне открывшаяся, была воистину ужасной. Дети, на которых одели спасательные жилеты, переворачивались вниз головой, и над водой выдавались только их беспощно дрыгающиеся ноги. Кругом уже плавали мертвецы. Воздух был наполнен криками умирающих и призывами о помощи. В меня вцепилось двое детей, они кричали и звали родителей. Я ухитрился поднять их на борт шлюпки, но спаслись они или нет, я так и не узнал.
Затем я ощутил свою слабость - наступило переохлаждение. Я смог зацепиться за металлический спасательный плотик - на расстоянии приблизительно 50 ярдов от тонущего лайнера. Нос почти полностью погрузился, корма поднялась в воздух, а сотни людей все еще находились там, дико крича. Скорость погружения возрастала. Затем, вдруг, наступила мертвая тишина. Wilhelm Gustloff исчез под водой, унеся с собой жизни тысяч людей. Самая большая в истории мореплавания катастрофа длилась приблизительно 50 минут.