А если он позвонит, я некоторое время буду смотреть на монитор мобильника, а потом криво-горько усмехнусь, потерплю пальцем над красной кнопкой, но — нажму. Сброс. Иди-ка нахуй, дорогой, на очередные полтора года. Щас по этой симке проговорю деньги, и привезу домой к тебе, скажу твоей маме — тут ваш сынка у меня свою симку забыл, вы уж ему отдайте, пожалуйста. Нахуй, нахуй. Только бы не забыть все остальные номера в книжечку переписать. И стереть все СМСки. Особенно от него ко мне, и обратно.

— Ты веришь и знаешь, что я люблю тебя и буду любить всегда?
— Верю, знаю.

Нахуй, нахуй. Н.А.Х.У.Й.

Любить-то буду, я не предаю своих обещаний, только вот видеть не хочу, и слышать, и знать тоже ничего не хочу — причём более всего, знать ничего — не хочу. Захочешь, найдёшь. Захочет, найдёт. А пока — нахуй, дорогой, нахуй, нахуй, ебись ты конём, дорогой, хоть на Курском вокзале, хоть на Казанском, хоть ты со всей московской милицией перетрахайся; нахуй, нахуй.

Я люблю тебя. Adieu l'ami. Люблю. Adieu. L'ami. Люблю. Иди нахуй. Люблю. Нахуй.

Нахуй.