До дня рождения Машхен я доехал только к двум часам ночи.
Гости давно разъехались; на столе сиротливо красовались
три кусочка тортика с декадентскими вишенками, и квашеная капуста.

Мы сидели на кухне, пили шампанское, и, закатывая рукава,
сравнивали аристократическую прозрачность кожи и синеву вен.
Машхен одержала убедительную победу в аристократической категории,
зато я взял реванш в номинации "самый живописный скарринг".

А потом мы просто обнялись и помолчали.
Машхен закрыла за мной железную дверь,
которая тоже в своё время пострадала от скарринга.
На кухне остался липкий от шампанского линолеум,
косточки от вишенок и переполненная пепельница.

Чтобы любить, дружить и дорожить, вовсе не нужны презервативы,
французские поцелуи и изощрённый куннилингус.
Вполне достаточно вишенок.

Мур.