Ненависть нельзя отрицать, хотя бы потому что она — сестра-близняшка любви, а без любви, как известно, даже котята не родятся. В этом контексте, господа, хочу вам рассказать про одного человека, который во многом остается для меня загадкой внутри тайны внутри ба-альшого такого секрета, а именно, Catoblepas.

Человек он весьма примечательный и своебразный — это я понял с первого взгляда. Потому что обосрался до чёртиков, хе-хе, притом что напугать меня достаточно трудно — обычно я боюсь простой тупой гопоты, а не умников и умниц. Первая мысль была, как сейчас помню, "Ой! Мне пиздец!". Дословно. К тому же формально у него были все причины ненавидеть меня лютой ненавистью — но, возможно, именно в силу закона единства и борьбы противоположностей, наши отношения (если можно назвать отношениями то что он пару раз вполне буквально спас мне жизнь) до сих пор существуют именно как отношения, а не лютая вражда.

Впрочем, такая вражда и не могла бы продолжаться долго, потому что у него есть все возможности закопать меня где-нибудь в тихом подмосковном лесочке (возможно, он ещё когда-нибудь так и поступит), а эта мысль приятно щекочет нервы, и даёт мне самое ценное — радость жизни и благодарность за каждый прожитый день. В некотором смысле, ему удалось то, что не удалось бы и армии психологов или взводу полковых священников с карманными библиями наперевес — заставить меня радоваться жизни. Не знаю, моё ли это воображение, или верное интуитивное ощущение, и каково на самом деле реальное положение вещей, но итоговый результат получился более чем благоприятный.

Примечательно, что в нём я люблю то, что обычно ненавижу в других — цинизм и садизм, издёвку и привычку говорить назло — потому что у большинства людей такие качества суть проявления бессилия и страха, а у него это всего лишь сугубый опыт и здравый смысл. Страшненький такой здравый смысл, но тем не менее здоровый, здоровее не бывает — хоть сейчас на Олимпиаду. Также обычно я ненавижу в других любовь к простым земным радостям — деньгам, сексу, вкусной еде и престижным вещам — но у него это всё получается настолько откровенно бесстыдно, что даже вызывает уважение. Стоит на секунду отказаться от привычки всё упрощать — и вместо страшного серого волка мы видим громадного, кровожадного, очень опасного, но по-своему очень человечного и мудрого хищника, чьё существование так же необходимо миру, как и всяких там ёжиков, зайчиков и козочек.

Именно поэтому, помимо страха, он вызывает искреннее уважение, и ради него я готов поступаться принципами — принципы на то и существуют, чтобы ими торговать — так вот, тут за них дают хорошую цену, и я имею в виду вовсе не доллары и не рубли, а нечто гораздо более важное — познание. Мудрость и опыт — вот что даёт этот человек, а это куда как более ценно, чем обычное мур-мур-мур и мяу-мяу. Только увы, к сожалению, не всем дано его понять — потому что многих он к себе просто-напросто не подпускает. Не спешите бежать и начинать подлизываться — презрение этот человек отвешивает куда щедрее, чем уважение, да вдобавок иногда как треснет вдруг по голове — и вместо мудрости ты получаешь одни звёздочки в глазах и звон в ушах. Я вот сдуру пару раз уже получил, и ещё, наверное, получу — но ему это можно, потому что я его по-своему люблю. В конце концов, я ему жизнью обязан. И люблю я его не обычной пошляческой любовью, а стокгольмским синдромом пополам с искренним восхищением. Вот так вот тоже бывает, ага.

Что творится в его внутреннем мире, я даже боюсь начинать думать или предполагать — вполне возможно, какой-то безумный садистско-сексуальный Освенцим, а может быть, и тоскливый осенний вечер в тихом провинциальном городе — но это совершенно точно, не хор мальчиков-задротов им. Луначарского, и не съезд монахов-бенедиктинцев. Что-то там бурлит, бунтует и рвётся наружу, и не дай Бог, когда-нибудь вырвется — тут обычной криминальной хроникой не отделаешься — и это тоже вызывает тревогу, но и тревога всё-таки лучше, чем стандартная бытовая ненависть или домохозяйская озабоченность цветом желаемых занавесок, которую мы наблюдаем у большинства обычных людей. Это и пугает, и отталкивает, и притягивает, и завораживает. В своём роде он — венец творения, великий и ужасный, но до боли человечный.

Сам я не буду его классифицировать, или нарочно подлизываться, или специально демонизировать — все стандартные подходы к нему не работают, да и само понятие "подход" в данном случае весьма чревато — тут вам не игрушки в любовь, и даже не игра в спички на пороховом складе, а нечто гораздо более сложное и оттого гораздо более опасное — достаточно сказать, что это самый своеобразный человек из всех, кого я знал, и — я искренне ему благодарен не столько за помощь, сколько, в гораздо большей степени, за опыт. Если наше знакомство с ним закончится плачевно — что ж, так тому и быть; если нет — то я буду считать, что мне очень крупно повезло. Если вы спросите меня, какой исход я считаю наиболее вероятным, я вам честно скажу — не знаю. И даже более того — знать не хочу. Это как раз тот случай, когда многия знания ведут к многим печалям, а печалей мне и без того хватает — хоть обпечалься до икоты.

Короче — примерно так вот обстоят дела с этим человеком. Пороховая бочка пополам с торжеством разума и канканом в исполнении пациентов дурдома, как-то так. Знал бы я, что игры в лирушечку доведут до такого — ни в жизнь не стал бы регистрироваться, из чувства элементарного самосохранения, но теперь-то, что там говорить — остается только набраться мужества и досмотреть это кино до конца — каким бы он ни был. Лучше бы, конечно, чтобы никаким, и чтобы музыка играла вечно — но, увы, канкан очень быстрый и короткий танец. Но, всё-таки мне кажется, что эта оперетта по-любому стоила свеч, и не все из них ещё сгорели.

Если брать тему, что именно я собираюсь с этим делать — а ничего. За Catoblepas я порву любого, если будет необходимость — причём даже если буду знать, что он неправ, потому что я его клиент не в бытовом, а в древнеримском смысле этого слова. Так что думайте трижды, прежде чем комментировать. Слава богам, необходимости такой пока не возникало, но в жизни всякое случается. А может, это он порвёт меня в китайскую лапшу, и подложит в кошачий туалет вместо наполнителя. Всякое в жизни случается. Лучше об этом не задумываться, и жить спокойно дальше, прекрасно отдавая себе отчёт, в том что все мы все смертны, и всем нам есть своё начало, и свой конец. А что посерединке — наше.