Самый скверный НГ был у меня году в 2001 или 2002, когда ещё была жива бабушка; у меня был очень срочный перевод и очередной раздрай в личной жизни; я до одиннадцати вечера просидел за компьютером, бешено тарабаня по клавишам, а потом просто отрубился; проснулся уже через час от чудовищной какофонии — на улице под окном все принялись орать и палить пиротехнику, а мама с бабушкой за стеной включили на полную мощность гимн советского союза — его тогда как раз только-только вернули обратно. Бешеный рёв безумных глоток.

* * *

Иногда хочется послать смс бывшему, на английском, потому что на иностранных языках обычные пошлые признания выглядят не столь пошлыми — но нельзя — потому что он просто не поймёт — не знает он никаких языков. Ощущение такой беспомощной немоты.

Беспомощная немота и в чувствах тоже — слишком много уже сказано-сделано, и все стандартные формулировки истёрлись в пыль. В тридцатый раз говорить по сути одно и то же — зачем? Молчим, молчим. Не говорим.